— Ликью —

Выкапывать эти дурацкие камни пришлось довольно долго. Но наконец, кажется, мы почти закончили. Они уже собрались упаковать находки.

И на этот раз у меня была реальная возможность продемонстрировать свои лучшие качества и помочь им. Это наверняка повысило бы мою репутацию.

«Ликью! Вот наши припасы! Нужно сложить их в твой мешок!» — (Крис)

Я собирался помочь ему, ведь моя Шари хотела, чтобы мы поладили. Хотя на самом деле мне больше хотелось бы растворить его за наглость прямо сейчас. Шари этого желала, и в конце концов, ничего страшного в помощи не было.

По крайней мере, я так думал… Пока этот человек не швырнул в меня целую охапку проклятых камней.

Сила броска была недостаточна, чтобы добраться до моего ядра, но в тот же миг, как камни оказались внутри меня, началось истощение. В мгновение ока мое тело перестало слушаться, я потерял форму.

Я даже не мог растворить камни, а они вытягивали необходимую энергию, и я не в силах был сконцентрировать ее на таком количестве объектов сразу. Единственное, что удалось, это изгнать камни прежде, чем ноги подогнутся.

«Что, черт возьми, ты творишь?!» — (Шари)

Моя Шари подошла ко мне.

«То, что следовало сделать гораздо раньше!» — (Крис)

Я ненавижу его! Хочу, чтобы он был мертв, уничтожен, стерт с лица земли!

Что бы ни случилось, он умрет! Но как мне это устроить?

«Ты с ума сошел? Нельзя просто нападать на нас! Ликью…» — (Шари)

«Ликью ничего не сделает! Думаешь, я не заметил, как сильно эти камни истощают вас, монстров? Такого количества должно хватить, чтобы серьезно истощить его энергию» — (Крис)

Что мне делать? Мое тело совершенно не слушалось.

«Я… я н‑н‑не… Сшшхаариии‑глршб…» — (Ликью)

Все происходило так медленно. Мне была нужна энергия!

Трупы гоблинов! Если я смог бы добраться до них, там хватило бы сил, чтобы снова прийти в себя.

«Крис, ты… Это неправильно!» — (Майра)

Даже Майра заступилась за меня. Как неожиданно. Во мне было столько ненависти и в то же время какая‑то привязанность. Это было слишком для одного момента. Я был на пределе!

«Что в этом неправильного? Я уничтожаю вредителя, а это наша профессия!» — (Крис)

Он должен умереть! Раххх!

«Но… но ты бы никогда не предал кого‑либо подобным образом. Я с трудом узнаю тебя!» — (Майра)

«Они не «кто‑либо»! Они — монстры! Должен ли я ждать, пока они наконец решат нас съесть? Или чего‑нибудь похуже?» — (Крис)

«Крис, они уже извинились, и ни разу не было никаких признаков того, что они повернутся против нас» — (Джейкоб)

«Не смей со мной разговаривать! Ты уже утратил всякое доверие, вступив в сговор с этими тварями! Эта тварь — убийца!И я покончу с ним раз и навсегда!» — (Крис)

Майра взяла его за руку, но он оттолкнул ее, и, похоже, она больше не собиралась пытаться снова.

«Прости, Майра, но это я должен сделать. Джейкоб, если ты вмешаешься, я тебя уничтожу!» — (Крис)

Я… мне нужно было действовать! Как‑нибудь!

Он точно меня уничтожит!

Я не хочу умирать! Я не хочу перестать существовать! Я не хочу, чтобы мое время с Шари закончилось!

Но я не могу действовать! Это так ужасно, так страшно! У меня нет вариантов! Нет надежды! Почему?!!

«Я не позволю тебе это сделать!» — (Шари)

…

Что?

Моя… моя Шари пришла мне на помощь?!

«Послушай, малышка. Может, тебя и впрямь втянули в это дело. Так что если ты исчезнешь сейчас и больше никогда не покажешься, я, возможно, найду в себе силы не охотиться за тобой» — (Крис)

Она могла бы сбежать! Без меня у нее наверняка еще был шанс выжить. Она способная и знает о жизни среди людей куда больше моего. Я просто втянул ее в эту историю и было бы понятно, если бы она захотела меня бросить. Это было бы справедливо.

