— Глава дома Фа, Ай Фа, и член дома, Асута, мы ждали вашего возвращения.

На лице Каслана Лутима с чётко очерченным скулами и внушительным носом сияла пара больших глаз. Его нельзя было назвать красавцем, но от него исходило ощущение честности и искренности.

Слегка поклонившись, он сказал:

— Рады вас видеть, мы уже заждались!

Эма Мин аккуратно подвязала свои темно-каштановые волосы, и ее взрослое лицо излучало интеллект и жизнерадостность. Она тоже поклонилась.

— Каслан Лутим и Эма Мин. Что вы тут делаете? — еще не до конца переключившись на свое привычное поведение главы дома, озадаченно поинтересовалась Ай Фа.

Они оба улыбнулись и ответили так, словно заранее сговорились:

— У нас есть к вам двоим срочное дело, поэтому мы пришли в гости.

Если честно, у меня появилось плохое предчувствие, когда я услышал это.

— Оставаясь здесь, мы слишком заметны, давайте войдем внутрь... Асута, прими их оружие.

Ай Фа взяла мой мешок пойтана рукой, в которой держала фруктовое вино, и поспешила в дом.

Я на мгновение удивился и быстро взял длинный и короткий клинки, протянутые мне Касланом Лутимом.

— П-пожалуйста, входите!

Со времени недавнего визита Рими у нас наконец-то появились новые гости.

Я совсем не знал, как их принимать.

Ай Фа наконец вернулась из кладовки с едой и села на почетном месте в большой комнате. Два гостя сели на достаточном расстоянии напротив нее.

Я в недоумении опустился на колени рядом с Ай Фа и положил клинки рядом с собой.

Поскольку никто не жаловался, мои действия, наверное, не нарушали никаких традиций.

— Сначала мы хотим поблагодарить вас обоих. Ай Фа и Асута из дома Фа, спасибо вам за потрясающее торжество, приготовленное для нас прошлым вечером!

— Вот именно, ужин прошлым вечером был очень вкусным! Для нас это обязательное предсвадебное празднование было радостным вечером, который мы никогда не забудем!

Услышав честную и искреннюю благодарность, мне захотелось тоже их поблагодарить.

Или скорее... Я только что вернулся из шумного города, поэтому вид этих двоих, воплощающих невинность и скромность, произвел на меня совершенно другое впечатление, по сравнению с вчерашним вечером.

Каслан Лутим оказался юношей с невероятно решительным взглядом.

Эма Мин оказалась девушкой с таким выразительным и ясным лицом.

Я не был уверен, было ли у них это просто семейное или зависело от личностей, но многие члены дома Ву испускали яркую жизненную силу. Но эти двое еще и излучали какое-то особое спокойствие, как дерево с глубокими корнями.

Ай Фа, как глава дома, наконец вернулась к своему серьезному выражению лица. Сидя с одним поднятым коленом, она посмотрела на них и сказала:

— Мы тоже были рады управлять домашним очагом дома Ву... Но что вы имеете в виду, говоря про просьбу? Мы уже дали свой отказ Донде Ву насчет свадьбы.

Когда Ай Фа сразу перешла к сути дела, они оба одновременно сказали "да" и опустили головы:

— Это то, что мы хотели бы обсудить с вами двумя! Это мой отец Дан Лутим тогда предложил то, что идет против обычаев Морихена, и когда мы услышали его предложение...

— Мы тоже подумали, что это прекрасная идея! Если это произойдет, то это будет по-настоящему счастливый вечер.

Их сердца бились в унисон еще до свадьбы.

Их выражения лиц и глаза были наполнены чистым желанием и радостью... Я мог почувствовать их честный характер по тому, как открыто они пытались выразить свои мысли.

Но все было слишком серьезно.

Каслан Лутим являлся наследником главного дома Лутим, сильнейшей из всех родственных ветвей дома Ву. Для меня было бы слишком тяжелой ответственностью, хранить домашний очаг во время их свадьбы.

Я мог рассчитывать только на решительность Ай Фа.

