Во времена хиджре́ — начале инди́кта Эпохи Достаточного Разума — на Онсуро произошла серьёзная политическая раздробленность. Позднее это событие прозвали "Распад единого сальварского ханата". Сальварский ханат — Пхогё́н — после смерти Верховного хана разделился на множество независимых монархических государств. Между собой ханаты вели ожесточённые гражданские войны, которые длились немало маха-юг, унося с собой много жизней. Мир был погружен в хаос. Некоторые войны не утихают и по сей день. Ханы посылали свои армии, чтобы истреблять враждебные ханаты. Многие ханаты так и не дошли до нашего хиджре — нашей эры. Некоторые были порабощены, завоёваны и в результате разбиты. Ханаты поглощали друг друга. Часть из них в результате нескончаемых войн за власть и территорию были обречены быть заклятыми врагами. У власти остались лишь двенадцать самых крупных ханатов. Они были известны как: Дзуруфу́ку, Сальмари́, Хайле́ссия, Танра́нг, Ока́су, Дзё́сио, Арисахидза́ва, Цудари́то, Пхогё́н, Кана́у, Кила́ие и Намгусо́н. Захваченные же территории сразу переименовываются в честь захватившего их ханата. Были, конечно, и менее кровопролитные объединения, заключающиеся в браках. Свадьбы свидетельствовали тому, что объединенные ханаты теперь живут в мире. Вскоре после этого у них рождались наследники, становясь для народа главным символом мира. Так поступали ханаты, стремящиеся защитить себя и свой народ, обходясь меньшей кровью.

Именно в период войн между государствами произошли большие перемены, ознаменовавшие появления первых гильдий. Различные волнения и беспорядки охватывали правящие семьи, а в тени их утонченной аристократичной жизни таились неспокойные времена. В армию начали вступать наёмные силы. Наемники, находясь под властью ханата, совершали покушения на жизни лордов и ханов враждующих государств в угоду политической гонки за власть. С тех самых пор все гильдии находятся под властью ханата, к которому они принадлежат, и поддерживаются государством. Они облагаются налогами на заказы от простых граждан, продолжая выполнять заказы, поступающие сверху. Такие миссии значатся с особой пометкой не облагаются налогами и имеют большее вознаграждение. При этом само понятие наемничество считается лишь косвенно узаконенным. В онсурском законодательстве часто использовались эвфемизмы, называя наемников "помощниками" или вовсе "получателями платы". Институт наемничества, как и существование таких гильдий в невоенное время, не был самостоятельным явлением, существуя в более широком контексте понятий и отношений, что и позволяло наёмникам быть "брешью" в законах и брать заказы от простых граждан, включая заказы на убийства. Значилось это лишь с целью прокорма "наёмных солдат" и получения дополнительных средств для дальнейшего существования гильдии. Однако закон предписывал наказание за убийство, но именно тому, кто его заказал, а не самому наёмнику-исполнителю. Впрочем, утечки личной информации заказчиков были редким явлением. Само по себе наемничество котировалось в быту и системе привычных ценностей. Многие с неодобрением смотрели на попытку извлечь из этой деятельности прибыль. Подобный род деятельности считался занятием недостойным свободного баллара. Это были своего рода невольники, невосприимчивые к пониманию общих целей. Связанно это было с тем, что первыми наёмниками были заключенные – душегубы, обреченные на смертную казнь, для которых работа на такую гильдию была не только шансом, но и спасением.

Меткой стыда и порицания в обществе считалось клеймо подобной гильдии, обозначающее, к какой именно гильдии принадлежал тот или иной наёмник. В настоящее же время в ханате Хайлессия после декрета хана Лорха́на Плэ́са Хайле́ссия-Дели́риума Третьего, клеймо было заменено на татуировку, которая подтверждает лишь квалификацию его владельца и не является клеймом заключенного, а к самой гильдии теперь может присоединиться каждый желающий. Даже обслуживающий персонал имеет временные тату и может в любой момент по своему желанию покинуть гильдию. Только самые знатные члены гильдии могли претендовать на вступление в ряды элиты. Истинную метку-клеймо получают лишь мастера и очень талантливые войны, достигшие высокого ранга и определенного статуса, желая связать свою жизнь с гильдией и этим родом деятельности, что в гильдейском кругу означает огромную честь и почет.

***

Звонкий скрип закрученного вентиля и вместе с тем прекратившейся шум воды. Облако пара обволакивало образ. По смуглой коже скатывались мокрые капли влаги, огибая собой атлетическую фигуру. Влажными касаниями они ползли вниз по твердой мускулатуре, опоясывая собой крупные плечи и крепкие ноги, оседая на них, застывая дрожащими капельками или вовсе растворяясь в жаре, исходившем от мощного тела. Мокрые локоны опадали на лицо слипшимися прядками, так и мешаясь перед глазами. По-мужски сильное запястье руки потянулось к копне угольных волос, забирая их длинными изящными пальцами назад. Взлохмаченные волосы награждали юношу не только детской непосредственностью, но и подчеркивали нотки буйства в характере их обладателя. Пшик одеколона на шею. Малюсенькие капельки осыпались вниз, окутывая вуалью, являя собой лёгкий аромат свежести с ноткой мускатного ореха. Большие пальцы отточенным движением оттопырили глубокий вырез подвязной рубахи. Лёгкое движение указательного с выступающими костяшками на фалангах по уголку конусовидной широкополой шляпы, и выглядывающая из-под ее края самоуверенная ухмылка.

Кохаку-нэ хотела о чем-то поговорить. Что же произошло? Подробностей Аланкар не знал, но факт оставался фактом. Главной кандидатке в должности ульхан что-то явно было от него нужно. Должно быть, эта была информация об их совместной миссии, и поэтому Шше его позвала. Так мог думать кто угодно, но только не воспалённый разум Хазара. Кохаку была одной из самых лучших наёмниц. Многие хотели добиться ее расположения или заполучить шанс овладеть хотя бы малой долью ее внимания. Стоит ли говорить о тех, кто вовсе желал ей обладать? На латану всегда был большой спрос. В крепких стенах гильдии Змеиная леди считалась самой главной темой разговоров среди всех высокопоставленных мужей. Её облик был так прекрасен, что очаровывал любого мужчину не хуже феромонов й'энкида, а этот вид баллар, между прочим, является одним из самых привлекательных существ на Онсуро благодаря своему природному милению. Но Кохаку отклоняла посторонние предложения и любые признания в чувствах. Она была постоянно одна, даже когда ходила на миссии. Когда задание требовало группу наёмников, в числе которых была ее кандидатура, змея постоянно отказывалась от предложенной работы, за что унхан Яло всё время ее ругал. Но сама девушка всегда считала себя умелой наемницей, не нуждающейся в напарниках, а потому командная работа давалась ей из рук вон плохо. На жизнь ей хватало с лихвой, и она действительно имела право отказать, продолжая выходить на миссии в одиночку. Этого ей было достаточно, чтобы платить за проживание внутри гильдии.

Сейчас же ни о какой предстоящей миссии Алан вовсе не думал. Все его мысли крутились только возле Хаку. Он не завидовал ей, нет. Только лишь всем сердцем желал отправиться с ней на совместную вылазку. Парень восхищался ей. Кохаку участвовала в таком большом количестве миссий, что Хазар с детства мечтал быть таким же, как она. А теперь по велению судьбы их поставили в пару. Они напарники! Это было очевидно. В конце концов, Хазар тоже весьма хорош как наёмник, но парень так отчаянно этого желал. Столько ждал. И все же, что же на самом деле случилось? Не было смысла гадать. Нужно было немедленно идти и ловить удачу за хвост.

Шуршание широких штанин на лестнице знаменовало чье-то скорое приближение. Сверкающая подвеска, оплетающая шею, подпрыгивала на вырезе, демонстрирующем оголенную широкую мускулистую грудь. Парень почему-то был уверен, что ханашше одумалась и поняла, что он стоит большего, а стало быть, не стоит растрачивать его навыки попусту. Отдушиной было и то, что, может быть, где-то в глубине своей фаа девушка считала его способным.

— Алан, шевелись быстрее! — Кохаку стояла прямо у стойки выдачи. Аметистовые глаза мимолетно и вместе с тем внимательно окинули подоспевшего к ней парня. — О, Лары, "очень вовремя". Если честно, то я уже подумывала бросить тебя.

Парень взмахнул рукой, успев только воодушевленно вздохнуть, как вдруг девушка-змея схватила его за одежду. Пристальные глаза с острым вытянутым зрачком скользнули вниз, оглядывая наёмника с макушки головы до пят, обутых в открытые сандалии-плетенки:

— И что это вообще на тебе надето? — девушка взялась за тонкую прослойку ткани, прикрывающую часть ее лица, и спустила вуаль вниз. — Ты куда так вырядился, "модник"? Тебя ничего не смущает?

— А что не так? — полный недоумения зеленоглазый взгляд опустился на не скромно распахнутую рубаху. — Шше-нэ, это... Это моя маскировка. Мы ведь на сви... З-Задание идем, да? Да-а! — с уверенностью протянул парень, радуясь тому, что нашелся что ответить строгой наёмнице. — Так никто и не заметит меня, вполне за гражданского сойду. Как подберусь со спины и —

— Мда, — кашлянув, латану опустила руки. — Ряженый жених с казаном на башке. По крайней мере, теперь я знаю, что ты такой же глупый, как та птица, которой зовешься, — вымученный вздох сорвался с ее уст, и девушка отошла в сторону, сохраняя между ними приличную дистанцию. — Алан, ну сколько можно? Где твоя маска на лицо? У тебя что, дыры вместо глаз? Ни разу не видел, как наёмники на задания собираются?

Подобные типы – "франт и повеса" – сроду не нравились Хаку. Будь то подобострастие, вымученная галантность или такая болтливость, как, например, у Алана, что обычно и стоило ожидать от них. Девушка только подобное и наблюдала. Но вся эта вычурность была не более чем маской, и Кохаку слишком хорошо была об этом осведомлена. Даже то, как подобные парни одевались слишком броско и нарядно. Сплошь показуха.

