…

Где я? Что произошло?

Кто я? Ничего не помню… В голове каша... Вроде что-то припоминаю, но в то же время оно раз за разом ускользает. Как лягушка, что не хочет попасться в цепкие ручонки непоседливого ребенка.

И что такое «лягушка»?

…

!!!

Что это?! Почему так больно?!

!!!

!!!

КАК… КАК ЭТО ПРЕКРАТИТЬ? Я НЕ ЗНАЮ…

!!!

Хватит… Как же больно!!! Словно… Словно мне сердце живьем вырывают!

!!!

!!!

Я НЕ МОГУ БОЛЬШЕ! ПОЖАЛУЙСТА!!

КАК… КАК ЭТО ПРЕКРАТИТЬ?!

!!!

!!!

Хочется кричать, нет, орать, но даже вдохнуть не удается. Одновременно и колет, и жжется, будто в легкие налили раскаленного свинца. В какой-то момент боль усилилась до той степени, что промелькнуло желание умереть, лишь бы не испытывать ту больше. Тогда же разум внезапно прояснился. Боль отошла на второй план, и удалось кое-что вспомнить.

Я человек. Определенно… Была, по крайней мере. И я абсолютно точно могла дышать, видеть, двигаться… Дышать не получалось, но вот со зрением…

Медленно, словно вспоминая спустя десятилетия как кататься на велосипеде (что такое велосипед?), удалось открыть глаза. Чернота поначалу сменилась серой мутью, а затем и та отступила, открывая взору четкую картинку.

Человек. Стоит впереди, не дальше, чем в метре. Низкий, мне по грудь, бледный и с редкими длинными волосками на голове. Одет в плотную одежду и кольчугу поверх неё. Лицо неправильное, сильно вытянутое. Ощущение, что неведомая сила смяла череп бедолаги, из-за чего тот превратился в олицетворение зловещей долины. Напоминает жителя Земли Ноя – пораженной старыми токсинами области, в которой каким-то чудом жили люди.

Этот… мутант… на вытянутой руке держал меч, направленный точно мне в грудь. Хотя… скорее не меч, а длинный кинжал, узкий клинок коего хорошо подходил для уколов и вошёл практически по рукоять. Держит слишком легко, по позе видно, что вогнал его двумя руками, а потом отпустил.

!!!

В груди вновь кольнуло. Попыталась закрыть глаза в надежде, что отпустит, но без толку. Память подсказала, что теперь боль не уйдет, ведь я знаю её источник. Значит, надо побыстрее разобраться с ним.

Уродец определенно был напуган. Вместо того, чтобы пытаться добить угрозу, то есть меня, он отпустил рукоять и попятился.

Его нельзя отпускать. Не знаю кто он, почему здесь и зачем пытается меня убить. Вообще ничего не знаю, но даже дурак поймет, что он может убежать и позвать подмогу. Последствия можно опустить.

Резко хватаю его правой за предплечье – не дала подумать ни ему, ни себе.

!!!

Черт, как же больно!

Моя рука… что с ней? Она белая и… с прожилками. Словно тот дорогущий искусственный камень для не менее дорогих статуй. Кажется очень твердой, но при этом я свободно могу ей двигать, будто бы кроме внешнего вида ничего не поменялось. Даже чувства остались те же, хоть и слегка приглушенные.

Так удивилась, что на секунду совсем забыла о боли.

Мутант пытался вырваться, но у него не получалось. Я вообще не чувствовала сопротивления. Будто мое тело целиком отлито из камня… Опускаю голову ниже. Плечи, грудь, ноги – всё из той белой породы. Причём это явно не моё тело. Текущее, уверена, гораздо массивней предыдущего. Плечи мускулистее, грудь выполнена на манер выступающей изогнутой пластины доспеха, повторяющей привычные изгибы и незаметно сливающейся с кожей. Босые ноги гладкие с подчеркнуто идеальной анатомией.

Обдумаю внешность потом. Сейчас – дело.

