Кто-то громко и настойчимо стучал в мою дверь.

Я слышала голос, но сознание было затуманено, и я не могла разобрать слов.

Что вообще происходит?..

Я попыталась сесть, но тело было тяжелым, двигалось с трудом. Чувствовала себя измотанной…

— Фрост-сан! Ты в порядке? Или просто спишь!?

Наконец туман в голове рассеялся, и я узнала голос. Похоже, это был Ширакава-кун.

— Чего он так орет… — пробормотала я, как вдруг неприятная мысль осенила меня. — Погоди, который сейчас час!?

Я быстро глянула на экран телефона — и кровь отхлынула от лица. До его обычного выхода из дома оставалось меньше десяти минут.

— П-Прости!..

В панике извинилась через дверь, я только проснулась и не могла открыть. Не хотела, чтобы он видел меня в таком растрепанном виде.

— Слава богу, просто проспала…

Хоть я и нарушила обещание приготовить завтрак, в его голосе слышалась искренняя облегченность, а не злость. Наверное, он боялся худшего — что я вообще не проснулась. Неудивительно, что он шумел у двери.

— Прости, я проспала…

— Ты так усердно училась, неудивительно, что устала. Самочувствие нормальное?

Хоть он имел полное право злиться, он не только успокоил, но и продолжал беспокоиться. Его доброта слегка сжала мне сердце.

— Я в порядке. Правда, просто проспала.

На самом деле тело еще ватное, но я не хотела волновать его сильнее, поэтому солгала. К тому же эта усталость — доказательство моей плохой самоорганизации. Не повод для оправдания.

— Понятно. Тогда ладно. У тебя еще куча времени до выхода, так что не спеши.

У него утренняя тренировка, поэтому он всегда выходит раньше других. Благодаря этому у меня еще оставалось время.

— Главное, извини… что не приготовила завтрак…

— Ничего, ничего. Я просто поел рис с фурикакэ. Вообще-то, это мне надо извиняться.

Ему извиняться? За что?

— Ты что-то натворил?..

— Ну, я подумал, может, тебе плохо, погуглил и попробовал сделать кашу из вчерашнего риса. Я не привык готовить, так что, возможно, невкусно… но пробовал… Извини за самодеятельность.

Услышав его извиняющийся тон, я испытала смешанные чувства.

С одной стороны, тронуло, что он, несмотря на занятое утро, сделал для меня кашу. С другой — нахлынула вина. Я его обременяю, не сдержав обещаний.

— За что извиняться? Ты же это для меня сделал? Спасибо.

Притворяясь спокойной, я выдавила благодарность, ведь большего не могла.

Сейчас я искренне радовалась, что дверь между нами. Будь мы лицом к лицу, меня могла бы сломить вина, ведь он чувствует себя виноватым из-за доброго поступка, возможно, потому что я часто придираюсь к мелочам…

— Слышать это приятно. Ладно, я пошел. Если что пиши и не заставляй себя есть кашу, если невкусно.

С этими словами он ушел. Разговор со мной съел его оставшееся время.

Прислонившись к двери, я медленно сползла на пол и закрыла лицо руками.

— Я такая дура… Правда, дура…

Воспоминания обо всем, что случилось с момента нашей встречи, нахлынули, погружая в самоуничижение.

Если бы можно, я вернулась бы в дни летних каникул, но прошлое не вернуть. Я твердила себе это.

Минут через десять я подняла голову.

— Нужно хоть как-то загладить вину…

Честно, хотелось исчезнуть. Но я знала: сожаление ничего не изменит. Поэтому решила сама исправить ошибки. К счастью, время еще было. Если быстро приготовлю рис сейчас — успею без опозданий.

С этой мыслью я помчалась вниз мыть рис.

Заложив промытый рис в рисоварку, я собралась готовиться к школе — как вдруг рука потянулась к миске с кашей на столе. Было бы жаль, если бы то, что он приготовил, остыло.

— Вкусно…

Он говорил, что может быть невкусно, но рис был идеально мягким, соленость в меру.

Добавив умэбоси, оставленную рядом, я ощутила приятную кислинку.

Он, наверное, тщательно изучил и старательно готовил, чтобы мне понравилось.

— Теперь еще больнее…

Представив, как он склонился над телефоном и сосредоточенно варит кашу, я почувствовала сжимающую грудь тяжесть.

◇

/От лица Кэнто/

— Ха… сегодня было жестко. Тренер в последнее время просто заведенный. — Сёта устало пробормотал, закончив утреннюю тренировку и выйдя из раздевалки.

— Через две недели префектуральный турнир, наверное, от нас многого ждут.

На этой неделе заканчивались матчи лиги, на следующей — команды, занявшие вторые места, разыграют оставшиеся путевки. А на следующей неделе сразу начнется префектуральный турнир. Естественно, тренер будет гореть.

— Но завтра же игра! Неужели надо так нас гнобить?..

— Если не нравится — бросай команду. — Сзади нас с Сётой спокойно вставил Хиираги.

От этих слов брови Сёты взлетели вверх.

— Опять ты!.. Ты что, готов потерять ключевого защитника перед турниром!?

Сёта был основным шортстопом. Конечно, если он уйдет — место освободится.

— Его место просто займет другой. Талантов у нас хватает.

В этом сила школы-фаворита. Сюда не только приглашают игроков — талантливые спортсмены, мечтающие о Косиэн, сами стекаются сюда, так что на каждую позицию есть несколько игроков уровня основного состава других школ. Даже если кто-то уйдет — замена найдется.

— Если не нравится подход тренера — уходи.

Понятно, вот из-за чего Хиираги злился.

Несмотря на внешнее спокойствие, он уважал тренера. Вот почему он разозлился на жалобы Сёты.

— С чего это я должен тебя слушать?!..

— Потому что это ты ноешь...

— Ладно, хватит вам двоим. — Не дав разгореться ссоре, я встал между ними.

Вот почему Кудзёин-сан говорит, что я вечно миротворец.

— Во-первых, Сёта просто выплескивает усталость. Он же не считает подход тренера неправильным, да?

— Д-Да, конечно. — Сёта быстро кивнул на мой взгляд.

По тону было ясно, он не всерьез.

— Но нытье по такому поводу лишь показывает слабость характера. — Даже после разъяснений Хиираги не отступал, снова задевая его.

— У всех разное восприятие. К тому же, если запретить так выплескиваться — люди будут копить стресс, и еще больше уйдут.

Я понимал Хиираги, но его подход был слишком жестким. Ждать от людей — одно, заставлять — другое.

— Хотят уйти — пусть уходят…

— Неправда. То же и с твоими словами Сёте. Хиираги, тебе стоит больше ценить товарищей.

— Чего?.. — Хиираги нахмурился, недовольно уставившись на меня.

— Во-первых, я спокойно могу строить питчинг-стратегию с упором на граунд-ауты, потому что на шортстопе Сёта. Будь другой — пришлось бы переключаться на страйкауты. Тогда твой счет бросков вырастет, усталость к концу игры усилится и сыграешь меньше матчей, так?

Хиираги мог быть нашим эйсом, но окончательное распределение подач решаю я как кэтчер.

Хиираги обычно не трясет головой, значит, доверяет моему руководству.

Возможно, поэтому он не задумывался о смене стратегии, но для меня подстраиваться под команду — естественно. Если игроки начнут уходить, как предлагает Хиираги, общий уровень защиты упадет. Сможем ли мы тогда дойти до Косиэн, полагаясь только на его подачи?

Честно, вряд ли.

Накопленная усталость и риск травм лишь усугубят ситуацию.

— Хех… Редко услышишь лекцию от Кэнто. — Хиираги усмехнулся, пристально глядя на меня.

Казалось, он не слушал, но отсутствие возражений означало понимание.

— Если что-то явно не так — скажу. Сёта не просто защитник, а наш первый отбивающий. Самый быстрый в команде. Терять такой актив непозволительная роскошь.

Даже с заменой, потеря игрока, вырвавшего место в основе, ослабит команду. А с необходимостью занять первое место в префектуре — намеренно снижать силу перед турниром глупо.

— Ха… Значит, даже такой незаменим?

— Какой такой?! — Сёта вспылил на вздох Хиираги.

Эти двое…

— Со всеми так же. Хиираги, я уважаю твою дисциплину, но навязывать ее другим неправильно. А говорить "уходи" — недопустимо. Кто-то развивается в своем темпе.

— Ладно… понял. — Хиираги на секунду задумался, но без споров согласился.

Я ожидал, что он скажет что-то вроде: "В своем темпе? Они стараются? Или просто тешат иллюзию усилий?" Но, видимо, сдержался, зная, что у меня будет ответ. Раз он, кажется, понял — разговор окончен.

— Ха… Кажется, я никогда не выиграю спор против Кэнто…

Сёта пробормотал, наблюдая за нами.

— Да я не силен в словесных баталиях.

Я ведь всегда проигрываю Фрост-сан. К тому же не люблю споры.

— Тебя вообще сложно представить в ссоре. Ты со всеми ладишь. Наверное, дома с Фрост-сан тоже мило-предмило. — Сёта завистливо покосился на меня. Несмотря на все мои объяснения, он все еще не понял.

— Ахаха… перестань. Серьезно, дома мне влетит.

Подколки Сёты, наверное, из-за слухов, о которых упоминала Фрост-сан. Как только между нами начало сокращаться расстояние, новые слухи о "милостях" могли все испортить. Этого нельзя было допустить.

— Погоди, легок на помине… это же Фрост-сан?

