Наступил наш второй день в Академгородке.

Эмиссары из Империи Пенни собрались в моей комнате за поздним завтраком. Заботливая служанка из персонала Академгородка прикатила к нам в номер большую тележку с гастрономическими шедеврами.

Нас принимают как VIP-гостей.

Всегда мечтал пожить в каком-нибудь роскошном отеле как знаменитость.

Над большими тарелками с горячим супом клубится пар, и это варево — просто объедение. Очень сытный густой суп из кукурузы. В прошлой жизни я зачастую питался только по ночам, если выдавалась минутка забежать в ближайший круглосуточный магазин и ухватить какую-нибудь готовую снедь в коробках. В Академгородке кормят лучше.

— Слушай, Танака. — Учитель Эдита обратилась ко мне через стол.

Она отложила в сторону нож и вилку и серьёзно на меня посмотрела.

— Да?

— Раз собрание ещё нескоро, может, немножко побродим по городу? Ты же вроде хотел тут всё посмотреть? Если нет никаких других планов на сегодня, можем хоть сейчас отправиться на экскурсию.

— Таскаться со мной тебя точно не затруднит?

— Ничуть не затруднит!

— Что ж, если тебе на самом деле сейчас удобно, я бы прогулялся с удовольствием.

— Правда?! Мне очень удобно! Пройдёмся по всем достопримечательностям!

Улёт. На повестке дня романтическая прогулка по утреннему городу в сопровождении учителя Эдиты.

В кои-то веки я почувствовал себя совершенно счастливым, как вдруг меня обожгло ледяным взглядом из угла комнаты. Я посмотрел в том направлении и встретился глазами с шоколадной девочкой. Ещё несколько секунд назад она была всецело поглощена едой, но теперь пристально глядит на меня.

Наверное, она намекает, что тоже хочет отправиться на свидание с учителем Эдитой.

Она снова ест в одиночестве в дальнем углу комнаты. Я предлагал поставить для неё отдельный столик, но малышка Гоггору вежливо отказалась. Похоже, она действительно заботится о душевном покое учителя Эдиты.

Малышка Гоггору частенько проявляет удивительную заботу о людях.

Когда она ест с пола, я всегда ей так сочувствую, однако при этом мой сынок каждый раз так живо реагирует. За столом всегда ведутся увлечённые разговоры, тогда как Гоггору в них не участвует и сидит одинёшенька в углу.

Надо обязательно распорядиться, чтобы ей поставили отдельный столик, даже если она не станет им пользоваться.

— Может ли госпожа Рокороко пойти на экскурсию вместе с нами?

— Э? А-а, ну да, пускай идёт.

— Спасибо. Втроём веселее.

Значит, сегодняшний день у меня занят.

Вообще-то, я собирался сегодня заглянуть в библиотеку, поискать там рецепты от облысения, но я не могу отказать своей наставнице в прямой просьбе. Но торопиться некуда, у меня ещё будет время ознакомиться с научными исследованиями на тему лечения облысения, если таковые имеются в библиотеке Академгородка. Сегодня я в полном распоряжении своей наставницы.

— Кстати, хочу спросить… — начала учитель Эдита.

— Да-да? — поторопил я.

— Нет, не у тебя… — она покачала головой.

Учитель Эдита перевела взгляд на малышку Гоггору.

Наверное, она хочет о чём-то спросить шоколадную девочку.

— Какие-то вопросы к Гоггору? — поинтересовался я.

— Чего? — откликнулась малышка Гоггору.

— Я вот всё голову ломаю, удобно ли тебе вот так сидеть на полу? Тут много свободных стульев…

А, так вот, что её беспокоит, а я-то всё думал, почему моя наставница часто поглядывает на шоколадную девочку с озабоченным видом. По пути из Города Дракона в Калис и при перелёте из Калиса в Академгородок — каждый раз, когда мы собирались за столом, наставница периодически поглядывала на малышку Гоггору с глубоким беспокойством в глазах.

Однако шоколадная девочка равнодушно отмахнулась от такой заботы:

— Мне нормально.

— Но ведь негоже есть с пола всё-таки… — сомневалась учитель Эдита.

— Не обращайте на меня внимания, — предложила малышка Гоггору.

