Эстер чуть было не сорвала выступление учителя Эдиты, однако благодаря героическим усилиям Аллена, который смог утащить Эстер из зала, катастрофы удалось избежать. Учитель Эдита наконец поблагодарила аудиторию за внимание и попрощалась, затем занавес опустился и раздались аплодисменты.

— Прости, что я не сдержалась… — учитель Эдита решила извиниться передо мной, когда мы покинули сцену.

— Вообще не парься. Любой на твоём месте отреагировал бы точно так же.

В конце концов, под шквал критики угодили исследования учителя Эдиты, которым она отдала немалую часть своей жизни.

— Однако я повелась на провокацию и действовала непрофессионально.

— Забудь об этом. Эстер просто добавила недостающую перчинку под конец лекции.

Профессор Бас встретил нас за кулисами и горячо поздравил учителя Эдиту с удачным выступлением. Он явно поздравлял её не просто из вежливости, профессор Бас очевидно находился под впечатлением от выступления учителя Эдиты и оценивал его очень высоко. Отзывы зрителей также были преимущественно позитивными. Некоторые говорили, что наша разработка интересна и перспективна, тогда как другие подчёркивали, что мы совершили шаг в новом направлении, куда доселе никто из учёных Академгородка ещё не заглядывал.

— Видишь? Всё прошло лучше не придумаешь, надо радоваться.

— Ты прав… — моя наставница неохотно кивнула.

Порядок.

Надеюсь, ничто больше не будет омрачать настроение учителя Эдиты. Попрощавшись с профессором Басом, мы отправились обратно в то крыло здания, где размещались наши гостиничные номера. Мы проводили лекцию бесплатно. Единственная наша награда за выступление — чувство исполненного долга, приятное ощущение отлично выполненной работы.

Думаю, сегодня я буду крепко спать и видеть сладкие сны.

Однако не долго я радовался.

Мы шли по коридору, завернули за угол и увидели прямо перед собой Аллена с Эстер, которые оказались у нас на пути. Судя по её виду, Эстер ещё не остыла после своего выступления в актовом зале.

Почему-то в этот раз Аллен с Эстер были одни, без баронессы Дорис и её демона.

— М-м-м… — промычала при виде неё учитель Эдита.

— Да что это за день-то такой? Я что опять должна смотреть на твою рожу? — запальчиво воскликнула Эстер.

Мы наткнулись на них в довольно узком проходе.

Теперь Эстер и учитель Эдита стоят друг у друга на пути. Или одна, или другая должна уступить второй дорогу, но, глядя на них, я понимаю, что девочки сейчас явно не расположены друг другу уступать.

— За свой рожей следи. И поучись хорошим манерам, грубиянка-недоросток, — посоветовала учитель Эдита.

— Что-что? — переспросила Эстер.

— Какая крыса позорная станет прерывать чью-то лекцию, жаловаться всем на свою личную жизнь, а потом критиковать людей за их внешний вид? Ни одна воспитанная девушка из благородной семьи до такого не опустится.

— …

Учитель Эдита нанесла первый удар.

У Эстер в ярости вспыхнули глаза, и она сжала кулаки:

— Думай, с кем говоришь, надеешься, такие оскорбления теперь сойдут тебе с рук?!

— Эстер, не надо так, пожалуйста, не сердись! — пытался её успокоить Аллен.

Аллену не позавидуешь. Эстер безусловно ведёт себя неправильно. Ей нечего сказать в свою защиту, и она это прекрасно понимает. Учитель Эдита нашла сильные аргументы, и Аллен в затруднении, он не знает, как теперь защищать свою подружку.

Хотелось бы мне оказаться на его месте. Успокаивать возмущённую подружку, стараться её порадовать всеми возможными способами, рассказывать, что только ты один её понимаешь. В благодарность за то, что только ты один её понимаешь, подружка непременно наградит тебя горячим сексом.

Я попробовал воззвать к голосу разума:

— Может, пока отложим все эти вопросы до возвращения в Империю Пенни? В Академгородке мы представляем нашу страну. Негоже представлять Империю Пенни в негативном свете, давайте постараемся вести себя более учтиво, пока гостим в этом городе.

