С хрустом, словно стекло, по поверхности пошла первая длинная трещина. Свет вокруг неё тут же потускнел, но этого всё же оказалось недостаточно, чтобы окончательно разрушить барьер. Трещина даже начала медленно затягиваться. Казалось, не хватило совсем немного, чтобы пробить хотя бы крошечную дыру — но даже её было бы достаточно, чтобы тьма прорвалась внутрь.

«Нужно больше силы…» — промелькнуло в разуме лидера организации, и почти мгновенно, как по команде, издалека вырвался ещё один поток дьявольской энергии. Он ринулся к стене, слился с первой волной, и пространство перед ней стало ещё темнее, плотнее, тяжелее. Затем — удар.

Барьер содрогнулось. Сила была чудовищной. Вторая трещина прорезала поверхность, пересеклась с первой — и по обеим тут же расползлись тонкие ветви, словно паутина на замёрзшем пруду. Внутри Дьявола закипело волнение. Он не стал ждать.

Ещё один удар.

И ещё.

И ещё.

Он бил по трещине, по самому хрупкому месту, раз за разом, яростно, не давая барьеру и секунды на восстановление. С каждым новым ударом трещины становились глубже и шире. Стена дрожала. И когда казалось, что ещё один толчок — и он прорвётся, получит полный доступ к внутреннему миру волшебника, полностью поработит тело, внезапно… Барьер начал восстанавливаться.

Скорость восстановления резко возросла. Тварь замерла — и когда она посмотрела на Грида, то не увидела на его лице ни страха, ни волнения. Только чистую, всепоглощающую ярость.

— Думаешь, я позволю тебе так просто захватить своё тело?! — прорычал он, поднимая руки вверх и прижимая их к стене. За ним последовали и два других сознания, в точности повторяя его выражение.

В следующее мгновение по нему прошла рябь, а сияние стало становиться всё ярче. Однако трещины оказались слишком глубокими, и восстановление потребовало бы времени.

Дьявол, увидев это, взбесился. Издали вырвался ещё более мощный поток энергии, устремляясь прямо к нему:

— Позволишь! Ещё как позволишь! У тебя нет выбора!

Он вновь ударил по барьеру. С грохотом и вспышкой трещина расширилась — но не прошло и секунды, как она сузилась, будто откатилась назад, возвращаясь к прежнему состоянию. Тварь взвыла. Черты парящей в небе головы исказились, и она потянула из запечатанного тела ещё больше дьявольской энергии, усиливая натиск.

Он бил снова. И снова.

Но с каждым новым ударом, с каждым всплеском энергии барьер не слабел — наоборот, становился крепче. Трещины восстанавливались всё быстрее.

Однако Дьявол видел… Видел, что эти трещины — хоть и затягиваются — но не успевали до конца. Он ухмыльнулся и стал тянуть ещё больше.

Поток энергии нарастал, клубился, тьма сгущалась. И вот, наконец — трещин стало так много, что весь барьер превратился в сетку хрупких линий. Казалось, ещё один удар — и он разрушиться.

Лицо Грида побледнело от страха, и он машинально отступил от стены, словно сдался, осознав неизбежность происходящего:

— С этого дня начинается твой персональный ад! — с гортанным хохотом выкрикнул Дьявол.

Он рванул из глубин запечатанного тела вдвое больше дьявольской энергии, чем обычно, и вложил всё в решающий удар. Сконцентрировав её в огромное тёмное копьё, он метнул его вперёд — и в следующее мгновение оно вонзилось в барьер по самую середину острия.

Раздался громкий, жуткий треск по всей стене, и на глазах она начала осыпаться и тёмный поток с безумным смехом устремился внутрь.

Однако… не успел он пролетать и нескольких метров, как врезался во что-то. Это «что-то» оказалось вторым барьером. Неведомая преграда вспыхнула, отразив удар. В одно мгновение вся радость исчезла с лица Дьявола.

Лидер организации не верил. Он не понимал.

— Ч-что?..

Он медленно перевёл взгляд на Принца — и замер.

Выражение лица того разгладилось, а губы тронула насмешливая улыбка.

— Кто из нас теперь наивный? — спокойно спросил он.

Тварь охватила бешеная ярость. Такой злобы он ещё никогда не испытывал. Он стал изрыгать проклятия, визжать, кричать, обрушивать всю свою ненависть на барьер,

— …да как ты… ты посмел! — рявкнул он. — Ты осмелился ИГРАТЬ со мной?!

Но волшебник, не переставая улыбаться, лишь сказал:

— А теперь подумай… зачем мне всё это?