Алан моментально нахмурил брови. Дане такой он реакции ожидал. Это же было просто не справедливо. За что? Парень так усердно готовился к этой встрече. Этой гадюке ничем не угодишь! Неприятное липкое чувство несправедливости застыло где-то промеж груди. Нет, ну это было уже слишком. Мало того, что не оценили, так еще и выставили полным дураком. Как бы ни была сильна симпатия Аланкара к этой особе, но такое обращение к своей персоне он не приемлел и терпеть отказывался.

— На себя взгляни. Сама-то куда так вырядилась? — он схватился за эластичную ткань ее штанов где-то возле ляжки и слегка ее оттянул. — Это что? Еще тоньше-то надеть штаны не могла? За ветку зацепишься — стрелка пойдет, и вообще все штаны по шву разойдутся. Плечи голые. Стреляй не хочу, только мишень остается нарисовать: "Привет! Я – уязвимое место!". А это что? Ремни? Серьезно, Хаку, ремни? Сиськи-то портупеей не натрут? — он тяжело вздохнул. — Тебе это все зачем? На задание нужно идти в удобной одежде, без излишеств. А на тебя только взгляни и сразу на язык просится: "Так это же Шше!". Ты б еще на лбу у себя синим по белому написала: "Наемница"! А, ну, впрочем, ты так и сделала, — обиженно хмыкнул парень, намекая на синий макияж на лице девушки.

Синий цвет являлся главным цветом атрибутики поклонения беспредельному духу Шан Ляну. Особенно в день шанливара, в день недели, посвящённый данному духу, было принято на удачу носить преимущественно синие цвета. Даже среди некоторых наёмников сохранилась эта традиция, будучи довольно самобытной, хотя, казалось бы, наемникам до священных таинств далеко. Однако девушка и не поскупилась, нанеся синею краску на глаза, а между бровей нарисовав тилаку в виде круга с точкой — схематичный знак, символизирующий Тайянг. На Онсуро было так заведено. Было принято обожествлять такие вещи, как-то же светило, что издревле считалось третьим глазом великого Шан Ляна или даже Метрику — само время.

— Да и зачем мне маска? — продолжил возмущаться Алан. — Какой в ней толк, если все, кто меня увидят, будут моментально мертвы? Я-то свидетелей не оставляю. А в маске душно и дышать нечем...

— О, мой Шан Лян, как же туго ты соображаешь, — мимолетным движением проворных пальцев девушка вскрыла фляжку с водой, прикрепленную парой незатейливых ремешков к ноге. Описав в воздухе круг, она направила кончики когтистых пальцев в сторону Алана, омывая брызгами его лицо.

— Эй! За что? — развел парень руки по сторонам, пока по лицу стекали капли воды.

— Было б за что, так я убила бы уже. Утопила бы, если б только это зрелище не было таким неприятным надругательством над моими глазами, — произнесла она, плавным жестом собирая влагу с лица Алана и отправляя ту обратно в кожаный мешочек.

Самым приятным во владении фаатулой "ликва" было то, что тебе не приходилось напрямую касаться влаги. Вода слушалась жесты рук, отзывалась на энергию, протекающую в каналах фаатулы, которые пронизывали всех живых существ, являясь неотъемлемой частью каждого. А обладательница ликва всё не унималась:

— Это тебе не шутки, глупый. Маска нужна как раз для того, чтобы поменьше сталкиваться с последствиями, — девушка раздраженно вздохнула, да так, что сквозь стиснутые зубы повалил пар.

Эта особенность выпускать пар, о которой змея временами забывала, как назойливая привычка, напоминала ей о себе, особенно в моменты раздражения. Змеи не выпускали огонь, как драхи, а лишь кипятили воду в своём животе. Поэтому и были прозваны "латану". Водные змеи, водные во всём.

— Доиграешься ведь и понесешь наказание. Желаешь репутацию в конец разрушить? В долгах увязнуть? Актахар-нун далеко не такой всепрощающий, как ты думаешь.

— Пока за руку не поймали, то и дела нет. А пока нет дела, то и не еб*т, что говорят, — пробубнил парень в ответ.

— То есть, для тебя это всё не проблема? Так может, тебе вообще на всё наплевать? Не в том дело, что тебя поймают за руку, а в том, что не попадайся. До поры всё сходит с рук, Алан.

Юный наёмник закатил глаза:

— Хаку, не души. С меня хватит твоих поучительных банальностей. Я уже не ребенок.

— Замолчи, — произнесла девушка ледяным тоном. — Такое чувство, что вопрос твоей же безопасности важен только мне. Ладно, хоть ты пришел. Яло-унхан своими образовательными "экспериментами" меня до истерики доведет, — шумно втягивая воздух носом, она продолжила на более спокойной ноте. — Давай упростим. Я не буду заставлять тебя идти и переодеваться, — она повернулась к стойке выдачи. — Всё равно мне нужно, чтобы ты работал со мной в команде и помогал мне... И я, разумеется, буду помогать тебе, — девушка похлопала рукой по лакированной поверхности стойки. — Эй! Прошу прощения! Где все? Битый метрик минул, как я тут жду!

— Я здесь-чжа́-су́! — раздался юношеский голос из-за стойки.

Глаза Хаку и Алана дружно опустились вниз, наблюдая за тем, как полноватый рогалик-сальвар совсем небольшого росточка, неловко забирается на табуретку.

— Ку́ру-ку́ру... Куру-куру... — сосредоточено повторял светленький парнишка слетевшую с языка ономатопею, произнося её, как успокаивающую мантру. Похоже, он был не местный. Подобное использование звукоподражательных выражений куда больше было распространено в других ханатах, нежели в Хайлессии.

Лица наёмников казались очень удивленными. А дело было в том, что таких "сахарных мальчиков" тут днем с огнем не сыщешь. Уж слишком такой контингент был не привычен в здешних кругах, вызывая только лишь неподдельное изумление. Светловолосый и слегка полноватый, как сдобная булочка, юноша был явно не создан для этого прогнившего места. Но пара наемников не могли решать, здесь его место или нет. В гильдии ведь числились не от сладкой жизни. А потому у мальчишки просто могло не быть выбора вовсе. И всё же до чего же странно и дико было его тут наблюдать.

— Простите, простите! Простите за ожидание-чжа-су! — неумолимо добавлял парнишка один и тот же суффикс в конце своих слов, стараясь выразить как можно более высокий уровень разговорной вежливости и не прослыть в местных кругах деревенщиной.

Хаку выдохнула, и ощутимо горячий пар донёсся до круглолицей мордашки стажера.

— Ты заставил нас ждать. У меня ваша безалаберность уже в печенках сидит. Заказ на имя Шше. С ним пол метрика назад разбирался унхан Глаз Яломиште.

— Понял-су! — кивнул юноша, да так отчаянно, что его кивок больше напоминал глубокий поклон. Он поспешно начал выуживать из-под стойки огромные папки с листовками. — Т-Так... — трясущимися руками мальчишка начал перебирать листовку за листовкой. — А... Мн... — нервно сглотнув, рогалик вынул очередной лист бумаги и поднял растерянные бегающие глазки на Хаку. Внушительная тень латану угрожающе падала на стойку, а ее глаза напоминали леденящий отблеск холодного металла. — В-Вам, наверное, надо вот тут расписаться за получение, да? — выдавил он из себя сиплым голоском.

Шше безразлично пожала плечами:

— Как будто я знаю. Сам разбирайся. Это твоя работа. Работа, за которую ты получаешь деньги. У меня нет прав решать, где мне расписаться или ставить печать.

Пробегаясь глазами то по змее, то по Хазару, парень вновь опустил нерешительный взгляд в листовку, беря в руки печать.

— А тут... Ах, простите, я первый день работаю, не могли бы вы подсказать?

— Новенький? — Хаку приподняла бровь.

— Апа-па! — сожрать новичка с потрохами ей помешал знакомый голос. — Я уже здесь! Я на подходе! — Гияр подбежал к стойке, ведя с собой за руку Энорию, одетую в большеразмерную кофту, видимо, наспех найденную в шкафу Алана. — Ещё раз добрый день, Шше-бай! Свет Тайянга по-прежнему с вами, — он отвел девушку в сторонку. — Arrj meg her... — коротко объяснил он ей, а сам осторожно зашёл за стойку. — Ги́н-эги́, позволишь? — робко отодвинув сальвара в сторону, парень взял из его рук листовку, не забывая при этом галантно поправить свои треснутые очки. Этот жест словно добавлял ему какого-то профессионализма и дарил уверенность в себе. — Сейчас я вас быстро зарегистрирую, — он поднял глаза на Алана. — Вы теперь в команде с Хазаром?

Лиловый прищур раскосых глаз словно окатил драха ледяной водой. Непередаваемые ощущения, будто он – дичь, а змеиная леди – охотник.

— Изволил опоздать?

— Нет, вы что! Мне же тут смену нашли. Но его еще надо понатаскать, — кивком драххорн указал на стоящего рядом юношу.

— А это еще кто? — латану взглянула на босоногую девочку, утопающую в огромной кофте.

— Кто? Где? — с непривычки парень не сразу сообразил, кого Шше имела ввиду. Он не хотел помогать, но уже давно был в долгу перед Аланом, а от того все равно помогал, пусть и неохотно. — А это... Это моя сводная сестра... — ответил Гияр и бросил мимолетный взгляд на Алана, едва заметно пожимая плечами.

Алан искривил бровь. Его лицо изумленно вытянулось. Широко раскрытые глаза в купе с приоткрытым ртом так и вопрошали: "Какого хрена?".

Гияр в ответ виновато улыбнулся, насупив брови небольшим "домиком" над глазами. Драххорн едва заметно развел руки. "Да разве ж у меня был выбор?" — говорили все его движения.

Алан поджал губы, метая взгляд с Гияра на девчонку "с приветом". Да так остро кололись его зеленеющие глаза, что казалось, из них вот-вот посыплется фонтан искр, а вокруг засверкают молнии.

