Мужчина вытер лицо, не в силах больше терпеть ледяной холод. Прилипшая грязь размазалась, и с ладони потекли мутные капли. Он посмотрел на небо — оттуда лил дождь, словно кто-то опрокинул ведро. Он взбежал по наспех сколоченной лестнице из кольев и досок. Под ногами, как ручей, стекала дождевая вода.

«Когда ж он, чёрт возьми, кончится, этот дождь?»

Хоть и с разной силой, но дождь лил уже три дня. Будь это деревня, никто бы не жаловался на нехватку воды. Может, даже обрадовались бы. Но для мужчины, начальника проходчиков в регионе Лефун, где главной отраслью была горнодобывающая промышленность, этот дождь был настоящим проклятием. Даже если речь шла всего лишь об одной небольшой шахте.

«Эй, я принёс ещё вёдер и верёвок! Как там дела внутри?» — прокричал он, стараясь перекрыть шум дождя своим пропылённым голосом.

Из полумрака поднялась тень.

«Мастер Джидре! Вода уже по колено! А местами и выше!» — ответил, не прекращая крутить водоотливное колесо, один из молодых шахтёров.

Он был подчинённым Джидре, начальника проходчиков, и его лицо он видел чаще и дольше, чем лицо собственного внука. Всё его тело было покрыто грязью, словно кабан, вывалявшийся в болоте, и по уровню грязи на его штанах можно было судить о глубине воды в шахте.

«Да по тебе и так всё видно! Что там с магами, которые воду откачивают?»

При таком небывалом ливне были нужны маги, способные искажать законы природы. Те, кто умел создавать воду из магии, умели и управлять ею. Для откачки воды из узких и запутанных туннелей шахты лучше кандидатов было не найти.

«Да вот, наш завхоз бился, но всех под чистую забрали на главные шахты, с первой по пятую. Сказали, на нас не хватает. Пришёл только один старик, который раньше у нас воду откачивал».

Всё было так, как и опасался Джидре. Хоть шахта и была одним целым, но у каждого забоя были свои хозяева и своя работа. Своя территория. В мирное время ещё ладно, но при таком ливне неудивительно, что все рвали друг у друга и оборудование, и людей. Если шахту затопит, они останутся без средств к существованию. Мало кто из чудаков будет заботиться о чужой яме.

«И на том спасибо, что пришёл, хоть и давно на пенсии. Даже умирающий старик лучше, чем ничего».

Скрывая внутреннее беспокойство, Джидре хорохорился. Хоть старик и стоял одной ногой в могиле, его способность откачивать воду с помощью магии воды была ещё при нём. А его иссохшее тело как раз подходило для их небольшой шахты. Если её всё же завалит, то хоть на похоронах сэкономят.

«С такими темпами и старика не хватит».

«Тогда в следующий раз кошку притащи. Будешь её учить по-кошачьи воду вычерпывать».

Вот уж ответ так ответ. Не поймёшь, то ли шутит, то ли всерьёз. Джидре, решив, что бессмысленно и бить его, и переспрашивать, лишь фыркнул и, взяв в руки ведро с привязанной верёвкой, принялся вычерпывать воду.

Добытчики, транспортники, крепильщики — в этот день все были вынуждены изображать из себя водоотливщиков. Настоящие специалисты барахтались в грязи в тех местах шахты, где вода била ключом. Джидре, размышляя о дальнейших действиях, вычерпал уже несколько сотен вёдер. Внезапно из шахты донёсся звук ударов по железу. Ритм был слишком грубым для набата — это был сигнал.

«Дорогу, выходят!»

Шахтёры, занимавшиеся откачкой воды в глубине забоя, посыпались оттуда, как муравьи. На лицах у всех была усталость. Джидре хватал их за руки и за пояс и вытаскивал на поверхность. Выбравшись наружу, все направлялись в одно место — в кузницу.

Место, где обычно чинили и затачивали кирки и кайла, в такую погоду превратилось в костёрную, где грелись. Более того, не желая тащиться до жилых домов в шахтёрском посёлке, мужики, сбившись в кучу, как зимние насекомые, громко храпели. Обычно для этого служили комнаты отдыха в шахте, но не было таких безрассудных, кто решился бы спать в полузатопленном забое.