Дьявол не слушал. Он вгрызался в барьер, словно зверь, у которого отняли добычу. Удары сотрясали всё вокруг. Пространство дрожало. Воздух рвался от перенапряжения. Он бил снова и снова, теряя последние остатки контроля. Но внезапно… Остановился. Что-то оборвалось. Связь с запечатанным телом — исчезла, как и с основным сознанием.

Он замер и осознал.

— Ты… ты с самого начала задумывал именно это… — прохрипел он. Тон его стал тише. Глубже. Почти шепот. — Что ты… собираешься со мной сделать? Со всей этой… энергией?

Грид, всё с той же холодной, мрачной улыбкой, произнёс:

— Отправить в Пустоту.

И дьявола охватил ужас — ужас, которого он ещё никогда не испытывал. Ведь он, как никто другой, понимал, что произойдёт с этой энергией, составлявшей почти девяносто процентов от всей имевшийся:

— Ты… ты не посмеешь… — прохрипел он. — Ты умрёшь, если сделаешь это! Ты хоть понимаешь, сколько здесь энергии?! Да тебя бы разорвало изнутри, попади в твоё жалкое тело хоть десятая часть!.. — вдруг он резко осёкся. Его голос замер, а глаза широко распахнулись. Он уставился на Грида, не в силах понять. — Как… как ты всё ещё жив?.. — выдохнул он почти беззвучно, потрясённо, будто сам не верил в собственные слова.

Мужчина одобрительно кивнул, заведя руки за спину:

— А вот теперь вопрос верный. — но отвечать не спешил. Вместо этого он сузил глаза, и в следующее мгновение, прямо в самой гуще тьмы, среди клубящейся чёрной энергии, вспыхнула сфера. Она не сияла. Не излучала света. В ней не было ничего. Лишь безмолвная, всепоглощающая пустота.

И она начала втягивать тьму.

Сначала — едва заметно.

Потом — быстрее.

Ещё быстрее.

— Стой! — закричал дьявол, не в силах больше сдерживать отчаяние. — Зачем ты это делаешь?! Если бы ты очистил её и поглотил вместе с ядром, у тебя был бы шанс самому стать «Великим Архимагом!» — взволнованно выпалил он. Так бы и у него был реальный шанс сохранить её, если бы удалось вырваться. А просто выбросить энергию, накопленную за несколько столетий, — энергию, которая сейчас была ему жизненно необходима, было по-настоящему ужасно.

— Возможно, я бы так и поступил, — негромко произнёс Грид, глядя на сгущающуюся вокруг тьму. — Но, увы, на сдерживание, очистку, фильтрацию и безопасное поглощение такого объёма уйдёт слишком много сил… и времени. Мне пришлось бы задержаться здесь. Надолго. А этого… — он прищурился, и в глазах его сверкнул холодный огонёк, — Я позволить себе не могу, поэтому, давай немного ускорим процесс… — и вдруг сила поглощения многократно возросла, и вокруг сферы закружился настоящий смерч из тьмы.

— Н-Е-Е-Е-Т! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ! — взревел дьявол, искажённый от ярости. — Клянусь, ты ещё поплатишься за это! Я разорву тебя на куски! Я выжгу твою душу дотла, вытащу её наружу и буду пожирать по капле, растягивая твою агонию на вечность! Ты никогда не переродишься, никогда не обретёшь покой!..

Он продолжал бесноваться, истерично извергая проклятия. Дёргался, метался, судорожно искал хоть щёлочку, лазейку, любой выход… Но выхода не было.

В это же время сам волшебник, ещё немного понаблюдав за этим, вдруг просто щёлкнул пальцами — и всё исчезло. Ни звуков, ни тьмы за пределами барьера, абсолютная тишина.

— Какой наивный дьявол… — вдруг заговорило сознание в облике ребёнка. Лицо его было серьёзным, но во взгляде читалась печаль, когда он смотрел на пустое пространство перед барьером: — Я столько десятилетий живу с этими чувствами, что они стали для меня чем-то родным, неотъемлемым. Я никогда не забуду о своих грехах. И когда придёт мой час… я, как никто другой, понимаю, что буду вечно гореть в аду. Если он вообще существует.

— Хорошо, что этот идиот не добрался до них… Возможно, тогда бы и наша решимость могла дрогнуть… — лица всех трёх одновременно поморщились.

— Пока разделяемся, я спущусь к нашему заключённому. Мелкий, наблюдай за барьером. А ты — возьми под контроль тело и следи за потоком дьявольской энергии, покидающей его.