— Мгхххх... — раздраженно замычал Хазар, закипая и пыхтя, как паровая установка. Кулаки с хрустом костяшек крепко сжались. Как же сладки сейчас были представление сдавленной шеи драха в них. В воздухе между драххорном и Аланкаром ощущалось не шуточное напряжение. Этот взгляд говорил только одно: "Я, бл*ть, убью его".

Слава Ларам, Гияр благополучно нарушил это немое насилие:

— О, задание как раз благоприятно для выполнения с напарником, — произнес он, сканируя бумаги специальным сканером, вживленным в визор.

Несчастный механизм издавал скрежет, пестря искрами. Работал на последнем издыхании после очередной драки. Это был уже не первый прецедент, но за неосторожность вполне себе могли вычесть из зарплаты. Однако Гияра это не волновало. Визор лишь выполнял функцию оцифровки материала, позволяя выиграть в скорости, в то время как основной компьютер находился внутри наручного коммутатора, что, в свою очередь, позволяло обойтись без визора.

— Хазар, я внес тебя в реестр, — беззаботно оповестил парень, стараясь сменить тему. — Вот ваша заявка. Надеюсь, вы благополучно справитесь с заданием. Не забудьте заглянуть в кабинет выдачи огнестрельного оружия.

Хаку взяла в руки бумажку, последний раз смерив мальчишку по имени Гин взглядом.

— Найди себе хорошую работу, новенький. Пока тебя тут целиком не сожрали, — сказала ханашше и, свернув бумажку, направилась в сторону смежного с холлом коридора.

Смотря длиннохвостой латану вслед, Гияр положил руку на плечо нового сотрудника. Он слегка похлопал его ладонью, стараясь приободрить.

— Нужно быть немного шустрее и расторопнее, Гин-эги, — добродушно улыбнулся он своему "эги", младшему помощнику. — Ну ничего, ничего, время еще есть. Наверстаешь. Тебе ведь еще даже рабочее оборудование не выдали... Не съедят же они тебя, ну? Хотя кто знает... Змея кого хочешь слопает.

***

— Так что у нас за задание? — спросил Аланкар, крутанув в руке выданный ему в гильдии сейкен.

Кохаку перевела на напарника холодный взгляд, решительно вышагивая по верхним улицам Шааграпа:

— Спрячь оружие под рубашку, пока случайно яйца себе не отстрелил. Клянусь Шестью, я за это не ручаюсь, — смотря перед собой, Шше пояснила: – Так вот. Я объясню. Это своего рода неотложная миссия, касающаяся перехвата груза. Яло-унхан обратился ко мне с просьбой взять на неё тебя. Он не уточнил деталей, но, полагаю, это связано с моим неумением работать в команде и необходимым надзором над тобой. Унхан редко настаивает на таких решениях, так что, думаю, это всё же важно. Заявка числится на моё имя, как на лучшую наемницу. Заказчик, да и унхан уверены в моих умениях. И я их не подведу. Тебя же назначили моим временным спутником. Ты слышал мнение Глаза Яломиште об этом на тренировке. Поэтому мы и отправляемся на эту миссию. Понимаешь? Неудивительно, что выбрали именно нас. Так что моё поздравление. Это наша первая совместная вылазка. Насчёт тебя я, конечно, не была уверена. Но на таком решении настоял даже глава.

— Актахар?

Вот уж что по-настоящему было неожиданно для самого Хазара. Сам глава гильдии замолвил за него словечко. Воистину, парень этого никак не ожидал. Алан закрутил хвостом. Он был так рад, что кто-то столь авторитетный считает его достаточно подготовленным.

— Да. Унхан сказал, что Актахар-нун считает, что твои навыки стали намного лучше среди сверстников. И он уверен, что ты справишься на таком задании. Даже несмотря на условие твоего несовершенноюжия, он считает, что ты готов. Унхан отнекивался, но Актахар-нун был очень настойчив и настоятельно тебя рекомендовал. Поэтому даже я это решение одобрила. Хоть у нас с тобой и разные техники, разные ранги и уровни навыков, но все эти юги мы усердно обучались у Яло-унхана. Компетенции нам не занимать. Остаётся только сработаться вместе. Поэтому просто следуй моим указаниям.

— Сработаться вместе? Ну, это я умею, — горделиво произнес Алан, кокетливо стреляя в сторону Хаку глазами. — Так куда нам сейчас?

— Для начала нам нужно заглянуть в мастерскую к моему знакомому оружейнику. Попрошу его починить последствия тренировки, — произнеся это, она как бы невзначай поправила находившейся на спине джанг-тидао. — Он местный, в районе донгфа́нг. Живёт поблизости от двадцатого ремесленного округа. У них там дело семейное, так что его частенько на рынке встретить можно. Внешность у него такая приметная. А оружие какое делает! Загляденье! Меч здоровенный на прилавке лежит, во-о-от такой! Думаю, простой двуручный. Ну или ещё какое-то оружие. Он же самостоятельно его изготавливает. А меч тот так и лежит, да все не окупается. Кхм, в общем, сейчас нам нужно заглянуть к нему в оружейную лавку.

Слушая рассказ Кохаку, Аланкар воровато присвистнул, разглядывая в местах расплавившееся лезвие тидао. Его хвост загулял по сторонам, описывая своей черной кисточкой полукруг.

— А, так это тот "знаменитый" кузнец, о котором я ничего не слышал и который выковал эту несуразицу? — небрежным взмахом руки парень указал на оружие за спиной Шше. — Сменила бы ты своего мастера, подумай. Видно же, что новичок, — тяжелый хвост упал вниз, стукаясь о землю и поднимая за собой облако пыли. — Могу даже посоветовать кое-кого.

Хаку обратила внимание на оживившийся хвост за спиной у парня и, склоняя голову на бок, принялась с интересом рассматривать его. Длинный хвост был покрыт густым черным мехом, хотя после прогулки по пыльному тротуару шерсть на нем с натяжкой можно было назвать именно чёрной.

— Ты хвост не спрятал. Я думала, тебя напрягает эта твоя ипостась с чертами баст.

Гровенор моментально подхватил буйствующий шерстяной отросток, рукой удерживая его у начала образования кисточки, где мех был особенно темным и густым.

— Хаку, куда я его, по-твоему, спрячу? У меня слишком мало места в штанах. Я понимаю, что тебя удивляет тот факт, как моя валына туда в принципе помещается, но, в конце-то концов, Хаку, надо быть скромнее, — послал он в адрес девушки похабную и весьма неоднозначную улыбку. В этот момент его брови харизматично заиграли.

— Хм, — ответила змеиная особа, отводя глаза. — Я рада, что ты перестал его подвязывать. Не надо его больше мучить. Не то отсохнет и отвалится, — ее губы расплылись в расслабленной усмешке.

Зеленоглазый взгляд, устремленный на профиль девушки, замер на её стане. Аланкар медлил с ответом ровно настолько, что в нем попросту пропала какая-либо необходимость. Юноша любовался очарованием блеска змеиных глаз, следуя за её светом, отраженным от лазурной чешуи. Смесь смущения и удивления накрывала разум Гровенора, заполняя собой пустующую чашу, в которой, казалось, этим чувствам не то что места не было, а даже самой мысли на их необходимость. Так уж повелось, что в жизни Аланкара беззвездная черная пустота являлась главным гостем в его чувствах, мироощущениях и видении. Кохаку была той девушкой, которая своей строгостью и непоколебимостью волшебным образом имела такую возможность возвращать парня к чувствам. С ней он видел больше, больше понимал. С ней всё словно имело свою цену, свой смысл. Мир наполнялся красками и цвел. С ней не было более того отвратительного, мерзкого запаха грязных трущоб, который издавна мерещился Хазару повсюду. С ней он был способен ощутить, казалось бы, всё что угодно. Вдыхать её нежный запах. Ощущать на своем теле парфюм. Слышать ноты ее пусть холодного, но мягкого и спокойного голоса. Изредка ловить на себе прикосновение изящных и в то же время сильных рук латану, которые дарили небывалое успокоение. Строгость, граничащая с мимолетной заботой, которую девушка проявляла, дарила четкое осязание мысли и мотивов. В этих сладких чувствах Аланкар был готов тонуть, погружаясь в их бездну с головой. Благодаря этому он осознавал одну крайне важную вещь: он всё же жил, а не выживал. Он чувствует, а значит, существует. А раз существует, значит, он жив. Но готов ли он был впускать этот свет в темную пустоту своей фаа? Раскрыть глаза и смотреть на мир по-иному только разве что из-за одной девушки?

Сегодня госпожа Шше проявила не только интерес, но и поволновалась о той части тела, которую сам Хазар обычно очень скрупулезно скрывал от любопытных глаз. Эти черты баст. Хвост. Уши. Парень с силой сжал меховую кисточку в руках. Да, Аланкар давно знал, кто он есть на самом деле — так запретно и столь бессмысленно существующий, живущий в вечном одиночестве. Он знал, что он такое — никем не любимый и не нужный, тот, кому на судьбе было начертано быть всегда одному, вовек не познающему любовь, вовек страдающему. Он понимал, почему за его родителями пришли в тот день — потому что он чудовище. Ему была известна даже его расплывчатая и такая далекая цель — то, почему он еще здесь. Лишенный благосклонности путь, неотвратимо ведущий к справедливой истине. Алан знал, куда ему нужно двигаться и к чему стремится. Его история уже давно сдвинулась с мёртвой точки цикличного существования. Но открыть глаза, расправить крылья и по-настоящему очнуться парень был еще не готов. Он был не в силах совершить первый шаг. Но если всё должно было начаться не с него, то с кого же тогда?

Вскоре дорога привела их на главную торговую площадь города. Вдалеке слышались громкие звуки раскинувшегося на улице базара. Да, здесь, как и всегда, было очень шумно. Торговцы заполонили всё вокруг пестрыми шатрами, каждый находясь на своей точке. Бесконечные лавки, кузницы и инженерные мастерские оккупировали всю площадь, безжалостно извергая маслянистые клубы дыма с примесями металлической гари. Широкие каменные улицы вели к храму, откуда доносились медитативные удары в гонг. Центр города так и пестрил, полнясь энергией. Жизнь вокруг буквально кипела.

