«Об этом я подумаю позже. Сейчас слишком много дел».

Нужно было во что бы то ни стало отменить разрыв, извиниться и снова стать ближе. И в этой жизни защитить его должна именно я.

«Я всё исправлю. Даже если недоразумение разрешится, его чувства не остынут сразу. Я буду настойчиво добиваться его внимания, буду рядом, пока не добьюсь своего».

Буду рядом подобно клещу и пиявке!

Я резко вскочила.

В тот же миг ко мне гурьбой подбежали служанки из дворца.

- Принцесса?

- Что случилось?

Их удивление было вполне объяснимо. До сих пор я почти не покидала свой дворец, за исключением редких визитов в императорскую библиотеку.

- Принцесса, подождите минутку. Вы ведь не собираетесь выходить за пределы императорского дворца? - осторожно спросила одна из служанок, преграждая мне путь, так и не услышав мой ответ.

- Его Высочество наследный принц, отправляясь в поход, приказал всем во дворце не выпускать вас на улицу без крайней необходимости.

Это правда. Брат позаботился о том, чтобы я, будучи несовершеннолетней, не выходила никуда одна, если Саймон не даст разрешение. Он даже запретил мне отправлять письма кому-либо, кроме него самого и Саймона.

«Бесполезная гиперопека! Он просто хочет, чтобы с его наивной сестрой, не знающей жизни, ничего не случилось»

«Снаружи опасно. Пока меня нет, кто знает, какие негодяи попытаются к тебе приблизиться. Подожди немного. Я скоро вернусь и позабочусь, чтобы рядом с тобой были только верные и добрые люди.»

Из-за этого у меня не было возможности встретиться с Кайаном, который находился за пределами дворца. Я также не могла приказать ему явиться ко мне.

Следовательно, чтобы увидеть Кайана, мне предстояло проявить смекалку.

- Я не собираюсь выходить за пределы императорского дворца, - твердо сказала я, глядя на служанок. - Так что, не могли бы вы отойти?

С этими словами я покинула дворец принцессы - место, где время словно остановилось на восемь лет, пока я действительно ничего не делала.

***

- Принцесса! Ваше Высочество!

Мои служанки и рыцари, словно привязанные, последовали за мной.

- П-почему... почему вы так быстро идете!

Я не обращала на них внимания, направляясь прямиком во дворец наследного принца, где жил мой брат.

Я распахнула дверь.

«Здесь время тоже остановилось».

Стены украшали мечи, которыми брат пользовался в детстве, а рядом висел его портрет.

- Пр-и-и-нцесса!

Я с грохотом захлопнула дверь и подняла взгляд на портрет брата.

Мой брат, так сильно желавший защитить меня, сражавшийся на далёком поле боя и с нетерпением ждавший моих писем.

Зная о его искренности, я считала, что должна беспрекословно его слушаться. В этом и заключалась моя ошибка.

«Что ж, искренность не всегда приводит к верным решениям», - пробормотала я, глядя на портрет

- Прости, брат. Но теперь я не буду тебя слушать.

Если бы он вернулся с Восточного фронта в течение года, его слова, возможно, и оказались бы верными.

- Конечно, я понимаю, что ситуация не из лучших.

Сторона принца Хьюго, претендующего на престол, жаждала избавиться от меня любыми способами. Моя материнская семья, графство Рубель, давно пришла в упадок.

Дедушка-император был слишком занят государственными делами, а приступы болезни отнимали последние силы. Заботиться о внуках ему было некогда. Брат же, не случайно навязав мне в женихи лучшего кандидата империи, велел оставаться во дворце.

«В прошлой жизни я...»

Пальцы, сжимавшие кулон, невольно напряглись.

«Я доверилась советам любимого брата, защитным чарам императорской семьи и верности своего жениха - самого богатого и могущественного человека империи. Но...»

Я пересмотрела три наставления брата и лично установила для себя три новые цели.

«В этой жизни я буду полагаться на себя, свои силы и своих людей»

Конечно, в столице оставались дворяне, близкие к брату, и его подчиненные. Пусть и очень медленно, но я могла обмениваться с ним письмами.

Однако на данный момент мне не на что было жаловаться.

«Я же не могу просто сказать, что вернулась в прошлое и теперь знаю, что Саймон - мерзавец, поэтому помолвка должна быть расторгнута».

Пока что никто не сделал мне ничего плохого. Более того, в глазах общества Саймон для меня безупречный защитник. Поэтому я должна действовать сама, чтобы изменить будущее.