— А? — Я проследил за пальцем Сёты и заметил красавицу-блондинку, выглядывающую из-за здания раздевалки.

Точно Фрост-сан.

— Что она здесь делает?..

На поле ей делать нечего. А то, как она молча наблюдала… было жутковато. Я ведь в этот раз ничего плохого не сделал?..

Пока я размышлял, Фрост-сан вышла и направилась к нам. Она заметила, что мы ее увидели.

— Эй, она идет сюда!..

— Зачем так волноваться? Ясно же, что ей нужен Кэнто, а не ты.

Хиираги вздохнул, глядя на взбудораженного Сёту. Тот надулся, и они снова готовы были поспорить.

Но Фрост-сан подошла, и оба замолчали.

— Что-то случилось?..

Как сказал Хиираги, скорее всего, дело во мне, поэтому я спросил.

— Можно его на минуту? — Проигнорировав мой вопрос, Фрост-сан обратилась к Сёте и Хиираги с обычной холодностью.

— Д-Да, конечно! Забирай — вари, жарь, что хочешь!

Обрадованный вниманием, Сёта весело отдал меня.

Ведет себя, будто не его дело, несет чушь. Что он будет делать, если меня и правда сварят?

— Разве нельзя поговорить здесь?

В отличие от Сёты, Хиираги холодно уставился на нее.

Фрост-сан на секунду сжалась под его острым взглядом. При его 182 см девушке легко испугаться. Но она быстро взяла себя в руки и ответила ледяным взором.

— Это семейное дело. Тебя это не касается.

Как и ожидалось, воля у нее крепкая.

Хиираги — красавчик, но резкий взгляд и грубоватая речь пугают большинство девушек. А она напрямую ответила.

— Зачем обсуждать семейные дела на поле?

Я понял, что хотел сказать Хиираги.

Если дело семейное — можно поговорить дома. Зачем тогда идти сюда? Но все же…

— Не смотри на нее так. У нее ко мне дело, верно? — Я счел, что Хиираги перегибает, и остановил его, положив руку на плечо.

Какой бы ни была причина ее прихода — грубить неправильно.

— Значит, это твоя сестра? Та самая "Одинокий цветок"? Она же сказала — семейное дело.

Несмотря на мою попытку, Хиираги продолжил.

Фрост-сан, знавшая значение прозвища, поморщилась.

— В чем проблема? — Я встал между Хиираги и Фрост-сан, прикрыв ее собой.

— Защищаешь ее?

Естественно, все поняли мой маневр, и Хиираги воспользовался этим.

— Она же семья.

Я улыбнулся и пожал плечами.

Я вроде понимал характер Хиираги. Он не стал бы причинять боль без причины. Но если есть цель — он не колеблясь ранит. И я подозревал, что Хиираги может направить эту жесткость на Фрост-сан. Его прямые слова могут задеть ее, даже если она не покажет. Поэтому я перевел фокус на себя.

— …

Хиираги пристально смотрел мне в глаза. Наверное, пытался понять мои мысли. Хоть мы знакомы всего год, мы провели много времени вместе. И главное — были друг с другом честнее всех. Как я понимал его, так и он меня.

— Хех, ты не отталкиваешь, а защищаешь… Понятно. — Хиираги пробормотал, словно что-то осознав.

Разобрать было трудно, он говорил тихо.

Следя за ним, я заметил, как он наклонился к моему уху.

— Когда она стала для тебя так важна?

— ! — Я замер от неожиданности. — О чем ты?..

— Валяешь дурака? Ладно, неважно. — Хиираги отошел и посмотрел на Фрост-сан. — Так слухи о девчонке, мешающей Кэнто… видимо, неверны? — Казалось, теперь он обращался к ней.

— Не знаю, о чем вы… — Естественно, Фрост-сан не поняла контекста и лишь наклонила голову.

— Хиираги, хватит нести чушь. — Я быстро прервал его.

— Разве чушь? Важный вопрос.

Как я и подозревал, Хиираги сомневался в наших отношениях.

— Не волнуйся, это не то, что ты думаешь. И я сдержу обещание.

Хиираги, вероятно, беспокоился о моем обещании не позволять Фрост-сан отвлекать меня от бейсбола. То, что она пришла на поле, а я ее защитил — его насторожило.

— Да, жду, что сдержишь. Впрочем, я беспокоился не об этом… Кажется, зря.

Казалось, разговор окончен. Но нет…

— Просто знай: если помешаешь нам — я не прощу.

В последний раз он бросил на Фрост-сан колкий взгляд.

В ответ она инстинктивно ухватилась за мой рукав. К счастью, Хиираги и Сёта не заметили.

— Не так это говорится. И она не имеет отношения к нашему делу. Не навешивай на нее ярлыки.

Как и упомянул Хиираги, если я отвлекусь из-за Фрост-сан — вина будет только на мне. Не на ней. Конечно, она может что-то сделать, но она по натуре старательная, вряд ли станет мешать умышленно.

Что касается моего стресса — в последние дни он значительно уменьшился.

— Кажется… впервые вижу тебя таким возбужденным. — Хиираги, глядя на меня, необычно пожал плечами.

— Нет, я не злюсь…

— Правда? — Хиираги с недоумением наклонил голову.

Видимо, я выглядел злее, чем думал.

— В общем, сойдет, если не будет мешать. Похоже, вы хорошо ладите. — Хиираги махнул рукой и направился к зданию школы.

— Что с ним… Не пойму. — Фрост-сан нахмурилась, злясь на его уход.

Что ж, после его поведения ее злость оправдана…

— Л-Ладно, я пойду в класс! Увидимся! — Сёта, явно избегая напряжения, последовал за Хиираги.

Необычно для него, но, видя плохое настроение Фрост-сан, он решил уйти. И вот я остался с Фрост-сан наедине, живот свело.

— Эм… извини за слова Хиираги. — Я решил извиниться первым.

В таких ситуациях лучше действовать на опережение.

— Не тебе извиняться… Ты же меня защищал… спасибо…

Я не ожидал, но этот подход сработал. Вместо ожидаемых колкостей я получил искреннюю благодарность. Может, метод и неплох.

— Хиираги может показаться грубым, но он не плохой… Пожалуйста, не пойми неправильно.

— Не плохой… с таким отношением?..

Я пытался выгородить Хиираги, но на ее лице читалось сомнение. Видимо, не убедил.

Что ж, винить ее нельзя. После его грубости в это сложно поверить. Но он правда не плохой. Прото фанатик бейсбола, и терпеть не может помех…

— Это же Куроганэ-кун? Не верится, что можно играть в команде с таким пугающим человеком…

Пугающим?

Ее слова удивили меня.

— Ты боишься парней, Фрост-сан?

Я также удивился, что она знает его фамилию.

— Конечно… Все парни страшные.

Она не выглядела человеком, который так думает…

Может, поэтому она держит дистанцию? Но тогда она должна ладить с девчонками… В ней еще так много непонятного.

— Ах, кстати… насчет того, зачем пришла… можно поговорить?

Напряженность Фрост-сан улетучилась, и она заерзала. Я понимал, что ей нужно спешить — скоро уроки. Но почему она вдруг заволновалась?

— Что-то не так?

— Ну… не то чтобы что-то серьезное…

Она сказала это, словно защищаясь, и почему-то опустила глаза.

Размышляя о ее поведении, я заметил, что кроме школьной сумки она держала что-то в руке. Похоже, ланч-бокс. И больше похоже на мужской, чем на женский.

Стоп?..

Разве она обычно не ест в столовой, как и я? Я видел ее там пару раз. Да и дома я никогда не видел, чтобы она готовила бэнто.

Пока я размышлял…

— Э-Это… спасибо за сегодняшнее утро!..

Она вдруг сунула мне ланч-бокс и крепко зажмурилась, смущенно краснея. Ей явно было нелегко даже вручить его.

Неужели она приготовила это для меня?

— Спасибо… — Я взглянул на контейнер внутри. — Это… ты сама приготовила, да?..

— Д-Да, ну… не смогла сделать завтрак… это извинение…

Она и правда старательная.

Проспать может каждый, это неизбежно. Но то, что она, уже проснувшись поздно, еще и это сделала…

— Необязательно было так стараться…

— Пустяки. Я быстро управилась.

— Понятно, как и ожидалось от тебя… Спасибо, я очень рад.

— !?

Когда я улыбнулся с благодарностью, ее и так красное лицо залилось краской. Она резко отвернулась.

『Это нечестно!.. Улыбаться так здесь — слишком жестоко!..』

Она что-то бормотала, но о чем? Или я ее этим разозлил? Я уже ничего не понимаю…

Пока я наблюдал, она начала глубоко дышать. Успокоив дыхание, она повернулась ко мне. Лицо все еще алело, она слегка потела, пытаясь сохранить холодное выражение.

— Кхм-кхм! — Фрост-сан нарочно прочистила горло. — Р-Раз уж я приготовила обед на двоих… мы могли бы, эм… использовать шанс укрепить семейные узы и…

Динь-дон! Динь-дон!

Динь-дон! Динь-дон!

Как только Фрост-сан заговорила, прозвенел утренний звонок — будто назло.

— О нет, уже так поздно!.. Надо в класс!

Мы были на поле, и если не побежим — опоздаем. Опоздание — не шутки, а Сёта и компания снова заподозрят неладное.

— Давай, Фрост-сан, тебе тоже надо спешить! Опоздать — плохо!

Со школьной сумкой в руке она явно пришла прямо на поле, а не в класс. Если останемся — точно опоздаем.

