Мы всё ещё были на том же самом месте. В бальном зале особняка семьи Фитц-Кларенс в столичном городе Калисе. Именно на этой вечеринке я встретил торговца, с которым познакомился всего несколько недель назад. По-видимому, этот торговец на самом деле вовсе не торговец, и имя, которым он мне назвался, тоже фальшивое.

Эстер была в панике, восклицая:

— П-Почему ты назвал его Хе-Хе-Хегелем?.. Ч-Ч-Что происходит?!

— Я должен извиниться перед бароном Танакой за то, что ввёл его в заблуждение.

— Извиниться? Папа, я... я не понимаю, что происходит!

Молодец, маленькая сучка, продолжай заговаривать ему зубы, чтобы у меня было время подумать.

Кажется, я отлично понимаю, в какую историю вляпался.

— Прошу прощения, барон Танака, но человек из «Группы Мэнсона», известный тебе как Хегель, не более чем фальшивый образ, который я создал. Моё настоящее имя Ричард Фитц-Кларенс. Возможно, ты уже знаешь это, но я отец Элизабет.

Он говорил с той же улыбкой, что и всегда.

Я окинул взглядом бальный зал и заметил, что остальные гости действительно ведут себя сейчас более настороженно, чем раньше. Атмосфера в зале полностью изменилась после его появления.

Тогда кто же этот старикан, которого я встретил в прихожей?

Но сейчас не время об этом думать. Мне нужно полностью сосредоточиться на разговоре с фальшивым Хегелем. Если разговор не задастся, то меня, скорей всего, вышвырнут из страны.

И что мне теперь делать?

Я не привык иметь дело со знатью и понятия не имею, с чего начать разговор с таким парнем, как он.

— Граф Фитц-Кларенс, я хотел бы принести вам свои скромные извинения, если я чем-то обидел вас во время наших переговоров в прошлом месяце. Я более чем готов принять любое наказание, которое вы сочтёте нужным наложить на меня за проявленное по отношению к вам высокомерие.

Я принял ту же позу, как если бы разговаривал с королём.

Почему Главный Босс так небрежно подвалил ко мне на вечеринке? Разве он не должен был наблюдать за званым вечером из какой-нибудь тайной ложи вверху бального зала?

Я, как человек, много лет проработавший в коммерческой компании, будучи фактически её рабом, в этот момент насторожился. В моей голове позвякивали тревожные колокольчики.

Этот человек опасен.

— Ты не должен передо мной извиняться. Я не тот, кому ты служишь.

— Нет, я служу наместнице Фитц-Кларенс. Хозяин моей хозяйки — это также и мой хозяин. И это вы граф Фитц-Кларенс.

— Хочешь сказать, что моё мнение по этому вопросу не имеет значения?

— Я не хочу вас обидеть, граф. Но как бывший простолюдин, я отлично знаю, где моё место в этой жизни. Я, может быть, и не знаком с обычаями этой страны, но в этом зале много дворян, которые намного старше меня по званию, и у них должна быть привилегия первыми представиться вам как хозяину этого званого вечера. Такой новый барон, как я, если и может вообще удостоиться этой чести, то только в самую последнюю очередь.

— Ты действительно так думаешь?

— Да.

— Маленький совет, барон Танака: «Трус никогда не достигнет больших высот в этом мире».

— Извините, что повторяюсь, но кажется, я должен объясниться. Будь то большой особняк, могущественный титул или огромное количество земли — я не желаю ничего из этого.

— О, неужели?

— Да.

Я должен быть внимательнее, чтобы он не перепутал мою осторожность с трусостью.

Этот человек следил за моими действиями в течение последнего месяца, в то время как я почти ничего о нём не знаю. Я должен говорить с ним с предельной осторожностью. Однако я бы предпочёл вообще больше с ним не разговаривать до тех пор, пока не посоветуюсь с Эстер.

О нет. Он уже знает и о нашей встрече с графом Битч.

После нескольких секунд молчания мистер «папа» перевёл взгляд на Эстер.

— Что ты об этом думаешь, Лиз?

— ...

Плечи маленькой сучки задрожали под его пристальным взглядом.

Может быть, в его словах был какой-то скрытый смысл.

— Если таково твоё желание, барон Танака, то я удаляюсь.

— Спасибо. Я прошу прощения, что причиняю вам неудобства.

