Ын Соль и Чон Хёк вышли из дома Кан Со Хви. По пути к калитке они наткнулись на Мок Мин Со, возвращавшуюся из школы. Она была шокирована тем, что встретила в своём дворе женатую пару.

— Эм… – Девушка уже собралась что-то сказать, но Юн Чон Хёк одарил её взглядом полным ярости.

— Молча иди, куда шла, – сказал мужчина, не стесняясь своей грубости.

В этот момент глаза девушки от злости налились кровью, но она лишь громко хлопнула дверью, а Ли Ын Соль и вовсе не успела ничего сказать. Она всё продолжала смотреть на руку, что держала её ладонь.

Ын Соль не могла поверить, что муж узнал о её прошлом. Что он теперь думает о ней?

— Почему... Ты мне обо всём не рассказала? – С этим вопросом грудь мужчины тяжело поднялась. Девушка взглянула на мужа и увидела, что Чон Хёк нахмурился, словно от боли. Тем временем он продолжал: – У тебя было… достаточно времени, чтобы это сделать.

Голос мужчины при этом слегка дрогнул, раскрывая новую эмоцию, которую Ли Ын Соль никогда не наблюдала в нём прежде. Слёзы стали медленно скатываться по щекам девушки, и Юн Чон Хёк начал нежно их смахивать.

— Я… Не могла тебе рассказать, – хрипло ответила девушка.

— Но почему?

— Не хотела, чтобы ты знал, какой… какой ничтожной я была всю жизнь. Мне было слишком стыдно. У всех ведь есть секреты, которые они не хотят открывать другим, правда? – Голос Ын Соль становился всё отчаяннее: – Если бы ты узнал, то тогда я… Выглядела бы жалкой. Ты бы просто пожалел меня, а я… ощущала бы себя пустым местом.

— Ын Соль…

— То, чего я хочу от тебя… Это точно не жалость, – голос девушки дрожал, но она договорила. Ли Ын Соль не была уверена, что муж понял смысл её слов, но старалась передать его изо всех сил.

Когда в старшей школе над ней издевались дети, Юн Чон Хёк её защищал. Но больше она не хотела чувства справедливости по отношению к себе. Ын Соль не хотела, чтобы её защищали таким образом.

Всё, чего хотела Ли Ын Соль, – заполучить любовь Чон Хёка.

Она до сих пор не могла поверить, что они женаты. Её чувства к нему появились ещё в старшей школе, просто из-за того, что учитель Юн был к ней добр. В тот момент, когда умоляла жениться на ней, и сейчас, когда это уже произошло, она продолжала надеяться на то, что и в нём появятся чувства.

Ын Соль хотела, чтобы Юн Чон Хёк увидел в ней женщину.

До заключения брака он предупредил, чтобы она не ждала от него любви, и именно в этом скрывалась причина, по которой она не могла быть честна. Они прошли вместе через многое, но теперь, когда правда раскрылась, Ли Ын Соль боялась, что муж отдалится.

Когда она стыдливо опустила глаза, то услышала голос:

— Наверно, тебе было очень тяжело находиться в постоянном одиночестве.

Этот неожиданный ответ пересёк все границы. Тело девушки задрожало, когда Чон Хёк крепко её обнял.

— Ты должна помнить, что у тебя есть я, – продолжал он.

После этих слов Ын Соль больше не могла сдерживаться и разрыдалась. Её сердце забилось в бешеном темпе: она еле могла дышать из-за нахлынувших эмоций.

— Хмф… – Девушка продолжала всхлипывать, но оставалась в объятиях мужа. Её слезы впитала рубашка Чон Хёка, а его тепла было достаточно, чтобы отогнать все невзгоды прочь.

Вдруг Ли Ын Соль испугалась. Такими темпами она влюбится в этого мужчину без остатка.

— Всё хорошо, Ын Соль.

После этих слов внутри неё что-то дрогнуло.

— Хмф…

Она осознала, что Чон Хёк всегда был на её стороне.

***

Юн Чон Хёк припарковался возле входа в ресторан. Перед тем, как выйти, он попросил Ын Соль подождать в машине. Когда мужчина вернулся, то автомобиль заполнил запах говяжьего бульона. Чон Хёк повернулся, чтобы поставить пакет с едой на пол возле заднего сидения.