『Угх… Я так старалась пригласить его на обед, чтобы загладить вину… а теперь вот так!.. Это все Куроганэ-кун виноват!..』

Расходясь у здания, я услышал, как Фрост-сан кричит что-то по-английски. Неужели то, что она хотела сказать, было так важно?

Ладно, если важно — наверняка напишет.

С этой мыслью я перестал беспокоиться и помчался в класс.

◇

/От лица Софии/

— Что вы хотели обсудить?

В тот день, когда я передала Ширакаве-куну домашний обед, меня по какой-то причине через записку вызвали за школьное здание девушки из общего потока.

Тело с утра было тяжелым, а после утреннего инцидента на поле состояние ухудшилось, так что этот вызов стал последней каплей.

Если бы это был парень — высока вероятность признания в чувствах, но с девушками…

— О~ ты и правда пришла, не сбежала.

— Ха-ха, какая ты серьезная!

— Угх, это так раздражает. Давай уже покончим с этим.

— Не говори так, надо как следует отомстить. А-тян, ты же затаила обиду?

Меня ждала группа из четырех гяру.

В записке было лишь одно имя, но, похоже, они изначально планировали прийти вчетвером.

Имя я не узнала, но было ясно, кто они — те самые девчонки, что донимали меня при каждой встрече. Казалось, я им не нравлюсь, и они постоянно пристают.

Буквально на днях они в чем-то меня обвинили, и мне пришлось жаловаться учителю.

— Не то чтобы я затаила обиду…

— Э~? Но ты же так расстроилась, что Кэнто-куна у тебя увели?

— Не преувеличивай… Это совсем не так…

Девушка с более апатичным характером вздохнула, листая смартфон. Она всегда вздыхала и выглядела скучающей при наших встречах, явно отличаясь от остальных троих. Но при этом неизменно держалась с ними — странно.

Сейчас же было кое-что важнее.

Кэнто-кун?.. Неужели она его фанатка?..

Оказывается, у Ширакавы-куна есть фанатки в школе.

После его успехов летом и благодаря его доброте и внимательности к окружающим, некоторые ученицы восхищаются им.

Число его поклонниц постепенно растет, и иногда мне приходят письма с недовольством из-за нашего совместного проживания.

Она, наверное, из их числа.

— Не понимаю, что в нем такого~ Шууто-сама куда симпатичнее. К тому же он эйс команды.

— Точно.

Слова розоволосой гяру вызвали кивки у остальных, кроме апатичной.

Шууто-сама… Никогда не видела, чтобы в реальности так называли кого-то из этой школы…

Понятно, что речь о Куроганэ-куне, но для меня, столкнувшейся с ним утром, он совершенно не привлекателен. Он просто страшный. Ширакава-кун куда лучше — впрочем, неважно…

— Можете прекратить переговариваться после того, как вызвали меня? Чего вы конкретно хотите?

У меня и правда были дела, но я пришла сюда специально. Просто хочу побыстрее закончить.

— Не будь такой холодной. Мы просто хотим помириться, вот и все.

Девушка, похоже, лидер, сказала это с усмешкой, явно неискренне. Чистая ложь. Мало того, одна из них только что сказала "отомстить".

— Разве вы не можете ничего сделать, если не вчетвером против одной?

Я попыталась вести себя как обычно, с насмешливой улыбкой. Если они тронут меня — исключение станет реальностью. Даже если хотят отомстить — особо не смогут.

— Цык, ты по-прежнему раздражаешь.

— Ведешь себя высокомерно, свысока смотришь на всех, кроме себя, да?

— Ты просто отвратительна.

Трое сближались шаг за шагом. Я же медленно отступала.

— Что, убегаешь? Мы тебе так страшны?

— Нет. Просто я не знаю, на что вы способны, так что лучше держать дистанцию. Вы же выглядите туповатыми.

— Стоит тебе открыть рот, как становится тошно. Не волнуйся, мы не планируем применять силу.

— Да, точно. Мы просто хотим извинений. На коленях, перед нами.

Что за чушь они несут?

Они явно хотели унизить меня, но я не обязана их слушать.

— Кстати, ты известна умом, но прийти сюда одной, по-моему, глупо.

— Это не то, Ри-тян. У нее просто нет подруг, с которыми можно прийти. Знаешь, одинокий цветок и все такое~

— А, понятно. Ну, с таким скверным характером, это логично~.

— …

Они несли чушь, ничего не зная. Вот почему я терпеть не могу таких поверхностных, бездумных людей.

— Что это за вызывающий взгляд? Ты и сейчас считаешь себя выше нас?

Лидерша, до этого усмехавшаяся с противной улыбкой, внезапно сменила выражение лица на грани угрозы. Вот ее истинная натура.

— Эй, не трогай ее. Потом будут проблемы.

— Мы поняли, не волнуйся, А-тян. Мы не настолько тупые.

Сказав это, они бросили взгляд на апатичную девушку, а затем потянулись к моей одежде.

— Нет!..

Инстинктивно я отшлепнула протянутую руку.

Что они задумали!?..

— Ай! Ух ты, смотри. Совсем покраснела.

— Вау, правда! Сообщить учителю?

— Хе-хе, тогда Фрост-сан, то есть Ширакава-сан, может быть отстранена за насилие.

Черт, я попала в ловушку!..

Хоть и осознала, было уже поздно. Раз я ударила первой, значит в проигрыше.

— Это потому что вы потянулись к моей одежде!..

— У тебя есть доказательства? — Лидерша наклонила голову с невинным видом.

Какая фальшь…

— Доказательства?.. У вас тоже нет доказательств, что я вас ударила!

— Не-не, тест ДНЕ? Кажется.

— Хаа… Называется тест ДНК.

— Да, тест ДНК! А-тян, ты так умна~. Если его провести, мы докажем, что это сделала Фрост-сан, да? И…

Лидерша посмотрела на апатичную девушку.

— Если мы отредактируем запись и оставим только часть, где Ширакава-сан нас ударила, это будет выглядеть так, будто она напала.

— !

Меня подставили…

Она с самого моего прихода возилась с телефоном, я не обратила внимания, но оказалось, она вела запись…

— Ну что будешь делать? Не хочешь отстранения, да? Тогда извинись, встав на колени. Если сделаешь — мы, может, простим.

— Не смейтесь надо мной! Кто так сделает?! Даже если вы отредактируете запись, и я не смогу отрицать, что ударила, в конце концов, это вы первыми потянулись к моей одежде! Учителя поверят мне, а не вам, учитывая мое обычное поведение! К тому же принуждение к подобному — преступление, называемое принуждением!

Я отчаянно выпалила свои доводы. Если хоть раз уступлю таким людям — стану их тряпкой. Этого нельзя допустить.

— А-тян… не сработало. — Лидерша бросила холодный взгляд на апатичную девушку.

— Говорила же, такая умная, как она, не дастся легко. А тот, кто настоял на этом…

— А, плевать. Думала, сработает, раз она из тех, кто лезет одна, не советуясь. Ладно, ты говоришь о преступлении, но?

— Она ничего не записала, так что если мы просто будем валять дурака — все в порядке.

— О, верно.

Картина прояснилась.

То, что они всегда вместе, не значит, что они заодно. Это не просто дружба — их, вероятно, связывают общие интересы или выгода. Если бы я могла сбежать, пока они отвлечены…

— Угх, это так бесит. — Лидерша подошла к ржавому крану неподалеку.

Что она задумала? Я насторожилась, наблюдая, как она хватает подсоединенный шланг и резко открывает вентиль.

— Э-а!

Вода хлестнула с силой, попав прямо в меня.

— Р-Ри-тян, это слишком!?

— Мы же только хотели, чтобы она поклонилась!

Похоже, это не входило в план — другие девушки были шокированы.

Я недооценила ее.

— Угх… серьезно, это перебор… Учителя узнают…

— Если скажем, что она случайно попала под воду, пока мы играли из-за жары — будет лишь предупреждение, да? Ладно, убедись, что сняла хорошо. Ее белье — редкое зрелище~

Лидерша усмехнулась, и я быстро прикрыла грудь руками. Вода сделала одежду прозрачной, и бюстгальтер просвечивал.

— Эй, эй, вы тоже помогите прикрыть.

— Погоди, Ри-тян!?

— Не может быть, нас тоже!?

Лидерша облила водой не только меня, но и двух девушек, кроме той, что с телефоном. Затем с ног до головы облилась сама.

Дойти до такого без колебаний…

— Она сумасшедшая… — Апатичная девушка пробормотала то, о чем я думала.

Остальные трое были слишком заняты, чтобы заметить.

Эта лидерша — опасный человек. Если останусь, то неизвестно, что они со мной сделают. Надо бежать…

— Ой, куда это собралась? Мы еще не закончили разговор. — Когда я попыталась бежать, сзади схватили за руку.

— Отпусти!..

— Бессмысленно мочить тебя без хорошего кадра, да? Дай сфотографировать.

— Нет!.. Кто-нибудь, помогите!.. — Не думая, я вскрикнула.

— Хех, наконец-то это выражение. После всех насмешек заставим тебя страдать еще сильнее.

— Страдать сильнее, говоришь?

— Конечно, я заставлю тебя… погоди, что?..

Она, должно быть, почувствовала неладное.

Голос не принадлежал никому из присутствующих, и она обернулась на звук.

— Похоже, вы разыгрываете представление.

Человек, появившийся из-за угла с недоуменным хмурым лицом, был Ширакава-кун.

— Щ-Ширакава-кун!.