— Эй! То, что я выгляжу как ребёнок, не даёт тебе права меня так называть! — возмущённо засопел «мелкий», вызвав синхронные ухмылки на лицах двух других. Те растворились в воздухе, а он раздражённо цыкнул: — Я уже шучу над самим собой… и разговариваю с собой… Потрясающе. Похоже, я окончательно схожу с ума. Хотя… я начал сходить с ума ещё давным-давно. Сложно сохранить разум, когда весь мир — это один сплошной хаос…

СССР.

Где-то на бескрайних просторах снежной равнины, под серым, безжизненным небом, из последних сил летел старик — лицо его искажало раздражение, мантия была изодрана, а в руке он сжимал сломанный посох. Позади него, неумолимо, приближалось существо, закутанное в бинты.

«Что за ненормальный ублюдок?! Почему на нём не работает магия времени?!» — яростно метался в мыслях член организации «Ферзь». — «Он слишком опасен… Нужно объединиться с кем-то и убить его, пока не поздно!» — он резко махнул рукой, и из рукава, как водопад, вырвалась нежить. Скелеты, полусгнившие трупы, полупрозрачные тени с красными глазами — все они, падая на землю, тут же вставали и устремлялись навстречу противнику. Но… Они не успевали даже приблизиться, как разлеталась во все стороны, неспособные даже задержать его.

— Тебе не уйти, некромант! — прогремел голос преследователя — холодный и пропитанный яростью, что, казалось, копилась веками.

«Откуда такая ненависть? Что я тебе такого сделал?!» — с яростью мысленно кричал старец. — «И эти ублюдки не отвечают на мой зов! Да что происходит?!» — обычно он в любой ситуации сохранял хладнокровие, но сейчас это было просто невозможно. Впервые он попал в настолько паршивую переделку. — «Я не планировал делать это сейчас… но ты не оставил мне выбора!» — в руке его появилась чёрная книга, и если бы Грид или Нагайна были рядом — они бы узнали в ней близнеца той, что была уничтожена в Румынии. — А теперь я исполню свою часть плана… — на его лице появилась бешеная, перекошенная улыбка.

Книга распахнулась, и её страницы начали сами собой переворачиваться, излучая отвратительный, болезненный свет — смесь зловонного багрового и грязно-зелёного. А затем вырвался луч. Не просто свет — столб чёрной магии, толщина которого могла бы разорвать корабль. Он пронзил облака, поднимаясь в небеса, а затем разлился в стороны, создавая гигантскую руну, не видимую простому глазу, но давящую на разум всех, кто был рядом. Солнце скрылось в один миг. Тучи сгустились, завихрились над головой, испуская воняющее смертью эхо.

Старик взметнул руки вверх, глаза его налились кровью:

— Восстаньте же! Все, кто покоятся под землёй! Под толщами воды! В глубинах скал и забытых шахт! Восстаньте — и посейте хаос! Накажите этот мир, посмевший забыть о вас!

Но едва последнее слово слетело с его губ, как позади него возникла тень, и в следующее мгновение его тело было разорвано на две части — голыми руками разъярённой куклой.

Та тут же нацелилась на книгу, но, едва взмахнув рукой, обнаружила, что артефакт исчез. Её ладонь прошла сквозь пустоту.

— Тц… Опоздал, — процедил он. Его красные глаза упали на разорванное тело, которое, к удивлению, продолжало моргать и ухмыляться: — Что ты сделал? — холодно потребовал он ответа, не сводя с него испепеляющего взгляда.

— Скоро увидишь… и знай: я обязательно вернусь. Но уже не один. И ты заплатишь за!.. — но старик так и не успел договорить. В следующее мгновение из ладони куклы вырвался алый луч, мгновенно испепеливший его.

— Понятно. Обратил в нежить всех павших… Какой идиотский поступок, — презрительно фыркнул он, наблюдая глазами одной из кукол, как погибших во время битвы магглов и волшебников окружает тёмная дымка, и они восстают в виде ходячих мертвецов, нападая на всех живых. — Уничтожить их не составит труда. Это всего лишь слабые люди со слабыми телами. Но… — он поднял взгляд на покрытое тёмными облаками небо, что продолжало разрастаться. — …может ли всё быть настолько просто? — вдруг кукла сощурила глаза, будто увидела нечто, что ей явно не понравилось. — А вот это уже может быть опасно… Придётся отправить и оставшихся кукол. Иначе я получу страну не с живыми людьми — а наполненную нежитью…