— Что думаешь об этом человеке? — спросил я Ай Фа, пока готовил суп из пойтана. — Мне трудно его понять. Может, не стоит иметь с ним никаких дел?

— Я даже не знаю... — ответила Ай Фа усталым голосом. — Мне бы не хотелось иметь дел вообще ни с кем из Каменного Города, но в том, что сказал этот человек, есть смысл. Хотя он и ведёт себя чересчур легкомысленно.

— То есть всё будет намного проще, если мы сможем ему доверять... Как и Джиза Ву он постоянно улыбается, но их личности очень разные. Может быть, мы и не сходимся во взглядах, но я знаю, насколько Джиза Ву серьёзный человек.

— Но он... ел мясо гибы, — мрачно пробормотала Ай Фа. — Это удивило меня больше всего. Мне всегда казалось, что никто из Каменного Города никогда не согласится на это.

— Ясно. Я не был рождён в Морихене, да и в Почтовом городе Геносе был всего лишь раз. Но я с ним согласен.

— Что ты имеешь в виду?..

— Я согласен с мыслью, что только люди Геноса готовы поверить в предрассудки о мясе гибы и относиться к охотникам на гиб как к воплощениям зла. Фермы Геноса частенько подвергаются нападениям гиб, поэтому местные жители, естественно, имеют о них искажённые представления. Но все остальные люди мало задумываются об опасности гиб и не боятся их. Кроме того, прошли десятилетия с тех пор, как местные жители начали считать гиб воплощениями зла.

— ...

— Почти все лавки в Почтовом городе обслуживаются местными жителями Геноса, поэтому, когда туда приезжают обитатели Морихена, они в основном вступают в контакт с людьми, которые их боятся. Если бы в Почтовом городе открывали своё дело и иностранцы, то они бы спокойно относились к жителям Морихена, и вели бы себя точно так же, как и этот человек. Тогда недопониманий между людьми было бы меньше.

— ...Асута, а попроще нельзя? — Ай Фа не могла сдержать раздражение, на секунду выйдя из образа «величественного достоинства». — Даже если человек не из Геноса, он должен быть из Каменного Города. Твои слова так же непостижимы, как и Камия Ёст.

— По сравнению с Морихеном, моё место рождения действительно больше похоже на Почтовый город. Однако, даже если тема, о которой я говорю, слишком сложная, мы всё равно должны постараться и найти друг с другом общий язык...

— Ты думаешь, я не стараюсь?

Слабый голос Ай Фа удивил меня, и я обернулся.

Она прислонилась к стене возле очага с очень неожиданным выражением лица и полузакрытыми веками.

— Я совсем тебя не понимаю, но я всё же стараюсь изо всех сил, чтобы это сделать. Ты винишь меня в том, что у меня это получается с трудом...?

— Н-нет, это не так! Это моя вина! Пожалуйста, не плачь!

— Да кто тут плачет?! Ты за кого меня принимаешь?!

Ай Фа говорила то, что не было характерно для неё, и густо покраснела. Что ж, вместо того, чтобы быть на грани слёз, пусть уж лучше злится, как обычно.

— Давай сначала определимся с линией поведения. Как много правды мы можем рассказать этому человеку? Что именно мы должны сказать ему? Что нельзя говорить? Нам нужно принять взвешенное решение.

— Я понимаю, — ответила Ай Фа, и зачем-то медленно поднялась со своего места. Затем она подошла ко мне и встала за спиной.

Продолжая готовить пойтан, я задавался вопросом, что случилось, когда она вдруг положила руки мне на плечи и прошептала на ухо: «Асута, а ты что думаешь?»

Так как я был немного выше ростом, вероятно, ей пришлось встать на носки. И хотя она касалась только моих плеч, я всей спиной чувствовал тепло её тела.

— П-погоди! Мы же уже прогнали отсюда этого человека, почему ты продолжаешь шептать?

— Мы не можем быть уверены, что он действительно ушёл. Он может подслушивать снаружи.

Даже если и так, она собирается провести в такой позе следующие несколько часов?

— С-стой! Пойтаны почти выкипели, позволь мне сначала разобраться с ними.

Я почувствовал, как тепло тела быстро исчезло.

В самом деле, её действия выбили меня из колеи даже сильнее, чем Вена Ву.