Увидев его лицо, я выкрикнула имя, не успев подумать.

— Почему Кэнто-кун здесь?..

Апатичная гяру, побледнев, уставилась на Ширакаву-куна. Он подошел и заговорил.

— Дай угадаю… ты Риндо Аризэ, да? Не могла бы удалить это видео?

— Д-Да…

Риндо-сан, апатичная гяру, быстро начала тыкать в телефон по его просьбе. То, что он знал ее имя, означало… они, должно быть, общались раньше.

— Что ты делаешь!?

Естественно, лидерша разъярилась — весь их план рухнул. Но к тому времени, как она разозлилась, Риндо-сан уже закончила.

— Удалила…

Теперь злость ничего не изменит.

— Ах… помню, ты раньше часто приходила поддерживать… жаль.

Ширакава-кун кивнул, но не поблагодарил. Вместо этого он уставился на Риндо-сан ледяным взглядом. Этого хватило, чтобы она рухнула на землю, словно подкосились ноги. Казалось, будучи проницательной, она поняла значение этого взгляда и слов.

— Эм, м-мы не хотели заходить так далеко…

— Да… это Ри-тян сама все сделала. Нас просто втянули…

— Что вы несете!?

Осознав, что с приходом Ширакавы-куна они в проигрыше, две девушки решили дистанцироваться от лидера.

Как они и сказали, это лидерша переступила черту, действуя самостоятельно, но…

— Я все видел. Да, это Ри-тян облила водой, но разве до этого вы все не приставали к Фрост-сан?

Блефовал ли он или действительно наблюдал с самого начала — я не знала. Но, как он сказал, в моих глазах остальные были виновны не меньше.

— Я ничего не делала…

Риндо-сан, рухнувшая на землю, тихо пробормотала.

Раз она фанатка Ширакавы-куна, ей, наверное, больно, что он ее возненавидел. Я могла понять ее желание объясниться. Однако…

— Оставаясь с ними и не останавливая их, ты не менее виновна. К тому же ты давала им свои знания, записывала видео и помогала в их планах. Какой бы ни была причина — это непростительно.

— Угх… — Глаза Риндо-сан наполнились слезами от его спокойных слов.

Он, вероятно, понял, что есть причина, по которой они держались вместе, по их взаимодействию. Наверное, из-за иерархии в классе или чего-то подобного. Но даже тогда соучастие не могло быть оправдано. На мгновение мне стало ее жаль…

— Что ты себе позволяешь, ведешь себя так высокомерно? Думаешь, ты герой? Что ты будешь делать без доказательств наших действий? Может, не стоило удалять видео?

Девушка-лидер еще не сдалась. Она сузила глаза от злости, уставившись на Ширакаву-куна.

— Раз ты не очень умна, позволь просветить. Показания свидетеля — тоже доказательство, знаешь?

Ширакава-кун перевел взгляд на меня.

Я кивнула и заговорила.

— Эм, да, свидетельские показания обычно принимаются как доказательство.

— С этим не отговоришься, даже если вымокла с головы до ног. Думала, выйдешь сухой?

Я никогда не видела его таким злым. При этом его присутствие было безопасным и надежным.

Страх, что был ранее, полностью исчез.

— Цык… ты так мерзок. Разводишь возню с этой ерундой.

Она развернулась, будто пытаясь сбежать.

Остальные две девушки попытались последовать за ней, но…

— Стоять.

Ширакава-кун не дал им убежать.

— Что, еще что-то? Если хочешь настучать учителям — давай. — Казалось, она пыталась держаться вызывающе.

— Ты, кажется, не раскаиваешься, так что дам понять. Эта девушка — важный для меня человек, семья. Если тронешь ее снова — легко не отделаешься.

— !?..

Я была шокирована его тихими, но гневными словами.

Я… важна!? Что он говорит в такое время?!

— Отвратительно, серьезно отвратительно.

— Ах, Ри-тян, подожди меня…

— Не бросай меня!

— Заткнитесь! Вы же меня сдали, так что помните!

Девчонки спорили, уходя.

— Погоди, одна же все еще здесь… — Ширакава-кун подошел к оставшейся девушке.

Даже не поговорит со мной…

— Ты раскаиваешься?

— Конечно…

— Даже если раскаиваешься — содеянное не исчезнет. — Он сказал необычно холодно. Я всегда считала его неспособным на холодность к другим. — Но разве нельзя начать заново?

Похоже, мое предположение не было ошибочным. Его выражение оставалось холодным, но он протянул руку с этими словами.

— Как… мне это сделать?

— Разберись сама. Не мне показывать тебе путь. — Сказав это, он мельком взглянул на меня.

Разве это уже не давало ей ответ?

— Верно…

Она, кажется, поняла, встала и подошла ко мне.

— Прости за содеянное… Я использовала тебя ради себя…

Я не знаю, что она будет делать дальше, но сначала ей нужно извиниться передо мной за ужасные поступки. Или хотя бы поэтому Ширакава-кун посмотрел на меня.

— Я понимаю желание избегать вещей из страха, что это случится с тобой, или необходимость подстраиваться под других, чтобы вписаться — я понимаю это чувство. Я часто была на принимающей стороне. Но я не могу тебя простить.

Если она думает, что извинение все исправит — она глубоко ошибается. Обидчики считают, что извинения решают все, но они не очищают чувства жертвы.

— Я понимаю… Я не ожидаю прощения за подобное…

Кажется, она действительно понимает.

— Хорошо. Я не знаю, что ты будешь делать, но ожидаю проявления искренности отныне.

Прощу я ее или нет — зависит от ее дальнейших действий. Так и должно быть… верно?

Когда я взглянула на него с этой мыслью, он выглядел так удивленно. Что это за лицо!.. Неужели он думал, что я буду орать на нее и откажусь простить!? Он же делает именно такое лицо, правда!?

Увидев это явно неуважительное выражение, я не могла не думать об этом, но раз он помог, я сдержалась.

И затем…

— Спасибо…

Меня неожиданно поблагодарила Риндо-сан.

Я почувствовала странный конфликт. В конце концов, меня не за что было благодарить. Она поклонилась в извинении и ушла. Хочется верить, что это не было игрой.

— Ты в порядке? — Когда мы остались одни, он наконец заговорил со мной.

Он же не специально это делает?..

— Да, я в порядке…

Я тихо кивнула, все еще немного раздраженная тем, что меня оставили одну, но не хотела волновать его сильнее. Физическое истощение усиливалось, но я держала это при себе.

Кстати… как он вообще оказался здесь?

— Эм…

— Ты простудишься, если не переоденешься. Но, конечно, нельзя ходить по коридорам в таком виде… Подожди минутку.

Я собиралась спросить, но он почему-то отошел к углу. Затем поднял лежавший на земле телефон и начал с ним возиться.

Почему там лежал телефон?..

— Алло, это Куджоин-сан? Вообще-то…

Он позвонил и начал говорить. Вероятно, объяснял ситуацию, но я не знала, с кем говорил…

— Они скоро придут, подожди немного. А пока посмотри это.

— Это?..

Через мессенджер он прислал видео, записавшее все произошедшее. Похоже, он тоже вел запись.

— Показалось подозрительным, и я видел, как эти девчонки пристают к Фрост-сан, так что решил записать на всякий случай.

С неопровержимыми доказательствами на руках, и при этом даже не намекнув на них девчонкам ранее — этот парень умеет играть. Как кэтчер, он непростой противник…

— С этим ты сможешь объяснить учителям, почему промокла, и мы добьемся наказания для них. Каким бы ни было наказание — это их вина.

Даже если их ждут суровые последствия — сочувствовать не стоит.

— Простите за ожидание… Ого, ты вся промокла…

Вскоре к нам подошла красавица с черными волосами.

Я узнала ее, она менеджер бейсбольной команды. Ее звали Куджоин-сэмпай, если не ошибаюсь. В руках у нее было несколько полотенец и куртка от спортивного костюма.

— Извини, что прервал твой обед.

— Нет, все в порядке. Я как раз поела. К тому же рада, что ты на меня положился. — Куджоин-сэмпай тепло улыбнулась, ее лицо излучало искреннюю доброту.

Я слышала о ней слухи, но вблизи было видно — она добрая. Они, наверное, очень близки…

— Спасибо. Если пойти с ней — могут возникнуть недопонимания, поэтому подумал, что Куджоин-сэмпай справится, раз тебе больше доверяют учителя.

— Да, и между девушками проще. Я поговорю с учителями и добьюсь запасной формы, так что не волнуйся.

Сказав это Ширакаве-куну, она повернулась ко мне.

— Мы впервые разговариваем, верно? Я Куджоин Надэшико, второй курс общего потока. Прости за то, что мои кохаи сделали тебе. — Она глубоко поклонилась.

— Почему ты извиняешься, сэмпай?.. — Я не поняла причины, поэтому спросила не думая.

— Ну, раз они из того же потока, как сэмпай я должна извиниться. К тому же не хочу, чтобы весь общий поток воспринимали так же, как причинивших тебе вред.

Понятно… Логично.

Люди часто судят о других по их группам. Если один человек совершил проступок — всю группу часто судят одинаково. Поэтому школа строго контролирует поведение учеников, чтобы избежать плохой репутации.

— Позволь помочь с волосами.

Она накинула полотенце на мои волосы и начала бережно сушить.

— Я сама могу…

— Ничего, ничего. Здесь все чистое, так что не волнуйся. Помогу вытереться, когда будешь переодеваться.

Она действительно казалась заботливой сэмпай. Хоть у нас нет связи, и я известна холодностью, она все равно помогает.