Громкие, зычные голоса торговцев зазывали путников взглянуть на предложенный и самый разнообразный ассортимент. Они старались перекричать друг друга, нахваливая свои товары, приписывая им какие-то фантастические качества. Тут тебе и лавки со сладостями, и со свежей выпечкой, и с рыбой, и с овощами, и с травами, от которых пахло пряностями и редкими благовониями. И даже были лавки, собирающие в себе всякие интересные диковинки: каменья и украшения сверкали под жаркими лучами Тайянга.

Баллары сновали туда-сюда, погрузившиеся в собственные дела и заботы. Гомон их голосов растворялся в шумных улицах Шааграпа. Детвора беззаботно резвилась на дорогах, а базарные бабки собирали возле себя последние сплетни. Большинство прохожих озирались на Кохаку и Алана с опаской, но детвора так и норовила сбить с ног. Бывало и так, что столпотворение даже мешало идти вперёд, словно бы все самые разнообразные баллары собрались здесь со всех окрестностей, смешиваясь в пёструю толпу. И чем дальше напарники шли, тем больше их становилось.

С края улицы раздавалось эхо громких хлопков в ладоши и сопутствующий им поддерживающий свист. Баллары обступили по кругу закрытую арену, на которой проходили бои нанцуков. Громогласные вопли стравленных друг с другом животных побуждали мужчин вскидывать вверх кулаки, с удовольствием наблюдая за национальной балларский забавой. Краем глаза Аланкар невольно обратил внимание на небольшое количество виссарийских военных в толпе. Он взялся за плоский край шляпы, ненароком глубже опуская его, стремясь скрыть лицо, боясь, что по его виду они явно могут что-то заподозрить.

Наёмники остановились у дверей, ведущих в оружейную мануфактуру. Внутри слышалось жужжание, стук металлических станков и приглушённые голоса с ярко выраженным донгфа́нгским акцентом. Толкнув дверь, Кохаку зашла внутрь лавки и почти сразу же заприметила мужскую фигуру ханашше-зери́г за одним из станков. Парень принадлежал к расе ханашше, однако отличие его были слишком существенное от латану. Зериг – песчаный змей. Обитатели пустынь, кочевое племя — всё это были зериг. Из-за необычного ареала обитания, приписанного им природой, у этого вида не было привычных ног, а только короткие конечности в виде ящерных лап, расположенных по бокам от сплошного змеиного хвоста, срастающегося в стыке торса для удобства перемещения по песку.

В порыве чувств хвост девушки взметнулся кольцами, расправляя яркие плавники. Она спустила с лица маску и, набрав в лёгкие побольше воздуха, звонко присвистнула.

— Ва́я-ва́я! Какой красивый мужчина, однако, у вас тут работает! Вы посмотрите на него! — покачала она головой. — Тот ещё фрукт! Спелый! Сладкий! Сочный! "Познакомимся"?

Зериг замер, только лишь до его слуха донесся голос Хаку. Поведя в ее сторону заостренным ушком, на котором красовалась кораллового цвета чешуя, мужчина остановил гудящий станок. В свете янтарных очей заблестел огонёк. Вытянутый зрачок и окантовка радужки напоминала собой глаза рептилии. Подхватив щипцами заготовку, песчаник бросил ее в резервуар с водой. Его руки поспешно потянулись к истасканной тряпке, расположившейся под кожаным ремнем, свисая на боку. Змей утер ею влажное и разгоряченное лицо, с которого градом скатывались крупные капли пота. Он аккуратно обходил ряды колючих шипов, которые расположились на его лице хаотичными наростами, растущими прямо на коралловых чешуйках, что покрывали лоб и область под глазами. Резко обернувшись, загорелую мордашку озарила яркая улыбка.

— Хаку! — обрадованное лицо сверкало, искрясь мелкими капельками испарины. — Неужели заглянула! Сама заглянула! Что ж ты не предупредила-то меня? Я же не при параде совсем. Ну иди же ко мне, лапушка моя, иди, обниму! — изогнув гибкий чешуйчатый хвост, зериг ловко скользнул по лавке, огибая прилавок. Радушно раскинув руки, парень заключил Кохаку в крепкие объятья.

— Ха-ха, — низким тоном посмеялась Хаку. Девушка заметно смутилась. Ее сердце ускорило темп, бешено застучав в груди. — Х-Хайса́н, ты липкий... Потный... Ходишь тут полуголый, постыдился бы! Распугаешь всех, нудист! — она отстранилась, шлёпнув парня по твердым кубикам пресса. Сделав глубокий вздох, девушка опустила с головы капюшон. — Мне жаль, что так получается. Если бы я только могла прийти пораньше. Но сам понимаешь, работа. Я и сегодня не планировала быть здесь, — убирая прядь волос за ушко, Шше поинтересовалась: – А ты отлично выглядишь, как дела?

— О-Отлично? Это я-то? — змей неподдельно удивился. — Ну, я... — парень неловко потер шею, убирая с лица прилипшие ко лбу рыжеватые пряди цвета раскалённой меди. Основная длинна волос у парня была убрана в небрежный растрепанный пучок. — По правде, я бы хотел выглядеть более привлекательно к твоему приходу. Ты застала меня врасплох. А так у нас всё потихоньку-помаленьку. Ну, как видишь.

— Вижу, — она утвердительно кивнула. — Но ты только не перенапрягайся особо, хорошо? У тебя и без того мускулы достаточно большие, не считаешь? — усмехнулась наёмница.

Аланкар, только зайдя в лавку, уже напрягся. Уши под шляпой прижались к голове, а нацеленный пристальный взгляд выжигал в кузнеце дыру. Этот парень сразу вызвал в нём самые дурные ощущения, которые только можно было. Хвост, бушуя, метался из стороны в сторону, пока лицо Хазара медленно перекосило явным недовольством с примесью самого настоящего отвращения. Будто почувствовав на себе этот прожигающий взгляд, Хайсан встретился с глазами Гровенора воочию.

— Хаку, а он...? Вы хотите сделать заказ?

— Да-а, Хаку-у, — протянул Аланкар с ощутимым нажимом в тоне голоса. — Скажи-и же ему, — наёмник сложил руки на груди, постукивая по полу хвостом, горделиво поднимая подбородок. Перья на его крыльях распушились и клочковато торчали в разные стороны, ровно как и шерсть на кончике хвоста, делая его кисточку больше похожей на пушистую шишку.

Хаку обернулась, бросив на Алана мимолетный взгляд.

— Ах, да, извини. Хайсан, он со мной, — она устало указала в сторону Алана рукой. — Это Хазар. Мой напарник. Только ты с ним осторожнее. Он у нас "плохиш", — с саркастичной усмешкой сказала она. — А еще он иногда понятия не имеет, о чем говорит, поэтому не обязательно его слушать. И, тем не менее, унхан назначил нас на совместную миссию. Нам до заката нужно выдвинуться, а пока у нас сборы. Поэтому решила взять его с собой, чтобы сэкономить время, — спуская со спины тидао, змея протянула его оружейнику. — Сколько будет стоить починка?

Хайсан взял тидао в руки и спокойно покрутил, сделав беглый осмотр незамысловатой конструкции.

— Да ситуация не сложная. Быстро ее разрешу. Тут, по сути, требуется только перековка лезвия. Я быстро заменю на один из готовых образцов. Для тебя у меня уже всё готово заранее, — кивнув пару раз, парень извил увесистый змеиный хвост, двинувшись в сторону верстака. Ловкими руками он скрутил рукоять, отворачивая длинное лезвие от основного каркаса.

Взгляд Алана нехотя соскользнул с рыжеволосого зериги прошелся по содержимому, на его взгляд, весьма скудной лавчонки. Верткий хвост извился, а парень двинулся по лавке, разглядывая предложенные товары. Его цепкий взор ухватился за весьма необычный по форме клинок. Тот был изогнут змеей, а по своей сегментарной структуре больше напомнил ремень.

— Хрень, — пробурчал Аланкар, отводя глаза. — Одна туфта, — подобрав клинок, он покрутил-покрутил его в руке, повертел со всех сторон, да и кинул обратно на прилавок. — Дрянь.

Хайсан отвел уши назад. Весьма нелестные высказывания со стороны этого шкета заставили песчаного змея морщится. Не вытерпев, он обернулся на него, громко вопрошая:

— Парень, ты будешь что-нибудь покупать? Тебе, может, подсказать чего конкретное, а?

От заискивающего голоса зериг Хазар поначалу скривился. Под конусовидной плетеной шляпой Алана дёрнулись уши. Он словно только и ждал этого вопроса. Реакция пошла. Парень ловко развернулся на пятках, деловито сунув свои руки в карманы штанов.

— Да-а! Торгаш! — протянул его оживленный голос, да только недобрые ноты слышались в нем. — Вообще-то да, ты можешь кое-чего подсказать, — бойко он ринулся к невообразимого размера мечу, который спокойной покоился на прилавках, занимая своими габаритами сразу два. Это был просто огромнейший клинок, выкованный из чёрного металла, напоминая собой сплошной брус. — Это что за щит с ручкой? Ты для кого выковал эту махину?

— Этот? — Хайсан кивнул на меч, удивленно поднимая брови. — Выполнен на заказ. Двуручный меч. Не видно? Вообще, выбор для твоей комплекции хороший, но выковал я его для тех, кто мечи способен хотя бы по базовой классификации друг от друга отличать.

— А-а, да что ты? Хочешь сказать, что это я тупой? Тогда интересно, с каких это таких пор подобную "шпалу" называют двуручным мечом? Ты хоть раз пытался им хотя бы взмахнуть, нет? Я уж не говорю о том, чтобы его поднять, — Алан ухватился за рукоять, поднимая длинный и чрезвычайно тяжелый клинок с прилавка. Перехватывая исполинский меч одной рукой, он начал придирчиво к нему присматриваться.

