Мы с ленивой ученицей покинули Центр Академгородка и направились в пригород.

В компании с нами также малышка Гоггору и учитель Эдита.

Дорогу показывает учитель Эдита; следуя её указаниям, мы переходим с одного перекрёстка на другой, минуем улочку за улочкой. Академгородок просто огромный, своим масштабом он ничуть не уступает Калису, столице Империи Пенни, однако городской пейзаж здесь иной, фасады домов и магазинов выглядят по-другому; мне очень нравится смотреть по сторонам, не могу пресытиться местными видами. Учитель Эдита прекрасно ориентируется в Академгородке, я же здесь новичок, возникает такое чувство, будто Эдита проводит с нами экскурсию по городу.

— Эй, ну сколько ещё идти, куда вы меня тащите?!

Кстати говоря, из гостиничного номера мы вышли не более часа тому назад.

Вежливая Ученица непрестанно хнычет и скулит. По всей видимости, страдая от издевательств в школе, она предпочитала всё время проводить в четырёх стенах и вследствие этого очень ослабла физически. Она пыхтит и отдувается, её плечи ходят ходуном.

Я её так понимаю.

Когда меня только принесло в этот мир, я долгое время страшно страдал от одышки, поскольку в прошлой жизни совершенно пренебрегал физическими упражнениями. Помню, отправился в лесок за лекарственными растениями — и уже через какой-то час так же тяжело дышал и не мог отдышаться. Сейчас-то я могу скакать по столице Калису, как горный козёл, однако навык этот вырабатывался очень нелегко — я чуть не издох в процессе.

— Скоро придём. Ещё чуть-чуть осталось… Вот! Вот он — магазин! — обрадованная учитель Эдита указала на крышу универсального магазина, видневшуюся невдалеке.

Двухэтажный домик из чистого камня — на мой взгляд, ему много десятков лет. Здание несколько меньше окружающих построек, его площадь составляет около 30 квадратных метров. В таком уютненьком домишке в самый раз жить какой-нибудь дряхленькой старушке.

— Нам сюда?

— Да, здесь лучший выбор и цены.

— Вот как.

Значит, мы наконец-то добрались до цели.

Наверное, здесь торгуют хорошими ингредиентами для зелий.

— Здесь есть вообще всё.

— О, даже так.

Учитель Эдита открыла дверь и первой вошла в магазин.

Однако Вежливая Ученица остановилась у входа и состроила ужасную гримасу:

— В какую дыру вы меня приволокли, этой развалине тыща лет…

Но я стоял позади школьницы, отрезая пути к отступлению, поэтому ей ничего другого не оставалось, как всё-таки войти в дверь вслед за учителем Эдитой. Я также последовал их примеру. Каждый раз, когда дверь открывалась и закрывалась, раздавался звон колокольчиков, негромкий, но так отдающий радушием звук.

Уже переступив порог, я вдруг понял, что Гоггору за нами не идёт. Я обернулся и взглянул на неё: коричневая крошка остановилась в нескольких метрах перед входом. Малышка Гоггору смотрела на меня в ответ, будто безмолвно предлагая идти дальше без неё.

— Госпожа Рокороко?

Нас ждёт там что-то нехорошее?

Но она тут же развеяла мои опасения:

— Там тесно, я подожду снаружи.

— А, понимаю. Спасибо, большое спасибо.

В магазине мало места, малышка Гоггору не сможет держаться там на достаточном удалении от нас. Включая невзрачную морду, в магазинчике оказались бы сразу четыре субъекта, в большой тесноте. Этот магазинчик как маленькая забегаловка в густонаселённой Акихабаре. Так что, относясь бережно к тонкой душевной организации учителя Эдиты, малышка Гоггору решила не заходить в магазин и подождать снаружи.

Просто лапочка.

— Не скучай, мы всё купим за пару минут.

— Хорошо.

Кивнув загорелой крошке на прощание, страшный человек скрылся в магазине.

***

Обстановка в магазинчике напоминала собой дом учителя Эдиты, точнее, подвал её дома, алхимическую лабораторию.

В глубине находился прилавок, и позади него стояла продавщица. На вид ей лет двадцать с хвостиком. Однако, судя по заострённым ушкам, это эльфийка и её настоящий возраст может быть в трёхзначных числах.

На ней свободное платье, скрывающее некоторые интересные изгибы тела. Однако внушительные груди чётко проступают через ткань платья, вызывают жгучее любопытство и страстно к себе манят. Пышнотелая красавица, черты лица очень мягкие — при взгляде на неё сразу хочется представлять её своей добренькой старшей сестрёнкой.