Я переложил разваренные пойтаны на лист каучукоподобного дерева, сложенный лодочкой, и тихо вытер пот со лба.

Пойтанов было шесть, как раз должно хватить на три порции.

Камия Ёст должен вернуться до заката, ведь он предложил нам поужинать вместе.

«Я не буду напрашиваться на ночь! Но я очень заинтригован культурой еды Морихена! И я готов заплатить!» — сказал тогда он.

Не собираюсь я требовать оплату с гостя, который принёс в подарок дорогое фруктовое вино. Ай Фа отреагировала на его просьбу сложным образом, но всё же согласилась. Вот почему я готовлю ужин на троих.

— Давай, прежде чем начать наши с тобой секретные переговоры, мы определим, что у нас будет на ужин.

Я использовал лопатку, чтобы отскрести от дна обгорелые остатки пойтана, и повернулся к Ай Фа, которая отступила на несколько шагов позади меня.

— Бифштекс.

Вот это скорость!

Заметив моё недоумение, Ай Фа повторила: «...Бифштекс».

Я и с первого раза понял.

— Хорошо. На самом деле, нужно тщательно обдумать этот момент.

Ай Фа стремительно подскочила ко мне, схватила за шею, чтобы наши головы оказались на одном уровне, и прошептала: «Что ты имеешь в виду?»

— Мы не должны позволять ему думать, что бифштекс — привычное для Морихена блюдо, не так ли? Если придётся об этом рассказывать, то может всплыть вопрос о наших отношениях с домами Ву и Лутим. Мы должны решить, какую информацию стоит обнародовать, а какую нет, — прошептал я Ай Фа в ответ.

Наши лица находились так близко, что, как бы я ни старался сдерживать дыхание, всё равно мог чувствовать её нежный аромат. Я совсем недавно поел, но запах Ай Фа снова пробудил мой аппетит.

Она ничего не заметила и только ещё ближе поднесла губы к моему уху...

— Почему?..

— Эй, поскольку мы не говорим ничего важного, нет нужды шептать, правильно?!

— Может быть, — снова шепнула она мне на ухо.

Видимо, всё-таки придётся разговаривать шёпотом...

— Потому что у этого человека особый статус. Он же отлично знаком с лордом Геноса, верно? Если сболтнём лишнего, это может привести к недоразумению. Кроме того, он не особо ладит с домом Тсун, поэтому не стоит слишком много ему рассказывать о доме Ву и доме Лутим, верно?

— ...Он уже встречал Донда Ву и знает, что мы принимали участие в пиршестве, — прошептала Ай Фа.

Мочка моего правого уха, казалось, таяла от её голоса.

— Это правда. Но важно то, что... Донда Ву готов воспользоваться любым шансом, чтобы свергнуть дом Тсун. Можем ли мы рассказать ему об этом?

Вопрос, над которым стоит задуматься.

Я устал стоять в такой позе, поэтому присел на пол и ткнул пальцем в арию, которая ожидала своего звёздного часа.

— Но ведь он...

— Уваааа!

— Ты чего орёшь, болван! Хватит меня пугать.

— Э-это ты меня пугаешь! Не подкрадывайся так внезапно и перестань шептать мне на ухо!

— ...Да я же топала, как гиба, как ты мог этого не заметить?

— К сожалению, я не охотник, у меня нет такой острый слух! Когда подходишь ко мне, делай это так, чтобы я тебя видел!

— Ну и брюзга же ты... — недовольно ответила Ай Фа и присела передо мной на корточки.

Она схватила меня за подбородок, повернула лицо в сторону и наклонилась.

— Поскольку в будущем этот человек может обратиться к Донде Ву, сокрытие правды нам не сильно поможет... Но мы не обязаны также кормить его информацией.

Наконец сдавшись, я понял, что мне некуда бежать.

Боги, должно быть, хотели испытать мою силу воли. И делали это весьма напряжённым образом.

— Я понял. Давай приведём наши мысли в порядок. Ай Фа, как ты думаешь, какую информацию мы не можем раскрыть этому человеку?

Ай Фа снова тяжело вздохнула.

Её лицо было в 10 см от моего. Если кто-то из нас пошевелится, наши колени соприкоснутся. Мне всё труднее и труднее удавалось поддерживать хотя бы относительное спокойствие.

