<От лица Софии>

— Я, конечно, заявила, что беру всё на себя, но... что же мне теперь делать?.. (София)

На перемене я сидела озадаченная, не находя себе места.

Разумеется, все мои мысли вращались вокруг того, как доказать невиновность Кенто-куна.

Лучшим способом было бы раздобыть оригинал того злополучного видео... но, будем реалистичны, это практически невозможно.

Для начала, я даже понятия не имела, кто именно стоял за всей этой подставой.

— Э-эм, Сиракава-сан... У тебя не найдётся минутки? (Одноклассница)

Пока я витала в невесёлых раздумьях, ко мне робко приблизилась одноклассница.

Несмотря на то, что мы проучились в одном классе уже полгода, в моём присутствии она до сих пор чувствовала себя не в своей тарелке.

— В чём дело? — ровно отозвалась я. (София)

Я изо всех сил постаралась, чтобы голос не прозвучал слишком пугающе.

Увенчалось ли это успехом... уверенности не было.

— Тебя там кто-то зовёт... (Одноклассница)

Она коротко покосилась в сторону двери.

Я сразу узнала её по характерным светло-фиолетовым волосам.

Это была Риндо Арису-сан — та самая особа, что по уши втюрилась в Кенто-куна.

Если мне не изменяет память, её отстранили от занятий... но раз уж она явилась в школу, значит, наказание уже сняли.

— Спасибо, — бросила я. (София)

Я поднялась со своего места и направилась к ней.

Понятия не имею, что у неё было на уме, но, судя по её мандражу, ей потребовалась изрядная смелость, чтобы просто ко мне подойти.

В конце концов, осознав, что я иду прямо к ней, она шумно сглотнула и резко втянула воздух.

Насколько я успела заметить, остальных двух девиц — помимо исключённой лидерши гяру — рядом не наблюдалось.

— Тебе что-то нужно? — ледяным тоном поинтересовалась я. (София)

Поскольку я её так и не простила, слова прозвучали куда холоднее, чем в недавнем разговоре с одноклассницей.

Она неловко отвела взгляд и заговорила:

— Я... хотела поговорить о Кенто-куне... (Арису)

Услышав эти слова, я на секунду замерла.

Ничего удивительного, что она была в курсе его ситуации.

Поскольку мерзкое видео разлетелось повсюду, обо всём произошедшем гудела уже вся школа.

Да и слухи о том, что Кенто-кун перестал ходить на занятия, наверняка успели расползтись.

Возможно, прежде чем прийти ко мне, она сперва наведалась в его класс.

— Не думаю, что ты явилась сюда, чтобы позлорадствовать, но мне совершенно нечего тебе сказать. (София)

Учитывая, что она была фанаткой Кенто-куна, вероятность насмешек с её стороны стремилась к нулю.

С другой стороны, ситуация явно не располагала к тому, чтобы встречать её с распростертыми объятиями.

Однако...

— Я знаю девушку из того видео... — едва слышно прошептала Риндо-сан то, что я всем сердцем жаждала узнать. (Арису)

— ...Правда? (София)

— Да, у неё очень специфический голос и внешность... Я абсолютно уверена. (Арису)

У девчонки на видео был на редкость высокий и звонкий голосок — из тех, что обычно называют «анимешными», — возможно, в силу юного возраста.

Её лицо размыли мозаикой, но в глаза бросались яркие розовые волосы, что, видимо, и послужило зацепкой для памяти Риндо-сан.

Конечно, всегда оставалась крошечная вероятность, что это просто кто-то до жути похожий, но мне необходимо было убедиться наверняка.

— Сейчас у меня совсем нет времени. Сможем поговорить на обеденном перерыве? (София)

— Хорошо... Где встретимся? (Арису)

Она явно была готова пойти навстречу и безропотно согласилась прийти попозже.

— На нашем обычном месте. Сама знаешь, там, где мы с тобой тогда разговаривали. (София)

Я специально назвала место, понятное лишь нам двоим, чтобы никто из зевак не смог подслушать.

Конечно, при этих словах она вся как-то сжалась и помрачнела, но сказала я это вовсе не из желания её задеть.

Мне просто не нужны были чужие уши.

— Поняла, я приду. (Арису)

— Разговор может затянуться, так что прихвати с собой обед или какую-нибудь булочку. А пока тебе лучше вернуться к себе. (София)

Такая гяру, как она, чересчур сильно выделялась в здании Специального подготовительного курса.

К тому же, по школе всё ещё бродили слухи, что её отстранили именно из-за издевательств надо мной, и если нас заметят мило беседующими, это гарантированно привлечёт нежелательное внимание.

— Угу... до скорого... (Арису)

Риндо-сан слабо махнула рукой и поспешно удалилась.