Хайсан насторожился.

— Эй-эй, не надо. Успокойся и положи меч. Не надо нервничать, ладно?

— Пф, у этого "недоразумения" серьезно нарушен баланс. Слишком большой, слишком тяжелый, в отличие от навершия, которое как раз недостаточно тяжелое и большое из-за чего, масса смещается к острию. На кого он вообще рассчитан? При первом же замахе меч потянет мечника за собой. Клинок необходимо было сделать тоньше, намного тоньше, а еще лучше с линзовидным сечением и с долом для нанесения рубящего удара. А еще нужно было добавить гарду, которой здесь нет, — Хазар поднял клинок для замаха, но лишь медленно опустил его из-за недостатка места в лавке.

Песчаник потер пальцами висок.

— Так всё же просто, как сон в ночь урожайного сезона. Ширина клинка такой и задумана, что позволяет прикрываться мечом от стрел, пуль и метательного оружия. А это, в свою очередь, позволяет ему обходится без гарды. Очень простой эфес крепится к клинку одним массивным болтом. Ты это знал? Он с лёгкостью способен за один взмах разрубить нескольких баллар в латных доспехах, что и является его главным аргументом в тяжеловесных боях. Поэтому он и похож на увеличенный мясницкий нож. Просто "муа"! — обворожительно причмокнул змей губами. — Не всякое оружие ко всему подходит. А судить его надо не по равенству, а по справедливости.

— Пока баллар сделает замах этой дурой, его уже нашпигуют и стрелами, и пулями, или вовсе разрубят пополам. Орудуя таким клинком, ты будешь двигаться за ним. Какой удар, когда тебя будет таскать по полю боя? Баллар в латных доспехах и тот будет быстрее и манёвренней, чем дебила кусок, купивший этот меч. По справедливости, ты его скоро перекуешь. Хороший металл не должен ржаветь от ненужности. В этих краях нет достойных мечников с массой тела, достаточной, чтобы орудовать таким мечом. И даже если найдутся, я уверен, предпочтительнее будет обычный двуручный меч, чем этот неподъемный монстр, в любой момент способный застрять в теле из-за тупого лезвия и неуклюжих габаритов с неверным распределением массы.

— Что ты, что ты! Во-первых, это смотря какой баллар. Во-вторых, у этого меча возможность "перекрыть" большую площадь, что усиливает эффективность защиты, своего рода это и правда меч и щит одновременно. В-третьих, массивность. Возрастает поражающая сила рубящих ударов. И, наконец, в-четвертых, у него широкий спектр использования. Так-то! Я продаю только качественное оружие!

Хазар набрал в грудь воздуха и со страдальческим надрывом выдохнул.

— Да ты ебл*н?! Ну какой же ты, с*ка, деби-и-ил! Как же до тебя, бл*ять, не дойдет-то никак, а? — парень размашисто махнул рукой. — Ну давай! Давай проверим! Дава-а-ай! Ну че ты? Ты ж как-то положил его на стойку, правильно? Значит, можешь и поднять. Да ты, идиот чешуйчатый, даже одного удара им сделать не сможешь, как тебя тут же унесет в сторону вместе с твоим бл*дским хвостом. Меч не должен быть неподъемным, он должен быть удобным и в меру тяжелым! Как ты, с*ка, этого не понимаешь?! Какой ты на хрен кузнец, если никогда даже не пробовал собственные мечи. Ты как никто должен в этом разбираться. И оружие Хаку выковал говенное! Думаешь, баллары просто так совершенствовали тидао целыми югами, придя к одной определенной идеальной форме? А все вот эти вы*боны и изгибы лучше клинок не сделают. Если оно даже на тренировке так легко пришло в негодность, что с ним будет в реальном бою?!

— Ну, всё ясно. Новаторство — говно, а мир за традиционные взгляды? Прикуси язык, мальчик, пока я тебя из лавки не вышвырнул!

— Какой я тебе на х*й, мальчик?! — облокотив меч о стойку, Алан скалой ринулся на змея. — Ты попробуй сперва меня выстави! Ну, попробуй! — ударил он себя в грудь. — Или зассал, змея ссыкливая!

Хайсан злобно зашипел в сторону Алана, а погремок на его хвосте звонко зашуршал.

— Не подходи ко мне, дурак!

Кохаку вмешалась в спор, встав между двумя юношами, разгоняя их по разным углам.

— Да о чем вы вообще говорите? — она положила руку на грудь Алана, отстраняя его в сторону от Хайсана. — Это всем фиолетово. Сейчас есть гораздо более важная задача, которой нужно заняться, — Хаку сохраняла спокойный, даже несколько без эмоциональный тон, произнося это почти отстраненно. — Эй, Хайсан, ты же тидао чинил. Вот и занимайся делом. А ты, — пихнула она Хазара в грудь. — Дай ему спокойно поработать и не отвлекай зря. Дурачье.

— Да вот так, держись на расстоянии! — дернул змей длинным раздвоенным языком. — Хаку, как ты с ним с ума не сходишь?

— Он не моя вина и тем более не моя проблема, — коротко бросила Кохаку и, развернувшись, сверкнула глазищами на Гровенора. — Хазар, тебе лучше снаружи меня подождать.

Хазар разгневанно всплеснул руками.

— Пф! Да и пожалуйста!

***

Оказавшись снаружи, выдворенный за дверь оружейной лавки, обиженный Хазар заходил вперед-назад по оживлённой улочке. От гнева он пинал попавшиеся на пути камешки щебенки. Время неумолимо растягивалось резиной и будто бы не имело грани. Прошло не так много кальп, но Хазару казалось, что Тайянг, да и плывущие по небу безмятежные облака вовсе недвижимо застыли на месте. Парня раздражал даже не сам этот несуразный меч, а вся эта ситуация целиком, от того он и был так недоволен.

«То есть этот чешуйчатый носок ей нравится, а я ещё, значит, “мальчишка"? Я же не настолько ребёнок, правда?! Мне уже три полных маха-юги и две юги!»

Алану всё ещё было трудно поверить, что предмет его мечтаний – сама госпожа-идеал Шше может предпочесть ему такого рыжего патлатого простофилю, который и ковать толково не умеет. Он считал себя лучше. И это его неподдельно раздражало. Он допускал мысль, что у Кохаку в теории может кто-то появиться. Но он никогда не думал, что это произойдёт так скоро. Хотя доказательств её отношений с кузнецом у парня по-прежнему не было, а значит, у него еще могло всё получиться. Это был первый раз, когда Хазар покинул гильдию вместе с Хаку, и тот накрылся медным тазом в лице этого песчаного гадëныша. Нет — Гровенор помотал головой. Он должен отбросить сомнения. Чтобы добиться расположения Хаку, нужно быть уверенным в себе, считал он. Такой шанс выпадал не часто, а значит, сейчас именно его время сиять!

«Чем он вообще мог ее заинтересовать? Ну чем? Глупостью? Своей несусветной несуразностью? Хаку не такая. А тут что? Включила из себя "пожалейку", что ли?»

Отвлечься от своих раздумий Аланкара заставили листовки с объявлением, расклеенные вдоль нескольких домишек. Эти листовки были свежие, даже клейстер, на который их прицепили, толком не высох. Привлечённый объявлением, да и своим бездельем в купе со скукой, Хазар подошёл к одной из бумажек. На ней красовалось уже знакомое Гровенору лицо его недавней знакомой, той самой, "с приветом". Однако рядом с ней был так же портрет исхудалого мальчишки с осунувшимся лицом. "Гил" — пронеслось у него в голове. Вот как они были связаны между собой. Их обоих искали. Аланкар отцепил одну из листовок, осматривая изображенные на них лица.

«Так себе сильфагра́фия... В жизни у "приветнутой" сиськи больше»

Оглядевшись по сторонам, Хазар вновь опустил глаза в объявление.

«Опасно! Разыскиваются беглые рецидивисты, сбежавшие из психиатрической лечебницы. Опасные преступники обвиняются в массовом убийстве по меньшей мере двадцати четырёх сотрудников и представителей рабочего персонала больницы. Оба полностью психически неадекватные и бредят. По предоставлению какой-либо информации об их местонахождении необходимо обращаться в Орден с целью донести начальству Шааграпской гвардии. Укрывательство, пособничество и уличение в помощи преступникам карается длительным тюремным заключением с возможностью смертной казни в зависимости от тяжести последствий»

Брови Аланкара нахмурились. Ему было сложно поверить в то, что эта глупенькая девочка, которую он подобрал — опасная преступница. Да и невинные глаза на сильфаграфии как будто бы говорили об обратном.

«Мда. Ну и муть»

Хазар уже подумал пихнуть листовку в карман просторных штанин, как вдруг ощутил нечто странное, необъяснимой волной накатившее на него. У парня появилось стойкое ощущение чьего-то присутствия прямо за его спиной. Хвост судорожно заходил ходуном, а Алан принялся внимательно осматриваться, бегая глазами по толпе. Это странное чувство слежения не отступило. Алый огонёк блеснул в прожилках ошейника, ровными волнами импульс прошёлся по телу, расходясь по каналам фаатулы, ощущаясь на кончиках пальцев. В ужасе замерев, парень распушил крылья и, лихорадочно вздыхая, начал осматриваться по сторонам. Снующие баллары плыли мимо него, а пёстрая толпа стремительно теряла в его глазах краски. Чье-то стоическое присутствие не отступало. Разум тек, утопая в теплой жидкой неге, а окаменелые пальцы согнулись на бумажной листовке. С каждым новым глотком воздуха грудь стискивала тяжёлая боль, а перед глазами всё начинало размываться.

Хазару было сложно сосредоточится. Ошейник пульсировал, а эта пульсация отзывалась жгучей болью где-то в затылке. Задыхаясь от чувства удушья, парень с силой сделал два глубоких хриплых вздоха. Сознание рассеивалось, мысли ползли медленно, продираясь сквозь тёмные чертоги. Запах крови ударил в нос. Алая струйка скатилась вниз, прочертив красный след до нижней губы.

