Если представить местность с высоты птичьего полета, то на воображаемой карте холм с особняком можно поставить на север, а запутанные ходы живого лабиринта – чуть ниже, прямо под здание. Необычное озеро в таком случае располагалось справа от лабиринта в центре, примерно на юго-восток от поместья. Если пространственная думалка не врет, конечно.

Само озеро было той ещё лужей. Мутное, серо-зеленого цвета, слегка изгибаясь оно тянулось от подножья холма на севере к широкому плато на юге, на всем протяжении соприкасаясь со стенами изгороди на западе. Получалась эдакая фасолина, к большой кривизне которой я и вышла.

Как смогла составить такую подробную карту? Что ж, как оказалось, лабиринт располагался в низине. Стоило пробраться по берегу в сторону особняка, как этот самый берег постепенно сменился довольно высоким обрывом.

В озере всякая живность не обитала, что логично. Мало что будет спокойно плавать в зараженной промышленными отходами водичке. Судя по всему, озеро представляло собой не более, чем сливную яму для всякой гадости. Повезло, что обоняния у меня нет…

С коротышками больше не встречалась, ну и хорошо. Без них проблем хватает, главная из которых – поиск зарядной платформы. Она для меня буквально всё. Так что отходить далеко не решалась. Пошарила у подножья холма и перебралась на другую сторону озера. Там, кстати, начиналась большая свалка строительного мусора, значительную часть объема коего занимали обломки статуй. Вот куда они деваются, выходит… У многих была пробита центральная часть груди. В ранах виднелся большой рубин с кулак размером с множеством граней, как у мяча для фитбола. Поверхность драгоценных камней, несмотря на сколы и пыль, переливалась в свете звезд. На прикосновения не реагировала.

Судя по всему, эти рубины – центральные элементы роботов. Одновременно и «мозги», и батарейки. Мне же повредили этот камушек, из-за чего тот не смог выполнять свои функции. Причем повредили весьма специфично, а именно некий блок подавления или нечто подобное. Я абсолютно уверена, что пережила момент попадания в тело. Просто не могу вспомнить.

Вот зачем роботам нужен человек внутри? Вопросы-вопросы…

По итогу вернулась назад в лабиринт, потому что только там находились зарядные пьедесталы. Немного побродив, нашла следы прошедших некоторое время назад коротышек. На квадратной полянке были сложены в кучку шесть торсов с выдранными ядрами. Вокруг ютилась свора мраморных то ли собак, то ли еще чего четвероногого. Сервисные дроны, видимо, убирают беспорядок.

Стала на свободный постамент. Надеюсь, коротышки не вернутся ближайшее время. «Спать» пока не хочется, так что в случае чего убегу. Ну, постараюсь…

***

Повезло. Мужики возвращались назад только через несколько дней. Побитые, с помятыми доспехами, но довольные, от того расслабленные. Я засела в живой стене и не двигалась, что с каменным телом оказалось проще простого. Они быстрым шагом прошли сквозь лабиринт, не почувствовав мраморных защитников, попросту не рассчитанных на появление врагов с тыла. Провожала их с облегчением. Одной угрозой меньше, но наверняка скоро придут другие.

За прошедшие несколько дней побродила по округе, но к особняку не приближалась – там хозяйничали коротышки. Изучила свалку, сходила на запад от живого лабиринта, осмотрела плато на юге. За свалкой располагалась подозрительная тройка холмов, заваленная тем же мусором. Окромя идеально ровной формы ничего примечательного. Дальше не ходила, пробираться через горы мраморного хлама то ещё занятие. На западе от лабиринта находился огромный карьер, проваливающийся вниз на десятки метров. На дне добывали мрамор множество дронов, похожих на промышленные установки. Как камень способен добывать камень – отдельный вопрос, но они это делали. Причем вполне эффективно.