«Ликью сопровождал меня… Хотя все это тяжело переносить, я не готова к предательству. Мое слово для меня важно, и бросить того, кого я обещала взять с собой, кажется мне неправильным. Так что… Извини, но я не дам тебе убить его» — (Шари)

Она защищает меня?

Это…

Я не знаю! Радость?

Я чувствую радость! Чистое счастье!

«Тск, солидарность между монстрами! Что за шутка!» — (Крис).

«Послушай, если ты сейчас остановишься, я могу закрыть на все глаза. Даже если ты профессиональный боец, мне нужно лишь задержать тебя, пока Ликью не придет в себя! Тебе не победить!» — (Шари).

Я мог это сделать! Всего несколько мгновений и я разрешу эту ситуацию!

«Тогда хорошо, что у меня есть помощь. Тебе серьёзно стоит быть осторожнее с теми, кого ты берёшь с собой!» — (Крис).

В этот момент передо мной возникает эта девушка. С широкой улыбкой на лице.

«Элин?! — (Шари).

Мне следовало растворить ее, пока была возможность!

«Мне ужасно жаль. Но он сделал такие заманчивые предложения. И это идеальная возможность для действий, не правда ли?» — (Элин).

То, как она блокировала меня, полностью лишало меня возможности действовать.

«Тебе не обязательно это делать! Я всерьез собиралась заплатить тебе! Я даже могу увеличить плату!» — (Шари).

Смогу ли я все еще убить ее? Не знаю, но другого выхода я не вижу!

«Ха? Мне не нужна эта ничтожная сумма. Знаешь, когда твой спутник прижал меня к земле, я по‑настоящему испугалась. Одна только мысль о том, что он мог со мной сделать в тот момент, до сих пор вызывает у меня дрожь. Это был настоящий ужас!» — (Элин).

Вот оно снова проявляется. Ненависть не преодолеть просто так.

«Может хватит болтать и пора уже разобраться с этим монстром?!» — (Крис).

«И именно поэтому я решила, что не стану этого делать!» — (Элин).

«Что?!» — (все)

Что за бред?

«О чем ты говоришь? Убей эту тварь!!!» — (Крис)

«Ну, только если Ликью сделает именно то, в чем он лучше всего разбирается, а именно устроит долгую и мучительную смерть! Это ведь не слишком много, правда?» — (Элин).

О, я определенно мог это для тебя устроить! Чистая агония, и очень медленно. Я бы охватил тебя целиком, но все же заставлял воздух проникать в твои легкие. Стянул бы с тебя кожу, но прикрыл бы каждую рану, чтобы предотвратить утечку. Медленно забирал бы все больше, следя за тем, чтобы ты все осознавала. Это продолжалось бы до тех пор, пока не остались бы только самые важные органы, и тогда я бы отступил. Если ты этого хочешь, я могу так поступить.

«Ты говоришь о Сиде! Ты хочешь, чтобы мы его убили!» — (Шари)

О, это тоже сойдет. Честно говоря, мне не по душе этот мерзкий маленький проныра.

«Точнее, я хочу, чтобы это сделал Ликью. Ты работаешь слишком чисто на мой вкус. А он заслуживает настоящего хаоса! И когда ты дашь мне слово, то этого для меня будет достаточно.Ты слишком честна, чтобы предать меня». — (Элин)

Растворить этого неприятного типа? Я не видел в этом никаких проблем, если бы не тот факт, что меня заставляли это делать, и это мне не по нутру. И еще важнее, это моя Шари.

«Ты не можешь всерьез это предлагать!» — (Крис)

«Договорились!» — (Шари)

Впрочем, суть шантажа в том, что выбор у меня редко бывал. Но то, что моя Шари зашла так далеко ради меня…

Так девушка пропустила меня вперед. Теперь нужно было действовать как можно быстрее. Этот мальчишка угрожал моей Шари!

«Рааахххх! Я избавлюсь от каждого из вас!» — (Крис)

Он хотел напасть на нее! Однако моей Шари удалось на мгновение отпугнуть его своим оружием, выигрывая нам немного так необходимого времени.

«Пора положить этому конец!» — (Крис)

Но это не могло длиться вечно. Разъяренный, он попытался нанести удар по ней, но она увернулась.