— …

Ты просишь о невозможном, малышка Гоггору.

Мы позавтракали и отправились на экскурсию в город.

В Академгородке нет определённого учреждения, которое бы прямо называлось «академией». По словам учителя Эдиты, многие презентации и экспериментальные проекты, проводившиеся в Королевской Академии Калиса, повторяются в Академгородке на протяжении всего года. На некоторых мероприятиях присутствуют тысячи зрителей, тогда как более привилегированные презентации проводятся за закрытыми дверями, куда допускается лишь около десятка избранных гостей.

Формат мероприятий очень разный: это и классические лекции, как в университетах; и конференции со специальным представлением стендовых докладов; и даже выставки, подобные музейным.

Учитель Эдита не говорила, куда меня ведёт, и по прибытии меня ждал сюрприз…

— С ума сойти…

— Вот-вот! Это скромное местечко, но здесь хранится история.

Десятки разноцветных колб с зельями стоят на полках вдоль стен. Какая фантастическая коллекция.

Впечатление такое, как будто я попал в сокровищницу с мириадами драгоценных камней.

— Я подумала, раз ты увлекаешься зельями, в этом музее тебе точно понравится. Здесь представлены оригиналы работ известнейших алхимиков, а также собраны изначальные экземпляры зелий, ставших по-настоящему прорывными в развитии алхимии. Многие представленные образцы очень-очень дороги, а то и вовсе бесценны.

— Верно угадала, мне здесь безумно нравится. Просто стою и чувствую приливы вдохновения.

— Да-да, я так тебя понимаю. — Учитель Эдита горячо мне закивала.

— Но я привела тебя сюда ещё по одной причине. М-м-м, я хочу извиниться за то, как вела себя раньше. Надеюсь, мы будем работать вместе и что-нибудь придумаем, найдём какую-нибудь альтернативу. Чего бы тебе ни хотелось, я готова сотрудничать…

— Мне не хочется об этом говорить. Давай просто немного здесь осмотримся.

— Ой, прости!

Учитель Эдита смутилась, но я быстро отмёл эту тему в сторону, и мы продолжили тур по музею.

Как обычно, малышка Гоггору следовала за нами, сохраняя некоторую дистанцию.

На экспозиции встречаются колбы самых разных цветов, но чаще — голубые, красные и зелёные. В одних кристально чистая жидкость, тогда как в других туманная бурда. В редких зельях в мутной жидкости плавают какие-то неизвестные гады, как в Хабусю, окинавском змеином вине.

Некоторые зелья снабжены табличкой, где указаны их полезные свойства, рецепт приготовления и история создания. А я и не знал, что такой потрясающий музей существует.

Я часто слышал, что в Академгородке сосредоточие науки и технологий этого мира, но даже не представлял, насколько они на самом деле продвинуты. Это мир меча и магии, но по своему общественно-политическому устройству он максимально приближен к средневековью. Однако этот мир может быть более развит в технологическом плане, чем я думал.

К сожалению, я ещё не нашёл зелья для роста волос. Хотелось бы узнать у наставницы, на какой экспозиции можно поискать такие зелья, но, учитывая ту воспитательную работу, которую она провела со мной на воздушном корабле, я полагаю, учитель Эдита просто посоветует мне не заморачиваться из-за такой ерунды.

— Зелья такие чудесные — просто смотришь не насмотришься.

— Я так тебя понимаю.

— Огромное спасибо, что показала мне такой изумительный музей.

— Да пустяки-пустяки! Харе меня нахваливать.

— Ладно…

Прекрасное свидание.

Наставница — сама прелесть.

Есть опасность, что я влюблюсь в неё ещё сильнее.

— Идём-идём, там дальше экспонируются очень сложные в приготовлении зелья и ещё те, для которых требуются крайне редкие ингредиенты…

Мы продолжали экскурсию по музею, следуя за учителем Эдитой. Вспоминаю, как посещал музей драгоценных камней в прошлой жизни. Сейчас бы я купил какой-нибудь аметист в сувенирной лавке. Даже если бы он был мне совершенно без толку и служил лишь в качестве брелока или подвески.

— Где же, где же… должно быть здесь… А, вот оно, вот!