На юге же располагалось широкое плато, тянувшееся с запада на восток до холмов и дальше. И, по моему мнению, это было самое странное место из всех виденных. Открытая равнина совершенно без деревьев и с травой по пояс, в которой возвышались те же самые статуи, но разных размеров. От миниатюрных метровых по краям до возвышающихся в несколько моих ростов исполинов в центре, они собирались в группки по десять-двадцать скульптур и позировал в самых разных положениях. Единственное, что их объединяло, так это вертикальное положение. На меня они не реагировали и, судя по всему, действительно являлись именно статуями, а не какими-то спящими големами. У многих была разворочена грудь, но видно, что ядра у тех никогда и не было.

Но не это самое главное. Почти в центре плато возвышалась аномалия. Черная клякса висела в воздухе, на треть заходя под землю. Её края медленно вились, словно змеи, и разрезали всё, к чему касались. Видимо, именно через эту структуру сюда попадали захватчики. Когда же я надумала зайти в неё, то столкнулась с бунтом алгоритмов – первым за последние несколько дней. Программа стальной хваткой подавила мой разум и увела статую на несколько сотен метров по направлению к лабиринту, прежде чем удалось вернуть контроль. Больше к разлому в пространстве я не приближалась, но продолжила изучать плато, в итоге добравшись до южного конца этого «мира». Плато резко обрывалось невидимой, неразрушимой стеной. Ощущала себя комаром в огромной бутылке.

Небо уходило и вниз. Выглядит, будто «мир» заключен в некое силовое поле и на расстоянии вытянутой руки начинается звездный вакуум. Красиво, но страшно. Насколько могла походила возле стен и пришла к выводу, что мир-то довольно маленький. От конца плато до особняка километров пять-семь, ведь сам особняк наверняка был центром локации. Слишком приметное строение.

Также увидела, как появляются статуи-защитники. Вместо того, чтобы приходить самим или быть привезенными сервисными дронами, они выходили прямиком из-под разошедшихся постаментов. Те, оказывается, не просто зарядные устройства, а ещё и шлюзы, по которым защитники попадают на поверхность. В «транспортные шахты» лезть побоялась. А то вдруг алгоритмы опять схватят, но навсегда.

Но вернемся в настоящее. Теперь, когда группа коротышек покинула лабиринт и, подозреваю, ближайшие окрестности, могу исследовать особняк.

При ближайшем рассмотрении он завораживал ещё больше. Огромные двустворчатые двери охраняло две скульптуры, поддерживающие своды третьего этажа. Это была единственная цельная конструкция, остальной особняк пестрел ровными трещинами и зазорами, будто плохо подогнанный конструктор. Сквозь щели легко проглядывались пары дверей из одной комнаты в другую.

Недолго думая, попробовала открыть главный вход. Ожидаемо, бесполезно. Затем искала черные ходы, но даже окна и те находились минимум на третьем этаже. А этажи, между прочим, метра так четыре в высоту каждый. Получалось, что без лестницы или чего-то, что может открыть главные ворота, внутрь не попасть. Что тогда здесь забыли коротышки?

Или… Особняк не более, чем перевалочный пункт? Здесь тихо и уютно, угроз нет. Истинная цель их прибытия лежит дальше?

Да, похоже. За зданием оказался огромный, раскинувшийся с запада на восток… завод? Он работал, буквально кипел жизнью, если можно так выразиться. По улочкам и площадям среди двухэтажных каменных зданий бегали точки сервисных дронов, какие-то большие грузчики перемещали готовых охранников, а несколько бригад строителей восстанавливали каменные постройки вблизи особняка. Так вот что это за взрывы были – коротышки разошлись не на шутку.

Вниз вела удобная лестница. Вблизи множество мраморных конструктов выглядело ещё чуднее. Меня тотально игнорировали, даже когда нагло преграждала путь сервисникам, но ведь я своя. Как эти бородачи вообще выжили здесь? Хотя… Наверняка бой вести могут только скульптуры-защитники, коих здесь совсем немного. Остальные же мясо(камень), что только ждет молота в голову.