Я почти с облегчением заметил, что он нацелился на меня, а не на Шари. Но она в мгновение ока развернулась к нему спиной.

Почему же растворение занимало так много времени? Я знал ответ. Просто потому, что у меня катастрофически мало энергии, необходимой для этого.

Я хотел помочь ей.

Шари удалось обезоружить Криса, но затем он набросился на нее.

«Это еще не конец. Я НЕ ПОЗВОЛЮ ВАМ УЙТИ!» — (Крис)

Он целился в ее ядро!!!

Мне нужно спасти мою Шари! Все мое существо! ПУСТЬ Я ПОМОГУ! Я ГОТОВ! СЕЙЧАС!

«Зсссчхх…»

Растворение. Только оно порождало этот особый звук. Но лишь когда использовалось в полную силу, его можно было услышать так отчетливо. И это был не я.

Шари!

Она растворила его. Это не было осознанным решением, а лишь чистая, инстинктивная реакция ее тела на угрозу. И она не знала, как справиться с этим. Она не была настолько жестока, и это убийство причинило ей боль. Она грустила! И все это только потому, что она защищала меня. Она грустила из‑за меня.

Это было так ужасно. А эти двое, которые даже не попытались помочь, смотрели на нее с таким презрением?!

Неудивительно, что она убежала. Но я должен был действовать. Я должен был ей помочь. Поэтому я последовал за ней.

«Ш‑Шари…» — (Ликью)

«Послушай! Я не хочу это слышать! Не хочу, чтобы ты говорил мне, что это был правильный выбор! Что это был лучший способ справиться с ситуацией! Что я была права! Или даже что я развиваюсь так, как и должна развиваться слизь! Я не хочу этого слышать!!!» — (Шари)

Как будто я мог сказать что‑то подобное своей драгоценной. Даже я понимаю, что тебе плохо.

«Ты не такая» — (Ликью).

Ты спасла меня! Ты гораздо больше, чем просто слизь!

«Слись никогда не стала бы принимать решения из‑за других. Слизь просто бросила бы меня без сожалений. Слизи было бы все равно на меня!» — (Ликью)

Это первый раз в жизни, когда кто‑то проявил ко мне заботу. В моем существовании не было ничего, что могло бы сравниться с этим. Никто и близко не похож на нее.

«А ты спасла меня! Я… я не знаю!!! Ты несчастна из‑за того, что сделала ради меня! Я не хочу, чтобы ты была несчастна! Я хочу, чтобы ты была счастлива! Но почему я чувствую такую радость? Я не понимаю! Я не понимаю! Я не понимаю! Почему все так запутанно?!» — (Ликью)

Все, что имело значение, это моя Шари, ее счастье, а также то, что я был рядом с ней.

Что же мне было делать? Я должен был сделать ее счастливой! Прекратить ее грусть!

И это странное, сбивающее с толку состояние во мне… Было только одно объяснение.

«Я… я думаю, я люблю тебя!» — (Ликью)

Это было все, что я знал!

Мои познания могли быть ограничены, но я был уверен. Ничто другое не могло вызывать такие всепоглощающие чувства.

«Ну… ну, я знаю, что ты вроде как одержим, потому что я похожа на тебя» — (Шари).

«Нет! Нет! Не потому, что ты похожа на меня! А потому, что ты, это ты! Потому что… потому что просто находиться рядом с тобой делает меня счастливым. Моя… моя жизнь принадлежит тебе! У меня нет ничего другого, что я мог бы дать, но, пожалуйста, прими это. Пожалуйста! И никогда не покидай меня!» — (Ликью).

Никогда не отпускай! Никогда не исчезай! Никогда не давай этому закончиться! Я не могу существовать без этого… Без тебя! Я НУЖДАЮСЬ В ТЕБЕ!!!

«Разве я уже не говорила, что возьму тебя с собой? Не думаю, что нарушу свое слово» (Шари).

Действительно! Она останется со мной…

Но пребывание рядом со мной сделало ее такой грустной. Что же мне было делать? Я не хотел, чтобы она грустила. Я хотел прекратить ее печаль, изгнать ее, затопить ее!

Я это сделал!!!