Подтягиваю запаниковавшего уродца к себе. Далось это непривычно легко. Левой хватаю того за горло и сдавливаю. С чавкающим звуком тело обмякло, на ладони осталось немного крови. Отпускаю теперь уже труп.

Странно. Естество твердит, что в этот момент я должна была хоть что-то почувствовать. Уверена, до сего я никогда не убивала, скорее даже не калечила людей. С другой стороны, можно ли назвать его человеком… Спишем на состояние аффекта. Своя жизнь таки важнее незнакомца.

Едва опасность ушла, я осмотрелась. В десяти шагах впереди огромная стена живой изгороди, метров пять в высоту, не меньше. Эта стена окружала со всех сторон, в нескольких местах прерываясь на проходы. Пол квадратного пространства был отделан тем же мрамором (о, вспомнила название!), куски которого разбросаны повсюду. В некоторых угадываются формы ног, рук, голов и фрагментов торса разбитых статуй. Вперемешку с каменным крошевом растекаются лужи крови от... раз, два, три… девяти тел. Все как на подбор похожие на уродца у моих ног. У некоторых отрублены конечности, у других пробиты головы, но абсолютное большинство умерло именно от потери крови, если судить по её количеству на обветренном белом покрытии. Судя по всему, началась потасовка и эти люди задавили статуй числом – бой вышел ровно полтора к одному в пользу мутантов. Поначалу ситуация шла отлично – у левого прохода виднелись две грудки камней и ни одного мертвеца – но постепенно они выбивались из сил и сдавали позиции. В итоге остались мы двое, а теперь только я, посреди, насколько поняла, живого лабиринта.

Такие пользовались популярностью у богачей с Элизийского острова. В новостях видела…

Вдали за растительной стеной выглядывал высокий холм с монументальным особняком на вершине. Этажей пять или шесть, светлые стены и при этом построенный как-то криво. Неровные блоки-комнаты не совсем точно друг к другу подходили, огромные щели видно аж отсюда, а ведь расстояние будет километр-другой. Из-за этого поместье казалось сошедшим с картины неумелого художника.

Самое приметное в окружении – небо. Полнящийся тысячами, а то десятками тысяч звезд космический купол освещал не хуже солнца. Светил было столь много, что внимание не сразу зацепилось за то, что сейчас вообще-то ночь. Ярко, как днем, разве что оттенок света более холодный, будто бы от люминесцентной лампы, из-за чего мир казался слегка серым.

Кстати, на счет люминесцентных ламп и других сложных словечек – нужно разобраться с памятью. Вот так в мыслях, вроде бы, вспоминаются детали, но ничего конкретного о себе припомнить не могу.

Ну да ладно. Нужно думать, что делать дальше. Без понятия кто я, что здесь делаю и как здесь оказалась, но вот главного – способности мыслить – меня не лишили. Я обязательно всё вспомню, чувствую это. Каждую секунду всплывают новые, но при том столь знакомые знания. И они настаивают на поиске нормального оружия, а затем и убежища. Но сначала нужно позаботиться о главной проблеме.

Кинжал торчал из груди. Сам по себе не болел, но на прикосновения реагировал острыми вспышками, будто колет прямо в сердце. Попробовала вытащить, но от боли потемнело в глазах. Из раны посыпалось чуть-чуть рубиновой крошки. Пыталась ещё несколько раз, но руки слишком сильно дрожали. Сам кинжал не пошелохнулся ни на миллиметр. Гиблое дело, без посторонней помощи я ничего не сделаю. А если попытаюсь сквозь боль, то наверняка сделаю хуже. Умирать-то не хочется.

Нормальную железяку нашла спустя несколько минут, большую часть времени из которых заняло медленное ковыляние короткими шажочками, дабы лишний раз не тревожить стилет в ране. В руках оказался поцарапанный, но вполне целый меч с клинковой частью около метра в длину и рукоятью под две руки, с обоюдоострой заточкой и одним долом. Такие вроде бы назывались полуторными, или же «бастардами». Щита сообразить не получилось – у статуй подобных не было, а принесенные группой вторженцев годились исключительно в топку.