— Ни у дома Лутим, ни у дома Мин нет серьезных отношений с домом Фа, потому дом Фа не может брать на себя такую ответственность. Семейные поводы для радости должны быть разделены с вашими родственниками... Асута уже сказал это прошлым вечером.

Она была права.

Я кивнул, соглашаясь.

В следующую секунду Каслан Лутим посмотрел на меня своим решительным взглядом.

— Асута, я слышал, что ты член дома Фа, но пришел не из Морихена, а из другой страны. И что ты работал поваром в своем родном городе.

— Да, может быть, дома я просто помогал, но это правда.

— Я не до конца понимаю, что это за работа такая. Это что-то вроде мелких торговцев, готовящих еду в Почтовом городе, верно?

— Да, что-то вроде того.

— В таком случае... ты можешь продать мне блюда, приготовленные тобой?

— ...Что?

Я не понял, что он имеет в виду.

Продажа блюд... Как я продам их в Морихене?

— Я не прошу управлять нашим домашним очагом из-за доброжелательности, дружбы или родства — мы обменяем твою работу на должное вознаграждение. Только на один вечер мы надеемся получить твои навыки готовки, знания и труд... Вот, чего мы хотим!

И я...

Был ошарашен.

— Асута, ты член другого дома, поэтому мы не будем требовать твоего благословения. И мы познакомились только прошлым вечером, поэтому не можем требовать от тебя помочь нам исключительно по доброте душевной и великодушию. Поэтому мы можем только заплатить тебе за оказанную помощь.

— Может и так... Но...

— Я собираюсь заплатить тебе всем, что у меня есть, твоя готовка достойна этого! Я хочу со своей семьей и родственниками разделить радость еды, которую ощутил тем вечером с Эмой Мин и моим отцом Даном Лутимом. Асута, мне нужна твоя сила!

Сказав это, Каслан Лутим снял звякнувшие клыки и рога, висящие на его мускулистой шее.

На ожерелье было несколько слоев рогов и клыков, намного больше, чем на шее Ай Фа. Эма Мин тоже сняла свое ожерелье со спокойной улыбкой.

На нем было три клыка и рога, подаренных ей семьей. Они предлагали мне ожерелья, символизирующие гордость охотников и любовь их родителей.

— Не только Лутим — сотня с лишним родственников дома Ву будут присутствовать на этом банкете! Я знаю, что этого не достаточно для оплаты еды на всех, но каждый присутствующий подарит нам по одному благословению. Это будет две сотни для меня с Эмой Мин. Если этого все равно не хватит, я буду охотиться, пока не наберется достаточно...

— Погоди! Это слишком много, я не могу принять это! — Я чувствовал нечто, близкое к ужасу, и громко воскликнул: — Я-я всего лишь непрофессиональный повар, я не могу взяться за такую важную работу... И я чужак и до сих пор не разобрался в правилах Морихена...

— Ты уже показал нам свои способности, мы не волнуемся об этом.

— П-под способностями ты подразумеваешь вчерашние стейки? Как я и сказал, это блюдо, которое любая семья может приготовить самостоятельно. Я просто скажу вам рецепт прямо сейчас...

—Судя по твоим описаниям, чтобы воспроизвести этот вкус, мы должны начать с правильной разделки, верно?

— Я научу вас! Я научу вас кровопусканию и всему остальному! На самом деле, у меня и самого-то опыта не так много! Вы уже владеете навыком снимать с них шкуру, поэтому научитесь всему остальному в самые кратчайшие сроки.

— Бифштекс, поданный прошлым вечером...

— Ничего страшного, даже если вы не попробуете! Это блюдо может принести вред, если слишком сильно к нему привыкнуть!

— Мы не такие глупые.

Каслан Лутим... неожиданно улыбнулся.

Это была сильная улыбка, наполненная гордостью и мужским достоинством.

— Если это блюдо повредит телу охотника, я к нему не притронусь. Но ты сам сказал, что не будет никакого эффекта, даже если мы съедим его тысячу или две тысячи раз, разве не так, Асута?

— Э-это просто мое предположение, я не знаю действительных фактов! Тем не менее, одна только мягкая еда точно может ослабить зубы и челюсти.

