— Идеальный день для свидания.

Минами подняла глаза к небу. Снежинка, похоже, залетела ей в рот – она поморщилась и высунула язык.

Снег валил так густо, что волосы, выбившиеся из-под вязаной шапки, мигом побелели. Море, если смотреть от её дома, казалось белым и туманным, отчего выглядело ещё мрачнее. Снегопад начался прошлым вечером, и в префектуре Канагава кое-где уже случились перебои с электричеством из-за обрыва проводов.

Юкихиса сунул руки в карманы пуховика и вслед за ней посмотрел вверх.

— Рад, что тебе весело.

— У тебя плохо с японским?

Она стряхнула рукой снег с волос.

Сегодня она была в сноубордическом костюме и более массивных, чем обычно, зимних ботинках – похоже, собиралась активно двигаться по сугробам и не промокнуть. Юкихиса же оделся как обычно: пуховик, дешёвые непромокаемые штаны и зимние сапоги, смахивающие на резиновые – в том же он ходил на рыбалку.

На плече он нёс лопату для уборки снега, которую прихватил из дома.

— Ну, пошли.

Минами перевела взгляд со своей лопаты на ту, что была у Юкихисы.

— Твоя всё-таки лучше, – заявила она, и они поменялись. Её лопата, металлическая, предназначалась для земляных работ и была тяжеловата.

Они вышли за ворота и зашагали через город.

Из-за непрекращающегося снегопада привычное шоссе казалось совершенно чужим местом. Узкие тротуары погребли под собой горы снега, оставшиеся после расчистки.

— И кто же занимается такой работой?

— Кто знает. Может, мэрия?

Машин не было видно, и Юкихиса пошёл прямо по дороге. Сквозь падающий снег пробивался запах подгоревшего соуса, что щекотал ноздри.

Они вышли из дома сразу после обеда. С утра были онлайн-уроки, а днём предстояли занятия, где нужно просто смотреть видео, так что они решили прогулять и устроить свидание.

Юкихиса чувствовал вину, словно сбивал Минами с пути истинного. Хотя свидание предложила она, время и место выбирал он. Пропусков у неё было чуть больше обычного, но оценки оставались на высоте. Старшая школа Йокосука-Уэст считалась одной из лучших в префектуре, и чтобы получать хорошие баллы на экзаменах приходилось изрядно корпеть над учебниками.

Пытаясь отогнать чувство вины, он протянул руку Минами, идущей позади.

— М-м.

Он думал, если взяться за руки, это добавит романтики, но она лишь склонила голову.

— М-м?

Секунду она смотрела на его ладонь, потом кивнула: «А!» – и всучила ему свою лопату.

— Спасибо.

Улыбнувшись ей в ответ, Юкихиса безропотно потащил на плечах две лопаты.

— А она тяжёлая?

— Ага, есть такое.

Навстречу выехала машина, и ему пришлось забраться на сугроб у обочины, чтобы её пропустить.

На т-образном перекрёстке шоссе сходилось с дорогой префектурного значения. Перейдя её, они двинулись вдоль длинного забора. Раньше дорогу заметало песком, напоминая о близости моря, но теперь всё скрыл снег, и она ничем не отличалась от остальных улиц.

Справа показался парк. Маленький, всего-то горка да рукоход. Ещё были наполовину врытые в землю шины, но сейчас они совсем исчезли под снегом. Сосны, посаженные там и сям, росли слишком редко, чтобы сойти за лесозащитную полосу.

Юкихиса вошёл в парк. Вчерашний снег лежал нетронутым, идти было тяжело. Он взобрался на невысокий холм, и с каждым шагом вид открывался всё больше.

Прямо перед ним расстилалось море. У берега схлестнулись чёрная вода и белый снег. Казалось, душа, запертая в городе между горами и морем, вырвалась на простор.

— Я здесь уже была, – Минами встала рядом, — В начальной школе, приходила сюда каждое лето.

— А я ходил сюда каждый день. Живу в этом городе с трёх лет.

При этих словах глаза Минами заблестели.

— Значит, мы могли где-то пересечься.

— Возможно.

Юкихиса кивнул в сторону моря.

Копаясь в памяти, он понял: даже если они и встречались, он бы её не заметил. Местные ребята, приходящие к морю в одиночку, и приезжие семьи казались обитателями разных миров, даже находясь на одном пляже.