Похоже, её характер и впрямь изрядно смягчился.

Вероятно, её мучило раскаяние... но на всякий случай я решила позвать с собой Надэсико-сэмпай.

Тем более, обычно мы обедали вместе.

◆

Обеденный перерыв.

— Почему... ты здесь?.. (София)

Я не смогла скрыть искреннего недоумения, когда за зданием школы вдруг нарисовался совершенно неожиданный гость.

Впрочем, не только я — Риндо-сан и даже Надэсико-сэмпай выглядели столь же озадаченными.

Никто из нас не ожидал его появления.

— Расслабьтесь. Я тут просто постою на стрёме. В ваш разговор я лезть не собираюсь, — с напускным равнодушием бросил Куроганэ-кун, демонстрируя зажатый в руке обед. (Сюто)

— На стрёме?.. — переспросила я. (София)

— Сама прекрасно понимаешь, о чём я. Я не собираюсь сложа руки смотреть, как эта девица околачивается вокруг младшей сестрёнки Кенто. (Сюто)

С этими словами он метнул острый, как бритва, взгляд на Риндо-сан.

Кажется, он пришёл сюда лишь для того, чтобы убедиться, что со мной не случится ничего дурного.

Вот только как он вообще прознал о нашей встрече — и уж тем более о месте — оставалось полнейшей загадкой...

— Вот уж не думала, что ты станешь так утруждаться ради других, Куроганэ-кун... — задумчиво протянула Надэсико-сэмпай, глядя на него со смешанным выражением удивления и недоверия. (Надесико)

Мне тоже в это слабо верилось.

Кенто-кун, видимо, был исключением, но обычно Куроганэ-кун и пальцем бы не пошевелил ради чужих проблем.

— Кенто сам меня попросил. Сказал: если увижу, что к его сестре кто-то пристаёт — должен вмешаться и помочь. Ну, и не только мне — он всей бейсбольной команде то же самое поручил. (Сюто)

— Онии-чан... сам..? (София)

Я и понятия не имела.

И, скорее всего... об этом Кенто-кун предпочёл бы умолчать.

Понятно... значит, он постоянно приглядывал за мной, зная, как легко я притягиваю к себе неприятности.

— Кенто-кун такой гиперопекающий... Впрочем, я прекрасно понимаю его чувства, — Надэсико-сэмпай, до которой эта новость явно дошла впервые, издала тихий смешок, полный светлой покорности. (Надесико)

Но в этой улыбке сквозила искренняя теплота.

Даже во взгляде её полуприкрытых глаз читалась лишь мягкая нежность.

— Риндо-сан, тебя не смущает присутствие Куроганэ-куна? — осведомилась Надэсико-сэмпай, окончательно смирившись с его компанией. (Надесико)

Она обратилась именно к ней, а не ко мне, справедливо рассудив, что рассказывать всё придётся Риндо-сан.

— Смущать-то не смущает, но... (Арису)

Риндо-сан то и дело боязливо косилась в его сторону.

На её лице был написан неприкрытый страх — он явно до жути её пугал.

Куроганэ-кун был, пожалуй, самым популярным парнем в школе... но при этом и самым пугающим.

Я всегда считала, что девчонки делятся ровно на два лагеря: те, кто без ума от него, и те, кто боится даже подойти.

Риндо-сан, как оказалось, принадлежала ко вторым.

— Спасибо. Послушай, Куроганэ-кун, Риндо-сан вообще-то пришла помочь Кенто-куну и поделиться важной информацией, так что постарайся не слишком её запугивать, ладно? — вмешалась сэмпай. (Надесико)

Пока что мы знали лишь то, что Риндо-сан известна личность девчонки из видео.

Но даже этого Надэсико-сэмпай хватило, чтобы поверить в благие намерения недавней обидчицы и осадить Куроганэ-куна.

— ...Понял. Я буду слушать, но дистанцию соблюдать обещаю. (Сюто)

Куроганэ-кун воспринял её просьбу всерьёз и безропотно отступил на пару шагов.

— Давай перекусим, а ты пока расскажешь нам об этой девушке, хорошо? (Надесико)

Надэсико-сэмпай опустилась на своё привычное место, где мы обычно обедали с Кенто-куном, и жестом пригласила нас последовать её примеру.

Как и предложила сэмпай, я решила совместить разговор с трапезой.

Однако Риндо-сан, видимо, горела желанием сразу перейти к сути:

— Девушка из того видео... это Ри-тян. Подруга детства Сигурадзаки Рио. (Арису)

При упоминании этого имени мы с Надэсико-сэмпай синхронно замерли с палочками в руках.

Куроганэ-кун, судя по всему, не знал, о ком идёт речь, и бросил на нас подозрительный взгляд.