— Если кто-то допустит разрушение своей души, даже услышав твои слова, то они слишком слабые. Тебе не нужно печалиться об этом. Ты сказал нам это для предупреждения, правильно?

Каслан Лутим спокойно поставил кулак на пол и наклонился вперед.

Добродетельный юноша не изменился в лице, но его эмоции, видимо, понемногу закипали:

— Я охотник, поэтому не могу объяснять так понятно, как ты... Но в любом случае, я хочу поделиться своими ощущениями со всеми. Если в жизни будет больше радости, то у нас будет сильнее желание жить. Счастье, которое ты принес нам, дало мне и Эме Мин силу, и я хочу, чтоб остальные тоже познали эту силу. Я хочу поделиться ей не только с домом Лутим, но и с домом Ву, домом Мин, домом Лей, домом Маму, домом Лилин и домом Муфа... Учитывая ситуацию, и чтобы как следует выполнять свой охотничий долг, нам нужна эта сила!

Ситуация, упомянутая им... касалась клана Тсун?

Но я не мог думать о таком большом количестве вещей одновременно.

— В-вот почему я сказал тебе... что всему вас научу. Включая кровопускание, забой, обжарку пойтанов, и приготовление стейков, которые вы ели вчера. Дайте мне шесть дней, и я обо всем подробно расскажу! И я уже обучил некоторым навыкам женщин из клана Ву...

— ...И рубленому бифштексу?

— Нет необходимости стараться изо всех сил, чтоб научиться этому блюду. Рубленый бифштекс требует слишком много усилий и не слишком-то подходит жителям Морихена, верно?

— Может, грубо так говорить, но подходит ли рубленый бифштекс жителям Морихена, должны решать сами жители Морихена... Нет, ты уже член дома Фа и теперь часть Морихена. Я серьезно отношусь к твоим словам, но я хочу сам выбирать собственный путь.

— Если мы получим огромную радость от этого, то выберем этот путь, сколько бы усилий он не потребовал, — вмешалась Эма Мин. — Что мы должны делать, чтобы жить? Собирать дрова? Сушить листья пико? Отделывать кожу? Какой путь нам следует выбрать? Восемьдесят лет назад наши предки рассуждали об этом и передали это нам. Однажды я рожу Каслану детей... И я надеюсь, я смогу направить их на путь, ведущий к большему счастью.

— Никто не будет пренебрегать своими домашними делами просто ради готовки. Но если кто-то захочет приложить дополнительные усилия, значит, в этом будет важность и смысл. Если кто-то поймет ценность рубленого бифштекса, то точно захочет потратить время, чтоб приготовить его! Если нет, то не будет беспокоиться... вот как все просто.

— Но вы не пробовали рубленый бифштекс раньше, так почему вы так непреклонны по поводу этого?

— Дело не в бифштексе, мы уверены, что ты сможешь выложиться на полную, — сказал Каслан Лутим. — Вот почему мы просим именно тебя, а не людей, которых ты чему-то обучил! Всего на один вечер мы надеемся, что ты сможешь сделать для нас все возможное... и это оплата за нашу просьбу о помощи.

— Пожалуйста, подождите. Я...

Но я больше ничего не сказал.

Мои мысли пришли в еще большее смятение, чем раньше.

В следующий момент Ай Фа, которая молчала все это время, сказала:

— Асута, видимо, устал, его выносливость хуже, чем у десятилетнего ребенка. Просто принести товар домой из Почтового города было достаточно, чтобы изнурить его... Прошу прощения, но можем мы дать наш ответ завтра?

— Понимаю, конечно, хорошо... Ну, тогда, Асута, у нас есть последняя просьба.

— ...Какая?

— Прошлым вечером ты сказал, что хочешь стать лекарством, а не ядом... и я искренне надеюсь на это. Твоя сила не должна стать ядом! Если она станет лекарством, то жители Морихена смогут получить больше радости и силы для продолжения жизни. Я стремился сюда именно из-за этой мысли в голове. Надеюсь, что именно так и будет... А теперь мы пойдем.