— Давай здесь.

Он вонзил лопату в землю у ног. Минами кивнула.

— Вид красивый.

Юкихиса достал смартфон и открыл сайт из закладок.

— Типа того.

На экране светился официальный сайт города, завлекающего туристов иглу. Множество снежных хижин выстроились в ряд в темноте, изнутри которых лился тёплый, чарующий свет.

— Волшебно.

Минами заглянула в смартфон, и её белое дыхание повисло между ними. Юкихиса кивнул.

— Это строили четверо, да ещё с техникой, а нас только двое, так что сделаем поменьше.

— Поняла.

Юкихиса воткнул лопату в снег., достал рулетку и приложил конец к черенку.

— Подержи здесь.

Минами прижала ленту, а он отмотал примерно метр двадцать. Используя лопату как центр, он вытоптал круг. У иглу на видео радиус был метр восемьдесят, но он рассудил, что для двоих такой размер – предел.

Очертив круг, они принялись топтать и утрамбовывать снег внутри. Используя это как основание, начали сгребать снег вокруг.

Когда куча выросла, разделили обязанности: Минами утрамбовывала снег, стоя наверху, а Юкихиса подкидывал ещё.

— Как будто торт печём.

Минами похлопала по снежному цилиндру обратной стороной лопаты.

Юкихиса набрасывал снег на стены. Рядом его почти не осталось, пришлось собирать по всему парку. На видео это делали фронтальным погрузчиком. Юкихиса взмок, поэтому снял пуховик, повесил на нижнюю ветку сосны и продолжил работу. Чёрная флисовая куртка тут же побелела от падающего снега.

Когда он вернулся с полной лопатой, Минами стояла на недостроенном иглу и смотрела на море.

— Зимнее море жутковатое.

Она поморщилась от ветра, несущего снег с воды.

— Я привык, даже не замечаю.

Юкихиса вывалил снег ей под ноги. Она кашляла, но продолжала утрамбовывать.

Стены иглу достигли груди Юкихисы.

Он посмотрел на Минами снизу вверх.

— Можешь начинать закруглять крышу?

— Поняла.

Она с силой ударила лопатой по снегу у ног. Юкихиса таскал снег из глубины парка. Они работали с полудня, руки отяжелели, силы были на исходе. И всё же это утомление было куда приятнее усталости от одинокой зубрёжки в своей комнате.

Вечернее небо окончательно потемнело. Всякий раз, зачёрпывая снег и поднимая голову, он видел, что свет погас, будто его выключили.

Слепленное из белого снега иглу отбрасывало чёрную тень на фоне неба. Повёрнутое к морю, оно напоминало дот, готовый отразить нападение захватчиков.

Минами стояла на вершине, раскинув руки.

— Неплохо вышло, согласись?

— Ага.

Крыша иглу изгибалась красивой дугой, точь-в-точь как на картинках в интернете.

— Будешь пробивать вход?

— Оставим так на пару-тройку дней.

Юкихиса похлопал ладонью по стене иглу.

— Так он затвердеет и станет прочным. Куда лучше, чем если сразу дыру прорубить.

— Ну ты и дотошный.

Минами уселась на самой верхушке, положив лопату на колени.

— И как мне теперь слезть?

— Может, спрыгнешь?

— Страшно.

— Да ладно, там же снег.

Юкихиса наступил на снег, проверяя, мягкий ли он.

Минами указала на него пальцем.

— Я прыгаю, лови!

— Чего? Нет, не смогу.

— Я лёгкая, нормально всё будет.

Она бросила лопату на землю и с разбегу сиганула с крыши иглу.

— Эй...

Юкихиса, испугавшись её напора, инстинктивно отскочил.

— Эй!

Потеряв цель, Минами приземлилась по-лягушачьи и по инерции клюнула носом вперёд.

— Ты в порядке?..

Когда Юкихиса осторожно приблизился, Минами села и вытерла снег с лица.

— Ты чего отскочил?

— Я же сказал, не смогу. Ты слишком тяжёлая, чтоб тебя ловить.

— Ну нет, вот такого говорить девушке нельзя. Ни в коем случае.

Она двинулась на него со свирепым видом.

— Страшно.