— Это моя запасная форма, но пока можешь надеть. — Высушив волосы, она накинула куртку на мои плечи.

— Э, но моя одежда вся мокрая…

— Ничего. Лучше сначала снять ее, но ты же беспокоишься, что тебя увидят, да?

Раз единственный мужчина здесь Ширакава-кун, и он не смотрит — в общем, я не могу ему приказать не смотреть.

Мы на улице, мог подглядывать кто угодно, и мысль быть в нижнем белье без верха была стыдной и неприятной.

— Твоя одежда просвечивает, поэтому я прикрою тебя вот так, чтобы никто не увидел.

Внимание Куджоин-сэмпай к деталям поразительно. Интересно, помог ли ей стать такой внимательной опыт менеджера.

— Ладно, я забираю ее с собой. А ты, Кэнто-кун? — Надев на меня куртку, она перевела взгляд на Ширакаву-куна.

Она называет его Кэнто-кун… по имени.

— Если пойду с вами это сведет на нет цель твоего прихода, так что я вернусь чуть позже. Видео я уже передал Фрост-сан.

— Понятно. Думаю, учителя, наверное, придут потом поговорить с тобой, так что будь готов.

— Понял, позаботься о ней.

Мы оставили Ширакаву-куна и направились к зданию. По пути…

— Фрост-сан… Хм, может, пока называть тебя Ширакава-сан? — Куджоин-сэмпай заговорила, когда мы пошли.

— Без разницы…

— Понятно, тогда буду звать Ширакава-сан. Ты близка с Кэнто-куном?

Похоже, Куджоин-сэмпай пыталась поддержать разговор, чтобы избежать неловкости. Или ей просто любопытны наши отношения…

— Нет, скорее, мы в плохих отношениях… — Я ответила честно. Соврать здесь не имело смысла.

— Ну… слухи могут преувеличивать, так что я не верила всему… но я не думаю, что вы действительно в плохих отношениях.

Хоть я не знала, о каких слухах говорит Куджоин-сэмпай, похоже, она не совсем поверила мне.

— Почему ты так думаешь?..

— Просто женская интуиция, наверное. Я поняла, просто наблюдая за вами. — Она на мгновение заколебалась. — К тому же я никогда раньше не слышала, чтобы он злился.

Это правда, Ширакава-кун не повышал голос. С приходом Куджоин-сэмпай он казался особенно спокойным. Но ей, вероятно, что-то показалось необычным.

— Видишь ли, он очень не любит конфликты. Он в положении, где должен сплачивать команду, так что просто ненавидит, когда отношения портятся. Лучше отмахнуться улыбкой или говорить осторожно, чтобы не усугубить… Ему не нравится оставлять дела нерешенными. Разозлиться так… я думаю, это значит, что ты действительно важна для него.

Я невольно ахнула от ее слов.

Хотя мы часто спорили, и я огрызалась, это, вероятно, потому что я сама его провоцировала. Главное — он на самом деле сказал, что я важный для него человек. Если кто-то, кто наблюдал, говорит то же самое — это правда.

Что делать? Сердце начинает биться чаще…

— Честно, я волновалась, но похоже, ты больше не недолюбливаешь Кэнто-куна, и это облегчение.

— Недолюбливаю?.. Ну, он же помог мне, так что… — Я сказала это, но вдруг осознала, что еще не поблагодарила его… — Э-эм, можно я вернусь на минутку?!

— А? Ты что-то забыла?

— Я… я не поблагодарила его…

— Ах… — Услышав мои слова, Куджоин-сэмпай удивилась и затем быстро расплылась в доброй улыбке. — Да, это обязательно нужно сказать ему. Ничего, давай вернемся.

Я встречала многих людей, но никогда не была рядом с кем-то, с кем мне так комфортно проводить время. Я слышала, что она самая популярная в школе, но, вероятно, не только из-за милой внешности. Я понимаю, почему так многих к ней тянет. Может, даже его…

— А? Его здесь нет…

Когда мы вернулись за здание, его не было. Куда он мог пойти?..

— Он здесь.

Куджоин-сэмпай, казалось, знала что-то, улыбнулась и указала вглубь, за угол.

Теперь, подумав, он вышел оттуда ранее…

Я пошла к углу.

— (Свист! Свист!)

Что это за свистящий звук?..

Внезапно я услышала звук, похожий на свист ветра, и растерялась. Приближаясь к углу, звук усиливался. Заглянув за угол, я увидела…

— Ха!..

Там был Ширакава-кун в школьной форме, размахивающий битой.

— Он всегда тренирует удар здесь на большой перемене. Обычно сначала ест в столовой, но раз у него бэнто сегодня — похоже, пришел сюда сразу после урока.

Куджоин-сэмпай, объясняя, указала на бэнто, что я дала ему, стоявшее в углу.

Он еще не ел?..

— Почему он тайно тренирует удар?..

— Ну, он на самом деле прячется. Не хочет, чтобы кто-то видел его старания.

— Почему?..

Я посмотрела на Куджоин-сэмпай, не понимая.

— Похоже, в прошлом что-то случилось. Он делает это не ради похвалы, а для собственного роста, поэтому избегает ненужных конфликтов.

Были ли у него проблемы с командой из-за стараний? Мне сложно представить.

— Но разве не было бы лучше не приводить меня?..

Зная, что он пытается скрыться, она меня не остановила. Более того, сказала, где он.

— Кэнто-кун, наверное, рассердится на меня за то, что привела тебя сюда. Но я думаю, кто-то должен знать о его усердии. Его часто не понимают из-за внешности и поведения. Люди думают, что он добивается результатов лишь талантом, без усилий. Ну, отчасти потому что он так себя ведет.

У меня сжалось сердце.

Хотя я знала, что она не это имела в виду, казалось, она говорила обо мне. Я одна из тех, кто судил его по внешности.

— Ты часто видишь его таким, сэмпай? — Спросила я, почувствовав это по ее тону.

— Аха-ха… меня могут неправильно понять, если скажу, но я подглядываю на большой перемене, если не занята. Он же вроде как крутой, да?

О каком недопонимании она?..

Мне было любопытно, но спрашивать стало страшновато.

— Ты не собираешься ему ничего сказать?

— Подожди минутку, пожалуйста…

Я наблюдала, как он размахивает битой.

Его стойка была широкая, с высоко поднятой задней рукой, бита наклонена к питчеру, словно готовясь к броску. Ноги твердо стояли на земле, при вращении бедер передняя нога резко выпрямлялась, а задняя на мгновение отрывалась от земли при ударе.

Но его голова едва двигалась во время замаха. Я заметила это, когда пересматривала запись. Этот техника удара… прямо как у моего отца.

— Извини… но если останешься здесь в мокрой одежде — простудишься.

— Э…

— Эй, Кэнто-кун, можно тебя на минутку? — Пока я была в замешательстве, Куджоин-сэмпай окликнула Ширакаву-куна.

— Серьезно?..

Он, должно быть, был глубоко сосредоточен, так как заметил нас лишь после оклика. Он быстро отвел взгляд, явно смущенный.

Как и говорила Куджоин-сэмпай, он, вероятно, не хотел, чтобы кто-то видел его тренировку.

— Ты что-то забыла?

— Если говорить о забытом, пожалуй, что-то вроде того. Ширакава-сан.

Меня легонько подтолкнули в спину. Я подошла к Ширакаве-куну и посмотрела ему в глаза.

— Эм… я забыла поблагодарить… Спасибо за помощь…

— Э, и все? Не стоило ради этого приходить.

Ширакава-кун почесал щеку пальцем, лицо слегка покраснело, взгляд отвел. Он смущался.

— Важно выражать благодарность. Ладно, Ширакава-сан, пойдем в учительскую?

Похоже, она была готова идти, раз дело сделано. Вероятно, хотела уйти быстрее, раз я в мокрой одежде могла простудиться.

— Ах, эм… — Я заколебалась, все еще желая что-то сказать.

— Что-то еще беспокоит? — Заметив мое колебание, Ширакава-кун, кажется, что-то осознал и спросил первым.

— Ты еще не ел обед?..

— Ах… извини, собирался позже. Можешь подождать с оценкой?

Похоже, он подумал, что я беспокоюсь о его мнении об обеде.

— Не в этом… Я тоже еще не ела… После встречи с учителем и переодевания… можно будет вернуться сюда?

Изначально я планировала прийти к нему на обед. Просто хотела хоть немного загладить прошлое.

— … — И Ширакава-кун, и Куджоин-сэмпай замерли, застигнутые врасплох.

Должно быть, это было так неожиданно.

— Ах, ну, это не то чтобы что-то скрытое!.. Я просто давно не готовила, и мне любопытно твое мнение!..

Смущенная неловкой атмосферой, я поспешно оправдалась. Я не это имела в виду, но слова вырвались сами.

— Понятно… Но хватит ли времени?..

Ширакава-кун, казалось, понял, взглянув на телефон с озабоченным видом.

Поскольку обеденный перерыв уже был в разгаре, а мне нужно было поговорить с учителем и переодеться — времени на еду могло не хватить.

— Если времени мало, я могу связаться с ним за тебя. Как насчет этого? — Куджоин-сэмпай, слушавшая разговор, любезно предложила.

Я думала, что это моя ответственность, но поняла: она, вероятно, думала, что меня могут надолго задержать учителя. Если так, то у меня не будет времени связаться, и куда быстрее, если она сделает это за меня.

— Ты права… Извини, не могла бы ты?

