— Прошу прощения... Что, Шумирала нет на месте?

Торговцы сбросили капюшоны на спину, но среди них я не увидел длинных серебристо-белых волос. Один из симцев, особенно высокий, странным образом сложив пальцы, поклонился мне и Ай-Фа.

— Шумирал по делам. Скоро вернётся.

— Вот как. Он должен был отложить для меня кое-какие товары, вы не в курсе?

— Товар... у Шумирала... Подождите.

«Раз велят ждать, придётся подождать.»

Мы с Ай-Фа опустились на колени и принялись разглядывать разложенные на ткани товары.

— Какая-то лавка со странными вещами. — прошептала мне на ухо Ай-Фа.

«Что ж, глядя на такой ассортимент, с ней трудно не согласиться. Странным было даже не то, что они продавали, а то, как беспорядочно всё было разложено. Тут были и мечи из драгоценного симского железа, и разнообразные кувшины, и деревянные шкатулки с тонкой резьбой, и вычурные луки со стрелами в колчанах, и серебристые украшения, и связки роскошных тканей... Каждая вещь по отдельности казалась искусно сделанной и качественной, но всё это оказалось выложено в ряд без какой-либо системы. Впрочем, возможно, в этом беспорядке больше очарования, чем в строгой выкладке. Атмосфера напоминала лавку древностей на блошином рынке.

— А, так это же женские праздничные наряды, верно? — в полумраке тихо поблёскивала связка радужной ткани. — И вот эти металлические поделки очень похожи на те, что носят женщины дома Ру. Неужели всё это симские товары?

— ... Для меня это бесполезные безделушки. — равнодушно бросила Ай-Фа и вдруг удивлённо округлила глаза. — Асута, что это?

— Ого, а это... чаша для вина?

«Судя по форме, это определённо был какой-то сосуд. Вот только сделан он был из прозрачного стекла.»

— Не думал, что в этом мире существует стекло. Вот это сюрприз.

— Так это называется «стекло»? Какое красивое...

«О-о-ох, глаза Ай-Фы заблестели от живого интереса.»

— ... Стекло, чаша для вина, пять белых. — сдержанно произнёс тот самый молодой симец.

— Так это и правда стекло... Ай-Фа, говорят, пять белых.

— Хм? Красивая, конечно, но для фруктового вина чаша не нужна.

И всё же Ай-Фа, не меняя взгляда, кончиком пальца правой руки принялась постукивать по поверхности чаши. Желания купить у неё не возникло, но меня немного порадовало, что она способна ценить подобные вещи.

— Асута, простите. — тут вернулся Шумирал. — Долго ждали?

— Вовсе нет. Мы только что подошли.

Я встал, чтобы поприветствовать Шумирала, а Ай-Фа всё ещё, словно ребёнок, постукивала по чаше. Я незаметно отошёл от неё на пару шагов.

— Я закончил работать, так что хотел бы выкупить обещанные товары.

— Да. Очень рад.

Кивнув, Шумирал запустил руку под мантию. Его чёрные глаза быстро взглянули на меня.

— Нож, Белых, восемнадцать.

— Да, благодарю.

— Камень, белых, десять... Камень будете брать?

— ... Да. Его я тоже хотел бы купить.

— Итого, белых, двадцать восемь. — Шумирал радостно сощурился и достал товары из-под мантии. Затем он бросил взгляд на всё ещё сидящую на корточках Ай-Фа. — Красивая женщина. Асута, ваша жена?

— Нет... Но она — самый дорогой для меня человек.

— Понимаю. — кивнул Шумирал.

Я принял у него товары и протянул двадцать восемь Белых медных монет.

— Послезавтра буду готовить уже этим поварским ножом.

«Поварской нож для овощей, убранный в чёрные кожаные ножны. Он сослужит мне отличную службу, когда придётся шинковать тино перед лавкой.»

— Это честь для меня... Сим и Сельва благодарны за встречу с Асутой.