Юкихиса так опешил от её напора, что бросился наутёк.

На спуске ботинок увяз в снегу и слетел. Парень не удержался и упал.

— Тяжёлая, значит?! Получай!

Минами прыгнула ему на спину. Схватила за затылок и вжала лицом в сугроб.

Снежный холод обжёг кожу.

— Погоди!.. у стой, правда, так и умереть можно.

Юкихиса перекатился в снегу. Как Минами и говорила, она была лёгкой. Собравшись с силами, он легко её сбросил.

Она тут же подползла обратно и снова навалилась сверху. Они соприкоснулись грудью, пока он лежал на спине.

— Давно я не играла в догонялки.

Она кивнула. Её лицо было в тени из-за того, что они были слишком близко.

— Наверное, с начальной школы.

— А я... играла в прошлом году. Когда запускали фейерверки с друзьями из средней школы.

— Активная ты.

Спина начала замерзать от земли. Тепло тела Минами до него не доходило – мешал водонепроницаемый костюм. Чувствовалось только биение сердца. Желая ощутить даже звук падающего ей на спину снега, он крепко обнял её.

× × ×

Три дня спустя, когда они пришли в парк, там было полно детей. Погода стояла хорошая, и они, похоже, высыпали гулять после школы.

Ребятня облепила недостроенное иглу, карабкалась наверх и носилась вокруг.

— Пользуется спросом.

— Нашли-таки.

Юкихиса прекрасно их понимал. Естественно, такой необычный объект на их территории вызвал любопытство.

Он закинул лопату на плечо и стал пробираться сквозь толпу детей.

— Разойдись, малышня.

Он не знал, чьи это дети. Но думал, что если найти их семьи или знакомых, связь с ним наверняка обнаружится. Это была своего рода уверенность жителя, обитающего в этом городе с трёх лет.

Чтобы сделать вход, он очертил линию на снегу остриём металлической лопаты. Лаз сделали маленьким, чтобы ветер и снег не задували внутрь – придётся нагибаться, чтобы войти.

Юкихиса вонзил лопату в снег. За три дня ветра он отлично спрессовался. Приходилось не копать, а скорее выламывать куски, расширяя отверстие. Минами отгребала катящиеся к ногам глыбы снеговой лопатой.

Когда они насыпали сугроб, центр старались не утаптывать, так что работа пошла куда легче. Диаметр дыры замеряли рулеткой, чтобы стены не вышли слишком тонкими. Лопата с длинным черенком в тесном лазе была неудобна, поэтому лишний снег соскребали принесённым из дома садовым совком. Снежная пыль сыпалась с потолка на Юкихису.

— Ты в каком классе?

Минами присела на корточки у входа и заговорила с мальчиком из начальной школы.

— В третьем. Тебе нравится в школе?

Мальчишка, смущённый вниманием незнакомой старшеклассницы и озадаченный таким простым, но сложным вопросом, опустил глаза и ответил голосом, похожим на комариный писк.

Внутри пещеры всё уже выглядело неплохо. Юкихиса включил фонарик на смартфоне, проверяя, насколько гладкие стены.

— Ага. Вроде нормально.

Юкихиса позвал Минами, и она заползла внутрь на четвереньках.

— Круто, ты прям профи.

Не так уж и круто, как она говорила. Если приглядеться, стены были бугристыми, а потолок таким низким, что приходилось горбиться, чтобы не удариться головой. Места было мало, сидеть приходилось вплотную друг к другу. На видео, с которого они брали пример, внутри стояла жаровня и казалось тепло, но на деле от стен, потолка и пола веяло холодом – холоднее, чем на улице.

Юкихиса обхватил колени и посмотрел на Минами. Она довольно улыбнулась.

Силуэты детей заглядывали внутрь на фоне света снаружи.

— Зайдёте?

Минами поползла к ним. Юкихиса выбрался следом.

Стоило им выйти, как внутрь набились дети. Сначала они говорили настолько громко, чтобы слышать эхо, но вскоре, похоже, выработались какие-то правила. Они начали бегать вокруг иглу в одну сторону и пытались затащить внутрь тех, кто был снаружи, подняв страшный гам.

Минами сняла вязаную шапку и взъерошила примятые волосы.

— Порадовали детвору.