В ответ Куджоин-сэмпай слабо улыбнулась с оттенком грусти.

— Да. Я бы тоже с радостью присоединилась… но, увы, уже поела, так что не смогу поесть с вами.

Похоже, она все же хотела поесть вместе.

— … — Я уставилась на Куджоин-сэмпай, погруженная в размышления.

— Давай, Ширакава-сан. Надо спешить, а то времени не хватит! — Схватив мою руку, она потащила меня. — Ладно, Кэнто-кун, я свяжусь позже.

— Да, извини за беспокойство.

— Ничего. Все ради моей милой кохай. — С этими словами она улыбнулась и повела меня.

После этого я все объяснила учителям, и с поддержкой Куджоин-сэмпай они сразу поверили. Благодаря ее искусному объяснению, детали решили обсудить после уроков, и я смогла взять запасную форму.

Не раз поблагодарив ее, я переоделась и нашла Ширакаву-куна, и мы вместе пообедали.

Кстати, в итоге, основываясь на видео, действия девушек сочли злонамеренными: лидершу исключили, а остальные трое получили месячное отстранение. Лидершу исключили, так как сочли ее действия слишком опасными.

Это их вина, так что, думаю, к лучшему. А насчет Ширакавы-куна…

— Нет гарантии, что подобное сегодняшнему не повторится, так что если что не стесняйся звонить. В конце концов, я технически твой брат… ладно? Надеюсь, такое больше не повторится, и ты сможешь лучше ладить с окружающими.

За обедом он с озабоченной улыбкой мягко предупредил меня.

◇

/От лица Кэнто/

— Куджоин-сан. — После окончания клубных занятий я окликнул Куджоин-сан, мывшую кувшин для воды. Из-за этого не только она, но и остальные менеджеры разом уставились на меня, что вызвало легкое смущение.

— О, Кэнто-кун, хорошая работа. Что случилось?

— Спасибо за сегодняшний обед. Эм… когда вы остались с ней наедине, она не вела себя грубо?

Я думал, все в порядке, но хотел убедиться. С ее обычной манерой она могла невзначай ляпнуть что-то обидное даже тем, кто помог ей из добрых побуждений.

— Хе-хе, не знаю, о чем ты беспокоишься, но она была очень милой девушкой. Слухи всего лишь слухи.

Она четко поняла мои опасения.

Успокоенный отсутствием проблем, я тихо вздохнул с облегчением. Однако…

— Погоди, это же… о Фрост-сан!? — Остальные менеджеры смотрели на меня с крайним удивлением. Хоть я и не называл имени, они догадались.

— Разве не так? — Куджоин-сан наклонила голову с недоуменным видом.

— Милая девушка?.. Я с ней разговаривала, а она лишь холодно ответила…

— Да, с ней вообще не хотелось разговаривать! Было очень страшно…

— Точно, прямо ледяная королева…

Похоже, не только Сёта, но и другие пытались заговорить и потерпели фиаско. Все здесь такие общительные…

— Неужели? Ну, в моем случае, думаю, обстоятельства сыграли роль. — Куджоин-сан почему-то мельком глянула на меня. — Может, какой-то принц на белом коне сумел растопить ее ледяное сердце. — Затем, с многозначительным замечанием, она улыбнулась мне.

— Погоди, что ты вообще говоришь!?

Ее слова были шокирующими, и мое лицо моментально запылало. Это полное недопонимание из-за обмена обедами в полдень!..

— Аа~~.

Остальные менеджеры почему-то согласно закивали, уставившись на меня. Девчонки из общего потока, но, видимо, слухи о "милостях" между мной и Фрост-сан с преувеличениями расползлись.

— Куджоин-сан, пожалуйста, не говори вещей, которые могут вызвать странные недопонимания!..

— Разве это недопонимание? — Она пристально смотрела мне в лицо невинными глазами.

— Угх… у меня дела после этого, так что я просто переоденусь и пойду домой!..

Я чувствовал, что не смогу победить в споре с ней, как и с Фрост-сан, но по-другому. Как бы я ни оправдывался, но всегда проигрываю, даже не заметив.

— Сбежал.

— Точно сбежал.

— Редкость.

Менеджеры позади говорили что хотели, но я решил проигнорировать. К завтрашнему дню они, наверное, забудут… Наверное.

— Хаа… возможно, неосознанно, но попала в точку, да?..

— Сэмпай?..

— Мм, ничего. Давайте побыстрее закончим уборку и пойдем домой.

— Ладно~!

Услышав бодрые голоса сзади, я обернулся и увидел менеджеров, резво продолживших уборку. Разговор, казалось, закончен.

Надеюсь, они не поймут неправильно…

С этой мыслью я зашел в раздевалку и быстро переоделся. Спустя время я пошел забрать Фрост-сан с курсов.

◇

— О, вот и она.

Уже привлекший внимание ранее, я решил не беспокоиться о взглядах и ждал. Вскоре заметил Фрост-сан, но что-то было не так. Она что, пошатывается?.. Ее шаги казались неуверенными.

Теперь, подумал: необычно, что она проспала сегодня утром… Все ли в порядке?

— Фрост-сан, ты в порядке? — Я быстро окликнул ее.

— А, Ширакава-кун… Ты пришел за мной. Спасибо… — Заметив меня, Фрост-сан ярко улыбнулась.

У нее точно температура. Она сегодня странно себя вела. Обычно она бы не улыбалась мне так просто из-за того, что я пришел… правда?

— Ты плохо выглядишь. Может, у тебя температура?

Первым делом вспомнился инцидент с водой за обедом. Даже летом, если она уже плохо себя чувствовала, а потом ещё и промокла, то неудивительно, что состояние ухудшилось.

— Я в порядке… Просто сегодняшние уроки были трудными, и я слишком напрягла мозг…

Нет… она выглядела не в духе. Но даже если бы я давил, вряд ли бы она была честна. Скорее, рассердилась бы и настояла на том, чтобы идти домой одной. В ее состоянии я бы попал в беду, если бы она так поступила, поэтому решил просто пока присматривать.

— Что насчет ужина? Хочешь поесть по дороге домой?

Если ей так плохо, готовить, наверное, невозможно. Поэтому я спросил, но…

— Извини, можно сегодня взять просто бэнто из круглосуточки?..

Похоже, даже поход куда-то казался ей слишком тяжелым. Как я и думал, состояние было серьезным. Нужно быстрее вернуться домой, чтобы она отдохнула.

— Понял. Купим бэнто и отправим тебя отдыхать.

— Да, спасибо…

Мы купили бэнто в магазине на станции, сели на поезд и вернулись.

Переодевшись в домашнюю одежду, мы начали есть, но палочки Фрост-сан почти не двигались.

— Ты действительно в порядке?..

— Извини, у меня нет аппетита. Я поем позже… — Сказав это, она закрыла крышку бэнто.

— Если плохо себя чувствуешь, пойдем к врачу.

Я подумал, что лучше провериться, пока состояние не ухудшилось.

Ночной стационар должен принять.

— Я в порядке… Просто устала от всего. Я пойду отдыхать. — С этими словами Фрост-сан вышла из гостиной.

Она выглядела довольно плохо… но раз сказала, что отдохнет — возможно, всё обойдется.

Пока я решил приготовить ванну и постирать форму.

Постирал форму и подготовил ванну.

— Фрост-сан, ванна готова. Ты примешь? — Я позвал ее.

Она всегда принимает ванну первой, и разогрев тела мог помочь. Но ответа не последовало.

Уже уснула?

— Если не будешь мыться, вынеси хотя бы мокрую форму для стирки…

Ответа снова не было.

— Ничего…

Если спит, то не нужно будить. С этой мыслью я уже собирался уйти…

— Она точно просто спит?..

Меня охватило дурное предчувствие. Если просто спит — ладно. Отчитает потом. Но если не спит, а упала в обморок — подумав так, я нерешительно открыл дверь в ее комнату, и там она была Фрост-сан, распростертая на столе.

— Хах… хах…

— Эй, ты в порядке!?.. — Ее дыхание явно сбилось, и я быстро приложил руку ко лбу. — Горит!.. У тебя точно температура!..

Температура Фрост-сан была далека от нормы. Легко могло быть около 40°C.

— Я… в порядке… это просто… простуда…

Ее сознание, казалось, помутнело.

В правой руке механический карандаш, на столе учебник и частично заполненная тетрадь.

Даже в таком состоянии… Она сказала, что отдохнет, но все еще училась…

— Дура, зачем ты учишься!? Просто отдохни! — Я так разозлился, что не смог сдержать крик.

— Потому… что…

— Без оправданий! Жди здесь, я сейчас вызову скорую!

Если бы это была просто температура, я бы подумал о такси, но с едва сознательной нужна была немедленная помощь.

Я вызвал скорую и ждал.

После сопровождения в больницу.

— Это просто простуда. Она уже была измотана накопленной усталостью, а мокрая одежда ухудшила состояние.

— Это не была серьезная инфекция.

Я вздохнул с облегчением.

Меня спросили, что могло ухудшить состояние, и я упомянул мокрую одежду.

— Ей просто нужно отдохнуть, да?

— Да, дайте ей прописанное лекарство и обеспечьте покой. Температура должна спасть к утру.

Слава богу…

Она действительно заставила меня поволноваться… Я нежно погладил по голове спящую Фрост-сан. Я не вынесу потери близкого человека снова. Я был рад, что это просто простуда, которая пройдет с отдыхом.

Затем я поблагодарил врача, оплатил счет и забрал лекарства. Потом посадил ее на спину, взял такси и привез домой.