— Но я не голодна, – прошелестела Ын Соль немного осипшим голосом, хотя уже и не плакала.

— Я взял это, потому что сам проголодался.

— Хорошо, – кивнула девушка.

Когда они вернулись, то сразу же пошли в свой дом. Ли Ын Соль предложила заглянуть в главное здание и оповестить родителей, что они вернулись, но Чон Хёк покачал головой. Мужчина сказал, что нет необходимости каждый раз сообщать родителям о том, что она куда-то уходит. Со временем это может заставить её чувствовать себя обязанной, а внимательность девушки будет восприниматься, как должное.

Ын Соль не совсем поняла, что он имел в виду, но сердце подсказывало ей, что стоит послушаться мужа.

Как только они вошли в дом, Юн Чон Хёк направился на кухню.

— Сходи в душ, – бросил мужчина, открывая пластиковую баночку с бульоном.

Наблюдать его, стоящего возле возле раковины на кухне, было немного странно, но Ли Ын Соль могла уверенно заявить, что муж точно занимался таким раньше. Позже она вспомнила, что Чон Хёк достаточно долгое время жил один: сначала в Саудовской Аравии, а потом – в Ульсане. Он всегда сам заботился о своей еде.

Но когда они были вместе, Ын Соль хотела ему помочь.

— Давай я, – предложила она свою помощь. – Я из-за кондиционера не сильно вспотела.

— Ты будешь чувствовать себя лучше после душа, – сказал Чон Хёк, наливая бульон в кастрюлю, опустошив пластиковый контейнер.

Он явно настаивал на том, чтобы она приняла душ.

Чувствуя некоторую неловкость, девушка несколько секунд смотрела на закипающий бульон, а затем скрылась в ванной комнате. Но перед этим пообещала:

— Я скоро.

Когда Ын Соль вернулась после того, как быстро ополоснулась, муж снова ей посоветовал:

— Иди посуши волосы.

— Но сейчас ведь жарко и сухо.

Чон Хёк, ранее закатавший рукава рубашки, уже вытирал влажные руки полотенцем, попутно отвечая:

— Кондиционер включён.

— Хорошо, – мягко согласилась Ли Ын Соль и вернулась в ванну. К тому моменту, как она снова пришла на кухню, стол уже был накрыт. В медных плошках лежали белое кимчи, кимчи на воде и кимчи из редиски. Так же их ждали две миски бульона, приправленного луком, а рядом с ними – тарелки риса. Сервировка была на высоте.

— Выглядит прекрасно, – сказала Ын Соль с всё ещё опухшими глазами, поднимая ложку. Она не была голодной, но раз Юн Чон Хёк вложил в это так много сил, то она просто обязана была попробовать.

— !.. – К её удивлению суп был просто великолепен на вкус. Даже без соли все приправы идеально гармонировали между собой. Ли Ын Соль тут же заправила суп рисом и сконцентрировалась на еде. Рисовое зерно было приготовлено так же хорошо, как и нежная говядина. Кимчи из редиса было хрустящим, и оно не уступало по вкусу тому кимчи на воде, что преподнесла им свекровь.

Неожиданно Ын Соль осознала, что уже перевалило за три часа дня, и это был её первый приём пищи. Она так наслаждалась едой, что даже не заметила, что за ней наблюдает муж.

Мужчина смотрел, как она с набитыми щеками жуёт своим маленьким ротиком пищу. Его глаза ненадолго задержались на девичьей груди перед тем, как он спросил:

— Хочешь добавки? – Спросил мужчина, предлагая салфетку, чтобы Ли Ын Соль вытерла испачканные губы.

Жена отказалась от второй порции, но Чон Хёк всё равно принёс кастрюльку и наполнил её миску.

— Но я действительно уже не голодна… – Пробормотала девушка, но в итоге съела всю порцию без остатка. Она «вылизала» всё так, что посуду можно было и вовсе не мыть.

— Ох, я и не думала, что была настолько голодна, – засмущалась Ын Соль, глядя на пустую тарелку, а затем посмотрела на мужа.

— Когда тебе грустно, то лучше всего… поесть.