Сгущаясь, грязные тени ползли по каменистой стене, находясь прямо напротив Алана на неровной плоскости. Словно оживая, они водили вокруг тени Хазара хоровод, исходя волнами ряби. Вдруг одна из теней отделилась от общей массы, словно пробудившийся под светом Тайянга росток, и, тяжело придавливая, легла на плечи тени наемника. Она искажалась, принимая самые невообразимые формы, скручивалась, дрожала и давила парня своей массой, которую он ощущал по-настоящему, вне этой плоскости, в реальном мире. Она раскрывала вытянутую зубастую пасть прямиком над головой юноши, грозилась остриём длинных когтей, схватившись чёрными пальцами за его лицо. Тёмные отростки тени развевались, словно крылья по ветру.

Аланкар чувствовал ужасную слабость. Ему хотелось кричать, бежать, но он не мог пошевелить ни единой клеточкой своего тела. Неожиданно тень открыла глаза цвета яркой фуксии, лишь на мгновение встречаясь с Хазаром взглядом. Ухватившись за лицо наёмника, тень резко развернула его в сторону. Голова повернулась и в мире физическом. Улицы не было и в помине. То место, где оказался парень, было не чем иным, как домом. Но не успело повеять ностальгией и теплотой родных чувств, как перед глазами возникли два силуэта. Два чистых, пусть и не чётких, светлых образа. На душе сразу стало так легко. Так хорошо и забвенно.

— Алан, иди сюда! — раздался мягкий женский голос. — Ну же, иди к нам!

Мужской силуэт с чистыми белыми крыльями махнул рукой:

— Иди к нам, сынок! Ну! — на лице сияла улыбка.

Но светлый лик их был не долог. Свет их чистых образов стремительно чернел. Женская фигура вдалеке больше не улыбалась. В ушах звенел отвратительно мерзкий скрежет, напоминая собой звук несмазанных петель. Из чёрных обезличенных глаз потекли слезы. Женщина неестественно дёрнулась, исподлобья косясь на Алана. Быстрое морганье, и она уже стояла совсем близко, напротив. Её безобразное тело дрожало. Разрастаясь, оно выросло до невероятных размеров, напоминая собой сплошной кусок мясистой, дышащей плоти. Под кожей пестрили наливающиеся кровью опухшие вены. Истончая гниющее зловоние, существо болезненно грохнуло кулаком Алану по лицу. Ноги подкосились, и парень, ощущая себя таким маленьким и слабым, повалился на пол.

— Ты только портишь всё! Таких, как ты, ошибками называют, гнилое отродье!

Её серое лицо склонилось над мальчишкой. Щеку болезненно драло. Сверху на нее упали брызги алой крови, текущей из пустых глазниц на обезображенном разложением лице. Липкие капли текли ручьём из чёрных недр, спадая Алану на щеку, катясь по подбородку. Что-то вдалеке шумно грохнуло. Тень сновала туда-сюда, будто живая. Она изворотливо ползала, выкручивая собственные конечности, и утробно дышала в унисон дыханию Хазара. Мужской образ с крыльями нырнул во тьму, истошно вопя, пока тьма обволакивала его крылья, разъедая, обугливая вплоть до чернеющих от сажи костей. Женский же образ продолжал сверлить Алана дырами глаз.

— Неблагодарная тварь! — цепкая рука ухватилась за волосы мальчишки и потянула так сильно, словно норовила сорвать скальп.

И только сейчас окаменелое тело дёрнулось в порыве неописуемой тяги к жизни.

— Нет! Отпусти меня! Отпусти! Ненавижу тебя! — он наотмашь махнул рукой. — Сдохни! Сдохни!!!

Рука ослабла, выпуская из клети пальцев волосы мальчишки. Разевая широко рот, она издала звук, подобный скрипу половицы. Голова склонилась на бок, а после скатилась с шеи по ровному срубу, падая на пол, подобно гниющему фрукту. По перекошенному лицу ползли трещины. Холодное тело качнулось, и бесчувственно повалились следом за головой, дергаясь в судорогах.

— Нет... Я... Я... — тихо зашептал детский голосок. Звук неугомонно бьющегося сердца заполнял его сознание. — Что я наделал...? Это всё моя вина... Прости... Прости меня! Прости! Прости! — мальчик ухватился за свою голову руками, с силой сжимая, так и норовя смять, а из горла вырвался леденящий крик.

— Ты в порядке?

Аланкар непроизвольно дёрнулся в сторону от голоса. Смаргивая устрашающее наваждение, он потер глаза. Перед ним стояла удивленная Кохаку, уставившаяся на парня изучающим взглядом.

— Хазар, что-то случилось? Бледный, будто маору увидел.

— А...? Чт... — он растерянно завертел головой, нервно оглядываясь по сторонам, пытаясь сообразить, что происходит. Уши дёрнулись, улавливая наплывший шум толпы. — Я... Да. Всё... Всё нормально, — на удивление обыкновенно грубый голос Хазара в этот раз казался хриплым и неуверенным.

Хаку недоверчиво хмыкнула и обеспокоенно заглянула парню в глаза.

— Точно? Ты, может, перегрелся? Голова не кружится? Присядь, — она вынула фляжку воды, протянув ему. — Может, воды? Освежишься...

Хазар полной грудью вдохнул жаркий воздух. Голова ужасно гудела, будто бы по ней приложились чем-то тяжелым.

— Не надо... Со мной такое иногда бывает...

Девушка удивленно вскинула брови, но держалась спокойно.

— Уверен? И часто бывает?

— Да не обращай внимания, — отмахнулся он. — Всё в порядке.

Шше озадачено нахмурилась в ответ:

— Ну, смотри... Я просто заметила, что с тобой в последнее время действительно творится неладное.

Не успел Аланкар ответить Хаку, как заметил, что плывущая беспрерывным потоком толпа перед кем-то расступилась. Хазар внимательно уставился в сторону, насторожился, уже готовый обороняться в случае чего-то непредвиденного, и тут же увидел, как Хайсан выводит массивного тяжеловесного нанцука.

«Где он успел найти нанцука? Насколько же я выпал из мира?» — опуская взгляд, парень обнаружил, что всё ещё крепко сжимает бумажку в руках. Взглянув на неё последний раз, он поспешно засунул её в карман штанов.

Нанцук, которого вёл Хайсан, был бурый, почти что полностью чёрного цвета и переступал мускулистыми ногами. Его шкура красиво переливалась на свету яркими угольными бликами, а на массивной голове с широким лбом выделялись сверкающие алые глаза. Лихой жеребец упрямо раскачивал головой, дергая поводья из рук Хайсана. Он фыркал, раздувая глубокие борозды ноздрей, строптиво топая передними лапами. Это была совершенно другая порода нанцука. Огромные клыки выпирали из пасти, напоминая своим видом настоящие бивни. Это был очень массивный мускулистый скакун. Настоящий гигант-тяжеловес. Очень большой и крайне высокий среди других нанцуков.

— Хорошая работа, Хайсан! — с улыбкой отозвалась Хаку и, подойдя к нанцуку, протянула к нему руки. Она ухватилась за большую морду, склоняя её ближе к себе. — Ха-ха, здравствуй, Сволочь! Скучала? Хорошая девочка! — приговаривала латану, похлопывая своего питомца по широкой шее. — Спасибо, что присмотрел за ней.

Хайсан улыбнулся и вложил в руки Хаку поводья, а затем его взгляд невольно скользнул по Алану.

— На что уставился? — буркнул Хазар, от которого этот взгляд не укрылся. Его хвост хлопнулся о землю, а парень устрашающе нахохлил крылья, легко ими взмахнув. — Засунь поглубже любопытство и зенки свои притуши. Я тебе не клоун в цирке, развлекать тебя не нанимался.

— Да что ты накинулся сразу? Больно мне это надо! Не такой уж ты и интересный, между прочим, чтобы на тебя пялиться, — возмущённо отозвался змей. — Просто не понимаю, почему Кохаку с тобой сюсюкается. Только пыль тебе в глаза пускает.

Хаку, затягивая седло на своём скакуне, обернулась на Хайсана и Алана. Они стояли друг напротив друга, сложив на груди руки. Ощущение создавалось, что они усиленно пытаются истребить друг друга взглядом.

— Парни, хватит уже! Я, между прочим, ещё здесь, — выглянула она из-под нанцука, затягивая ремешки седла. — Мне подойти?

Алан и Хайсан моментально в унисон ответили.

— Не надо!

Уши песчаника дрогнули, и змей с тяжёлым вздохом протянул к Аланкару свою руку.

— Ладно, не будем тянуть с этим. Я был даже рад обсудить с тобой мои изделия и уладить взаимные претензии. Разойдёмся с миром и будем квиты?

Аланкар поморщился, но ломался он не так долго, как на самом-то деле мог.

— Ты, конечно, сам напросился, но ладно. Закроем на это глаза, — он небрежно ухватился за предплечье Хайсана, второй аналогично сделал так же, переплетая таким образом руки. Это была ещё одна особенность местного менталитета. Руки здесь если и пожимали, то пожимали крайне редко. Чаще всего здоровались за предплечья, обхватывая руку ближе к локтю. Считается, чем сильнее сжимаешь руку своему оппоненту, тем больше уважения ты ему выказываешь этим жестом.

Едва Хайсан уже хотел расцепить их хватку, как Алан с силой сжал его руку и подтащил змея ближе. Зелёные огни глаз пронизывали зериг насквозь.

— Не пожалей потом, что скрестил со мной руки.

— Что ж, нам пора! — оповестила Хаку, ловко оседлав своего скакуна. — Хазар, готов? Забирайся. Дальше поедем верхом.

Бросив руку Хайсана, Алан направился к нанцуку, все еще провожая змея взглядом. Впрочем, это было явно взаимно, поскольку змей так же продолжал смотреть парню в след, потирая сжатую до этого руку. Гровенор взялся за седло и ловко вскочил на спину высокой кобылицы, удобнее устроившись позади Кохаку.