Юкихиса постучал садовым совком по стволу сосны, сбивая налипший снег.

— А должно было быть свидание.

— Мне и так весело.

Она рассмеялась. Юкихиса слегка кивнул.

Иглу стояло безмолвно, отвернувшись и от моря, и от суши, чтобы ветер не задувал во вход.

× × ×

Когда он сунул одноразовую грелку в карман флисовой куртки, стало нестерпимо горячо. После секундного колебания Юкихиса положил туда же смартфон. Приложение погоды показывало минус шестнадцать, и он боялся, что батарея сядет, даже если держать её близко к телу.

Он чуть отодвинул штору и выглянул в окно. Как ни напрягал зрение, ничего, кроме ночной тьмы, не увидел. Кажется, снег не шёл – как и днём. Юкихиса надел пуховик, схватил рюкзак и вышел из комнаты.

В гостиной он окликнул мать.

— Я выйду ненадолго.

— Куда это ты?

Мать убавила звук телевизора.

— В парк.

— В такое время?

— Мы с друзьями иглу построили, пойду проверю.

Мать рассмеялась.

— Ведёшь себя как маленький.

Он набрал воды из-под крана в термос и вышел из дома.

Ходить по ночным улицам ему было привычно. Если бы возвращался с работы, было бы ещё позднее. Темнота и безлюдье его не особо пугали.

Но сейчас Юкихиса чувствовал иную тревогу, чем обычно. Он попусту топтал снег, не работая и не учась. Мать собиралась в ночную смену. Интересно, куда он сам направляется? Белое дыхание висело в воздухе туманом, застилая обзор.

Когда он нажал на звонок калитки, которым редко пользовался, из-за деревьев вышла Минами. Она была в том же сноубордическом костюме и с рюкзаком, что и днём.

— Могли бы там встретиться, – сказала она, закрывая калитку.

— Темно же.

Юкихиса взял её за руку. Она кивнула и сжала его ладонь в ответ.

Ночной город спал, они шли молча.

В парке царила кромешная тьма, фонарей не было, моря во мраке не разглядеть, зато шум волн казался громче, чем днём.

— Смотри что я принесла.

Минами достала из рюкзака фонарь. Дизайн под старину, такие бывают в бревенчатых хижинах. Светодиод внутри имитировал дрожание пламени свечи.

Освещая путь, они добрались до иглу.

Юкихиса расстелил внутри синий брезент, и они уселись. От холода земли это полностью не спасало, но хотя бы штаны останутся сухими.

Минами вышла наружу сделать фото.

— Красиво.

Она показала снимок. Из иглу лился тёплый свет. Прямо как на картинках того города, где иглу – главная достопримечательность.

— Может, Изумимачи стоит завлекать туристов иглу, чтобы оживить город?

— Кто поедет в такую глушь?

— Самолёты сейчас не летают, за границу не выбраться, так что туристов можно переманить.

— Не уверен. Сейчас иглу можно где угодно в Японии построить.

В регионах ближе к экватору холода были не такими суровыми. Там море могло оставаться приманкой для туристов. А Изумимачи, засыпанный снегом, ничем примечательным похвастать не мог.

Юкихиса налил воду из термоса в походный чайник.

— А снег растопить нельзя?

— Даже свежий снег грязный, в рот его лучше не брать.

Он поставил газовую горелку снаружи иглу, зажёг её и водрузил сверху чайник. Они прижались друг к другу, глядя на синее пламя.

— Откуда у тебя это? Любишь походы?

— Кофе варю, когда рыбачу.

— Рыбалка? Звучит здорово.

Минами взяла Юкихису под руку.

— Давай в следующий раз устроим свидание на рыбалке.

— Рыбы сейчас особо нет, так что ничего не поймаем.

— Не попробуешь – не узнаешь.

— Тоже верно.

Юкихиса небрежно кивнул.

Когда вода закипела, он сделал кофе. В отличие от туристов, замороченных на сортах зёрен и способах заварки, он просто насыпал растворимый, как привык на рыбалке.

— Я принесла перекусить.

Минами достала печенье из рюкзака и разложила на брезенте. Титановые кружки тускло поблёскивали в свете фонаря. Напоминало унылую школьную экскурсию.