Понятно, почему они так спешили, это же столько ядер. Зачем они им, правда, без понятия…

Побродив, нашла свободную зарядную платформу и пополнила аккумулятор. Вчера проводила эксперимент и выяснила, что без подзарядки могу активно двигаться около часа, а в спокойном режиме провести почти сутки. Опасное было занятие – в какой-то момент резко накатила слабость, и я едва дошла до пьедестала – но необходимое.

Ещё немного побродила, но ничего интересного здесь не наблюдалось, а заходить внутрь многочисленных цехов было боязно. Вдруг пришьют несанкционированный доступ или что-то типа того, и я останусь здесь буквально и фигурально.

Вернулась назад к особняку. Начинала одолевать скука. Поначалу было не до того, но теперь, разобравшись в окружении, стало наскучивать. Как подступиться к решению проблем: буйных алгоритмов и выхода отсюда, я не представляла. Что ещё? …Нужно было научиться защищаться.

Меч я носила всюду с собой, но пользоваться острой железякой откровенно не умела. Разные навыки, по типу правильного бега и рукопашного боя (бедные кустики) получались инстинктивно, будто раньше активно этим занималась, но с мечом такого чувства не возникало. Он казался незнакомым.

Не на кулаках же драться, когда есть оружие получше? Я ещё не прошляпила автомат, пистолет, лопатку, нож, камни под ногами…

Встала в стойку. Не важно какую – всё равно неправильно. Попробовала помахать мечом, подравняла кустики. Резал отлично, но не покидало чувство, что выгляжу как ребенок с палкой. Не то чтобы меня бесили эти маленькие чертики, но… не должен взрослый с мечом выглядеть забавляющимся дитём.

Может, надо что-то другое? Не думаю, что мои мраморные коллеги будут сильно против изъятия некоторого вооружения в исследовательских целях…

***

— А вот и ты! — за спиной раздался громкий женский возглас, явно адресованный мне.

А ведь я практически вытащила из каменной хватки двуручный боевой молот. Как они так быстро? Коротышки ушли меньше, чем полдня назад!

— Стой! Подожди! — слушать я их не намеревалась и дала по газам, так и не закончив с молотом. Меч схватить с земли тоже не успела.

— Мы знаем, ты мало что помнишь! Но мы тебе поможем! Выведем отсюда! Ты не первая такая…

Голос слабел с каждым метром. В моменте даже повернулась глянуть, не гонится ли кто за мной, и это стало роковой ошибкой. Едва развернулась, а уже перед лицом стена. Каменная.

Оправившись от удара, обнаружила себя запертой в сплошной клетке. Серый камень не поддавался и возвышался так, что не получалось ухватиться за верхушку. А затем стены резко сдвинулись и сковали по рукам и ногам.

Гадство. Нет слов, одни эмоции.

— Каждый раз так, — послышался спокойный голос подходящей девушки, — Почему ретурны так всех боятся? Ты не знаешь, А́кира?

— Согласно исследованиям Ромского Объединения Ловцов, ретурны испытывают страх неизвестности, а не чувство угрозы, из-за чего предпочитают не контактировать с иными разумными, нежели нападать. Впрочем, были получены противореча.. — Заткнись, Акира, это был риторический вопрос.

Молодой по голосу парень запнулся и проглотил фразу.

Стены отъехали вниз до уровня плеч и сжались ещё сильнее. Как не пыталась, но вырваться не получалось. Буквально в метре впереди стояла краснокожая девушка с тремя парами матово-черных рогов на лбу, висках и затылке соответственно, возвышавшихся в подобии элегантной короны, или даже тиары. Меж рогов стелились прямые, практически глянцевые черные волосы длиной до лопаток. Яркие красные радужки в узковатых, как у жителей Конфедерации Азиана, глазах неотрывно изучали меня, а губы слегка поджимались. Нос небольшой, аккуратный и слегка вздернутый, а в ушах множество серег, особенно в правом. Черная кожаная куртка с кольчужными вставками плотно облегала торс, плотные штаны выглядели так же. На ногах высокие, по середину голени, шнурованные сапоги. Поверх куртки наискось шёл разгрузочный ремень с метательными ножами и некими белесыми прямоугольниками. В правой руке она держала длинную рапиру, а левую на поясе. Ростом же на добрую голову ниже меня.