— Хаку, береги себя, ладно? — произнес Хайсан, держась за нежную кисть руки наёмницы.

— Хм! – горделиво хмыкнула она. — Ну уж ты от меня так просто точно не отвяжешься! — посмеялась девушка и, хлопнув нанцука по бокам, устремилась вместе с напарником вдаль по площади.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0425\u0438\u0434\u0436\u0440\u0435\u0301\u00a0\u2014 \u0432\u043d\u0435\u0441\u0438\u0441\u0442\u0435\u043c\u043d\u0430\u044f \u0435\u0434\u0438\u043d\u0438\u0446\u0430 \u0438\u0437\u043c\u0435\u0440\u0435\u043d\u0438\u044f \u0432\u0440\u0435\u043c\u0435\u043d\u0438, \u0440\u0430\u0432\u043d\u0430\u044f \u0434\u0432\u0430\u0434\u0446\u0430\u0442\u0438 \u043f\u043e\u043b\u043d\u044b\u043c \u043c\u0430\u0445\u0430-\u044e\u0433\u0430\u043c."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0418\u043d\u0434\u0438\u0301\u043a\u0442\u00a0\u2014 \u043d\u043e\u0432\u043e\u044e\u0436\u0438\u0435, \u0440\u0430\u0441\u0441\u0447\u0438\u0442\u044b\u0432\u0430\u044e\u0449\u0435\u0435\u0441\u044f \u0432 \u043f\u0435\u0440\u0438\u043e\u0434 \u043d\u0435 \u043f\u043e \u0434\u0435\u0441\u044f\u0442\u044c \u044e\u0433, \u0430 \u043f\u043e \u043f\u044f\u0442\u043d\u0430\u0434\u0446\u0430\u0442\u044c \u044e\u0433. \u0421\u043b\u043e\u0432\u043e \u0438\u0441\u043f\u043e\u043b\u044c\u0437\u0443\u0435\u0442\u0441\u044f \u0442\u043e\u043b\u044c\u043a\u043e \u043f\u0440\u0438 \u0434\u0430\u0442\u0438\u0440\u043e\u0432\u043a\u0435 \u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0438\u0445 \u0434\u0430\u0442 \u0438\u043b\u0438 \u0434\u043e\u043a\u0443\u043c\u0435\u043d\u0442\u043e\u0432."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u042d\u043f\u043e\u0445\u0430 \u0434\u043e\u0441\u0442\u0430\u0442\u043e\u0447\u043d\u043e\u0433\u043e \u0440\u0430\u0437\u0443\u043c\u0430 \u2014 \u044d\u043f\u043e\u0445\u0430 \u0432 \u043f\u0440\u0430\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438 \u0438 \u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438 \u0432\u0441\u0435\u0445 \u0436\u0438\u0432\u044b\u0445 \u0441\u0443\u0449\u0435\u0441\u0442\u0432 \u0432 \u0441\u0438\u0441\u0442\u0435\u043c\u0435 \u0422\u0430\u0439\u044f\u043d\u0433\u0430, \u0445\u0430\u0440\u0430\u043a\u0442\u0435\u0440\u0438\u0437\u0443\u044e\u0449\u0430\u044f\u0441\u044f \u0440\u0430\u0441\u043f\u0440\u043e\u0441\u0442\u0440\u0430\u043d\u0435\u043d\u0438\u0435\u043c \u043e\u0442\u0434\u0435\u043b\u0435\u043d\u0438\u044f \u0441\u0443\u0449\u0435\u0441\u0442\u0432 \u0440\u0430\u0437\u0443\u043c\u043d\u044b\u0445 \u043e\u0442 \u0436\u0438\u0432\u043e\u0442\u043d\u043e\u0433\u043e \u043c\u0438\u0440\u0430."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041c\u0430\u0301\u0445\u0430-\u044e\u0433\u0430 \u2014 \u0446\u0438\u043a\u043b\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0430\u044f \u044d\u043f\u043e\u0445\u0430, \u0440\u0430\u0432\u043d\u0430\u044f \u043f\u044f\u0442\u0438 \u044e\u0433\u0430\u043c."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0419' \u042d\u0301\u043d\u043a\u0438\u0434\u00a0\u2014 \u0440\u0430\u0437\u043d\u043e\u0432\u0438\u0434\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0431\u0430\u043b\u043b\u0430\u0440, \u0433\u043b\u0430\u0432\u043d\u043e\u0439 \u043e\u0442\u043b\u0438\u0447\u0438\u0442\u0435\u043b\u044c\u043d\u043e\u0439 \u0447\u0435\u0440\u0442\u043e\u0439 \u043a\u043e\u0442\u043e\u0440\u044b\u0445 \u044f\u0432\u043b\u044f\u0435\u0442\u0441\u044f \u0433\u0435\u0440\u043c\u0430\u0444\u0440\u043e\u0434\u0438\u0442\u0438\u0437\u043c, \u0430 \u0432\u043e \u0432\u043d\u0435\u0448\u043d\u043e\u0441\u0442\u0438 \u0438\u0445, \u043a\u0430\u043a \u043f\u0440\u0430\u0432\u0438\u043b\u043e, \u043f\u0440\u0438\u0441\u0443\u0442\u0441\u0442\u0432\u0443\u044e\u0442 \u0430\u043d\u0434\u0440\u043e\u0433\u0438\u043d\u043d\u044b\u0435 \u0447\u0435\u0440\u0442\u044b \u0438 \u044d\u0442\u043e \u043d\u0435 \u043f\u0440\u043e\u0441\u0442\u043e \u0442\u0430\u043a. \u0418\u0445 \u0441\u043f\u043e\u0441\u043e\u0431 \u043f\u0440\u043e\u043f\u0438\u0442\u0430\u043d\u0438\u044f \u0434\u043e\u0432\u043e\u043b\u044c\u043d\u043e \u0441\u0432\u043e\u0435\u043e\u0431\u0440\u0430\u0437\u0435\u043d \u0438, \u0447\u0430\u0449\u0435 \u0432\u0441\u0435\u0433\u043e, \u0442\u0440\u0435\u0431\u0443\u0435\u0442 \u0438\u0441\u043f\u043e\u043b\u044c\u0437\u043e\u0432\u0430\u043d\u0438\u0435 \u043e\u0431\u0430 \u0432\u0438\u0434\u0430 \u0440\u0435\u043f\u0440\u043e\u0434\u0443\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u044b\u0445 \u043e\u0440\u0433\u0430\u043d\u043e\u0432, \u0445\u043e\u0442\u044f \u0438 \u0432\u0441\u0442\u0440\u0435\u0447\u0430\u044e\u0442\u0441\u044f \u0432\u0438\u0434\u044b \u0441 \u0431\u043e\u043b\u0435\u0435 \u0432\u044b\u0440\u0430\u0436\u0435\u043d\u043d\u044b\u043c, \u043a\u043e\u043d\u043a\u0440\u0435\u0442\u043d\u044b\u043c \u043f\u043e\u043b\u043e\u043c. \u041e\u043d\u0438 \u0441\u043f\u043e\u0441\u043e\u0431\u043d\u044b \u0432\u044b\u0434\u0435\u043b\u044f\u0442\u044c \u043e\u0441\u043e\u0431\u044b\u0435 \u0444\u0435\u0440\u043e\u043c\u043e\u043d\u044b, \u043a\u043e\u0442\u043e\u0440\u044b\u0435 \u0434\u0435\u0439\u0441\u0442\u0432\u0443\u044e\u0442 \u043d\u0430 \u0440\u0430\u0437\u0443\u043c, \u043a\u0430\u043a \u0430\u0444\u0440\u043e\u0434\u0438\u0437\u0438\u0430\u043a, \u043f\u043e\u0432\u044b\u0448\u0430\u044e\u0449\u0438\u0439 \u043b\u0438\u0431\u0438\u0434\u043e. \u0412 \u0442\u0430\u043a\u043e\u043c \u0441\u043e\u0441\u0442\u043e\u044f\u043d\u0438\u0438, \u043e\u0434\u0443\u0440\u043c\u0430\u043d\u0435\u043d\u043d\u0430\u044f \u0436\u0435\u0440\u0442\u0432\u0430 \u043d\u0430\u0445\u043e\u0434\u0438\u0442\u0441\u044f, \u0431\u0443\u0434\u0442\u043e \u0431\u044b \u0432 \u043d\u0430\u0440\u043a\u043e\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u043e\u043c \u043e\u043f\u044c\u044f\u043d\u0435\u043d\u0438\u0438, \u043a\u043e\u0442\u043e\u0440\u043e\u0435 \u0432\u044b\u0437\u044b\u0432\u0430\u0435\u0442 \u0433\u0430\u043b\u043b\u044e\u0446\u0438\u043d\u043e\u0433\u0435\u043d\u043d\u044b\u0435 \u0432\u0438\u0434\u0435\u043d\u0438\u044f. \u0427\u0430\u0449\u0435 \u0432\u0441\u0435\u0433\u043e \u044d\u0442\u0438 \u0432\u0438\u0434\u0435\u043d\u0438\u044f \u0432\u044b\u0440\u0430\u0436\u0430\u044e\u0442\u0441\u044f \u0432 \u0442\u043e\u043c, \u0447\u0442\u043e \u0432\u043c\u0435\u0441\u0442\u043e \u0439'\u044d\u043d\u043a\u0438\u0434\u0430 \u0436\u0435\u0440\u0442\u0432\u0430 \u0432\u0438\u0434\u0438\u0442 \u043e\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442 \u0441\u0432\u043e\u0435\u0433\u043e \u0432\u043e\u0436\u0434\u0435\u043b\u0435\u043d\u0438\u044f \u0438 \u043d\u0435 \u043c\u043e\u0436\u0435\u0442 \u0441\u043e\u043f\u0440\u043e\u0442\u0438\u0432\u043b\u044f\u0442\u044c\u0441\u044f, \u0432\u044b\u0437\u0432\u0430\u043d\u043d\u043e\u0439 \u0439'\u044d\u043d\u043a\u0438\u0434\u043e\u043c, \u0438\u043b\u043b\u044e\u0437\u0438\u0438."