— Все, целы?

У въезда в город Шумирал спрыгнул с облучка и обернулся к своим людям. С облучков оставшихся четырёх повозок на тракт сошли по одному соплеменнику. Они не могли скрыть усталости, но никто не выказывал эмоций. Из их числа к Шумиралу обратился самый высокий — заместитель предводителя, Рададжид.

— Прибыли, на полдня раньше, плана. Что, будем делать?

— К постоялому двору, пойдём. Торговли, подготовку закончим, сегодня, отдыхать.

На территории Постоялого города было запрещено гнать тотосов.

Ведя их под уздцы, караван Шумирала ступил на земли Дженоса. Солнце ещё не достигло зенита, и на улицах было немноголюдно. Но некоторые постоялые дворы уже открылись, и то тут, то там стали появляться женщины с корзинами грязного белья и мужчины, принимающие заказы. Мирная картина, после вчерашнего безумия казавшаяся нереальной.

Дженос, расположенный вдали от враждебной Махидоры, был богатым городом, не знавшим крупных войн. К тому же, его охраняла доблестная стража. Будучи одним из самых процветающих городов в округе, он больше всего опасался набегов разбойников. В Постоялом городе и окрестных деревнях не было стен для защиты от внешних врагов, поэтому их днём и ночью патрулировала стража. Эта земля — самый дальний пограничный город от западной столицы и одновременно — ключевой торговый узел.

«А ведь когда-то и это место было заброшенным.»

Чуть более двухсот лет назад этот район был свободной пограничной зоной. Говорят, в те времена здесь скромно жили всего несколько сотен человек из народа Запада, собирая арию и пойтан. Но оказалось, что здесь протекала большая река, берущая начало в Морге. Как только её обнаружили, сюда хлынули толпы поселенцев из других районов и в мгновение ока возвели замок Дженос. Затем проложили тракты, к северу и югу от замка раскинулись обширные пашни, и люди стали стекаться сюда отовсюду.

Так, спустя сто лет, здесь вырос огромный город, не подобающий приграничью. Прошло ещё сто лет, и Дженос стал центром торговли. Теперь сюда приезжало множество торговцев из Сима и Джагала, принося городу ещё большее богатство и жизнь. На землях Запада Симу и Джагалу запрещено воевать, поэтому Дженос стал одним из редких мест, где оба народа могли сосуществовать. Потому Шумирал любил Дженос. Для Шумирала и его людей, уроженцев степей, не любивших конфликтов, Дженос стал самым уютным местом на свете. Даже когда они, народ Востока, вот так шли по городу, на них не смотрели с удивлением. Конечно, если они сталкивались с людьми из Джагала, те бросали на них недружелюбные взгляды, но на этом всё и заканчивалось.

— Шумирал. — окликнули его вдруг сзади и сбоку.

Он обернулся и увидел, что Рададжид смотрит куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, Шумирал заметил три человеческие фигуры, выходящие из переулка на восточной стороне улицы.

Каштановые волосы, смуглая кожа, гибкие тела, одетые в наряды со спиральными узорами и полупрозрачные накидки — это были женщины Лесокрая. Одна пожилая, две другие — молодые девушки. Все они были тихи, но держались с достоинством. В их внешности ничего не казалось странным, но от жительниц подножия Морги исходила какая-то необъяснимая аура, напоминающая о диких зверях. Шумирал кожей чувствовал, как горожане, до этого не обращавшие на них внимания, вдруг оживились. На землях Запада не чужеземцы вроде Шумирала, а именно народ Лесокрая считался изгоями. И даже то, что это были женщины, а не охотники, ничего не меняло.

Женщины Лесокрая быстро удалились на север. Наверное, они направлялись в Торговые ряды за продуктами.

Народу Лесокрая запрещено собирать дары леса, поэтому они часто приходили в Постоялый город и обменивали клыки и шкуры на еду. Но и народ Лесокрая не был для Шумирала и его людей чем-то, чего следовало бы избегать. Для народа Запада они — непостижимые еретики, для народа Юга — предатели, отрёкшимие от Южного Бога, но у народа Востока нет причин их сторониться. Их обычай поклоняться лесу как богу не казался таким уж странным народу Востока, который обожествлял степи, горы и небо.