— Подожди, это же... — начала сэмпай. (Надесико)

— Да. Та самая, которую исключили... из-за инцидента с травлей, направленной на меня, — закончила я. (София)

Значит, за всем этим стояла Сигурадзака-сан?..

Её целью была месть Кенто-куну?

Просто потому, что он... да и я сама... стали причиной её исключения?..

— Но ведь эта девушка... судя по росту и голосу, больше похожа на ученицу начальной или средней школы, разве нет? (Надесико)

Надэсико-сэмпай достала телефон и запустила то самое скандальное видео с Кенто-куном, которое уже разлетелось по сети.

Я была с ней согласна, да и сам Кенто-кун говорил, что на вид ей лет десять-двенадцать.

Правда, поскольку в видео она кричала про «своего парня», он сделал скидку и предположил, что она хотя бы перешла в среднюю школу...

— Она просто выглядит сильно младше своих лет... На самом деле, мы с ней и Сиракавой-сан ровесницы. (Арису)

Раз уж сама Риндо-сан утверждала это, будучи с ней знакомой, сомневаться не приходилось.

— Что она за человек? — поинтересовалась я. (София)

Сперва мне нужно было составить психологический портрет этой девушки из видео.

Возможно, именно это даст нам зацепку для решения всей проблемы.

— Мы виделись всего пару раз, так что я не очень хорошо её знаю... но мне показалось, она очень чистая и наивная девчонка. Прямо как ребёнок... (Арису)

— Наивная?.. И это после того, что она вытворила?.. (София)

Сравнение с ребёнком привлекло внимание, но куда больше меня покоробило само слово «чистая».

В голове просто не укладывалось, что девицу, бессовестно подставившую Кенто-куна, можно так назвать.

— Её просто используют из-за её доверчивости. Эта девчонка... если Сигурадзака что-то скажет, она поверит каждому слову и беспрекословно сделает всё, что та велит. (Арису)

Возможно, из-за нашего присутствия Риндо-сан предпочла называть свою бывшую предводительницу по фамилии.

И всё же, неужели можно настолько слепо доверять человеку — тем более тому, кто так явно излучал злобу и не имел ни капли эмпатии?

— Пусть они и подруги детства, но разве такое вообще возможно?.. (София)

— Об этом я и говорю. Насколько я поняла, Сигурадзака с самого раннего детства постоянно заботилась о ней и всюду её опекала. (Арису)

— В каком смысле?.. (София)

Я не до конца уловила суть этой опеки, поэтому попросила уточнений.

— Семья Сигурадзаки богата. Её родители владеют несколькими компаниями, так что с деньгами она привыкла делать всё, что захочет, ещё с детства. А ту девчонку из видео... Сигурадзака просто поняла, что в силу её миловидности и жизненных обстоятельств из неё выйдет идеальная марионетка. Она решила, что та может оказаться полезной и стать одной из её пешек. Я точно это знаю, потому что Сигурадзака сама хвасталась мне этим напрямую. (Арису)

Поскольку наша школа была частной, ученики из состоятельных семей были здесь обычным делом.

Скорее всего, Сигурадзака-сан и свою свиту гяру сколотила исключительно благодаря деньгам.

У девушки из видео тоже, видимо, были какие-то непростые обстоятельства, которыми Сигурадзака-сан хитроумно воспользовалась, чтобы втереться в доверие.

— И потому она согласилась на такую глупость?.. Случайно не знаешь, в какой старшей школе она сейчас учится? (София)

— Она не учится в старшей школе. Говорила, что сразу после средней устроилась на работу. (Арису)

— Сразу после средней пошла работать? (София)

— Ну, точнее, просто подрабатывает на полставки. (Арису)

Подработка после средней школы...

Что ж, в этом нет ничего фантастического — не все хотят продолжать учиться.

Но, судя по всему, что я сейчас услышала, у неё наверняка были веские причины не идти в старшую школу.

— Ты знаешь подробности её ситуации? (София)

— Ну, в общих чертах... Но мы с ней не особо ладили. Если честно, мне кажется, она нас просто на дух не переносила... (Арису)

— Не переносила вас? (София)

— Ага... Видимо, считала, что мы отняли у неё Сигурадзаку... (Арису)

Насколько я помнила, эта четвёрка всегда слонялась по школе единым коллективом.

Раз уж они проводили вместе почти всё школьное время, то и после уроков тоже наверняка пересекались.

Девушка, вынужденная работать на полставки, не могла потупить в ту же старшую школу, что и Сигурадзака-сан, и в итоге почти полностью лишилась возможности с ней видеться.

И даже когда её изредка звали погулять, рядом с Сигурадзакой вечно крутились Риндо-сан и остальные — что вряд ли приводило её в восторг.