Я приблизился к ней. Она даже не пыталась оттолкнуть меня, для меня это был достаточный знак согласия. И тогда я соединился с ней, чтобы исцелить.

Возможно, вмешиваться в эмоции моей Шари было неправильно, но это не было глобальным изменением и это было важно. Я лишь заставил ее на время забыть о своей печали. И все, что осталось взамен, это мои собственные чувства.

«Я люблю тебя!» — (Ликью).

Они затопили все остальное. Она не осознавала свою печаль в этот момент. Все прочее растворилось в этом потоке!

Тебе это не было нужно… Потому что единственное, что имело значение, это…

«Я люблю тебя!» — (Ликью)

«Не могу описать…» — (Шари)

Ее растерянность вполне естественна. Соединение, это довольно интенсивный опыт.

«Боже! Это же соединение, да?» — (Шари)

Она понимает, что происходит, но мне нужно сохранить в тайне свои намерения.

«Конечно!» — (Ликью)

«Ты в моей голове!» — (Шари)

«Ядро!» — (Ликью)

«Не вдавайся в подробности! Как мне отсюда выбраться?! Я едва могу что‑либо замечать!» — (Шари)

«Я чувствую тебя, а ты меня! Что еще может быть важным?» — (Ликью)

В конце концов, я избавлю тебя от печали.

«Может, то, что происходит вокруг нас, пока мы здесь?» — (Шари)

«Ничего плохого!» — (Ликью)

Я даже сейчас сохранял крупицу осознанности.

«Откуда ты знаешь? У нас нет никакой информации извне!» — (Шари)

«Время течет медленно. Почти не движется! Целая вечность только для нас!» — (Ликью)

В конце концов, наши объединенные разумы сейчас открывали новые горизонты.

«Ликью! Немедленно выпусти меня отсюда, пока я не потеряла себя!» — (Шари)

О нет! Она разозлится! Нужно ее успокоить. Действуй!

Я должен остановиться независимо от того, как приятен этот опыт. Я должен остановиться, иначе моя драгоценная разозлится! Этого нельзя допустить!

«Совершенно странно!» — (Шари)

Но, по крайней мере, она узнает…

«Я люблю тебя!» — (Ликью)

После того как я снова отделился, я ощутил странное чувство. Некоторые вопросы, которые мучили меня раньше, вдруг стали ясными. Мысли, которых у меня никогда не было. И образы, и воспоминания, которые определенно не были моими.

У меня никогда не было любящей семьи. Может быть…

«Ты только что… запечатлелся во мне?» — (Шари)

Вот оно! Действительно, могло произойти что‑то подобное.

«Возможно. А ты — во мне» — (Ликью)

«Ты! Ты не можешь просто так это делать! Даже если ты полностью раскрыт и… Это результат? Я начинаю что‑то понимать?» — (Шари)

«Не знаю. Такого раньше никогда не было» — (Ликью)

Я действительно не подозревал. Я никогда прежде не был настолько открыт, никогда не выпускал столько себя наружу. Но если это привело к лучшему взаимопониманию между нами… Какое чудесное благословение!

«Конечно, у тебя ведь никогда не было возможности сделать что‑то подобное с тем, кто похож на тебя… Откуда я это знаю? Ликью!!!» — (Шари)

«Думаю, все из‑за соединения. Оно, наверное, помогает нам лучше понять друг друга, перенять мотивы и взглянуть на мир глазами другого» — (Ликью).

Я осознал, что слишком явная радость с моей стороны в этой ситуации могла ее смутить, но сейчас мне едва удавалось сдерживаться. Я был так счастлив! Мы стали ближе! Как это было замечательно!

«Д‑до тебя дошли и мои воспоминания тоже?» — (Шари)

В долгосрочной перспективе скрыть это было бы невозможно.

«Лишь некоторые. Твои родители кажутся милыми. Теперь, кажется, я понимаю» — (Ликью).

Они и правда были милые. У меня никогда не было ничего подобного, но даже просто ощущения, связанные с этими образами, вызывали у меня теплую, приятную волну внутри. То, что из чего‑то настолько тяжелого могло вырасти нечто столь прекрасное… Возможно, это был самый чудесный момент в моем существовании.

Я был рад!

Спасибо, Крис!