— Отдыхай как следует, ладно?

Я уложил Фрост-сан в кровать, подложил охлаждающую подушку и снова нежно погладил по волосам.

— Мм…

Только я погладил, и глаза Фрост-сан медленно открылись.

Ах… я облажался…

Похоже, мое поглаживание разбудило ее.

— Ширакава… кун…

— Прости, разбудил тебя…

Ее разум, должно быть, все еще в тумане.

Мне правда было жаль, что разбудил…

Сразу после этого она схватила мою руку, которую я убрал.

— Ч-Что?!..

П-Погоди, она злится, что я случайно разбудил, или потому что трогал без разрешения?..

Я так подумал, но…

— Я… хочу, чтобы ты продолжал…

Меня не отругали, но почему-то она схватила мою руку.

— Фрост-сан?..

— София…

— А?..

— Я больше не Фрост… Так что, пожалуйста, зови меня Софией… — Необычно сладким, мурлыкающим голосом она попросила, почти умоляя.

Что с ней случилось? Из-за температуры стала ласковой?..

— Ты не против?

Я был уверен, что ей не понравится, если я назову ее София, поэтому всегда звал Фрост-сан. Вот почему сейчас, когда она просит называть её Софией, я немного растерян.

— Мм… хочу, чтобы ты звал меня Софией…

Похоже, вопреки моим ожиданиям, она на самом деле хотела, чтобы ее так звали.

Теперь, подумав, это имело смысл. Если ее фамилия изменилась, наверное, странно называть по старой…

Она не говорила раньше, скорее всего, из-за характера.

— Что ж…

Редко называл девушку по имени, так что нервничал. Горло как-то незаметно пересохло.

— София?.. — Мне удалось выдавить имя.

— Ах… э-хе-хе…

Она определенно все еще была не в себе от температуры. Она мило улыбнулась, почти как маленький ребенок.

— Так нормально?

— Мм… — Она счастливо кивнула и, удовлетворенная, закрыла глаза, однако она все еще крепко держала мою руку, не отпуская.

— Наверное, ничего не поделаешь?..

Если бы это была обычная Фрост… нет, София, она бы, наверное, шумела. Но сейчас она сама схватила мою руку, так что я не мог просто уйти. Я не хотел будить ее, пытаясь вытащить руку, поэтому решил подождать, пока хватка ослабнет.

Главное — сейчас всё еще есть температура, хоть врач и сказал, что спадет к утру, .

Казалось, просто простуда, но, возможно, лучше позаботиться о ней на всякий случай.

— Хр-хр… Хр-хр…

Благодаря лекарству ее дыхание выровнялось, и послышалось ровное похрапывание.

Она и правда может поправиться к завтрашнему дню.

— Но все же…

Я не мог не смотреть на ее спящее лицо.

Когда она бодрствовала, казалась холодной и даже пугающей, но сейчас выглядела как обычная девушка ее возраста.

Она была такой милой, что люди сравнивали бы ее с айдолами. Видя ее спящей, я понимал, почему все хотели бы о ней заботиться. Она была действительно мила. Более того, ее детская улыбка не выходит у меня из головы.

— Ее комната удивительно девчачья… Думал, будет более пустой.

Заняться было нечем, так что я рассеянно осмотрел комнату. Ей, наверное, нравится розовый. Шторы, коврики, кровать и мебель — все в бело-розовых тонах. Также было много плюшевых игрушек — кошки, собаки, кролики — создавая девчачью атмосферу.

Я подумал, что если бы подарил ей плюшевую игрушку на день рождения, то она, наверное, была бы очень рада.

— О чем я вообще думаю?

Нет шансов, что она примет подарок от меня. Скорее всего, закончится тем, что она сочтет меня жутким. Но… глядя на нее сегодня, я не мог не надеяться, что, возможно, когда-нибудь…

— Ну, вероятно, она так себя ведет из-за температуры.

Будет довольно грустно, если она отвергнет подарок.

Может даже до конца разочароваться в людях.

— Она так любит мной помыкать…

Может, отчасти потому, что у меня никогда не было близких подруг, но даже так нет девушки, которая бы так мной помыкала.

С тех пор, как мы начали жить вместе, моя жизнь перевернулась, будто я в другом мире. Она и дальше, наверное, продолжит мной помыкать.

— Но, знаешь… возможно, такая жизнь не так уж и плоха.

В последнее время я начал чувствовать… что мне это даже нравится.

Сначала, когда мы начали жить вместе, я чувствовал только ужас, но сейчас быть с ней меня не беспокоит. Постепенно мы становимся ближе.

— Надеюсь, тебе скоро станет лучше. — Я сказал это, глядя на ее спящее лицо.

Я ждал, пока ее хватка ослабнет, и, когда её рука больше не держала мою, тихо вышел, чтобы заняться своими делами.

Я принял теплую ванну, постирал ее мокрую форму и свою одежду, развесил сушиться. Затем загрузил белье в стиральную машину.

Закончив, я вернулся к ней, снова взял ее руку и остался рядом.

Конечно, когда она проснулась утром, я отпустил ее руку.

◇

/От лица Софии/

— М-м?..

Я медленно проснулась из-за нежного щебетание маленьких птичек.

Не помню, как заснула прошлой ночью… Когда же я…

— Проснулась?

— Э?..

Мои мысли застыли на мгновение, когда передо мной возникло его лицо.

Почему… почему он здесь? Почему Ширакава-кун в моей комнате?..

— Ч-что ты делаешь!? Почему ты в моей комнате!?

— Успокойся, а то температура снова поднимется.

— Это невозможно!.. Ты в моей комнате, наверняка сделал что-то странное!.. — Я замолчала на полуслове, осознав кое-что.

Пожив с ним какое-то время, я поняла одну вещь — он не из тех, кто станет делать что-то безрассудное. Он бы никогда не воспользовался моим положением, пока я в постели. Значит, должна быть другая причина его присутствия… и тут я вспомнила его слова: "а то температура снова поднимется".

Уф… Голова начинает болеть…

— Эй, ты держишься за голову. Болит? — Он спросил мягко, явно обеспокоенный моими действиями.

— Не то чтобы… Болит, но не так…

— ?.. — Он наклонил голову в недоумении, не понимая, что я имею в виду.

Но объяснять мне не хотелось.

Голова действительно болит… Как я могу жаловаться ему, тому, кто за мной ухаживал?

— Ты точно в порядке?

— Да, всё нормально…

Болит только сердце, тело же полностью восстановилось. И этим я обязана ему, заботившемуся обо мне.

— Рад это слышать.

Он, должно быть, действительно волновался.

Он улыбнулся мне искренней, доброй улыбкой.

— !.. — От этой улыбки я спрятала лицо в одеяло.

— Эй, ты точно в порядке…?

— Я же сказала, всё нормально….

Просто сейчас я не могу показывать лицо…

— Но уши у тебя красные. Температура вернулась?..

Я приподняла одеяло, чтобы закрыть лицо, но, похоже, спряталась не полностью.

— Дурак…

То, что я покраснела, вызвано не простудой, а чем-то совсем другим. Он обычно такой проницательный, но в таких вещах… такой бестолковый…

— Ладно… только не переусердствуй. Если устала, можешь ещё поспать.

Казалось, он не так понял, почему я спряталась под одеяло. Но сейчас мне было удобнее, чтобы он так думал. Раз он, похоже, не собирался уходить из комнаты, то, вероятно, намерен продолжать ухаживать за мной.

— Ты же не спал?.. Тебе бы поспать в своей комнате…

— Позже высплюсь как следует.

— Понятно…

Он такой упрямый, что сколько бы я его ни уговаривала, он не успокоится, пока не удостоверится, что я в порядке. Поэтому я решила воспользоваться его словами и позволила себе снова заснуть. Конечно, я повернулась к нему спиной и закрыла глаза, чтобы он не видел мое спящее лицо.

А когда я наконец проснулась, был уже полдень.

◇

— Ах, ты снова приготовил кашу…

Когда Ширакава-кун принёс свежесваренную кашу, я невольно улыбнулась.

Но не хотела, чтобы он видел меня в таком растрёпанном виде, поэтому быстро опустила взгляд.

— Температуры нет, но простуда ещё не прошла. Может, не очень вкусно, но, пожалуйста, поешь.

— Не нужно так скромничать…

Я уже знала, что она достаточно вкусная.

— Есть силы есть?

— А если скажу, что нет, ты будешь меня кормить…? — София.

Я взглянула на него, надеясь на ответ.

Он нервно отвел взгляд, смущённо почесав щёку.

— Ну… если сил нет, можно и обжечься, пытаясь есть. София, если не против, я покормлю тебя.

Его лицо слегка порозовело, и было ясно, что ему неловко.

Даже для такой, как я, он всё же признаёт меня девушкой. Странно, но сейчас это меня обрадовало. Раньше я бы ненавидела такое обращение.

— Что ж… не хочется обжигаться, так что… погоди минуту. — Я вдруг замолчала, почувствовав неладное.

— Что-то не так?.. — Он спросил, но не смотрел мне в глаза. Казалось, он догадывался, что я скажу.

— Как ты меня сейчас назвал?

— С-София…

Ширакава-кун отвернулся и, явно смутившись, произнёс моё имя. Значит, я не ослышалась!

— Почему ты вдруг начал называть меня по имени!?..

— Нет, просто ты сама сказала мне так тебя называть!..

— Я!? Не может быть, чтобы я!.. — Я собиралась возражать, но в голову пришло неприятное воспоминание.

