Время решающей битвы настало.

На улице сгустились сумерки — время между днём и наступлением ночи.

В большом зале внутри главного дома Ву были зажжены свечи.

Неуверенно шаркая, в зал, в сопровождении Рейны Вы, вошла старейшина клана Джиба Ву.

С её приходом собрались все...

Зал был очень просторным — на 20 татами, грубо говоря, в два раза больше дома Ай Фа.

Планировка была почти такой же, но на стенах были крючки, сделанные их костей гибы, на которых было развешено множество разных украшений: длинные мечи и луки, меховые накидки и укороченные копья.

Глава клана сидел на самом почётном месте, а позади него висела шкура гигантской гибы вместе со зловещим черепом.

Гиба был громадным и при жизни, должно быть, весил несколько сотен килограмм. Как на повара, на меня редко производили впечатление разные шкуры и кости — но эта шкура была невероятно большой и вселяла мне в сердце какой-то безотчётный страх.

— Хмпф, все на месте, что ли? — надменно сказал Донда Ву, сделав большой глоток фруктового вина из бутыля.

Джиба Ву осторожно присела рядом с ним. На его массивном фоне она выглядела очень маленькой.

Помимо длинного платья, которое носят замужние женщины, на её плечи было накинуто что-то вроде шали. Кроме того, она носила какие-то причудливые украшения, очень похожие на колдовские амулеты. Её тело так сильно усохло, что она выглядела почти как сухофрукт.

Она очень сильно горбилась, поэтому я не могу определить её рост, но она определённо была ниже Рейны. Её седые волосы были почти такой же длины, как у Рими Ву. Она подвязала их в две длинные косы, в точности, как и Рейна. У неё было такое морщинистое лицо, что я практически не мог различить на нём глаз. А тонкие пальцы, выглядывающие из-под шали, были слабыми и костлявыми, как сухие веточки. Она была хрупкой, словно туман в открытом поле. Словно если Рейна, сидящая с ней плечом к плечу отойдёт — она просто рухнет в ту же секунду.

...К счастью, у неё ещё остались силы, чтобы ходить.

Для такой немощной старушки блюда, сделанные на основе мяса, должны быть тяжёлым испытанием.

Но жребий был брошен. Мы могли только ждать результатов.

В зале были две отдельные плиты, и железный котелок на одной из них весело побулькивал. Эти плиты не предназначались для готовки — они нужны были для того, чтобы разогревать уже готовую еду.

В зале вообще не было принято готовить, а кладовая с едой находилась в соседнем здании, поэтому в зале не было кухонных запахов, вроде пригоревшего жира и тому подобного. И поэтому в ней стоял ароматный запах блюд, которые мы уже приготовили.

Вокруг очага овалом расселись четырнадцать людей.

На вершине овала находилось почётное место — там сидели Донда Ву и старейшина Джиба.

Мы с Ай Фа сидели напротив, на местах наименее почётных.

Справа от меня сидели три брата: Джиза, Дарум и Лудо. Далее были третья сестра Лала и самая младшая сестра Рими.

Слева от меня сидели: жена предыдущего главы клана, бабуля Дитто Мин, супруга главы клана Миа Лей, жена старшего сына Сати Лей и самая старшая дочь Вена. Слева от Вены лежали столовые приборы Рейны Ву.

Сама же Рейна сегодня была представителем группы ответственных за домашний очаг, и ей нужно было помогать Джибе Ву есть. Она могла поужинать только после того, как справится со своей работой. Не только сегодня, кому-то каждый день нужно было заниматься этим. Пожилая Джиба Ву была слишком слабой и не могла кушать самостоятельно.

Кстати, позади Сати Лей стояла детская кроватка, в которой беспробудным сном спал её сын, Кота Ву.

— ... Мы выражаем благодарность за лесную благодать...

Хоть Донда Ву и выглядел как дикий зверь, он объявил это без капли насмешки, очень серьёзным тоном.

Он прижал сложенные пальцы своей мощной левой руки к заросшему бородой рту.

— ... Мы отдаём должное хранителям очага Сати Мин, Рейне, Рими, Ай Фа и Асуте. Благодаря им наши жизни сегодня смогут продлиться...

Все повторили то, что он сказал, и прочертили горизонтальную линию своими кончиками пальцев.

Этот жест... точно такой же, какой делает Ай Фа каждый вечер перед ужином.