Ай Фа, наконец, подняла голову. В панике я слегка отвернулся и услышал, как моё ухо ласкает её нежный шёпот.

— Никакую...

— Ты уверена?!

Я рефлекторно дёрнулся, и мы чуть не стукнулись головами.

Ай Фа надулась, словно в ярости.

— Но ведь это ты предложила этот секретный разговор, так что у тебя должно быть что-то на уме, не так ли? Просто расскажи мне, что ты думаешь.

Она резко отвернулась.

Я был так напряжён, что ощутил усталость, сравнимую с той, которую я чувствовал вчера.

— Ты думаешь, что дом Тсун — это позор Морихена, но терпеть не можешь городских жителей, которые их критикуют. Тогда... если этот человек накажет Доддо Тсуна и других за их преступления, станет ли он врагом Морихена?

Ай Фа беспокойно нахмурилась.

На этот раз она не стала отвечать шёпотом.

— Если клан Тсун нарушает законы города и подвергается наказанию, то это их собственная вина. И, естественно, горожане не станут нашим врагом из-за чего-то подобного... Однако если городские жители попытаются обвинить их в том, что они нарушают законы Морихена, то это будет унизительно для нас. Если городские начнут лезть в жизнь обитателей Морихена, это только ещё больше испортить наши с ними отношения.

Ясно. Было немного трудно понять, что она имела в виду, но суть была в том, что когда жители Морихена нарушают городские законы, их должны судить жители города. Но если их преступления нарушили правила Морихена, то их судьбу должны были решить жители Морихена и никто другой.

— Хммм... Но ведь дом Тсун продолжает нарушать законы Морихена, не так ли? Неужели, местные жители этого не замечают?

— О чём ты? Я ещё ни разу не закрывала глаза на преступления дома Тсун.

— Я знаю это. И думаю, что ты невероятна... Но ведь не все в Морихене такие, как ты. Никто не осмеливается бросить вызов дому Тсун, верно? Как вчера ночью, когда люди из дома Тсун пришли, чтобы устроить драку, все могли только сидеть и терпеть их тиранические действия, пока Донда Ву и Дэн Лутим не вмешались.

— Без дозволения главы дома никто не может своевольно бросить вызов клану Тсун. Поскольку я являюсь главой своего дома, то могу делать то, что хочу.

— То, что я собираюсь спросить, может показаться неприятным... Есть ли у небольших домов, не связанных с кланом Ву, какой-либо другой выбор, кроме как покорно сносить издевательства дома Тсун?

Ай Фа закусила нижнюю губу, подняла голову и ответила, глядя мне прямо в глаза: «Клан Тсун — главный клан, но если они перегнут палку, то люди определённо склонятся на сторону клану Ву. Чтобы этого не допустить, эти идиоты стараются сдерживать себя».

— Значит, они не могут открыто делать всё, что захотят, и есть вопросы, в которых даже они проявляют осторожность?

— ...

— Ай Фа, ты сильная. Когда Диддо Тсун и Доддо Тсун поступают плохо, ты можешь прямо им об этом сказать. Но те, кто не так силён, как ты, могут только молча сносить их издевательства — когда я думаю об этом, то чувствую, что не могу их простить.

— ...Мои способности не безграничны, поэтому я могу остановить только то насилие, которое вижу своими глазами, — ответила Ай Фа, снова положив руки ко мне на грудь.

Её действия не были грубыми, скорее, она просто слегка прижалась ко мне.

— Я могу защитить только саму себя, вот почему...

Вот почему ты всегда жила в одиночестве.

И именно поэтому я могу стать для неё лишним бременем.

Я кивнул и сжал руку Ай Фа, которая покоилась у меня на груди.

— Прости, я не хотел ни в чём тебя винить. Никому бы не понравилось такое агрессивное поведение. Вот почему клан Ву и дом Лутим так сердятся... Между прочим, действительно ли клан Тсун настолько силён? Поскольку они считаются с кланом Ву наравне, у них должно быть что-то около ста кровных родственников, и каждый из них подчиняется главе клана Тсун, верно?

— Я не знаю. Мне неизвестны все родственные дома клана Тсун.

