Школа Волшебства находилась в Центральном районе, и учебные сражения в Лабиринте были частью занятий для старших курсов. Как и следует из названия, студенты сражались с монстрами на относительно безопасных начальных уровнях. Те, кто стремился стать авантюристами или вступить в гильдию волшебников, обязательно проходили этот курс. А потому участвовали в нём в основном уверенные в себе ученики.

— И ты занята, потому что в этом году...

— Верно. Нашу группу выбрали в качестве сопровождающих.

— Звучит утомительно.

Хуже всего было присматривать за самоуверенными новичками. В Лабиринт заходили десятки студентов, но большинство не могли объективно оценить свои силы. А ведь даже первые этажи не были по-настоящему безопасными.

— Старшекурсники, которые уже несколько раз бывали в Лабиринте, участвуют в тренировках, но происшествия всё равно случаются. Поэтому и нужна поддержка со стороны авантюристов, — сказала Арбель-сан, теребя прядь волос.

— Было тяжело?

— Как ты думаешь?

Она посмотрела на меня, будто хотела, чтобы я сам угадал.

— Насколько тяжело?

Я спросил с любопытством, и Арбель-сан покачала головой с неожиданно уставшим выражением лица.

— Я плохо учу других и не умею руководить. Если бы у меня был выбор, я бы лучше одна с мечом пошла на огра.

— Вот это действительно плохо.

Огры более сильная разновидность гоблинов, ростом с человека и с пугающей силой. Если уж Арбель-сан предпочла бы сразиться с одним из них в одиночку, то присматривать за студентами, должно быть, и правда было адом.

— Сколько бы их ни учили в классе, они не понимают, насколько опасен Лабиринт. Всё, что написано в книгах, они воспринимают как истину и думают, будто уже всё знают. Учиться они умеют, но не понимают, что реальность отличается от теории. Я боюсь, что кто-нибудь может погибнуть в тот день.

Пусть они и старшекурсники, но всё равно школьники, такие же, как и я. Нам, неопытным подросткам, очень трудно объективно оценить ситуацию, осознать собственные пределы и действовать соответственно.

— Они всё ещё молоды, а люди в моем возрасте часто торопятся.

Услышав это, Арбель-сан удивлённо распахнула глаза.

— Что за взгляд?

Я прищурился, а Арбель-сан рассмеялась:

— Ничего. Просто удивилась, как ты недооцениваешь себя.

— Недооцениваю?.. Но я же просто владелец кафе. Самый обычный, таких полно.

— Это не так. По крайней мере, я возлагаю на тебя большие надежды. Ты совсем не такой, как дети из академии.

— Да ну, я вовсе не такой уж замечательный или умный. И вообще разве я выгляжу сильным?

Я раскинул руки, чтобы показать своё хрупкое телосложение. Арбель-сан оценивающе посмотрела на меня, поглаживая подбородок. Эй, что это за ощущение? Красивая старшая девушка оценивает моё тело... Это что, влюблённость?

— Мышц почти нет.

— Вот именно.

— И руки не приучены к мечу.

— Всё верно.

— Кожа у тебя хорошая.

— Вот это странное замечание.

— Пальцы длинные и изящные, а ресницы длинные.

— Правда?

— Хм... Ты точно парень? Скорее, ты похож на девушку. С лёгким макияжем и не отличить будет.

— Нет-нет-нет, давай не будем сейчас об этом.

Арбель-сан пробормотала что-то себе под нос, но затем вернулась к теме.

— Понятно. Ты слишком слаб для авантюриста, но ведь сила человека определяется не только физической мощью, верно?

Я кивнул в знак согласия.

— У тебя есть нечто вроде... годичных колец.

— Годичных колец?

Тех самых, что видны на спиле дерева и используются для определения его возраста?

— У тебя зрелость тридцатилетнего мужчины.

— Серьёзно?

Я и сам не знал, правда ли это. Арбель-сан твёрдо кивнула.

— Мне доводилось общаться со многими подростками, но такого, как ты, я ещё не встречала. Почему ты такой вежливый?

Я невольно улыбнулся, услышав это.

— Даже если ты спросишь, я не смогу точно ответить. Наверное, дело в том, где и как я вырос.

— Меня всегда интересовали загадки, связанные с тобой. Цвет глаз и волос, иноземные черты лица... Умение обращаться с числами, выбор слов, внимание к деталям. Воспитанность и при этом удивительное отсутствие здравого смысла. Я даже думала, что ты потомок иностранного аристократа или ребёнок из богатой семьи...

Глаза Арбель-сан сузились, и у меня по спине пробежал холодок. Даже просто глядя серьёзно, она выглядела устрашающе. Что уж говорить, если бы она сражалась в Лабиринте?

Пока я пребывал в ступоре от её взгляда и догадок, напряжение внезапно исчезло.

— Извини. Это моя дурная привычка. У всех есть свои секреты, я не хотела лезть не в своё дело.

— Всё нормально, я уже привык.

— Но ты и правда очень интересный человек, — сказала Арбель-сан, делая глоток кофе. Особенно учитывая, что ты способен готовить такой вкусный напиток.

Она соблазнительно улыбнулась и кто тут мог бы остаться равнодушным? П-Правда. Я бы, возможно, даже сделал ей предложение на месте, если бы не прозвучал звонок над дверью. Я вынырнул из оцепенения и повернулся к двери, откуда вваливалась хрупкая фигурка с шаткой походкой.

Это была Нортри.

Снаружи было ярко, но вокруг неё словно царила собственная тень. Её голубые, как сгустки дождевой воды, волосы были заплетены в два хвоста, а кошачьи ушки лениво свисали. В её сонных глазах плыло оцепенение, а сутулая осанка напоминала старушку, уставшую от жизни.

Нортри заняла своё привычное место второе сиденье у окна и уткнулась щекой в стойку.

— Ю... как обычно...

— Доброе утро, Нортри. Ты сегодня опять вялая, — не удержался я от улыбки.

Нортри была постоянной посетительницей. Хотя её пессимистичный взгляд на жизнь вызывал у меня тревогу, я знал, что она сильная и живая девочка.

Было бы грубо оставить Арбель-сан одну, но я всё же начал готовить кофе. Приготовление тёплого кафе-о-ле, который любила Нортри, требовало усилий.

Я делал это уже не раз с момента открытия, и мои движения были отточены. Кофе был готов в мгновение ока. Добавив тёплого молока и подсластив по вкусу, я подал чашку лениво развалившейся Нортри. Она уставилась на напиток, потом медленно подняла голову и подула на него. Я подумал, что она сейчас выпьет, но она снова опустила голову. Делала, что хотела, как обычно.

Её кожа была белоснежной, а лицо маленьким и аккуратным. Если бы в её взгляде была хоть капля живости, она бы выглядела очаровательно. Однако если бы Нортри действительно не было ни на что дела, она бы сюда не пришла. Это и было её особенным шармом.

— Нортри, а как же школа? Сейчас вроде бы идут занятия?

Нортри подняла голову, услышав это.

— …Школа…?

— Не делай вид, будто впервые слышишь это слово.

— Нет… занятий… сегодня.

— Не может быть. Я сегодня видел студентов в форме, проходивших мимо кафе.

— Это... из другой академии...

— В этом городе всего одна академия.

На лбу у Нортри выступил холодный пот, она закусила губу. Я не давал ей времени на отговорки продолжал настаивать. Подняв чашку с кафе-о-ле, я стал обмахивать пар в её сторону. Нортри недовольно застонала и, в конце концов, сдалась.