Ай Фа всегда проговаривала это очень тихо, поэтому я не мог её расслышать. Получается, она благодарила меня?

Мысль о том, что Ай Фа каждый вечер тайно говорила моё имя, пробудила странное чувство в моём сердце.

А потом...

Когда короткая молитва закончилась, и все принялись за еду.

Они даже не стали ждать, пока мы с Ай Фа возьмём свои ложки. Если бы еда была отравлена, они сейчас были бы мертвы. Они доверились нам... это и означало быть "хранителем домашнего очага".

Вот почему мы не могли себе позволить оплошать.

Еду готовили пятеро, но я был единственным ответственным. Если сегодня с ужином будут какие-то проблемы, я буду вынужден принять всю вину на себя. Даже если они выскажутся в мою защиту, это ничего не изменит.

Мне не хотелось, что бы кто-то пострадал — ни Рими, ни Рейна, ни Дитто Мин Ву... И конечно, не Ай Фа.

Прошу, Рейна Ву, помоги бабушке Джибе.

Я наконец-то потянулся за кухонными приборами, мысленно подбадривая Рейну.

По просьбе Рими Ву я приготовил то же самое, что и прошлым вечером.

В меню был «Бифштекс из гибы под соусом из фруктового вина и жареной арии», а также «Мясной гиба-суп» и «Жареный пойтан».

Так как суп не был главным блюдом, я уменьшил в нём количество мяса и арии. Он был нужен только для того, чтобы служить приятным дополнением. Тот котелок, что кипел на плите, был наполнен именно этим супом.

Как только молитва была закончена, все молча подняли ложки. Бабуля Дитто Мин поднялась со своего места и разлила по тарелкам суп.

В это время Рейна Ву, сидевшая рядом с бабушкой Джибой, даже не шелохнулась.

Всё шло в соответствии с моим планом.

Перед ужином, когда пять человек, ответственных за готовку, начали наполнять тарелки едой и подавать их на стол, все громко кричали, как Рими Ву вчера: "Что это?", "Это гиба?", "Что это за плоская штука?". Но я кратко объяснил им, что есть что, и на что следует обращать внимание, и они притихли.

Я воспользовался шансом, чтобы понаблюдать за реакцией окружающих. Некоторые казались чем-то недовольными, другие — взволнованными, у кого-то блестели глаза, а некоторые оставались невозмутимы. У всех была различная реакция, но никто не говорил ни слова.

Поскольку среди нас были женщины, а у них аппетит меньше, чем у мужчин, я немного скорректировал порции. На "женскую" версию бифштекса у меня ушло по 300г фарша, тогда как на "мужскую" 700г. У меня и Ай Фа была обычная 500-граммовая порция. Бабуле Джибе я сделал поменьше, около 200г.

Стоит упомянуть, что это были не мини-бифштексы, а бифштексы нормальных размеров.

Из-за обилия кухонных плит у клана Ву я ни в чём себя не ограничивал. Начал я, поджарив внешнюю часть мясной котлеты на сильном огне, а затем продолжил готовить её на медленном огне. Однако решение изменить размер куска мяса сделало этот продукт совершенно отличающимся от вчерашнего. "Бифштекс был недостаточно толстым" - это было единственной вещью, которой я был вчера разочарован, и я наконец-то смог это исправить.

Это было правильное решение. Бифштекс стал почти на 3см толще и был сочнее, чем тот, что я сделал вчера. Поскольку большая его часть не была пожарена, а приготовлена на пару, он получился ещё более нежным.

Я был очень доволен этим блюдом.

Что касается клана Ву... Как и ожидалось, они ели молча.

У некоторых были кислые лица, как и до еды, некоторые довольно улыбались, а некоторые продолжали оставаться невозмутимыми. Здесь были все виды реакций, но пока что никто не высказал своё мнение вслух. Ай Фа тоже когда-то была такой. Возможно, эти люди просто не привыкли общаться во время еды.

Кстати, одним из тех, кто сидел с кислыми лицами, был Донда Ву. Представителем группы людей со счастливыми лицами была Вена Ву, а представителем невозмутимых — средний сын Дарум.

И конечно, Рими кушала очень энергично и с широкой улыбкой на лице, а её голубые глаза время от времени поглядывали в сторону бабушки Джибы.

— Бабуля, время ужинать. Блюдо сегодня очень особенное. Наши гости помогли нам приготовить восхитительную еду, — сказала Рейна, поднося ложку ко рту бабушки Джибы.