Нет… погоди. Не хотелось об этом думать. Смутно, но я отчётливо помнила, что говорила что-то подобное во сне, ведя себя мило и прилипчиво по отношению к нему. Только вот это был не просто сон!..

— ~~~~!!

Сгорая от стыда, я зарылась в одеяло с головой.

Больше не могу! Почему я должна переживать такие унижения!?.. Что я вообще натворила!?..

— Э-эм, ты в порядке?.. — Как и перед сном, Ширакава-кун заговорил обеспокоенным тоном.

『Хоть сквозь землю провались…』

Нет, скорее, я хочу исчезнуть… Этого позора хватит на всю жизнь…

— Ну… если тебе не нравится, я могу снова называть тебя Фрост-сан?..

Видя, как я корчусь от стыда, он, наверное, не так понял и решил, что мне не нравится. Ширакава-кун сделал такое предложение.

— Нормально… Мне всё равно…

— Нет, но…

— Я сказала, нормально!

Если позволю ему снова называть меня Фрост, это будет выглядеть так, будто я на самом деле заостряю на этом внимание!.. Хотя я и переживаю весь этот стыд, нужно сделать так, чтобы он не думал, будто мне всё равно!.. Всё верно, мне просто нужно сохранять спокойствие, спокойствие…

— Что ж, если Софию это устраивает, то, наверное, и правда можно…

Когда он назвал меня по имени, меня накрыло странное, но приятное чувство. Что-то вроде смеси стыда и радости… такое ощущение.

— Ты не будешь есть кашу? Она остынет…

Как сказал Ширакава-кун, если я не поем сейчас, каша остынет. Он приготовил её для меня, и было бы невежливо не съесть её.

— Д-да, ты прав… Я, то есть, я могу случайно обжечься, так что… эм… — Я сказала это, высунув лицо из-под одеяла, пытаясь вернуть разговор к нашей предыдущей теме.

Никогда раньше ни на кого не полагаясь, я не знала, как вести себя, когда нужно зависеть от кого-то. Особенно после того, как я так плохо с ним обращалась, я не могла вдруг стать честной и прилипчивой… поэтому в итоге придумала отговорку.

— Понял… — Он сказал это напряжённым голосом и неловко взял кашу у меня из рук. Затем, подув на неё, он зачерпнул ложкой и протянул мне.

— Вот, а~м.

— А~м…

Когда дело дошло до кормления, внутри поднялся стыд, но я покорно открыла рот. Когда ложка оказалась у меня во рту, я губами стянула с неё только кашу. Когда ложку убрали, я медленно начала жевать.

— Фкусно…

— Рад, что тебе нравится

Когда я честно поделилась мыслями, он счастливо улыбнулся. Одного этого было достаточно, чтобы моё сердце забилось чаще.

— Не торопись, хорошо? — Он сказал это и снова протянул ложку с кашей.

Не желая, чтобы этот момент заканчивался, я приняла его предложение и продолжила медленно есть кашу. И когда этот тёплый и успокаивающий момент подошёл к концу…

— Спасибо за еду. — Закончив с кашей, я сложила руки и поклонилась.

Было действительно вкусно. Мамина еда тоже очень хороша, но у этой каши другой вкус. Это было, как бы сказать, то, что согревало душу… Хотя сказать ему такое я никогда бы не смогла.

— Пустяки. Раз только что поела, не переусердствуй, ладно?

— Да, знаю.

— Пойду помою посуду, так что если что понадобится, просто позови. — Сказав это, он встал со стула.

Он такой внимательный…

— Прости, не только заставила тебя пропустить кружок и ухаживать за мной…

Я собиралась продолжить, но вдруг почувствовала неладное. Он обычно ходил на тренировки в это время. Сегодня не должно было быть исключением. Но сегодня…

— Погоди, разве сегодня не игра!?

Сегодня же суббота!? Неужели это не пятница, и не произошла какая-то путаница!?..

— Ты знала?..

Он обернулся ко мне с виноватой улыбкой, уже направляясь к выходу. Это выражение лица и эти слова заставили мою кровь отхлынуть.

— Скорее иди!.. Ты же ещё успеешь, правда?!..

Игра в нашей школе была последней сегодня. Если он уйдёт сейчас, то успеет до начала матча.

— Не паникуй. Я уже предупредил тренера, что беру выходной.

— Нет, это нехорошо! Ты же основной игрок!? Если основного кэтчера нет, команда потеряет баланс!.. И потом, за пропуск игры ведь полагается наказание!..

Кэтчер — краеугольный камень команды. Если такой игрок отсутствует в день матча, товарищам по команде неизбежно будет не по себе. А того, кто пропустил игру, могут и вовсе перевести в запасные.

— Наша команда не настолько хрупкая. К счастью, это всего лишь отборочный районный турнир, и так как это матч лиги, даже без меня мы не проиграем сегодняшнему сопернику. Более того, меня трудно заменить…

— Но всё равно, позиция, которую ты с таким трудом завоевал!..

— Даже если меня понизят из основного состава за прогул, я просто снова завоюю это место. Главное, если ты так будешь волноваться, температура снова поднимется. Успокойся.

Он говорил об игре так, будто это было чужое дело, без всякого беспокойства. Хотя я и не играла в бейсбол, я могла представить, как тяжело закрепиться в основном составе сильной команды. И всё же, из-за кого-то вроде меня…

— Пожалуйста… иди на игру… пожалуйста… — Я встала с кровати и, почти отчаянно, схватила его за одежду.

— София…

— Я не могу больше так тебя обременять… — Мне удалось выдавить слова, пытаясь донести до него свои чувства.

— Ты больна, ничего не поделаешь. Это из-за тех ребят из общего курса твоё здоровье ухудшилось, да и родители не здесь… Мой тренер понимает, так что не волнуйся.

Возможно, потому что я так крепко держалась за него, он нежно погладил меня по голове, пытаясь успокоить. Это немного улучшило моё настроение, но я не могла продолжать так на него полагаться.

— Я уже в порядке… И если это продолжится, я стану той самой женщиной, о которой говорил Куроганэ-кун — той, что только мешает…

Я знала, что он добрый и не стал бы возражать против пропуска игры из-за меня. Он бы, наверное, хорошо всё объяснил окружающим. Но факт, что я его задерживаю, от этого не изменится. Я столько ужасного ему сделала, а теперь мешаю в такой важный момент… Я этого не вынесу.

— Понятно… Прости. — Он снова нежно погладил меня по голове. Похоже, мои чувства до него дошли.

— Не извиняйся… Ширакава-кун, ты не сделал ничего плохого…

Он просто был добр ко мне. Он жертвовал собой ради меня. Так что ему не за что было извиняться.

— Я навязывал тебе свои собственные чувства, поэтому счёл нужным за это извиниться.

— Да что ты… слишком серьёзен…

Он, должно быть, имел в виду, что пытался ухаживать за мной ценой пропуска игры, но никто не стал бы его за это осуждать. Я тоже была счастлива его чувствам и тому, что он для меня делал. Просто я не хотела быть той, кто его обременяет.

— Прости… ты, наверное, не успел как следует отдохнуть перед игрой…

Теперь, когда Ширакава-кун решил идти на игру, я извинилась за то, что ещё беспокоило меня. В норме он должен был хорошо отдохнуть перед игрой, но из-за меня засиделся допоздна, ухаживая за мной. Если он сыграет плохо из-за недосыпа, это будет целиком моя вина. Я не могла бы жаловаться, если бы меня в этом обвинили.

— Если… если что-то случится… если что-то пойдёт не так… можешь без колебаний винить меня… Я имею в виду, это действительно моя вина…

Боясь, что если скажу слишком прямо, то это может сбыться… Я тщательно подбирала слова, чтобы выразить свои чувства.

— Это мой собственный выбор. Ты меня не заставляла, так что винить тебя не в чем.

Ширакава-кун снова улыбнулся той своей доброй улыбкой. Он такой добрый человек…

— Но если ты так уж переживаешь, тогда я просто обязан выиграть сегодняшний матч.

— Ширакава-кун…

— Обещаю, я обязательно выиграю. — Он сказал это с улыбкой и тут же вышел из комнаты.

Он, должно быть, торопился успеть к месту игры до начала матча. Честно говоря, я сама хотела пойти посмотреть… но так эгоистично поступать я не могла. Поэтому сегодня я решила остаться дома и ждать его возвращения.

— Тело такое горячее…

◇

После того, как он ушёл из дома, я легла на кровать и начала размышлять.

Я кое-что осознала: Ширакава-кун, без сомнения, хороший человек. И не в том смысле, что это какой-то спектакль или попытка завоевать моё расположение. Он был искренне добрым и хорошим человеком. Даже после того, как я была с ним так холодна, он всегда помогал, если что-то случалось. И если я ошибалась, вместо того чтобы ругать, он меня прикрывал.

Обычно, если кто-то, кто был с тобой груб, ошибётся, ты имеешь полное право отругать… но он никогда этого не делал.

Тот, кого я когда-то считала легкомысленным — куда он делся? Хотя внешне он остался тем же, он казался теперь совершенно другим человеком.

Больше всего я поняла вот что: он серьёзен не только в бейсболе, но и прилагает усилия за кулисами. Такого человека… его невозможно невзлюбить… Наоборот, когда я думаю обо всём, что он для меня сделал…

— Нет, я не могу… Не могу больше так думать… Это же слишком эгоистично, правда?

Когда я вспоминаю всё, что сделала ему, я не могу представить, что может быть дальше.