Кассель лишился дара речи.

«…Склад? Сарай?»

Он смотрел на трясущуюся перед ним маленькую девочку. Откуда взялась эта малышка и какую жизнь она вела? Почему, встретив своего отца, вместо того чтобы винить его, просит разрешения спать в сарае или на складе?

Кассель даже не мог представить, сколько всего произошло, чтобы его маленькая девочка произнесла эти слова. Более того, выражение лица девочки было таким тревожным, что казалось, вот-вот она разрыдается, и Кассель сам едва сдерживал слезы.

«Я жил, думая, что она мертва».

После исчезновения беременной Лены Кассель блуждал по всей империи в ее поисках, но не смог увидеть даже подола ее платья. Просто желая узнать, жив ли ребенок или мертв, он обшаривал детские дома империи и просматривал списки сирот днём и ночью десятки раз. С надеждой, что его ребенок всё ещё жив.

Прошло несколько лет, и из Нестиан пришло официальное сообщение Астерианам о смерти Лены. В Нестиане заявили, что Лена Нестиан умерла во время родов в тот год, когда она исчезла. С ребенком. В Астериане пришлось провести похороны Лены и ее умершего ребенка, даже не получив обратно тело Лены.

Но кто бы мог подумать. Дочь, которую он считал погибшей, жива и здорова. Кассель испытал ужасную беспомощность от того, что не смог ничего сделать, и его ребенок оказался в таком состоянии. Одновременно с этим он не мог поднять голову от чувства вины за то, что не держал свою дочь на руках с момента её рождения.

Он неосознанно протянул к девочке руку. После потери Лены сны Карсселя всегда были заполнены Леной и его собственной дочерью с размытым лицом. Он сотни раз слышал голоса Лены и ребенка, зовущих его. Он хотел найти утешение в тепле ребенка. Что ребенок, стоящий сейчас перед его глазами, — это не сон, галлюцинация или плод воображения, которые он пережил, а его настоящая, живая дочь.

Однако, как только рука Касселя потянулась к малышке, та крепко зажмурила глаза. Неужели она думала, что он ударит ее? Он почувствовал, как маленькое тело задрожало под рукой. Не в силах даже предположить о тех ранах, которые могли быть у этого ребенка, Кассель медленно убрал руку. Только тогда малышка медленно открыла глаза и, сделав шаг назад, укрылась за Ианом.

У Касселя было множество вопросов, которые он хотел задать ей. Где она была все это время? Как жила? Хорошо ли питалась? И Лена… Что с ней случилось? Однако, судя по состоянию ребенка, казалось, что эти вопросы неуместны, поэтому Кассель решил дать ему немного времени. Он протер лицо, на котором виднелось его запутанное состояние. Глядя на закрытую дверь приемной, Кассель произнес:

— …Есть кто-нибудь там?

На его зов вошли две служанки, склонив головы в знак уважения. Обе имели симпатичные черты лица: одна со светло-коричневыми волосами, другая с рыжеватыми.

— Уведите малышку. Похоже, она напугана, покормите ее чем-нибудь теплым и подготовьте временную комнату. — После небольшой паузы он продолжил: — …Кажется, она скрывает лицо, не позволяйте другим сотрудникам встречаться с ней.

Кассель посмотрел на Тиэль и попросил ее о понимании:

— Мне нужно поговорить с гостями, не могли бы ты ненадолго оставить нас?

Тиэль, на мгновение взглянув на Иана и Седрика, медленно кивнула. Служанка, стоявшая справа от Касселя, со слабой улыбкой протянула ей руку. Девочка быстрым шагом покинула приемную, держа служанку за руку.

***

«...Неужели он сильно сердится?» — размышляла Тиэль, шагая под руку со служанкой. Как только она сказала ему, что хочет остаться здесь, его выражение лица сильнее ожесточилось. И он не дал ей никакого ответа на вопрос о жизни в Астериан. Ни утвердительного, ни отрицательного — вообще ничего. Поэтому Тиэль истолковала молчание Касселя как отказ. В такой ситуации она не могла поднять голову, пока шла, потому что область вокруг глаз продолжало щипать от слёз.

«…Что мне теперь делать?»

Ей не хотелось, чтобы ее ненавидели, и вряд ли кто-то даст достаточно денег, чтобы она могла жить отдельно. Если Тиэль действительно выгонят, она окажется на улице голышом.

Тиэль взглянула на свое платье. Хотя его купили добрые Иан и Седрик… ей, возможно, придётся продать это платье, чтобы прокормить себя. Эта мысль снова заставила ее почувствовать вину перед ними, и слезы вновь хлынули из глаз.

Тем временем Тиэль и служанки добрались до маленькой и красивой комнаты рядом с кухней. Так как комната находилась прямо рядом с кухней, в воздухе витал запах свежеиспеченного хлеба. Служанка подвела Тиэль к маленькому кремовому дивану.

— Та-ак, садитесь сюда… Мисс?

Только тогда служанка заметила, что маленькое личико девочки залито слезами, и ее глаза округлились.

— Боже мой, что произошло? Мне отвести вас обратно к господину Касселю?

Похоже, она решила, что Тиэль плачет из-за того, что рассталась с отцом. Малышка покачала головой.

— Нет, хик, нет…

Как только слезы полились, их было уже не остановить. Тиэль с трудом вытирала слезы с лица, выглядя крайне смущенной.

Обеспокоенная служанка зароптала:

— Если так грубо тереть, можно повредить кожу. Подождите, я сейчас же принесу воду для мытья! Лия, останься с девочкой!