В этот момент в голове будто бы что-то щелкнуло. Ноги на мгновенье отнялись, а затем понесли в сторону. Тело больше мне не принадлежало, как бы я не пыталась вернуть контроль. В душе разгоралась паника. Только сохраняй спокойствие…

Что делать, ЧТО ДЕЛАТЬ?! Я не хочу быть запертой в статуе, черт возьми! Это же… это буквально хуже, чем быть похороненной заживо под тремя метрами грунта. Какая разница, узкий ящик или собственное тело, если так и так пошевелиться не можешь?! А МНЕ ШЕВЕЛИТЬСЯ НАДО!

ВЫПУСТИТЕ!

ВЫПУСТИТЕ!!!

ААААААААА!!!!

Тело продолжало неумолимо ковылять к небольшому мраморному пьедесталу. На полпути удалось нащупать, что шаги-то замедляются. Сама не поняла, как, но паника ушла и сменилась диким желанием побороть чертову программу!

ДАВАЙ ЖЕ, КАМЕНЮКА САДОВАЯ!!! ПОДДАВАЙСЯ!!! ЧУВСТВУЮ ЖЕ, ЧТО СДАЕШЬ ПОЗИЦИИ!

НУ?!! НУ!!! ДАВАЙ!!

Я насела разумом на тело вдвойне, если так можно выразиться. Насколько могла сконцентрировалась на движении и пыталась его остановить. Что удивительно, получалось. Медленно, но верно контроль переходил ко мне. На несколько минут статуя практически замерла, пока я пыталась окончательно перебороть встроенные алгоритмы.

Это сражение сравнимо с той партией в армреслинг, когда ни один из оппонентов не может пересилить другого, и побеждает самый выносливый или самый хитрый…

В какой-то момент алгоритмы будто сдались и резко просели. Я чувствовала, как власть над телом возвращается. Подвигала пальцами на руках и ногах – действительно, полный контроль.

ХА-ХА, ВЫКУСИ, БУЛЫГА ТУПАЯ!! КТО ЗДЕСЬ МАМОЧКА?! ЛЕЖАТЬ ПЛЮС ЛЕЖАТЬ ПЛЮС СОС..

Аффект потихоньку отпускал. Слишком уж много потрясений за последние полчаса – мозг кажется выжатым, пережеванным и спрессованным в кубик бульона. «Бульон «Нейронный»! 95% чистого мозга для вашего супа! Компания «Нетлес» не несет ответственности за содержание мозговых тканей в продукте меньше заявленного на упаковке.»

КХМ.

Никогда не думала, что клаустрофобия мне когда-то поможет… Замнём, окей, мозг? Сделаем вид, что в штанишки не напрудила. Ничего не было. А то что отец подумает? Опять будет бухтеть и бабушку вспоминать…

Ах да, точно. Здесь папы определенно нет. И не предвидится…

…

Лучше не думать о таком. Опасное занятие. Экзистенциальное.

Хоть вспомнила, что отец у меня действительно был. Может, получится даже с ним увидеться, вот бы только вспомнить лицо…

…

Ладно, реально надо отдохнуть. Колбасит не по-детски. Нет, серьезно, с головой у меня явно не всё в порядке. Это сейчас, успокоившись, понимаю, но ведь идеально контролировать себя могут разве что какие-то психопаты. Я-то обычный человек (хочется верить) и в таком состоянии наверняка наломаю дров.

В общем, пора завязывать с рефлексией. Полчаса не прошло как меня убить пытались, надо обезопаситься хоть немного. И для начала стоит разобраться с той самой зарядной платформой.

Аккуратно, боясь вновь активировать алгоритмы, потрогала небольшой пьедестал. Мрамор как мрамор, но с каждым прикосновением по каменной «коже» расползалось ни с чем не сравнимое теплое показывание. Энергия? Видимо, она.

А как узнать, сколько мне осталось? Судя по всему, я очутилась в некоем роботе-охраннике на магический лад, и ему, как любой технике, необходимо питание. Не электричество, но принцип, всяко, схожий. Так вот, нет какого-то индикатора? Отключиться вдали «зарядки» желанием не горю.