Они грызли печенье и прихлёбывали кофе. Звуки отдавались эхом внутри иглу. Глядя, как Минами жуёт, надув щёки, Юкихиса почувствовал прилив нежности. Он подумал, что самый незначительный акт выживания в эту «зиму» совершается незаметно для всех.

— Спустя три дня это наконец-то похоже на свидание, – сказала Минами, положив голову ему на плечо.

— Чтобы сделать что-то стоящее, нужно время.

— Какой же ты всё-таки самоотверженный.

Иглу, поначалу холодное, начало согреваться теплом их тел. Шум моря, которое было совсем рядом, полностью исчез. Кашель Минами резким эхом ударил по ушам.

Доев печенье, она легла на брезент.

— Гляди, красота.

Следуя её примеру, Юкихиса посмотрел на потолок. Снег, освещённый фонарём, почему-то казался маслянистым.

— Мне здесь нравится. Может, перееду сюда.

— Тесновато же.

— Если сделать вот так, кажется просторнее. Смотри.

Поддавшись на уговоры, Юкихиса лёг рядом. Снежный потолок, который был совсем близко, теперь казался далёким, создавая перед глазами небольшое пространство.

— И правда, успокаивает.

— Мне больше нравится, когда просторно, как у тебя дома.

— Вечно ты хаешь иглу. Ты что, иглуненавистник?

Минами ткнула его локтем в бок. Юкихиса ущипнул её за щёку. Она рассмеялась и навалилась на него сверху. Синтетика шуршала, когда они тёрлись друг о друга.

— Хочу остаться здесь с тобой навсегда.

Он кивнул, услышав её голос сверху.

Тень заслонила обзор, и их губы встретились. Он крепко обнял её.

Сколько бы он ни гладил водонепроницаемую ткань, рукам она казалась чужой. Зимняя одежда, надетая под низ, скрывала тепло и мягкость её тела. Жёсткая подошва ботинок больно давила на лодыжку.

Только губы и язык были горячими и мягкими, позволяя чувствовать её по-настоящему. В этом тесном, тёмном и холодном пространстве Юкихиса ощущал себя до ужаса примитивным существом с притуплёнными чувствами.

Убирая волосы с её лица, он зацепился пальцами за вязаную шапку.

— Я сниму.

— У меня волосы примяты.

Она попыталась придержать шапку рукой, но Юкихиса мягко стянул её.

— Ничего страшного.

Волосы под шапкой и правда примялись. От них доносился приятный аромат, будто она помыла голову прямо перед выходом. Он глубоко вдохнул. Ему хотелось чувствовать её без всяких преград.

— Ты права, я тоже хочу навсегда остаться здесь.

Говоря это, он коснулся губами её гладкого лба.

— Ага.

Она прижалась к нему мягкой щекой.

Юкихиса знал: вечно так продолжаться не может. На таком холоде тепло их тел продержится недолго. Пока они греют друг друга, но скоро морозный воздух своё возьмёт.

Где-то в глубине души Юкихиса понимал, что не против. Казалось, это самый быстрый способ покончить с этой «зимой». Если в конце он будет чувствовать её тяжесть – тем лучше.

Она обхватила его лицо ладонями. Волосы свесились вниз, отгораживая его от мира.

Что-то коснулось его пальцев ног. Постукивало, раз за разом. Он попытался посмотреть, но её тело мешало обзору.

Он накрыл её руку своей. Её ладони всё так же сжимали его лицо. Её ноги касались его лодыжек.

Вдруг чья-то рука схватила его за ногу.

— Ува-а! Что?!

Он задрыгал ногами, пытаясь стряхнуть это.

— Что?! Что там?!

Минами скатилась с него. Попыталась встать, ударилась головой о потолок и присела.

— Ай...

У входа в иглу по земле ползла рука. Пошарив вокруг, она втянулась обратно, и в темноте снаружи показалось лицо. Женщина, ровесница покойной бабушки Юкихисы.

— Вы в порядке? – спросило лицо.

— В смысле?

Юкихиса вжался спиной в дальнюю стену, обхватив колени.

— Вы там уголь жжёте, что ли?

Голос эхом разнёсся внутри иглу.

Юкихиса и Минами переглянулись.

— Нет, ничего такого мы не делаем.

Стоило ему ответить, лицо исчезло в темноте. Он выбрался наружу.