Учителю Эдите не следовало бы уподобляться Эстер, лучше просто закрыть на это всё глаза и идти своей дорогой.

Ещё немного таких препирательств — и Эстер начнёт швыряться огненными шарами.

— Этой девке я уже всё своё сказала, пусть проваливает, — великодушно разрешила учитель Эдита.

— Что ты… — не находила слов Эстер.

Спасибо, учитель.

Впрочем, герцогиня Фитц-Кларенс явно не хотела расходиться подобру-поздорову.

— Танака ведь прав, Эстер, — вступил Аллен.

— Опять ты за своё! Только о нём и можешь говорить! Танака — то, Танака — сё, вечно этот Танака! Зачем ты постоянно произносишь это имя?! У нас сегодня вообще-то должно было быть свидание, или ты забыл?! Но ты больше ни о чём другом не можешь говорить, кроме как об этом ничтожном бароне!

— Прости, Эстер… — извинился Аллен.

Кажется, я знаю, почему Эстер так сердится.

Наверное, Аллен нарочно пренебрегает своей подружкой в надежде, что рано или поздно к Эстер вернётся память и вот тогда он сможет искренне подарить ей свою любовь. Я помню наш вчерашний разговор, и, сдаётся мне, Аллен не оставил своих попыток вернуть Эстер память.

Он на самом деле хочет завоевать сердце Эстер в честной борьбе, а не пользоваться теми преимуществами, которые ему даёт её амнезия.

Аллен прекрасный человек с чистым сердцем.

Я его так уважаю.

Однако я бы ему настоятельно посоветовал, не испытывать судьбу и без раздумий брать то, что само идёт к нему в руки.

— Пфф! Не желаю больше с вами разговаривать! — Эстер вскинула голову и гордо двинулась по коридору вперёд.

Аллен поплёлся за ней вслед.

Однако, по всей видимости, сегодня у Эстер был и впрямь очень неудачный день. Она сделала только несколько шагов вперёд, как вдруг раздался сумасшедший топот, будто по коридору к нам навстречу сломя голову неслись несколько человек. Эстер едва приблизилась к повороту, как на неё из-за угла налетала группа молодых людей.

Девушка, бежавшая впереди, задела Эстер плечом на бегу.

— Уя…

— А?!

Из-за внезапного столкновения обе они потеряли равновесие и не удержались на ногах.

— Эстер! — Аллен успел подхватить свою подружку, в то время как девушка, которая сбила её с ног, растянулась на полу, упав лицом вниз:

— У-у-у…

Я мгновенно узнал эту причёску с двумя чёрными хвостиками и ослепительно белые трусики, которые выглядывали из-под задравшейся юбки.

Это была та самая вежливая ученица, с которой уже не раз сводила меня судьба в последние несколько дней.

И трое мальчиков-задир: толстый, красивый и тощий; они бежали прямо за ней вслед. Едва заметив меня, мальчики смертельно побледнели.

Похоже, они гнались за своей сверстницей.

— Какое совпадение, — удивился я.

— Совсем спятила, чёрт тебя дери?! Какого лешего не смотришь под ноги и носишься как угорелая?! — в ярости заорала Эстер.

Она не обратила никакого внимания на мальчиков-задир. Эстер принялась орать на несчастную ученицу, лежавшую на полу.

— …

Как только девушка поняла, что кричат на неё, она быстро вскочила на ноги и принялась торопливо поправлять растрёпанную одежду. Она в тревоге оглядывалась по сторонам, оценивая сложившееся положение и ища пути к отступлению.

— …

Ничего не говоря, школьница уставилась сначала на меня, потом на Эстер, глаза школьницы расширились от ужаса, и она снова бросилась бежать. Юбка позади неё развивалась от бега, и трусики ещё раз показались мне напоследок.

— Вот же дрянь! А извиниться она и не подумала?! — глаза Эстер по недоброму сверкали.

— Пусть идёт, Эстер. Ей сейчас явно не до нас, — сказал Аллен.

— Это ещё почему? — не поняла Эстер.

Аллен взглянул на трёх мальчиков-задир, которые всё ещё стояли рядом с нами.

Должно быть, он заметил, в каком беспорядке была одежда девушки, и сделал правильные выводы.