В этот самый момент дверь во дворец наследного принца снова с грохотом распахнулась.

- Эй!

Это был Хьюго, который появился с торжествующим видом в сопровождении своих служанок. Мой сводный брат, который был старше меня на четыре года.

- Ты! Какого черта ты ввалилась в покои наследного принца?

Очевидно, он примчался, едва услышав, что я покинула свою комнату.

Тут же посыпались его язвительные слова:

- Говорят, грабеж для северных варваров - дело обычное... Ты ведь там выросла? Видимо, детские привычки взяли верх, и тебе так захотелось что-нибудь украсть?

Перед самым своим отъездом брат предостерегал мне:

«Сторона Хьюго будет всячески пытаться тебя подставить. Во дворце у тебя не будет союзников, так что не поддавайся на провокации. Просто сиди взаперти. Твоё место - императорский дворец.»

Любое наказание для членов императорской семьи, большое или маленькое, обычно основывалось на указе об изгнании. Именно этого больше всего боялся брат.

«Император ещё не в курсе, но я подозреваю, что они могли прибегнуть к черной магии...»

Хьюго громко закричал служанкам:

- Живо обыщите её! Наверняка она пришла сюда, чтобы украсть вещи наследного принца!

В прошлой жизни, в это же время, произошло нечто похожее. Я пришла сюда, не в силах больше выносить тоску по брату. Хьюго, выждав момент, ворвался точно также.

«Исход был предрешен».

Служанка Хьюго обыскивала меня.

«Ой? Что это!»

Она достала драгоценный камень из складок моего платья.

«Я видела, как принцесса поспешно что-то прятала».

Поддакивает одна из служанок, столпившихся за дверью.

«Неужели принцессе не хватает карманных денег... Видимо, это и правда старая привычка...»

Тогда я, стиснув зубы, ползала на коленях перед Хьюго. На глазах у всех слуг дворца.

Я должна была подчиниться приказу брата, который велел мне не допустить даже малейшего наказания.

Брат велел мне не выходить из комнаты, и то, что я вышла, полностью моя вина.

- Я была неправа. Пожалуйста, простите меня...

Вскоре на место происшествия прибыл Саймон, получивший известие. Он всучил Хьюго огромную сумму денег, предлагая замять дело. Он даже не спросил меня, правда ли я украла это.

Я униженно благодарила Саймона.

- Спасибо, молодой герцог, правда... спасибо.

Саймон посмотрел на меня как на ничтожество и даже не ответил.

Даже мои самые близкие служанки смотрели на меня как на «ребенка, который забыл наставления принца, полез куда не надо и стал обузой для Саймона».

- Вам не следовало так поступать, принцесса... Наследный принц ведь просил не покидать покои.

- Наверное, всё из-за того, что в детстве на Севере о принцессе не заботились должным образом.

Ни друга, чтобы разделить боль, ни семьи, на которую можно опереться. Таково было моё положение - я была вынуждена в одиночку терпеть даже самые низкие интриги.

- Но вы молодец, что быстро признали вину и не дали делу разрастись. Вы очень мудры.

- Верно. Таков путь императорской крови, а не дикого Севера.

В итоге за восемь лет я так ничего и не смогла сделать.

Но теперь...

«Я больше не буду так жить. Ведь я сильный ребенок Севера».

Двенадцать лет до императорского дворца я провела на Севере: охотилась на детенышей монстров, каждый день покоряла горы. Люди во дворце этого не знают, но я всегда неплохо владела своим телом. Недаром перед возвращением я смогла дать отпор наемникам до самого появления Кайана.

Теперь я вернусь к той себе - решительной и несгибаемой.

Хьюго закричал:

- Что встали? Быстро обыщите принцессу!

Всё шло точно по сценарию.

Служанка, получившая приказ Хьюго, вальяжно приближалась ко мне. Это была его любимица, самая злобная из всех, кто меня задирал.

Ситуация была точь-в-точь как в прошлой жизни. Однако мои действия будут иными.

«Мне просто нужно быть собой, той, какой я была до две двенадцати лет».

Я взглянула на приближающуюся служанку, сорвала со стены детский тренировочный меч и вонзила его прямо в живот Хьюго.

- А-а-а-а-а-а-а!

Движение было стремительным и точным.

«Ой?»

Слушая пронзительный крик, я с гордостью подумала:

«Старая добрая Ивноа ещё на что-то способна!»