На смену этим измождённым бедолагам, которых можно было спутать с гулями, в шахту спускалась сменная бригада, отдыхавшая в кузнице. Они, смыв часть грязи и немного поспав, выглядели хотя бы как люди.

«Смотрите в оба, когда спускаетесь, не переломайте себе руки-ноги!»

Джидре, подбадривавший молодых парней, спускавшихся в шахту, почувствовал, как кто-то трясёт его за плечо. Голос утонул в шуме дождя, барабанившего по дырявой крыше.

«Начальник, еда!»

Протянутая ему еда, прикрытая от дождя двумя руками, состояла из тёплого супа из бобовых отходов и хлеба. Наверняка приготовлено в той же кузнице, что служила костром.

«О, спасибо. С благодарностью приму».

Смыв часть грязи дождевой водой, он отхлебнул супа и запихнул в рот хлеб. Хруст песка на зубах был просто невыносим. Тело продрогло. Хоть суп и был едва тёплым, он чувствовал, как тот спускается по пищеводу в желудок. Через двадцать секунд, закончив с перекусом, Джидре снова взялся за верёвку и продолжил работу.

К счастью, дождь начал стихать. Если так пойдёт и дальше, то их проблемы с водой скоро закончатся. Он уже было потянул ведро, погружённое в лужу, как вдруг раздался глухой звук. По коже пробежали мурашки, словно её лизнули чем-то скользким, и спина похолодела.

«Да вы издеваетесь».

Вслед за выругавшимся Джидре и остальные заметили неладное.

«Что за звук?!»

И не только звук. Джидре знал эту дрожь, что передавалась через подошвы и сотрясала внутренности, — это было худшее из его воспоминаний.

«Шахта… обвалилась».

«О-обвалилась?!»

«Да не может быть!»

Он прикрикнул на подчинённых, которые в панике заглядывали в шахту под ногами.

«Тихо, это не наша… Чёрт, смотрите туда!»

Далёкий склон пульсировал, словно живое существо. Обрушение подземных пустот вызвало цепную реакцию, и земля провалилась. Она текла, как вода. Джидре, проработавший на шахтах Лефуна много лет, никогда не видел такого масштаба.

«Т-третья главная шахта?! А что с дренажным туннелем?»

«Ужас, часть оползня дошла до шахтёрского посёлка».

«Они же забрали столько магов-водоотливщиков».

«Что делать?!»

«Продолжайте работать. Но если начальники крепильщиков и водоотливщиков внутри начнут орать как сумасшедшие, бросайте всё и бегите. Не смейте помирать прямо в шахтах!»

Успокоив паникующих рабочих, Джидре продолжил:

«А вы, идите за мной. Поможем тем, кто в главной шахте».

«Но, мастер Джидре, судя по тому, что там…»

Молодой шахтёр был в чём-то прав. Склон вдоль шахты обвалился, и мутный поток превратился в настоящую реку. Чёрная граница, словно отвергающая людей.

«Заткнись, а вы молча работайте».

Разговор был окончен. Джидре обмотал верёвку вокруг тела, взял кирку и полез вверх по склону. Чем ближе он подходил к месту обвала, тем яснее становился масштаб трагедии. Из земли торчали сломанные руки, у края оползня лежали и стонали люди. Им ещё повезло. Они были живы, а те, кто погиб, хотя бы сохранили форму.

«К потоку не подходить. Если уж совсем припрёт, вбивайте колья и крепите страховочную верёвку!»

С криком шахтёры разбежались. Джидре, идя на тихие стоны, находил раненых, хватал их за ворот или подмышки и вытаскивал. Иногда бил по спине, засовывал пальцы в рот и выгребал наглотанную землю. Делал массаж сердца тем, кто не дышал.

«Третья главная шахта, там же и порода была крепкая, и оборудование лучшее…»

Задыхаясь от усталости, Джидре высказал то, что было на душе. Главные шахты, с их огромными деньгами и персоналом, были оснащены по последнему слову техники: и дренажные штольни, и насосы, и маги. Небольшие обвалы или несчастные случаи могли быть. Но то, что случилось, было полной неожиданностью. В крошечной шахте Джидре работало пятьдесят человек.

«Сколько же там завалило…»

Как шахтёр, он не хотел даже думать об этом.