Наставница с радостным криком указала на одну из выставочных полок.

— А что это за зелье?..

— Прообраз зелья жизни, изготовить которое мечтают алхимики всего мира, ничего более близкого к этому, насколько известно, ещё никому создать не удавалось. Этому рецепту более двух сотен лет, и с тех пор заметных подвижек не было.

— Вот как. Интересно.

— Интересно — не то слово. Правда, должна сказать, был один алхимик, который смог достичь большего, практически приблизился к созданию зелья жизни, но рецепта его разработки не сохранилось…

— Ты сама видела то зелье, Эдита?

— Сожалею, видела лишь разок и то мельком… Большего не могу сказать.

— Ничего страшного. Ты и так сказала много.

Интересно, это зелье более «оживляющие», чем средство для ванн в банях Города Дракона.

Правда, разве можно сравнивать какую-то «соль для ванн» с легендарным зельем жизни.

Конечно, зелье жизни вряд ли предназначено для того, чтобы в нём купаться, но при виде какой-нибудь дорогой жидкости я, как всякий японец, в первую очередь хочу добавить её в ванну и посмотреть, что получится.

— Испокон веков алхимики всего мира одержимы идеей создания зелья жизни. Однако исторически сложилось так, что здесь, в Академгородке, зелье жизни стало практически политическим инструментом.

— Это как?

— Какой-нибудь исследователь может легко сделать себе имя в научной среде, если заплатит нужным людям и вложит большие деньги в разработку зелья жизни при широком освещении своей работы. В результате зелье создать не получится, но можно будет утверждать, что в процессе удалось достичь существенного прогресса, и имя этого человека навсегда останется в истории.

Похоже на попытки создания лекарства от рака в современной истории.

Никто до сих пор не добился настоящего успеха.

Печально.

— Однако по моему мнению, то, что разработал ты, Танака, это величайший в истории прорыв на пути к созданию такого зелья. Разработанные тобой добавки для ванн просто изумительны. Исследования в Академгородке стагнируют уже многие годы, и здесь, думается, следовало бы применить радикально иной проход к работе. Однако это проще сказать, чем сделать.

— С финансовой поддержкой какого-нибудь знатного господина какой-нибудь увлечённый алхимик мог бы переломить тенденцию и добиться определённого прогресса, — предположил я.

— Ну, может быть, — согласилась учитель Эдита.

Такая познавательная беседа с учителем Эдитой здорово украшает экскурсию по музею.

Я наслаждался приятным разговором с наставницей, как вдруг раздался чей-то крик:

— Чёрт, опять этот чел! Снова этот жёлтый дворянин!

Прозвучавший высокий голос показался мне очень знакомым.

Тут есть только один человек, которого можно назвать «жёлтым дворянином». Естественно, я обернулся на голос и, как и следовало ожидать, увидел перед собой знакомую физиономию.

Мальчик-задира, который встретился мне вчера в одном из кампусов задания.

Разумеется, он со своими друзьями снова окружали бедную девочку.

Ребята устроились за одной из колонн музея в тёмном углу, где их сложно было заметить.

Прямо говоря, они буквально зажали девушку в углу. Я так увлёкся общением с учителем Эдитой, что даже не заметил мальчиков. Однако поскольку в этот раз меня сопровождает свирепая Гоггору, я их ничуть не боюсь.

— Вот дерьмо! Скорее валим отсюда!

Красивый мальчик, по всей видимости, их лидер, так как именно он выкрикивает приказы.

— Точняк! Мы тут уже всё видели!

— Просто напишем в сочинении о том, что видели, и оно и так прокатит!

Толстый парень и тощий выступили со своими репликами.

Похоже, я хорошо припугнул их именем Фитц-Кларенс в прошлый раз. Едва меня увидев, они пустились наутёк. Судя по словам тощего задиры, они посещали музей с каким-то школьным заданием.

Судя по растрёпанному виду девушки, задиры проводили время очень весело, и я помешал им в тот самый момент, когда они перешли к самому интересному. Если они твёрдо вознамерились довести дело до конца, то хоть бы меня пригласили принять участие. Так завидно, что они могут творить такое на публике и им за это ничего не будет.