Тиэль хотела остановить ее, но добрая служанка уже выбежала из комнаты. Не прошло и нескольких минут, как она вернулась с водой для мытья. Служанка вежливо спросила разрешения у Тиэль и осторожно протерла ей личико. Умывание завершилось легким похлопыванием мягким полотенцем.

В это время служанка по имени Лия вернулась из кухни с подносом, на котором были печенье и хлеб. Там было то самое печенье, которое она упустила возможность съесть из-за суматохи, возникшей, когда вошел Кассель. Из живота Тиэль раздалось урчание. Девочка, с покрасневшим лицом, тут же закрыла живот.

— Э-это!

Она пыталась придумать оправдание, но не смогла найти ничего подходящего. Служанки улыбнулись, словно поняв ребенка, и по очереди подали десерты на маленький чайный столик перед диваном.

— Сейчас время обеда, поэтому вполне естественно, что вы голодны. Пока господин Кассель разговаривает с гостями, сначала поешьте.

Служанка вложила вилку в руки Тиэль. Только тогда та кивнула. Если ее все равно собираются выгнать, то лучше поесть как можно больше. Неизвестно, когда она снова сможет попробовать теплую пищу после того, как ее выгонят из Астериан. «Теплая пища» — это не основная проблема. Если ее выгонят, возможно, ей придется рыться в мусорных баках на улице, чтобы выжить.

«…Нужно съесть как можно больше».

Она решила, что даже если ее выгонят, нужно съесть столько, чтобы продержаться два дня и не остаться голодной. Тиэль, полная решимости, крепко держала вилку пятью пальцами. Хотя у нее был крайне маленький опыт пользования вилкой в Нестиане, она знала, как ею пользоваться, благодаря тому, что видела, как это делает Ровен.

Тиэль неловко подцепила уголок торта вилкой и поднесла его к губам. Сладкий и горький вкус шоколада и удивительно сладкий взбитый крем обволокли ее рот. Глаза Тиэль расширились. А потом она начала с жадностью запихивать торт в рот, не отдавая себе отчета.

***

Иан рассказал Касселю, как он встретил Тиэль. Какой жалкий вид имела девочка, когда объясняла, что убежала, потому что боялась дедушку. Он также упомянул о том, что на теле Тиэль множество шрамов, и как после побега от Нестианов ее назвали «сумасшедшей молодой служанкой».

Седрик также добавил свои слова:

— Я наблюдал за ней во время поездки в карете и многое заметил. Она даже не осмеливалась есть, потому что слишком заботилась о том, что подумают другие…

Кассель, молча слушавший их, стиснул зубы. Гнев, заполнивший его с головы до ног, был столь силен, что он не мог этого выносить. Что же на самом деле случилось с этим маленьким ребенком?

«…Конечно, у меня есть некоторые предположения».

Это касается причины, по которой Нестиан из рода Снежного барса скрывал и растил дочь Лены Нестиан. Две ветви леопардового клана, Нестиан и Астериан, враждовали с древних времен.

Снежный барс, обладающий силой льда, и Черный леопард, владеющий силой огня. Обе семьи собираются в один день, день восшествия на престол нового правителя, чтобы продемонстрировать свои способности, и та семья, глава которой обладает более сильными способностями, становится главой леопардового клана. Это был своего рода древний обычай.

На протяжении шести поколений главой леопардового клана оставался Астериан. В таких условиях влияние Нестиан постепенно ослабевало, и в конечном итоге он давно стал лишь номинальным герцогом. Семья вождя управляла всем, что принадлежало леопардовому клану. Разумеется, под контролем Астериан находилось не только астерианское герцогство Эвальт, но и нестианское герцогство Бюкенон.

Таким образом, пока этот закон существовал, у Нестиан не было иного выбора, кроме как ненавидеть Астериан и оставаться в его подчинении. Ведь преодолеть огонь льдом было практически невозможно. А затем родилась Лена Нестиан, могущественный обладатель силы льда. Она обладала силами, намного превосходящими силы Касселя Астериана, наиболее вероятного наследника рода Астериан. Поэтому все думали, что когда Лена и Кассель займут положение глав семьи, Нестиан, безусловно, станет главой леопардового клана. Если бы только Лена не отказалась от должности главы.

«Я не гожусь на должность главы Нестиан, отец».

Лена, по определенной причине, отказалась от должности главы Нестиан и решила стать женой Касселя Селеста Астериан. Ее выбор привел к тому, что Нестиан потерял самого сильного кандидата на пост главы семьи и потенциального лидера леопардового клана.

На настоящий момент следующая глава рода Нестиан, Корнелия Нестиан, не так одарена, как старшая сестра Лена, и обладает не самым благородным характером, что делает ее неподходящей на эту роль. Если ситуация не изменится, Астериан вновь станет главой леопардового клана.

«…Должно быть, поэтому они растили ребенка втайне».

Потому что она ребенок Лены. Несомненно, ее растили втайне, думая, что она родится с выдающимися способностями. Если бы ребенок проявил свои выдающиеся способности, семья Нестиан могла бы стать главенствующей. Они намеревались использовать дитя в политической борьбе взрослых.

Кассель ощутил укол раздражения от очевидных темных намерений Чендера. В этот момент кто-то настойчиво постучал в дверь приемной. Кассель позволил войти. В приемную вошла то самая служанка, которая ранее вывела Тиэль. Судя по всему, она спешила, поскольку на лбу у нее блестели капли пота.

Второпях служанка произнесла:

— Д-девочка, которую привел гость!..

Если речь о девочке, которую привел гость, то это не кто иная, как Тиэль. Трое мужчин мгновенно вскочили со своих мест после слов служанки.