В ложке был мясной суп из гибы. Рейна оторвала кусочек пойтана и пропитала его в бульоне.

Это был способ, который я придумал.

"Это мяско очень нежное, бабушка Джиба запросто сможет его скушать!" — хоть даже Рими Ву ободряюще и сказала это мне во время подготовки к ужину, мне тогда подумалось, что "наверное, бифштекс будет слишком жирным для восьмидесятилетней старушки".

Поэтому я решил действовать шаг за шагом.

Сначала дать ей попробовать пойтан, пропитанный в бульоне.

Затем арию в супе.

Когда и с тем, и с другим будет покончено, можно будет перейти к бифштексу.

Но не знал, как много зубов осталось у бабушки Джибы. Если она не сможет съесть его, то всё будет бесполезно. Поэтому я решил, что бифштекс предварительно нужно будет точно так же пропитать бульоном — таким образом, рубленое мясо не будет требовать особого пережёвывания.

Поэтому я и приготовил «Мясной гиба-суп».

Я решил подать это блюдо специально ради бабушки Джибы.

Что касается планирования меню, то было бы лучше, чтобы суп дополнял всё остальное, и я решил, что остальные тоже получат возможность насладиться им.

Я специально в этот раз нарезал арию потоньше, чем обычно, и варил её до тех пор, пока она не стала такой мягкой, что я почти перестал чувствовать её плотность. Большая часть мяса ушла на бифштексы, так что для супа я использовал совсем немного, ведь его целью было смягчить пойтан и бифштекс.

Вот такое вот блюдо я придумал специально для бабушки.

— Ах... — удивлённо вздохнула Рими Ву.

Я тоже заметил это.

Бабушка Джиба продолжала подавленно мотать головой, сколько бы Рейна её ни упрашивала. Но похоже, она всё-таки сдалась и начала потягивать суп из ложки.

— Вкусно, да? Тут еще очень много, — радостно сказала Рейна, оторвав ещё один кусочек пойтан и бросив его в тарелку.

Но бабушка Джиба не отреагировала.

Возможно, грубо говорить такое, но она, похоже, стала чуть ближе к небесам после этой еды... И совсем не двигалась.

— Что такое? Вкусно ведь? Это приготовили Рими, бабушка Дитто Мин и я.

Рейна выглядела немного встревоженной и немного сильнее подвинула ложку ко рту старушки.

Нет, не нужно торопить её! Пусть кушает в своём темпе.

Не успел я об этом подумать, как... рот бабушки Джибы, который выглядел как трещина в скале, немного приоткрылся.

Рейна, видимо, успокоилась и протолкнула в него ложку.

— Что ж, тогда как насчёт попробовать арию? Она мягкая и тоже очень вкусная.

Пока мы готовили, Рейна перепробовала все блюда.

Это было моим советом. Если мы хотим уговорить бабулю Джибу поесть, будет лучше, если тот, кто будет кормить её, будет знать, какова еда на вкус.

— Асута вложил в эту еду так много заботы ради тебя... А ведь он никогда тебя не встречал раньше!

Хотя глаза Рейны покраснели, когда она говорила это, для меня, как для повара, собственные усилия представлялись вполне естественными.

Кроме того, я делал это ещё и ради Рими и Ай Фа, которые так сильно беспокоились об этой старушке. И как повар, я так же надеялся, что все остальные тоже смогут насладиться блюдом, которое я приготовил. Если повар не примет во внимание всё это, то он недостоин называться поваром.

— Восхитительно, правда? Как насчёт немного мяса? Оно тоже очень мягкое.

Рейна наконец-то добралась до бифштекса, зачерпнула небольшой кусочек котлеты ложкой и пропитала его в бульоне.

Понравится ли он Джибе?

Я порезал ария немного мельче, чем обычно, но приготовлен он был, по сути, тем же способом.

Я проинструктировал Рейну избегать хрустящей корочки и кормить бабушку Джибу нежным мясом бифштекса как можно больше. Но если у неё вообще не осталось зубов, она легко может подавиться. Я очень чётко предупредил Рейну об этой опасности.

Она отправила ложку в рот старушки.

Та медленно задвигала морщинистой челюстью.

А потом...

Из того места, где у неё должны были быть глаза, потекли слёзы.

— Это мясо восхитительно... Это правда... мясо гибы...? — в притихшем зале раздался её дрожащий голос.