Маленькая старушка стояла и смотрела на него сверху вниз, пока он стоял на четвереньках. Она держала светящийся зелёный поводок; чёрная сиба-ину на другом конце почти сливалась с темнотой, видна была только морда.

— Какая прелесть.

Минами погладила пса по голове.

— Я просто удивилась: из иглу торчат одни ноги, – сказала старушка, и Юкихиса склонил голову.

— Простите.

— Недавно в Кодзуке семья покончила с собой, шуму было. Трое повесились. Вот я и подумала, вдруг опять.

— Понятно.

Старушка ещё несколько раз повторила разными словами, как она удивилась, и наконец сказала: «Простудитесь, идите-ка домой», – после чего ушла. Минами проводила её взглядом и поправила вязаную шапку.

Свет фонаря просачивался из входа в иглу, выделяясь на фоне тёмного моря. Юкихиса почувствовал себя преданным: глупо было думать, что их внутри не заметят.

— Тебе не холодно?

Он спросил Минами, прислонившуюся к иглу. Она слегка кивнула.

— Она решила, что мы умерли?

— А мы ведь живее всех живых.

Услышав это, Минами рассмеялась.

— То, как ты дёрнулся с криком «Ува-а, что?!», было уморительно.

Они прибрались внутри. Сложили синий брезент – он казался объёмнее, чем раньше. Минами убрала фонарь в рюкзак, и наступила полная тьма.

Иглу растворилось во мраке; не потрогаешь – не найдёшь. Юкихисе вдруг показалось, что он сюда больше не вернётся.

— Может, сломаем?

Он с силой ударил по стене. Хотелось разогнать воздух, пропитанный их присутствием.

— Дети ещё поиграют.

Минами закинула рюкзак на плечи.

— К тому же оно твёрдое, сломать будет трудно.

— Даже от твоего удара головой не сломалось.

— Точно.

Она ткнулась головой в плечо Юкихисы. Наверное, из-за шапки было совсем не больно.

× × ×

Воскресным утром Юкихиса проснулся и сразу встал с постели.

В обычный выходной он бы не стал проверять погоду, но сегодня раздвинул шторы и выглянул в окно.

Снаружи было сумрачно, словно сон продолжался. Снег бился о стекло с булькающим звуком. Сильный снегопад тревожил его больше, чем дождь.

Юкихиса посмотрел прогноз и написал Минами:

[Чем займёмся?]

[Объявили штормовое предупреждение из-за снегопада.]

Спустя время пришёл ответ:

[Какая разница?]

[Если метеорологи скажут тебе умереть, ты умрёшь?]

[Разве бывают такие настойчивые метеорологи?]

Когда Юкихиса спустился на первый этаж, мать ела тосты. Он тоже поджарил себе хлеб.

— Я сегодня на рыбалку.

От этих слов глаза матери стали круглыми, словно мячики.

— В такой снегопад?

— На обычное место. Пляж Морино.

Он уставился на тостер. Внутренности, освещённые оранжевым светом, казались миром, не имеющим отношения к погоде за окном.

Мать отнесла посуду в раковину.

— Давненько ты не рыбачил.

— Ага.

— Поймаешь что-нибудь? В такой-то холод?

— Не знаю.

Он вернулся в комнату и достал из шкафа снасти. Давно он не прикасался к дедовскому снаряжению.

Уложил всё в большой рыболовный рюкзак, а что не влезло – в полиэтиленовый пакет. Хоть это и казалось лишним, прихватил и ящик-холодильник.

У выхода мать остановила его:

— Я сделала онигири, возьми с собой.

Дно маленькой сумки, которую она протянула, было тёплым.

— Спасибо.

— Может, я много наготовила…

— Нет, нормально.

Он надел непромокаемые ботинки и вышел. Снег непрерывно стучал по дождевику, надетому поверх пуховика. Когда он поднял голову к источнику снегопада, холодные хлопья облепили лицо.

Стоило выйти на дорогу, как кто-то похлопал его по плечу. Юкихиса удивлённо обернулся.

Там стояла Минами в капюшоне от сноубордической куртки.

— Ты чего?

— Неудобно как-то, что ты всё время за мной заходишь.

— А... да ладно.

Юкихиса встал между своим домом и ею, загораживая обзор.