Похожа на демона в представлении массовой культуры. Хоть как именно эти существа выглядят и не помню, но ассоциация возникает стойкая.

— Что же, будем знакомы. Я Рика Ямада, а это мои друзья. — указала она пальцем на трех подошедших, таких же краснокожих людей. Девушка и два парня одеты были в схожей манере, да и в целом напоминали друг друга внешне, — Мы занимаемся поиском ретурнов и возвращением их в Зарин.

Кого? Куда?

— Вижу непонимание на твоем лице. — продолжила она, — Ретурны, или же вернувшиеся, это те, кто однажды умер в Лабиринте и возродился в качестве его порождения в одной из Зон, но сумевший вернуть контроль над собой. А Зарин – наш родной мир, твой и мой. Понятно излагаюсь?

Я не отвечала.

— Послушай, мы не собираемся разбирать тебя на материалы или ещё что. Лукавить не буду, мы заинтересованы в твоем «спасении» отсюда, — выделила она слово, — исключительно из-за денежной стороны вопроса и наказания за невыполнение квоты.

Её друзья покивали. В глазах виднелись абсолютное согласие и легкий налёт страха.

— Мы ответим на любые твои вопросы и вытащим тебя отсюда. Вернем в общество. Да, ты сейчас вряд ли даже имя помнишь, но не дичать же в Зоне? — обвела она взглядом особняк за моей спиной, — К тому же в знакомой обстановке вспоминание гораздо быстрее. Идёт? — в улыбке сверкнули заостренные клыки.

Несмотря на страшное впечатление, эта Рика так и лучилась дружелюбием. Хотят заработать и не получить выговор? Что же… хотя бы честно.

«Ладно, давай поговорим» — хотела я сказать, но рот попросту не открывался. Его в принципе у меня не было. Только каменюка в форме головы с вырезанным на нём лицом. Личико, кстати, миленькое. Не излишне девичье, но и не «умудренная жизнью мадам» – в отражении озера видела. Красивее меня прошлой (наверное).

Кстати, только сейчас поняла, что за прошедшие дни даже не пыталась ничего сказать. Странно, но объяснить легко. Роботу-охраннику ведь незачем балаболить.

Видимо, Рика впереди тоже поняла неладное и повернулась к стоявшему позади парню с большим рюкзаком.

— А́кира, ты взял мыслеграф?

— Нет, — не шелохнулся обладатель больших круглых очков и слегка более грубой «короны» по сравнению с женской частью коллектива.

У последнего же мужчины средних лет рядом с очкариком рога действительно напоминали массивную корону. Выглядел старше всех. Зависимость от пола и рост с возрастом? Старикам, должно быть, жутко неудобно.

— Почему? — возмутилась Рика.

— Сама же сказала не брать. Артефакт дорогой, а неспособных к разговору ретурнов не встречали несколько месяцев.

— Б*ядь, Акира… — скрипнула она зубами, — Вот поэтому у тебя и нет девушки!

— Я женат. У меня ребенок.

Рика пронзительно зыркнула на моложавого парня. Тот пожал плечами. Свыкся с выкрутасами начальницы.

— Хорошо, обойдемся без мыслеграфа. Листик с углем хоть есть? И дощечка какая-нибудь…

Акира покопался в поклаже и молча протянул желтоватый пергамент и некое подобие карандаша.