— И я вам тоже благодарен. Уже шестой день Синей луны, но надеюсь на дальнейшее сотрудничество. — я от всего сердца улыбнулся, и Шумирал тоже радостно сощурился. — Что ж, у меня ещё есть покупки, так что на сегодня я откланяюсь.

— Да. Послезавтра жду с нетерпением. — Шумирал направился вглубь лавки...

— Прости, что заставил ждать. — ... а я тронул Ай-Фа за плечо. — Всё купил.

— Хм? Ах, вот как. — Ай-Фа поднялась, и мы отошли от лавки «Серебряный горшок». С любопытством она заглянула мне в руки. — Так это тот самый поварской нож за восемнадцать белых медных монет? Должно быть, режет превосходно.

— Ага. В плане овощей он не уступит даже батиному сантоку.

— ... Тогда это и впрямь чудесный нож. — Ай-Фа одарила меня невероятно мягкой улыбкой.

— Да. — кивнул я и шагнул в проулок между торговыми рядами. Там я остановился и посмотрел на Ай-Фа. — Так вот... как я и говорил днём, я купил ещё кое-что, не связанное с готовкой.

— О? И что же ты купил?

На лице Ай-Фа всё ещё играла безмятежная улыбка.

«Какое выражение появится на нём через несколько секунд?»

Внутренне приготовившись к худшему, я показал ей то, что прятал в руке.

— ... Что это?

Ай-Фа недоверчиво нахмурилась. В моей правой руке был зажат... кулон с синим камнем. Маленький, размером с ноготь большого пальца, камень был вставлен в серебряную оправу и крепился к сложно плетёному кожаному шнурку, который можно было повесить на шею.

— Как видишь, это, ну... кулон.

— Кулон... Украшение. — в глазах Ай-Фа начал разгораться недобрый огонёк. — ... Асута, так в тебе проснулось желание украшать себя, подобно женщинам клана?

— Нет... Я купил это для тебя, Ай-Фа.

— Хо. — прищурилась Ай-Фа. — Значит, ты... не слушал ни единого моего слова, Асута?

— Вовсе нет. Я всё прекрасно слышал. Ты сказала, что если я потрачу драгоценные медные монеты на украшения, ты меня изобьёшь.

— Угу. Именно так. — Ай-Фа медленно двинулась ко мне.

— Но прежде чем избивать, выслушай меня. — тайком сглотнув, я продолжил. — Это оберег от бед.

— ... Оберег от бед?

— Да. Говорят, это симский оберег, защищающий от любых напастей. Раз его продают здесь, в западном городе, значит, неважно, каких богов ты почитаешь. В Сим и мужчины, и женщины носят такие обереги, чтобы защитить себя. — выражение глаз Ай-Фа не изменилось. Что ж, я уже смирился с тем, что получу разок-другой. — Не знаю, насколько он силён, но простое украшение тебя бы только разозлило, ты говорила, что у нас всего хватает, а мне всё равно хотелось что-нибудь купить и для тебя, так что я выбрал на свой страх и риск... Это оберег, но камень ведь красивый, правда?

Маленький, но очень глубокого синего цвета камень. Когда вчера Шумирал показал мне его, я влюбился в него почти с первого взгляда. Он был точь-в-точь как глаза Ай-Фа.

— ... И сколько же медных монет ты отдал за этот так называемый оберег?

— Десять белых медных монет.

— ... Десять... белых медных монет... — под полуопущенными веками в её глазах мелькали самые разные чувства.

— Возможно, полагаться на такой оберег не в твоих правилах. Но ты ведь и правда живёшь опасной жизнью, раз получаешь такие раны. Мужчины Лесокрая дарят три рога или клыка, желая своей семье здоровья и благополучия, и я тоже хотел что-то подарить тебе. — говоря это, я взял кожаный шнурок и сделал из него петлю. — Если тебе не по нраву — можешь избить меня потом. Но, пожалуйста, прими это... Как подарок от твоей семьи, желающей тебе здоровья и благополучия.