«Но если мы хотим и дальше торговать в Дженосе, лучше к ним не приближаться.» — с этой мыслью Шумирал свернул в переулок на западной стороне.

Он пошёл по памяти, и вскоре показалась знакомая вывеска. Это был небольшой постоялый двор под названием «Гэно-тэй», где они всегда останавливались.

— Хозяин, давно не виделись.

— А, это господа из «Серебряного горшка»... Значит, пришло ваше время.

Хозяин постоялого двора сложил пальцы в приветствии на манер Сима. Этот человек по имени Нейл, хоть и принадлежал к народу Запада, был чудаком, увлечённым культурой Восточного королевства.

— В этот раз вас тоже десять? На какой срок?

— Думаем, до конца, Синей луны. Комнаты, свободные есть?

— К счастью, утром как раз съехала большая группа постояльцев. Я приготовлю для вас две большие комнаты.

— Спасибо. Вещи, можно?

— Да, прошу сюда.

Вместе с Нейлом они вышли из постоялого двора и обошли его сзади. Для постоялого двора он был невелик, но здесь имелся большой запираемый склад, что было очень удобно для каравана «Серебряный горшок» с их огромным багажом. Заводя в склад пять повозок вместе с тотосами, Шумирал обернулся к своим людям:

— Прежде чем отдыхать, нужно подготовиться к завтрашней торговле. Рададжид, сходи получи разрешение на торговлю в Торговых рядах и проверь, действителен ли ещё наш пропуск в Призамковый город. — он отдавал распоряжения на родном языке ради тех, кто плохо владел языком Запада. — По пути отведите тотосов в Тотос-я. Пятеро пойдут с Рададжидом. Остальные трое помогут мне разобрать товар.

— Слушаюсь.

Шестеро во главе с Рададжидом, ведя за собой десять тотосов, вышли со склада.

Шумирал с оставшимися тремя принялся сортировать товары для продажи в Призамковом и Постоялом городах. Товара было огромное количество — целых пять повозок. Хоть они и были заранее грубо рассортированы, разобрать всё привезенное не так-то просто вышло. А силы уже подходили к концу.

— Шумирал, ножи кухонные, в Призамковый город?

— Да. Ножи из Сима, в Постоялом городе, не продать.

В Симе железо редкость, поэтому ножи стоили дорого. И каким бы богатым ни был Дженос, разница в достатке между Постоялым и Призамковым городами колоссальна. Точно так же они отложили украшения из серебра для Призамкового города, а рога гьямы и каменные поделки — для Постоялого.

* * *

«Вроде всё...»

Примерно через час Шумирал с соплеменниками закончили сортировку и вышли со склада. Он закрыл толстую деревянную дверь и запер её на железный замок. Вряд ли кому-то придёт в голову, что на складе в Постоялом городе хранятся товары для продажи в Призамковом. И всё же, на случай воров, он оставил в повозках ловушку с ядовитой травой. Любой, кто без разрешения хозяина прикоснётся к грузу, уснёт на полдня от яда банагиуза. Довольный проделанной работой, Шумирал вернулся в «Гэно-тэй».

— С возвращением. — хозяин Нейл, вернувшийся за стойку, кивнул ему с бесстрастностью, присущей жителям Сима. — Отправитесь отдыхать в свои комнаты?

— Да. Но сначала, первая сделка.

По знаку Шумирала один из его людей положил на стойку большой тканевый свёрток. На лице Нейла мелькнула улыбка, но он тут же поспешно её спрятал. Он пытался перенять даже обычай Сима не выказывать чувств.

— Продукты, большая часть, дворянам Призамкового города, обещал продать. Так что, это немного. Извините.

— Нет-нет, для меня и этого более чем достаточно, и качество отменное.

В свёртке были плоды читт и другие продукты из Сима.

Теперь и Шумирал с товарищами смогут отведать в этом постоялом дворе ужин в стиле Сима. Но качество и количество далеки от идеала. Нейл хоть и радовался, но дорогие пряные травы и продукты всё равно трудно продать в Постоялом городе. Казалось, в этом Постоялом городе люди довольствовались тем, что могли вдоволь есть мясо и овощи, и не стремились к гастрономическим изыскам. По сравнению с другими городами это уже был признак богатой жизни, но для народа Востока, любившего острую пищу, маловато — и это факт.