— Понятно... Но ведь эти родственные дома не так порочны, как главный дом, верно?

— Понятия не имею... Но если бы все сто членов клана Тсун внезапно пренебрегали своими охотничьими обязанностями, то гибы уже давно бы захватили весь лес.

— И правда. Если бы сто из пятисот жителей Морихена вдруг наплевали на свой долг, это было бы...

Я остановился на полуслове и вспомнил о том, что слышал не так давно.

— ... Теперь, когда ты упомянула об этом, Лудо Ву однажды сказал мне: «Что-то в последнее время гибы как-то уж сильно расплодились».  Гибы обычно держатся одиночками, но трое из них внезапно одновременно напали на охотников, в результате чего отец Шина Ву получил серьёзную травму ноги. И он также спрашивал у меня, как обстоят дела в лесу дома Фа...

Выражение лица Ай Фа, которая всё ещё прижималась к моей груди, стало серьёзным.

— Асута, я уже упоминала об этом на следующий день после того, как встретил тебя.

— А?

— Ты спросил меня: «Охотники Морихена охотятся на гиб каждый день, так почему гибы ещё не вымерли?». Но тогда я ответила тебе, что популяция гиб не только не уменьшается, а наоборот — увеличивается.

— ...

— Их становится больше. Сейчас самый разгар сезона охоты на гиб, но их число просто невероятно... Честно говоря, в лесу их так много, что теперь мне даже не нужно использовать фрукты, чтобы их приманить.

— Э? Ай Фа, ты не используешь «жертвенный стиль охоты»?

— В последние несколько дней нет. Несмотря на это, сейчас гибу поймать проще простого.

— Понятно. Хм, но ведь это странно. Значит, этот аромат не от фруктов, которые привлекают гиб?

Ай Фа немедленно густо покраснела, и её пальцы на моей груди заметно напряглись.

— Когда мне в волосы попадает фрукт, запах которого привлекает гиб, от него почти невозможно избавиться! Асута, разве я не говорила тебе не шутить с запахом моего тела?!

— Но ведь нет же, наоборот, я тебя хвалю...

— Шумный...! В любом случае количество гиб увеличивается год от года.

— Понятно. Лудо Ву был не совсем в этом уверен, но именно так он и думал.

— ...Деревня Ву к югу от нас. Клан Тсун — к северу.

Румянец ещё не до конца сошёл со щёк Ай Фа, а глаза горели ярким огнём.

— Возможно, ты не до конца понимаешь особенности жизнедеятельности гиб. Если клан Тсун продолжит пренебрегать своей работой охотников, то весь север Морихена наводнят полчища гиб.

—...Ай Фа, всё на самом деле так плохо?

Возможно... ситуация даже хуже, чем я представлял себе ранее.

Если оставить в стороне моё незначительное чувство моральной ответственности и стремление к справедливости... если жители Морихена продолжат закрывать глаза на порочные действия клана Тсун, то скоро весь смысл их жизни... может просто исчезнуть?

— Ай Фа... этот вопрос может находиться за пределами наших возможностей. Это Камия должен наладить отношения с кланом Ву и домом Лутим, а не мы, верно?

— Это бессмысленно.

— Что? Но почему?

— Вспомни характер Донды Ву. Если клан Тсун перегнёт палку, то он не будет колебаться и использует всю доступную силу, чтобы всё уладить. Он наведёт порядок в Морихене и не станет полагаться на Каменный город... и я могу его в этом понять, — тяжело вздохнула Ай Фа.

Что-то она сама на себя не похожа.

— Поскольку я знаю, что он чувствует, я не хочу подбрасывать в огонь ещё больше дров. Если клан Ву и клан Тсун начнут войну, то мы потеряем много хороших охотников, и порядок в Морихене окажется на грани краха.

— Даже если до этого дойдёт, никто всё равно не захочет полагаться на жителей Каменного города..., — в свою очередь вздохнул я.

Ситуация становилась всё сложнее и опаснее, но нам с Ай Фа удалось встретить человека, который был знаком с высшей властью Каменного города.

В доме Ай Фа было только два человека. Какое бремя боги или демоны хотят возложить на нас?

Как простой хранитель домашнего очага, самое большее, что я мог сделать, это нарезать мясо для главы дома и нашего гостя.