Несколько потыкавшись в платформу, рискнула на неё встать. Самого страшного, благо, не произошло, и тело осталось при мне. Но и хорошего ничего: зарядка шла, чувствовала это по теплому покалывающему потоку, шедшему через ноги к центру груди, но это всё. Индикаторов, сигналов или чего еще роботического не сообщало о степени заряда. Печально.

Постояла неопределенное время, пока энергетический вентиль не перекрыли. Видимо, сто процентов. Теперь хоть не будет терзать страх внезапно отключиться. В процессе камень в груди слегка затянулся, намертво схватив кинжал, зато больше не болело при резких движениях. Вот уж не думала, что необычный, но все же камень может натурально регенерировать.

На этой ноте решила наконец-то уйти с поля битвы – не хватало ещё с подмогой этих уродцев повстречаться. Выбрала противоположный проход, ведущий в сторону громадного особняка. Блуждать по узким извилистым ходам долго не пришлось. Примерно через три поворота налево, исключая тупики, вышла на похожую полянку. На пьедесталах в разнообразных боевых позах с оружием расположились мужские и женские статуи, на моё вторжение не ответившие, даже когда их чуть ли не нюхала. На своих не реагируют, логично.

Ничего интересного здесь не было, так что двинулась дальше по левой стенке. Заблудиться в таком обширном лабиринте проще простого, а в памяти удержать карту ещё попробуй. Не каждый гений топографии, знаете ли.

Постепенно темнело. Звезды будто бы тускнели, из-за чего мрак накрывал округу. Свободных постаментов не находилось, хоть повстречала ещё два открытых пространства, так что пришлось вернуться на прежнее место. На полянке, кстати, кто-то убрался и поставил новую охрану, лишь моё место пустовало. О случившейся резне говорили лишь бледно-бурые пятна засохшей крови в паре мест.

Стала на свой пьедестал. Вновь приятно покалывала зарядка. В сон не клонило, но голова натурально раскалывалась, будто целый день сдавала сложнейшие экзамены (Солнце упаси повторять те мучения). Небо совсем стемнело, звездочек виднелось в десяток, по ощущению, раз меньше, чем «днём». Каждая частичка меня подсказывала, что время спать, но спать не хотелось. Ни капельки. Ощущение, что такая функция не предусмотрена в не скованном ограничениями органики теле.

Впрочем, усталость победила. Морфей не взял в своё царство, но оставил где-то на границе в состоянии, близком к полудреме, похожем на глубокую медитацию.

***

Сколько «спала» я не знаю, но разбужена оказалась сиреной. Настоящей сиреной, исходившей откуда-то из головы. Алгоритмы сразу перехватили контроль, пока я не до конца разобралась в произошедшем, и повели в схватку. Единственное, что удалось отметить – был уже день, а нападавшими на сей раз оказались широкие в плечах, но очень низкие люди с густыми бородами и небольшими глазками. Каждый из девяти был одет в какие-то доспехи, но не металлические, а, скорее, пластиковые бурого, серого и тёмно-зеленого цветов. Из оружия в основном стальные молоты и секиры с элементами того пластика, и тяжелые башенные щиты во весь небольшой рост из него же.

— Левый фланг – держи двоих! Правый, наседай на ближайшего! В центре – держите оставшихся троих! Оперативно, парни, у особняка надо быть к ночи! — кричал явный командир в тылу за авангардом.

Язык слышу в первый раз, но понимаю так, словно родилась с ним. Легче от этого понимания не становилось, ведь тело само по себе неслась в двух коротышек, готовых принимать удары на щиты. Пыталась перехватить контроль назад, но лишь слегка замедлилась. Я просто не успеваю!

Обрушила удар с двух рук на щит. Силы в каменной туше было с лихвой – опытный воин ощутимо присел – но никакой техники. Тупой алгоритм вместо того, чтобы воспользоваться уязвимостью меж двумя щитами, продолжал упорно долбить одного, наседая грубой силой. Закованный в латы воитель едва доходил мне до груди, но ощущался монолитной скалой.