— Я пришлю за тобой слугу, когда начнётся ужин, и мы ещё с тобой побеседуем. Я приготовлю комнату для тебя, где ты сможешь остаться на ночь.

— ...

А? Я останусь на ночь?

***

Я вышел из бального зала, и слуга провёл меня в комнату для гостей.

В комнате, где я должен был провести ночь, мы с Эстер организовали брифинг по стратегии. В углу просторной комнаты мы оба уселись на диван и начали обсуждение.

— Эстер, мне правда нужно кое-что узнать.

— Д-Да, мне тоже. Я впервые слышу, что ты уже знаком с моим отцом. Какие именно дела были у вас с «господином Хегелем»?

— Да, полагаю, именно мне следует начать...

Я видел, как нервничает маленькая блондинка.

Я описал свою первую встречу с Хегелем в моём городе. Я рассказал Эстер, как он впервые прибыл в Город Дракона, как прошли наши переговоры и как мы договорились с «Группой Мэнсона» о поставках товаров.

Я рассказал ей всё.

— ...Ну, и потом я встретил его здесь.

— А... он приезжал, и вы договорились о поставках?! А я даже не заметила...

— Теперь моя очередь. Эстер, этот человек действительно твой...

— ...Да, это так. Он мой папа.

— Ясно...

Как я и опасался.

Но в прихожей мы встретились с ещё одним человеком.

— Прости, но кто был тот пожилой джентльмен, который приветствовал нас, когда мы только приехали?

— Это мой дедушка!

Неудивительно, что он выглядел таким старым.

Я тогда предположил, что отец Эстер просто женился в позднем возрасте, но оказалось, что всё как раз наоборот. Хегель, а точнее Ричард, вполне мог сойти за старшего брата Эстер.

— Значит, этот человек — глава семьи Фитц-Кларенс?

— Нет, дедушка уже отошёл от дел, так что вся полнота власти семьи Фитц-Кларенс находится в руках папы. Я уже несколько раз видела, как люди советовались с дедушкой, но последнее слово всегда оставалось за папой.

— Вот как.

Другими словами, моей главной заботой должен быть Ричард.

Кстати, благородный маг всегда называл Эстер «дочерью Ричарда». Этот помешанный на магии псих так и не удосужился рассказать мне хоть что-нибудь об отце Эстер.

— Но я думаю, что ты ему нравишься. Папа невероятно стесняется незнакомых людей...

— Он стесняется?

А мне так совсем не показалось.

Мне он показался профессиональным продавцом, который может с лёгкостью уговорить меня купить то, что мне совсем не нужно.

— Он старается изображать из себя уверенного человека, чтобы скрыть своё волнение.

— ...

Он просто играл какую-то роль?

Я рад, что не ляпнул ничего лишнего, когда отец Эстер навестил меня в Городе Дракона в образе Хегеля.

Нет, опасность ещё не миновала.

Он пригласил меня на ужин.

И сегодня мы будем жить в одном здании.

У меня уже начинает болеть живот. Я просто хочу уйти отсюда и найти утешение в тёплых грудях Софии. Я не хочу проводить ночь там, где мне придётся постоянно нервничать. Но если местные горничные обеспечат меня специальным вечерним «обслуживанием», то, возможно, я буду спать лучше.

Интересно, что будет после ужина? «Мамочка, папочка, я уже пойду спатьки, а вы не будите меня и пусть сестрёнка поспит сегодня с вами на диванчике, хорошо?» Мне всегда хотелось сказать что-нибудь подобное.

— А где Аллен?

— В последний раз, когда я его видела, Аллена куда-то уводила группа миловидных аристократок. Мне кажется, я заметила трёх дочерей семьи Сесилов, вторую дочь семьи Стюартов, а также четырёх дочерей семьи Драммондов. А ещё я видела Нэнси, жену лорда семейства Невиллов.

— Серьёзно…

Этот красавчик уже завёл новый гарем.

И он связался с замужней женщиной.

Это прискорбно, и у меня болит сердце. Сомневаюсь, что когда-либо смогу простить его за это.

Как он мог так поступить? Почему он не пригласил меня?

— М-м-м, Танака, можно я кое-что скажу?

— Говори.