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0427\u0436\u0430\u0301-\u0441\u0443\u0301\u00a0\u2014 \u0441\u0443\u0444\u0444\u0438\u043a\u0441, \u0432\u044b\u0440\u0430\u0436\u0430\u044e\u0449\u0438\u0439 \u0432\u0435\u0436\u043b\u0438\u0432\u0443\u044e \u043e\u043a\u0440\u0430\u0441\u043a\u0443 \u0432 \u043a\u043e\u043d\u0446\u0435 \u043f\u0440\u0435\u0434\u043b\u043e\u0436\u0435\u043d\u0438\u044f."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041a\u0443\u0301\u0440\u0443-\u043a\u0443\u0301\u0440\u0443\u00a0\u2014 \u043e\u043d\u043e\u043c\u0430\u0442\u043e\u043f\u043e\u044d\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u043e\u0435 \u0432\u044b\u0440\u0430\u0436\u0435\u043d\u0438\u0435 \u0438\u043b\u0438 \u0436\u0435 \u0437\u0432\u0443\u043a\u043e\u043f\u043e\u0434\u0440\u0430\u0436\u0430\u043d\u0438\u0435, \u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u044e\u0449\u0435\u0435 \u043d\u0435\u0441\u043f\u0435\u0448\u043d\u043e\u0435, \u0440\u0430\u0441\u0441\u0435\u044f\u043d\u043d\u043e\u0435 \u0434\u0435\u0439\u0441\u0442\u0432\u0438\u0435 \u0438\u043b\u0438 \u043a\u043e\u043f\u043e\u0448\u0435\u043d\u0438\u0435. \u0410\u043d\u0430\u043b\u043e\u0433: \"\u0442\u0430\u043a-\u0442\u0430\u043a\", \"\u0441\u0435\u0439\u0447\u0430\u0441-\u0441\u0435\u0439\u0447\u0430\u0441\"."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u042d\u0433\u0438\u0301\u00a0\u2014 \u0441\u0443\u0444\u0444\u0438\u043a\u0441, \u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u044e\u0449\u0438\u0439 \u0441\u0442\u0430\u0442\u0443\u0441 \u0432 \u043a\u043e\u043b\u043b\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u0435, \u0432 \u0434\u0430\u043d\u043d\u043e\u043c \u0441\u043b\u0443\u0447\u0430\u0435 \u043e\u0431\u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u043c\u043b\u0430\u0434\u0448\u0435\u0433\u043e \u0443\u0447\u0430\u0441\u0442\u043d\u0438\u043a\u0430 \u043a\u043e\u043b\u043b\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u0430."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0414\u043e\u043d\u0433\u0444\u0430\u0301\u043d\u0433 ( \u6771 )\u00a0\u2014 \u0432\u043e\u0441\u0442\u043e\u0447\u043d\u0430\u044f \u0441\u0442\u043e\u0440\u043e\u043d\u0430 \u0441\u0432\u0435\u0442\u0430."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0425\u0430\u043d\u0430\u0448\u0448\u0435-\u0437\u0435\u0440\u0438\u0301\u0433 (\u043e\u0442 \u043e\u043d\u0441. \u00abHanashe\u00bb\u00a0\u2014 \u00ab\u0437\u043c\u0435\u0439\u00bb, \u00abSeligeu\u00bb\u00a0\u2014 \u00ab\u043f\u0435\u0441\u0447\u0430\u043d\u044b\u0439\u00bb)\u00a0\u2014 \u0440\u0430\u0437\u043d\u043e\u0432\u0438\u0434\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0440\u0430\u0441\u044b \"\u0445\u0430\u043d\u0430\u0448\u0448\u0435\", \u043f\u043e\u0434\u0432\u0438\u0434 \"\u043f\u0435\u0441\u0447\u0430\u043d\u044b\u0439\". \u041e\u0442\u043b\u0438\u0447\u0430\u0435\u0442\u0441\u044f \u043e\u0442 \u043b\u0430\u0442\u0430\u043d\u0443 \u0437\u043c\u0435\u0438\u043d\u044b\u043c \u0445\u0432\u043e\u0441\u0442\u043e\u043c, \u044f\u0432\u043b\u044f\u044e\u0449\u0438\u043c\u0441\u044f \u043f\u0440\u044f\u043c\u044b\u043c \u043f\u0440\u043e\u0434\u043e\u043b\u0436\u0435\u043d\u0438\u0435\u043c \u0438\u0445 \u0442\u0435\u043b\u0430. \u041f\u0435\u0440\u0435\u0434\u0432\u0438\u0433\u0430\u044e\u0442\u0441\u044f \u043f\u0440\u0435\u0438\u043c\u0443\u0449\u0435\u0441\u0442\u0432\u0435\u043d\u043d\u043e \u043d\u0430 \u043d\u0451\u043c, \u0442\u0430\u043a \u043a\u0430\u043a \u043b\u0430\u043f\u044b, \u044f\u0432\u043b\u044f\u044e\u0449\u0438\u043c\u0438\u0441\u044f \u043d\u043e\u0433\u0430\u043c\u0438 \u0438 \u0440\u0430\u0441\u043f\u043e\u043b\u043e\u0436\u0435\u043d\u043d\u044b\u0435 \u043f\u043e \u0431\u043e\u043a\u0430\u043c \u043e\u0442 \u0445\u0432\u043e\u0441\u0442\u0430, \u0432 \u0445\u043e\u0434\u0435 \u044d\u0432\u043e\u043b\u044e\u0446\u0438\u0438, \u0441\u0442\u0430\u043b\u0438 \u043d\u0435\u043f\u0440\u043e\u043f\u043e\u0440\u0446\u0438\u043e\u043d\u0430\u043b\u044c\u043d\u043e \u043c\u0430\u043b\u0435\u043d\u044c\u043a\u0438\u043c\u0438 \u043e\u0442\u0440\u043e\u0441\u0442\u043a\u0430\u043c\u0438, \u043d\u0430\u043f\u043e\u043c\u0438\u043d\u0430\u044e\u0449\u0438\u043c\u0438 \u0441\u043e\u0431\u043e\u0439 \u043b\u0430\u043f\u044b \u044f\u0449\u0435\u0440\u0430."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0412\u0430\u0301\u044f-\u0432\u0430\u0301\u044f \u2014 \u0434\u043e\u043d\u0433\u0444\u0430\u043d\u0433\u0441\u043a\u043e\u0435 \u043c\u0435\u0436\u0434\u043e\u043c\u0435\u0442\u0438\u0435, \u0447\u0430\u0449\u0435 \u0432\u0441\u0435\u0433\u043e, \u0432 \u0448\u0443\u0442\u043a\u0443 \u043f\u0440\u043e\u0438\u0437\u043d\u043e\u0441\u0438\u043c\u043e\u0435 \u0441 \u0430\u043a\u0446\u0435\u043d\u0442\u043e\u043c \u0438 \u043e\u0431\u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u044e\u0449\u0435\u0435 \u0443\u0434\u0438\u0432\u043b\u0435\u043d\u0438\u0435. \u0410\u043d\u0430\u043b\u043e\u0433: \"\u0443\u0445 \u0442\u044b\", \"\u0432\u0430\u0443\", \"\u043e\u0433\u043e\" \u0438 \u0442.\u0434."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\"\u0412\u0441\u0451 \u043f\u0440\u043e\u0441\u0442\u043e, \u043a\u0430\u043a \u0441\u043e\u043d \u0432 \u043d\u043e\u0447\u044c \u0443\u0440\u043e\u0436\u0430\u0439\u043d\u043e\u0433\u043e \u0441\u0435\u0437\u043e\u043d\u0430\"\u00a0\u2014 ( \u043e\u043d\u0441. \"Semua danji ruhe fan shono ur buteeitei kisetsu\")\u00a0\u2014 \u0434\u043e\u043d\u0433\u0444\u0430\u043d\u0433\u0441\u043a\u0430\u044f \u043f\u043e\u0433\u043e\u0432\u043e\u0440\u043a\u0430, \u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u044e\u0449\u0430\u044f \"\u043f\u0440\u043e\u0441\u0442\u043e\", \"\u043b\u0435\u0433\u043a\u043e\", \"\u044f\u0441\u043d\u043e\", \"\u043f\u043e\u043d\u044f\u0442\u043d\u043e\" \u0438 \u0442.\u0434."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0421\u0438\u043b\u044c\u0444\u0430\u0433\u0440\u0430\u0301\u0444\u0438\u044f\u00a0\u2014 \u0441\u0442\u0430\u0442\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0438\u0437\u043e\u0431\u0440\u0430\u0436\u0435\u043d\u0438\u0435, \u043f\u043e\u043b\u0443\u0447\u0430\u0435\u043c\u043e\u0435 \u043f\u0443\u0442\u0435\u043c \u0440\u0435\u0433\u0438\u0441\u0442\u0440\u0430\u0446\u0438\u0438 \u043e\u043f\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0438\u0445 \u0438\u0437\u043b\u0443\u0447\u0435\u043d\u0438\u0439 \u0441 \u043f\u043e\u043c\u043e\u0449\u044c\u044e \u0441\u0432\u0435\u0442\u043e\u0447\u0443\u0432\u0441\u0442\u0432\u0438\u0442\u0435\u043b\u044c\u043d\u043e\u0433\u043e \u043c\u0430\u0442\u0435\u0440\u0438\u0430\u043b\u0430 \u0438\u043b\u0438 \u043f\u043e\u043b\u0443\u043f\u0440\u043e\u0432\u043e\u0434\u043d\u0438\u043a\u043e\u0432\u043e\u0433\u043e \u043f\u0440\u0435\u043e\u0431\u0440\u0430\u0437\u043e\u0432\u0430\u0442\u0435\u043b\u044f."
}
]
}
]
}
]
}