— Хорошо! Разбираем следующего! Дальше справа налево! – вновь пробасил командир. Я находилась в самой левой части строя, если смотреть от его лица, так что есть немного времени. Латник передо мной лишь защищался и ждал очереди.

Ну же! Давай, чертов робот! Один раз поддался, второй тоже будешь! Никуда не денешься!

ЕСЛИ ВЫ ДУМАЛИ, ЧТО Я БУДУ ПРОСТО СМОТРЕТЬ, ТО ВЫ ОШИБАЛИСЬ! КТО ВЫ?! ПЛЕВАТЬ, ВЫРАЖЕНИЕ ТАКОЕ!

Удары сверху вниз начали замедляться, а затем полностью остановились. На сей раз справилась гораздо быстрее, но статуй уже оставалось четыре, включая меня. Молоты разбивали каменные тела только так. Мой коротышка из-под щита не выглядывал, вот и хорошо.

Стояла я так секунд двадцать, не меньше. Воины успели раскрошить третью статую, когда наконец-то получилось вернуть себе тело. Не стала мудрствовать лукаво и попросту развернулась, сорвавшись на бег. В прямом бою этих парней не победить, даже дурак поймёт. Мало того, что их больше, так ещё определенно знают, что делают. Профессионалы.

Отбежала на приличное расстояние и обернулась. Зрение отличное, так что заметила непонимающие лица. Останавливать парней от интенсивной мыслительной деятельности не собиралась, так что продолжила побег. Каменная плоть не ощущала усталости, так что добежала аж до следующей полянки и спряталась там. Навредить им получится, только применив хитрость. Устроив засаду, то бишь.

Но лезть на рожон не буду. Если не выгорит, то и черт с ним. Своя тушка важнее.

…

А вот и они. Пошли по моим следам, видимо. Вновь прозвенела сирена в голове и шестеро статуй сошли с постаментов, направившись изгонять захватчиков. Я же спряталась в кустарниковой стене и наблюдала за разгорающимся боем, выжидая момент. К ближайшему воину метров семь, он сосредоточен на защите, но одновременно с тем расслаблен, точно погружен не в бой, а скучную рутину.

Резко выпрыгиваю и несусь с клинком наперевес, намереваясь в последний момент уколоть в сочленение доспехов под мышкой. Меня, естественно замечают, но коротышка не успевает развернуться. Кончик меча окрашивается алым, а я отступаю, пока воины не перегруппировались. Тактика бей-беги идеальна, когда тебя превосходят числом.

— Эй, подожди! Ты ретурн? Понимаешь меня?! Знаю, что понимаешь! — заорал, судя по голосу, командир, но я не останавливалась. Дура что ли? — Погоди, мы не желаем зла!

С таким ранением тот коротышка не более, чем балласт. Еще несколько таких ходок и они вынуждены будут прекратить вылазку…

Впрочем, а что мне запрещает просто проигнорировать их? Мне ведь не обязательно с ними сражаться. Могу идти куда хочу – другие статуи на меня-то не нападают. Вот и пойду направо, а не налево! Почему мне это сразу в голову не пришло? …Неужто алгоритмы в башку лезут?

Тревожная идея прочно засела на периферии сознания. Копающаяся в мозгах программа не то, с чем хочется рассекать по миру, даже если осознаешь себя едва день, а мир ограничивается огромной запутанной изгородью. Атаковала-то я по сирене, но не напролом, как остальные защитники, а воспользовалась головой. То есть алгоритм, получается, вместо того, чтобы в тупую перехватить управление, направил разум более тонким путем и вызвал желание устроить засаду.

Подобная манипуляция мне ох как не нравится. К тому же каждый раз перехватывать управление выматывает. Надо срочно решать проблему, пока не убилась. Надеюсь, найду чего вне живых стен лабиринта – впереди виднелось грязное озеро. Выход удивительно быстро нашелся.