Де Краузер шёл и шёл.

Ноги уже давно онемели, но он не останавливался. В этом мире было только четыре цвета: розовый, голубой, чёрный и белый. Без оттенков, без полутонов — как будто кто-то вырезал реальность ножницами из цветной бумаги.

— Странно тут, — пробормотал он, но голос его звучал глухо, будто поглощённый ватой.

Он даже не заметил, как прошло два дня. Не ел. Не пил. Просто шагал, пока ноги не подкосились, и он рухнул лицом в розовый песок.

И тут...

— Ты же человек.

Голос был тихим, но чётким. Де Краузер поднял голову. Перед ним стоял неизвестный — высокий, в длинном плаще, лицо скрыто в тени капюшона.

— Я... человек. И очень голоден, — прохрипел Де Краузер, с трудом поднимаясь на колени.

Неизвестный молча достал из складок одежды маленький кубик, блестящий, как леденец.

— Съешь.

Де Краузер не раздумывал. Схватил, сунул в рот, проглотил. И голод — исчез. Не насыщение, не облегчение. Просто пустота.

— Кто ты? — спросил он, вытирая губы.

Капюшон слегка приподнялся. Взгляд, острый, как лезвие.

— Я Ангин. Пророк... И я тебя ждал, человек из другого света.

— Ждал?.. Но почему?

— Именно ты поможешь нам остановить тысячелетнюю войну.

Голос Ангина звучал как приговор.

Де Краузер ничего не ответил. Вместо этого его взгляд упал на топор, валявшийся рядом.

Он поднял его. Взвесил в руке.

Потом закрыл глаза.

И воткнул себе в горло.

Он открыл глаза.

Этот мир был в огне.

Небо, чёрное от дыма. Земля, раскалённые угли. Воздух, обжигающий, с вкусом пепла.

— Твою ж мать... Это ещё хуже, — прошипел Де Краузер, озираясь.

И тут, рёв.

Он едва успел повернуться.

Дракон.

Чешуя — как расплавленный металл. Крылья — рваные, будто изрезанные ножами. Пасть — шире его тела.

Он даже не успел закричать.

Хруст.

Тьма.

Он открыл глаза.

Космос.

Беззвучный вакуум. Холод.

Лёгкие разорвало изнутри.

Тьма.

Он открыл глаза.

— Чёрт... Как это уже надоело, — прохрипел он, сжимая кулаки.

Но на этот раз он не просто стоял.

Он начал исследовать.

Шаг. Ещё шаг. Где-то вдали — город.

Он побежал.

Город был оживлённым.

Поезда грохотали на рельсах. Люди спешили по делам. Кто-то играл на скрипке на углу.

Де Краузер схватил первого попавшегося мужчину.

— Скажите, какой сейчас век? Что в мире происходит?

Тот уставился на него, как на сумасшедшего.

— Двадцать первый. Британская империя владеет всей Землёй... Странно, что ты не знаешь.

Де Краузер отпустил его.

— Мне... очень повезло.

Он медленно отошёл, бормоча себе под нос:

— Это альтернативная вселенная. Почти как моя... Осталось только дождаться машины времени или ещё чего-то... Можно сделать мир один в один...

— Один в один, говоришь?

Голос, хриплый, старый.

Де Краузер резко обернулся.

Перед ним стоял старик. Лицо — в глубоких морщинах. Глаза — слишком молодые для этого тела.

— Не говори ничего. Старик усмехнулся. Я могу рассказать. Я сбежал из вселенской тюрьмы. Потому что хотел, чтобы Земля во всех вселенных была одинаковой.

Пауза.

— Но у меня не вышло.

Де Краузер прищурился.

— А я... путешествую по измерениям.

Старик замер.

И в тот же миг голова Де Краузера взорвалась.

Он открыл глаза.

И закричал. Не просто закричал, заорал так, будто лёгкие вот-вот разорвутся.

Когда он попал в другое измерение, часть взрыва — того самого, что разнёс его голову — проскочила вместе с ним.

Из его глаз хлынула кровь. Густая, тёплая, заливающая лицо.

— Нет. Нет, нет, нет, НЕТ! — его голос сорвался на хрип.

Де Краузер умер.

Он открыл глаза.

На этот раз из глаз текли слёзы. Не кровь — просто слёзы. Солёные, жгучие.

— Почему... я... Почему... — его голос дрожал, слова застревали в горле.

Он поднялся. Пальцы впились в землю.

— ПОЧЕМУ Я, ДЕ КРАУЗЕР, ТАКОЙ СЛАБЫЙ?! — его рёв разорвал тишину.

Новое измерение.

Слёзы резко прекратились.

— Не понял... Я ведь не умер. Но тогда почему снова переместился? — пробормотал он, озираясь.

Потом до него дошло.

— Видимо, когда я кричу своё прозвище, могу путешествовать по измерениям. Пауза. А ещё... мне не понятно, почему я съел человека. Сможет ли его личность снова появиться?

Он сел на корточки, схватившись за голову.

— Надо вспомнить, что я делал до этого всего бреда.

Пока он лихорадочно соображал, взгляд скользнул по миру вокруг.

Летающие острова. Красное небо. Всё неестественное, будто нарисованное безумным богом.

— Я гулял. Ну и... хотел купить дошик. Его голос задрожал. Но меня взяли какие-то черти и убили.

Пауза.

— Только вот... Я не помню, что стало с моей правой рукой. Почему она выглядит как пришитая от трупа?

Он посмотрел на руки.

Правая, нормальная.

Левая, серая, с синими прожилками, явно чужая.

— Значит, эта штука может быть и на правой, и на левой... — прошептал он.

Де Краузер начал шарить по карманам.

Нашёл книгу. Толстую, без единой буквы.

— Надо написать дневник. Опишу всё, что видел. А потом оставлю в измерении, где есть люди.

Прошло огромное количество времени.

Он исписал страницы — всё, что видел, всё, что понял.

Потом начал исследовать.

Прыгал по островам, цепляясь за выступы.

— Интересно, что тут вообще было...

Цепи. Между островами тянулись массивные цепи.

И впереди, существо.

Оно шло к нему.

Де Краузер резко обернулся, начал записывать в дневник.

— Вы слишком рано здесь... Придётся стереть вам память. Немного.

Голос существа прозвучал у него в голове.

Он открыл глаза.

Открыл дневник.

— "Неизвестное существо шло ко мне. Я не знаю, что делать." — прочитал вслух.

— Похоже, мне стёрли память.

Он поднял руку.

Сжал кулак.

Закричал:

— ДЕ КРАУЗЕР!!!

Новое измерение.

— Моё первое задание — продержаться здесь хотя бы неделю.

Его голос звучал устало.