Сжимавшие стены исчезли, разложившись на несколько десятков разноцветных – красных, синих и зеленых – светлячков и таких же цветов тонкий туман, что принялись медленно подниматься в небо.

Красиво.

Рика протянула мне письменные принадлежности. Небритый мужчина же небрежно взмахнул рукой снизу-вверх и синхронно его движению из-под земли вырвался квадратный каменный столб с идеально ровной поверхностью.

Так вот как появились те стены. Его я не замечала до самого конца. Как, впрочем, всех кроме Рики. Опытные.

— Даже если пока не помнишь какое-то из старых наречий, то на лабирисе написать точно сможешь. Все ретурны могут так, словно с детства на нём разговаривают. Лабиринт дарует знание, когда растит тело, — объяснила она мне, а затем обратилась ко второй девушке в отряде и тому мужику - магу камня, — Аями, Гоку, разводите привал. Выдвинемся завтра утром.

Вопрос возник ещё до того, как положила листик на ровный камень. Писать оказалось очень неудобно – карандаши то и дело выскальзывали из твердых пальцев, а один вовсе сломала, не рассчитав силу, но затем начала привыкать. Через пару минут тренировки получалось медленно и криво, но хотя бы читаемо.

Рука сама сплетала мысли в слова на неизвестном, но одновременно таком понятном языке. Что могу сказать точно – язык мне не родной. Все эти угловатые закорючки, треугольники и квадратики чувствуются чужими.

— Как появляются ретурны?

Рика прочла и задумалась. Секунд десять прошло, прежде чем она прервала задумчивое наблюдение за подчиненными. Гоку возводил стены, а Аями разводила костер тонкими потоками пламени. Что примечательно, огонек вспыхивал на некотором расстоянии от пальцев.

— Если упростить, то ретурны – это умершие, чьи души были захвачены Лабиринтом и использованы при создании монстра в Зоне. Эта схема работает почти всегда, но иногда она дает сбой. Так получаются ты и похожие тебе. Можешь считать, что Лабиринт «ошибается», но не говори это на людях. Чревато.

Ясно. Вот только со мной схема как раз сработала правильно. Просто из-за природы тела я вернула контроль. Будь я из плоти и крови…

— Некоторые рьяно верующие ретурнов превозносят как посланников божьих. — Рика тем временем продолжала, — Ты точно сталкивалась с ними в прошлой жизни. Они шумные и любят пропихивать свою веру. Так вот, они даже слышать не хотят про то, что Лабиринт может ошибаться. Он ведь «Отец», Всевышний, Создатель, Мир. — закатила она глаза. Доставучие веруны и у меня были. Но они проповедовали «Солнце», а не какой-то Лабиринт. В этом я уверена.

— Гоку, организуй стулья, пожалуйста! Задолбалась стоять! — прикрикнула Рика спутнику, возившемуся в дальней части лагеря. Тот резко вскинул руку в нашу сторону и тут же из-под земли один за другим выросло два прямоугольника. Девушка села и пригласила меня, видимо, убедившись, что сбегать не собираюсь.

Хотя, смотря на всю эту магию с возводимыми стенами и огнем из рук, вряд ли у меня есть хоть какие шансы. Рика не показала, на что способна, но её все беспрекословно слушаются, а слабака во главу ставить не будут. Наверняка сильнее даже Гоку, хотя тот в моих глазах уже походил на гору.

Не знаю, чего хочу ещё спросить. В голове каша какая-то. Как бы, и так было понятно, что я тут ошиваюсь не потому, что так было задумано, а из-за ошибки, но… Слишком много всего навалилось, а ведь будет ещё больше. Чуйка не шепчет – она кричит, что это только начало.

Какой вопрос задать? Про что нужно знать? Про магию – определенно. Кто они вообще такие? Да, надо. Почему они так подчеркнуто дружелюбны? Это тоже, они точно здесь не только из-за денег, но вряд ли мне скажут. Что ещё? Хм…

— Что такое Лабиринт?