— Я действительно не хотела, чтобы вы двое встретились. Папа очень ограниченно судит о людях; он судит о них лишь по их заслугам. Он видит вещи в чёрно-белом цвете. Нет, я не хочу сказать, что твои достижения не поразительны! Просто я не знаю, что он с тобой сделает...

— ...

Сказав это, Эстер опустила глаза в пол.

Думаю, план маленькой сучки состоял в том, чтобы продвигать меня по социальной лестнице до тех пор, пока у её отца не осталось бы другого выбора, кроме как согласиться на наш с ней брак. Будучи девственником, я тоже мечтаю о браке, но я соглашусь жениться только на той женщине, которую полюблю.

— Может быть, ты чего-то не договариваешь о своём отце? — спросил я у Эстер, особо и не надеясь на ответ.

Но Эстер колебалась лишь мгновение, прежде чем заговорить:

— Это случилось несколько лет назад. Был тут у нас один купец, который достиг звания барона так же, как и ты. В конце концов он присоединился к дворянскому сообществу Фитц-Кларенс и посетил такой же званый вечер у нас, ну, как и ты. В тот день он так же встретил моего отца здесь, в этом нашем бальном зале, и затем был убит на месте.

— Прошу прощения?

— Между ними состоялся похожий разговор, как у вас с моим отцом, прежде чем мой отец убил его прямо на месте.

— Что-то я не вполне ухватываю суть того, о чём ты говоришь...

— Папа познакомился с этим купцом, представившись тому под именем Хегеля, и продолжал общаться с ним под этим именем до самого дня проведения ежегодного званого вечера. Этот купец встретил моего отца на этом самом званом вечере так же, как ты сегодня встретил его здесь. Между ними состоялся такой же разговор, ну, как и у вас сегодня, но когда купец наконец узнал, что перед ним не Хегель, а мой отец, голова этого купца упала с плеч прежде, чем он успел понять, что происходит.

— ...Но за что?

У отца Эстер такой же темперамент, как у моего ручного дракончика Кристины?

Я боялся, что он действительно может внезапно меня ударить, подобно Кристине, но и представить себе не мог, что опасность и в самом деле была так велика. После рассказа Эстер мне стало как-то тревожно.

— Мне очень жаль. Я должна была сказать тебе об этом раньше.

— Нет, всё прошло хорошо.

— И впрямь всё было просто отлично, не правда ли?! Папа сегодня был в необычайно хорошем настроении.

— А? Д-Думаешь?

А мне вот так совсем не показалось.

С того самого дня, как я его встретил, на его лице всё время была одна и та же, трудночитаемая улыбка.

— Определённо. Впервые за много лет он пригласил кого-то на ужин. Я думаю, последний раз это было пять лет назад, когда он пригласил на ужин графа Битч.

— ...

Я ему понравился?

Неужели?

Сомневаюсь.

Помню, я слышал, что родители её балуют. Согласится ли отец, так сильно любящий свою драгоценную дочь, выдать её замуж за человека, с которым он встречался всего несколько раз? Что-то меня гложут смутные сомнения по поводу этого ужина. Даже если его люди докладывали ему обо всех моих действиях в Городе Дракона, я не могу поверить, что он доверяет мне настолько, чтобы приглашать на ужин и даже предлагать остаться на ночь.

Возможно, её отец не убил меня до сих пор лишь потому, что решил сделать это позже, в более приватной обстановке, а не посреди званого вечера в присутствии множества гостей.

Именно благодаря своему отцу Эстер смогла избежать наказания за убийство того дворянина, который задирал Софию. Её отец обладает такой властью, как никто другой в этой стране. Боюсь даже представить, что меня ждёт, если этот человек возжелает моей смерти.

— К-Как думаешь, мы сможем объявить о нашей помолвке завтра?!

— Думаю, ещё слишком рано о таком говорить.

Эта девушка ждёт только хорошего от моей встречи с её отцом.

А я чувствую лишь тревогу.

Сейчас у меня все мысли только об одном.

— Мне очень жаль. Думаю, мне нужно немного развеяться. Не возражаешь, если я выйду подышать свежим воздухом?

— А? М-Можно мне пойти с тобой?

— Прости, но я хочу побыть один.

— ...Да, я понимаю. Просто будь осторожен.

— Спасибо.

Мне это совсем не нравится, но я должен вернуться в бальный зал.

***