Волосы заплетены в две умопомрачительные косички, их цвет льняной, бежевый; они ниспадают на плечи и грудь, доходя до самого живота.

Когда я приблизился к прилавку, учитель Эдита удивлённо спрашивала у продавщицы:

— Как, неужели травка россион уже вся распродана?

— Да. К сожалению, ни одного пучка не осталось.

— Не может быть, это же не редкость какая-то, она всегда должна быть в продаже.

— Кому-то в Центре она вдруг понадобилась в большом количестве, один профессор скупил её всю.

— Вот как…

Кажется, в продаже нет одного из ингредиентов, который требуется учителю Эдите.

Она стоит опечаленная.

— Профессор обмолвился, что все лавки обошёл, везде-везде её скупил. Думаю, она уже везде распродана, не только в моём магазине. Следующие поставки нескоро, остаётся только самой собирать, если, конечно, знаешь, где она произрастает.

— Ясно.

— Прости, так уж вышло.

— Нет-нет, ничего страшного, как-нибудь выкручусь.

Обычно такая стеснительная и необщительная, учитель Эдита сейчас бесстрашно перекидывается словечками с продавщицей — наверное, это её знакомая. Возможно, учитель Эдита специально пришла именно в этот магазинчик, чтобы заодно навестить свою знакомую эльфийку. Может быть, они даже состоят в каком-то родстве.

— Её замучаешься собирать… — вздохнула учитель Эдита.

— Будь осторожна. Впрочем, думаю, такая задача для тебя сущий пустяк… — заметила продавщица.

— Угу…

Тень пробежала по лицу моей полнобёдрой наставницы, когда эльфийка за прилавком обратилась к ней с назидательными нотками в голосе. Помню, именно такое мрачное выражение было на лице учителя Эдиты, когда мы только приземлились в Академгородке и сошли с палубы воздушного корабля. За моей наставницей водится привычка строить очень выразительные рожицы, так что любое изменение в выражении её мордочки сразу бросается в глаза.

Естественно, от проницательных глазок добренькой старшей сестрёнки за прилавком не укрылась внезапная хмурость учителя Эдиты:

— Чего грустишь?

— Нет, я радуюсь! Не видишь, что ли.

— Правда?

— Угу-угу!

— Заглядывай ко мне почаще, когда есть настроение, я тебе очень рада.

— Да-да, как-нибудь ещё зайду, спасибо.

— Не забудь, мои двери всегда открыты для тебя, — добренькая старшая сестрёнка очаровательно улыбнулась.

Они ещё немного обсудили оставшиеся ингредиенты для зелья, которые покупала учитель Эдита, а затем добренькая старшая сестрёнка наконец-то удостоила своим взглядом меня. Моя невзрачная морда всё это время торчала позади учителя Эдиты и оскверняла своими ненасытными взорами богатые прелести добренькой старшей сестрёнки, которые проступали через ткань её платья. Адресованный мне взгляд эльфийки за прилавком был слегка заинтересованным и вопрошающим.

— А это с тобой кто, твой товарищ?

— Ну да, как бы да, можно и так сказать.

— Даже так? Опять мутишь что-то интересненькое? Мне любопытненько.

— Да, пытаюсь мутить потихоньку.

— О, какая бессердечная, скрытная, ничего мне не рассказывает. Ведь сто лет не виделись.

Наверняка, добренькая старшая сестрёнка была бы совсем не прочь подразнить учителя Эдиту более настойчиво — потискать, за щёчки подёргать; но, должно быть, она стесняется одной невзрачной морды, которая здесь торчит, поскольку ещё не знает, чего от той можно ожидать. В конце концов, кто не оробеет при виде страшного жёлтого человека. Скорее всего, она сейчас недоумевает, почему её подруга вообще водится с этим жёлтым крокодилом.

Учитель Эдита не стала меня представлять, так что, наверное, и мне лучше помалкивать.

— В общем, я уже пойду, пока-пока.

— Что, уже уходишь?

— У тебя всё равно нет того, за чем я пришла, так зачем время терять.

— Пришла же издалека, отчего бы не посидеть, отдохнуть, чаю попить?

— Занята очень, дел невпроворот.

— Эх, печалька.

— Увидимся.

Учитель Эдита не стала тянуть резину и поторопилась выбраться из магазина на улицу. На прощание пышнотелая эльфийка за прилавком ей слегка кивнула. Вслед за Эдитой, невзрачная морда и ученица-страдалица также поспешили покинуть магазинчик.