Она посмотрела на то, что он держал в руках.

— Что это?

— Спасательный жилет.

— Покажи.

Он достал из пакета жилет с кучей карманов. С виду обычный рыбацкий, но внутри был вспененный пластик для плавучести.

— Симпатичный.

— Я думал одолжить тебе вот этот.

Юкихиса протянул ей поясной жилет с автоматическим надувом. При попадании в воду сложенная подушка безопасности надувалась сама. Он не стеснял движений, и носить его было удобнее, чем жилет с наполнителем.

Минами надела пояс поверх куртки.

— Этот хороший. Стильный такой.

— Разве стильный?

Она зашагала в жилете, Юкихиса двинулся следом.

Из-за снегопада всё в городе потеряло очертания. Свет фар машин на шоссе расплывался пятнами.

Юкихиса шёл молча: казалось, открой рот – и наглотаешься снега. Минами тоже молчала. Словно они оба забыли привычные темы для разговоров.

Глядя под ноги, чтобы не поскользнуться, он чувствовал, что не может думать ни о ней, ни о школе, ни о доме, ни о будущем. Плохо это или нет, он не знал.

Заснеженный пляж Морино казался узким. Тут никогда не было такого простора, как в Тигасаки, но всё же это был самый большой пляж в городе. Однако сейчас, возможно, из-за того, что взгляд цеплялся за падающие снежинки, перспектива впереди совсем не ощущалась.

На южном краю пляжа находилось устье реки Морино, и узкий волнорез выдавался в море, словно отделяя его от зоны для купания. Сюда они с дедом ходили рыбачить почти каждую неделю.

Юкихиса и Минами брели по глубокому снегу. Забираясь на волнорез, он подал ей руку.

— Осторожно, не поскользнись.

Она ухватилась за ладонь.

— Даже если упаду, я же в жилете, всё будет пучком.

— Вода ледяная, провалишься и умрёшь.

Волнорез был сложен из бетонных блоков. То, как они были подогнаны друг к другу, словно пазл, всегда впечатляло, но сейчас под снегом их было не разглядеть.

На пляже и волнорезе – ни души. Юкихиса понял: сегодня вряд ли что поймают. В обычное воскресенье здесь было бы не протолкнуться от рыбаков. Это как стая птиц – примета для рыболовов. Если рыба уходит, исчезают и птицы.

Минами шла, раскинув руки для равновесия.

— Думаешь, поймаем что-нибудь?

— В дождь клюёт хорошо, может, и в снег повезёт.

Идущий впереди Юкихиса обернулся и улыбнулся.

Минами дошла до края волнореза и огляделась.

— Такое чувство, будто мы в открытом море.

Юкихиса посмотрел на запад. В хорошую погоду отсюда видна гора Фудзи.

Он любил здешний вид. Вечером, когда солнце садилось за море и зарево окрашивало небо в невероятные цвета, от красоты наворачивались слёзы. Ему очень хотелось показать это ей. Он думал: если они увидят этот пейзаж вместе, она поймёт его лучше любых слов.

Он снял рюкзак и начал готовиться. Прикрепил катушку к спиннингу на морского окуня, продел леску.

— А наживка?

— Сегодня идём на камбалу, так что ловим на блесну.

Если бы ловили на живца, пришлось бы сначала поймать ставриду, но все магазины закрыты, прикормки не достать.

— Камбала?! – Минами повысила голос, — Та, которая вкусная, если есть сырой?

— Их тут часто ловят.

— Серьёзно? Я аж загорелась.

Юкихиса протянул Минами удочку с блесной.

— Целься вон в те скалы, что торчат из воды. Мелкая рыбёшка там прячется, а камбала приплывает её есть.

— А ты шаришь.

— Я давно ловлю на одном месте. Само запоминается.

Они забросили лески в сторону скал.

— Камбала реагирует на рыбу в метре-двух от дна. Сначала дай блесне опуститься, потом подкрути катушку, чтобы приподнять. Замри ненадолго и снова дай опуститься. И так по кругу.

Минами послушно крутила катушку, следуя совету Юкихисы.

— Так?

— Ага, отлично. Старайся менять скорость. Так больше похоже на настоящую рыбу.

— Где научился?

— Дед показал.