— Но я ведь не ребёнок, который вредничает из-за того, что голодный, – немного покраснев, сказала девушка.

— Хорошо, что ты себя знаешь.

— …

Ли Ын Соль правда стало лучше. Она сделала всё, что посоветовал Чон Хёк, и теперь её тоска практически ушла. Простой душ и вкусная еда стали самыми эффективными в этом деле помощниками.

— Я рад видеть, что ты так хорошо ешь.

— Ха…

— А ещё приятнее видеть, что ты стала сильнее после плотного обеда.

Казалось, что Юн Чон Хёк пытается её подбодрить, и она была ему за это безумно благодарна. Ын Соль ценила то, что муж не настаивал на деталях, а лишь в своей спокойной манере старался её поддержать. Эмоции вновь нахлынули на девушку, когда она увидела, как муж убирает со стола. Ли Ын Соль тут же встала и присоединилась к уборке.

После они вместе сели на диван в гостиной. Девушка села немного поодаль, но Чон Хёк похлопал по месту рядом с собой, приглашая. Она без колебаний пододвинулась ближе.

Немного стесняясь, Ын Соль начала говорить:

— Есть кое-что, о чём я хотела бы спросить.

Юн Чон Хёк одобрительно посмотрел на неё, предлагая продолжить.

— Кто-то оставил мне записку, когда я была в первом классе старшей школы…

Лицо мужчины оставалось незыблемым, даже когда девушка напрямую задала вопрос:

— Она была от тебя, Чон Хёк?

Когда муж вопрошающе наклонил голову, она объяснила:

— Там было написано: «Не дай им победить».

Это случилось после того, как её перевели в старшую школу Хочон. Над ней издевались без веской на то причины, и с каждым днём ученики становились всё более жестокими.

Однажды после урока физкультуры Ли Ын Соль обнаружила, что школьная форма пропала. Она обыскала всё и везде, но так и не смогла её найти. Позже девушка пришла домой и обнаружила там совершенно новую, аккуратно сложенную форму на своём столе. На форме и лежала та записка.

— А… – Вспомнил Чон Хёк.

Девушка крепко взяла его за руку и спросила вновь:

— Это ведь был ты, учитель? Я тогда подумала, что это от тебя, потому что потом… Ты стал моим учителем на дому… Ты потребовал, чтобы я не дала им победить, учитель… То есть… Чон Хёк, – Муж продолжал молчать, и тогда Ын Соль добавила: – То же самое ты сказал мне перед нашей свадьбой.

Юн Чон Хёк лишь многозначительно посмотрел на жену. Сердце Ын Соль забилось чаще, когда он, наконец, ответил:

— Это был я.

На глаза девушки от шока навернулись слёзы:

— Правда?..

— Да, – Чон Хёк медленно стал гладить жену по волосам. – Я был очень зол. Было ужасно наблюдать за тем, как над тобой издевались, – его голос стал более низким.

— Так то, что ты стали моим учителем на дому… Ты сделал это специально?

Ын Соль подняла на него взгляд, полный слёз. Вместо ответа Юн Чон Хёк потянулся к ней. Ранее он заметил, что пуговицы на пижаме жены были застёгнуты неправильно, и это заставляло его нервничать. Руки мужчины были нежны, когда он расстегнул первую пуговицу. Ын Соль коснулась его ладони.

— Да, я сам решил стать твоим учителем на дому.

Этот ответ ввёл девушку в ступор, потому что оказалось, что в произошедшем не было никакой «случайности». Всё время Ли Ын Соль думала об этом лишь как о счастливом совпадении, пусть оно и длилось целых два года.

Чон Хёк уже закончил возиться со второй пуговицей, но у его жены была так затуманена голова, что та не осознавала происходящего.

— Так ты… Всегда был рядом со мной… ради меня… – Прошептала Ын Соль, когда расстегнулась третья пуговица.

— Ын Соль! Чон Хёк! Мама сказала, что мы все должны… – Сыль Ги ворвалась в гостиную, удерживая в руках розовую корзину.

Увидев, что происходит между братом и его женой, девушка, засмущавшись, вскрикнула и уронила корзину.

Свежие персики упали на мраморный пол и покатились в разных направлениях.