Ай-Фа на миг закрыла глаза, а затем глубоко вздохнула. И снова вперила в меня тяжёлый взгляд.

— ... Мужчины Лесокрая своей силой добывают гиба и его клыками и рогами благословляют свои семьи.

— Да.

— Стало быть, мне следует считать, что ты, поработав в Постоялом городе, используешь эти медные монеты для благословения своей семьи, и в этом нет ничего дурного... следует ли мне так думать?

— Е-если ты так считаешь, я буду только счастлив.

— ... Хм. — поджала губы Ай-Фа. — Такое чувство, будто я угодила в ловушку для гиба. Уж не водит ли меня за нос моя же семья?

— Вовсе нет. По крайней мере, моё желание уберечь тебя от бед — чистая правда. — Ай-Фа ещё раз хмыкнула и шагнула ко мне. А затем слегка наклонила голову.

— ... Что ты делаешь?

— А? Если это подарок, то по обычаю Лесокрая его следует вручать своими руками, не так ли?

— Этот обычай я ещё не выучил. — с этими словами я надел кулон с синим камнем на шею Ай-Фа.

Чуть выше ожерелья из рогов и клыков коротко блеснул синий камень. Ай-Фа поймала его ладонью, какое-то время молча разглядывала, а потом, словно что-то вспомнив, резко подняла голову.

— Ах да. У меня тоже кое-что есть для тебя.

— А? Для меня?

— Угу. — Ай-Фа завела руку за спину. Одной правой рукой, с некоторым трудом, она вытащила из внутреннего кармана меховой накидки ожерелье из десяти рогов и клыков.

— А... то ожерелье, что я оставил тебе.

— Угу. Больше не возникнет ситуаций, когда придётся использовать эти клыки и рога. Ты хорошо поработал и заслужил носить это ожерелье. — сказав это, Ай-Фа пнула меня по ноге. — Наклони голову.

— Слушай... слова и нога должны идти в обратном порядке, нет? — ворча, я всё же повиновался.

Ай-Фа одной правой ловко сняла с моей шеи ожерелье и с торжественным видом надела новое. Десять благословений, полученных от людей из дома Ру. Мы договорились, что если я прогорю с торговлей в Постоялом городе, то этим ожерельем покрою убытки.

— Чтобы принести достаток в Лесокрай, потребуется ещё немало времени, но я верю, что ты справишься с этой задачей.

— Не только я. Мы с тобой.

— Угу... А ещё совместная работа Ру и Рутим. — Ай-Фа опустила глаза. На её лице больше не было тени страдания, но проскальзывали детская робость и беспокойство. — А в конечном итоге это станет делом всех людей Лесокрая.

— С сегодняшнего дня мы покупаем мясо у дома Ру. — я улыбнулся, глядя на неё. — Скоро его перестанет хватать, и, возможно, придётся закупаться и у Рутим... А когда мы сможем продавать не только готовую еду, но и само мясо, то все, независимо от клана, будут соревноваться, продавая мясо гиба. Если подумать, мы просто начали эту работу немного раньше остальных, вот и всё.

«И чтобы проложить путь в такое будущее, народ Лесокрая должен сплотиться и противостоять непростительной ситуации: тому, что люди из рода вождей, те, кто должен вести их за собой, сами же порочат гордость Лесокрая.»

— ... Ты прав. — не поднимая глаз, Ай-Фа снова коснулась синего камня на своей шее.

— Что такое? Всё-таки захотелось меня избить?

— Нет... Но оберег — всё равно украшение. Носить такое мне как-то не по себе.

— Понимаю... Но камень ведь красивый?

Ай-Фа медленно подняла голову. И, словно маленький ребёнок, лучезарно улыбнулась.

— Угу. Он блестит и очень красивый.

У меня перехватило дыхание. Настолько невинной была её улыбка. Наша работа только началась, и впереди нас ждала гора проблем, но... улыбка Ай-Фа подарила мне такое чувство удовлетворения и покоя, какого я ещё никогда не испытывал. Так завершился первый акт нашей битвы в Постоялом городе.