Но и продавать за бесценок товары, привезённые издалека, из самого Сима, они не могли. Торговцы из Джагала, должно быть, были в том же положении. Все дорогие продукты скупал Призамковый город.

«Жители Постоялого города живут очень богато. Вряд ли в этом пограничье найдётся другой город, где можно вволю есть мясо карона и кимюса... Но за той каменной стеной дворяне ведут жизнь несравненно более роскошную.»

Жителям Постоялого города не дозволялось входить в Призамковый город. Поэтому они и не знали, насколько распутную жизнь ведут дворяне на созданное ими богатство. Шумиралу же однажды довелось завязать знакомство с дворянином из Дженоса, и он сумел получить пропуск. Это был пропуск самого низкого ранга, позволявший находиться в Призамковом городе только днём, без права на ночлег, но и этого оказалось достаточно, чтобы узнать о жизни за каменной стеной.

«В Симе в одном городе не возникло бы такого неравенства. А в Дженосе есть даже народ Лесокрая, которого все боятся, словно дикарей. Пожалуй, даже на землях Запада не найти столь необычного города. — Шумиралу нравился Дженос. Именно поэтому его так часто беспокоили странная атмосфера и нравы, царившие в этом городе. Этот город был чем-то неуловимо искажён. Шумирал таил в глубине души тревогу: настанет ли день, когда это искажение будет исправлено, когда город станет местом, где счастье распределяется хоть немного более равномерно? — Впрочем, какой смысл мне, чужеземцу, об этом беспокоиться...» — как только Шумирал об этом подумал...

... дверь постоялого двора внезапно распахнулась. Он обернулся и увидел шестерых своих соплеменников, ушедших в город. Они стояли на пороге, преграждая путь.

— Что случилось? Не подобает вести себя так грубо.

Впереди стоял самый молодой из них, и Шумирал укоризненно произнёс это на родном языке.

— Прошу прощения. — ответил юноша, подходя к Шумиралу.

Лицо его было спокойно, но в чёрных глазах плясали огоньки возбуждения. Даже Рададжид и остальные, казалось, были слегка взволнованы.

— Что-то не так? Неужели... пропуск стал недействителен?

Документ, выданный каравану «Серебряный горшок», был оформлен от имени одного аристократа, и если тот лишался своего положения, пропуск тут же терял силу.

— Нет, с ним всё в порядке. — покачал головой юноша.

— Тогда из-за чего вы так взбудоражены? Даже ты, Рададжид, сам на себя не похож.

— Я взбудоражен? Как стыдно.

Конечно, для кого-нибудь вроде Нейла из народа Запада эти перемены были бы едва заметны, но от Шумирала, своего соплеменника, им было не укрыться. Сохраняя невозмутимые лица, они казались явно взволноваными.

— Дело в том, что мы попробовали удивительное блюдо. — сказал юноша. — Я и подумать не мог, что в Постоялом городе Дженоса можно отведать нечто подобное.

— Уличной еды попробовали? Похвально. А я после вчерашнего так устал, что кусок в горло не лезет. — Шумирал ответил с долей недоумения...

— Тогда попробуйте завтра. — ... и юноша снова покачал головой. — Это невероятное блюдо. К тому же, говорят, оно приготовлено из мяса гиба.

— Из мяса гиба? Но такое ест только народ Лесокрая.

— Да. Его продавали люди из народа Лесокрая... хотя один из них выглядел как человек с Запада в одеянии народа Лесокрая.

Шумирал на мгновение потерял дар речи.

«Человек с Запада в одеянии народа Лесокрая продаёт на улицах Дженоса блюда из мяса гиба... разве такое возможно?»

— ... Если это правда, я непременно хочу это попробовать.

— Да, непременно! Тогда вы, Шумирал, сможете разделить наше изумление.

Молча глядя на соплеменников, Шумирал почувствовал, как в груди без всякой причины нарастает волнение. озможно, это божество Востока или Запада, предвещая грядущие перемены в Дженосе, заставило его содрогнуться.