Юкихиса поддёргивал удилище, пытаясь привлечь внимание рыбы.

— Юкихиса, ты здесь родился? – Минами щурилась на воду, — Или нет?

— Я родился в Идзу.

— Это же за морем.

— Ну да, получается так.

Юкихиса рассмеялся. Его родина лежала за снежным горизонтом. Раньше он об этом не задумывался. Соседняя префектура, совсем рядом, но казалась отдельным миром. Фраза «за морем» как нельзя лучше передавала это чувство дистанции.

— Родился в Идзу, но родители развелись, и в три года я переехал в этот город к родне матери. С тех пор тут и живу. Бабушки с дедушкой уже нет, остались только мы с мамой.

Разговаривать на рыбалке было непривычно. С дедом они почти всегда молчали, а после его смерти три года назад Юкихиса ходил сюда один.

Может, он пошёл в деда – с друзьями тоже был не особо разговорчив. Но с Минами слова лились сами собой.

— А ты где родилась, Минами? – спросил Юкихиса, не сводя глаз с кончика удилища.

Минами перезабросила леску поближе к его блесне.

— В Токио. Но среднюю школу закончила в Кофу, там бабушка живёт.

— Кофу, значит... Никогда там не был.

— Там котловина, горы кругом. И выхода к морю нет.

— Про горы понятно, а вот как без моря – не представляю.

— Зато песок на балконе не скапливается.

— Завидно.

Когда Юкихиса сказал это, Минами рассмеялась. Он посмотрел на неё с непроницаемым лицом.

— А как ты в этом городе оказалась?

— У нас тут дача была. Я любила море.

— Понятно.

Он снова уставился на воду.

— Было бы лучше, если бы не «зима».

— А по-моему, хорошее место.

Она закашлялась, и от вибрации удочка дрогнула.

— Кто знает. Я других городов не видел.

Он никогда всерьёз не думал, кто он такой и как дошёл до такой жизни, и другим объяснять не пытался. Но это неизбежно следовало за ним. Хочешь узнать кого-то по-настоящему – будь готов, что и тебя узнают.

Он подумал: хорошо, что этот «кто-то» – Минами. Будь на её месте кто другой, он бы так не чувствовал.

Он стряхнул снег с её плеча.

— Тебе не холодно?

— Холодно.

Она поморщилась и шмыгнула носом.

— В туалет хочу.

— Вон там общественный.

— Подержи тогда.

Она всучила удочку Юкихисе и пошла к пляжу.

С двумя спиннингами в руках он не мог играть блесной и просто замер. Прилив был ниже обычного, и море волновалось вдалеке от волнореза, на котором он стоял.

× × ×

В итоге они так ничего и не поймали, даже после обеда.

Решили собираться, пока солнце не село и не ударил мороз.

Юкихиса убрал блесну в коробку. Впервые он просидел весь день без единой поклёвки. Хотелось нырнуть и посмотреть, что там под водой. Как тропические рыбки, занесённые с юга, не переживают зиму, так и местные обитатели, наверное, не вынесли холода этой «зимы» и вымерли.

Он подумал, что мир заканчивается там, где никто не видит.

Покойный дед, родившийся в сороковом, хлебнул горя в войну и после. Но для Юкихисы это звучало как сказка. Настоящие трудности ждали впереди.

— Прости.

Когда Юкихиса заговорил, Минами, дожевывающая остатки обеденных онигири, обернулась.

— За что?

— Что ничего не поймали.

— Да ладно тебе.

Она улыбнулась.

— Мне было весело.

— Ну, это хорошо...

— С тобой везде весело, Юкихиса.

Под её прямым взглядом Юкихиса смущённо опустил глаза.

— Куда в следующий раз хочешь?

— С тобой хоть куда.

— Ну, если есть что-то на примете, вроде этого места.

— В Йокогаму.

— Конкретно так.

— Там есть три здания, «Три башни Йокогамы». Если за день обойти три точки, откуда видно их все сразу, желание сбудется.

— Основательный план.

Юкихиса закинул рюкзак со снастями на плечо. Минами несла пустой ящик-холодильник. Волнорез был слишком узким, чтобы идти рядом, поэтому он пропустил её вперёд. Уровень моря упал так сильно, что мол, ведущий к берегу, казался высокой стеной.