Раз она терпеть не может Риндо-сан, а сама привязана к Сигурадзаке-сан, пытаться переубедить её силами Риндо-сан — абсолютно гиблое дело...

— А что насчёт парня из видео? Его ты не узнаёшь? — спросила Надэсико-сэмпай. (Надесико)

Видимо, она тоже поняла, что через девушку не подобраться, и переключила внимание на мужчину из ролика.

Однако Риндо-сан лишь покачала головой:

— Нет, не узнаю... Но Сигурадзака обычно очень тщательно выбирает себе компанию, опираясь на внешность... К парням она придирчива вдвойне, так что сомневаюсь, что это кто-то из её друзей... (Арису)

Даже сквозь мозаику угадывались резкие черты его лица, и по одному лишь строению черепа было не так уж сложно представить его внешность.

Риндо-сан, судя по всему, намекала, что этот тип совершенно не во вкусе Сигурадзаки-сан, а значит, и к её знакомым он причисляться никак не мог.

— Тогда... может, это знакомый той девушки из видео? (Надесико)

— Тоже вряд ли. Если бы она общалась с парнем, который не нравился Сигурадзаке, её бы мигом вышвырнули. Сомневаюсь, что она бы стала так рисковать. (Арису)

— Погоди... тогда что их вообще связывает? (Надесико)

— Скорее всего... она просто нашла кого-то в интернете и заплатила, чтобы тот сыграл свою роль... (Арису)

От столь дикой догадки Риндо-сан мы с Надэсико-сэмпай лишь обменялись растерянными взглядами.

Она доверила такое дело какому-то случайному наёмнику?..

Правда, в последнее время в новостях всё чаще мелькают репортажи о так называемых «теневых подработках»...

— И всё же, в это с трудом верится... — пробормотала я. (София)

Как минимум, я бы ни в коем случае не стала связываться с человеком, у которого на лице написано, что он сдаст всех с потрохами за лишнюю купюру.

— Сигурадзака порой творит безумные вещи без толики колебаний, но она не из тех, кто привык продумывать последствия... (Арису)

— А ведь и правда... (София)

Я вдруг вспомнила то, что не давало покоя самому Кенто-куну всё это время.

Несмотря на подставу и вовлечение полиции, нападавшие не требовали ни компенсации, ни извинений — напротив, они вели себя так, словно вообще не хотели, чтобы полиция копалась в их «травмах». Из-за этого странного поведения Кенто-кун заподозрил, что у них была совершенно иная цель.

— Онии-чан рассказывал, что те двое из видео совершенно не пытались преувеличить побои. Наоборот, они будто бы изо всех сил скрывали свои травмы от полиции. Даже заявили, что прощают его, лишь бы дело не завели, и так и не подали официальное заявление. (София)

Я озвучила то, чего Риндо-сан знать никак не могла. Поскольку она судила лишь по видео, откуда преднамеренно вырезали прибытие полиции, этот факт от неё ускользнул.

— Значит, полиция всё-таки там была... Вероятно, они просто не хотели доводить всё до настоящего расследования, потому и скрыли травмы. Возможно, поняли, что их план шит белыми нитками: копай полиция чуть глубже — и сразу всплывёт цель подставить Кенто-куна. Или побоялись, что если видео завирусится и запахнет жареным, полиция обязательно спросит, почему они сразу не показали запись. Доведи они дело до официального обвинения — разговор был бы иным, но раз они всё спустили на тормозах, то даже при появлении новых улик полиция вряд ли станет ворошить закрытое дело. (Арису)

А Риндо-сан, обычно казавшаяся отстранённой, была на удивление проницательной.

Я была с ней полностью согласна.

— По логике, если они так не хотели привлекать полицию, то и поднимать шум не стали бы. Но даже без уголовного дела подобный инцидент с Кенто-куном всё равно осел в полицейских отчётах. А когда видео разлетелось по сети, школе или другим инстанциям достаточно было сделать запрос в полицию, чтобы получить подтверждение инцидента — и этого им оказалось более чем достаточно, я права? — резюмировала Надэсико-сэмпай. (Надесико)

— Да. Поэтому, хоть они и сдали онии-чана, они постарались не раздувать из этого полноценное дело. (София)

Я благодарно кивнула сэмпай.

Создав сам факт инцидента, они пустили в ход смонтированное видео, чтобы выставить Кенто-куна негодяем — и тогда школа, и бейсбольная ассоциация сами его накажут.

Вероятно, именно в этом и заключался их план.

Но в нём зияло такое количество дыр, что у нас всё ещё оставался шанс на контрудар.

Это и имела в виду Риндо-сан, говоря, что Сигурадзака-сан не сильна в планировании.

В здравом уме никто бы не стал реализовывать настолько дырявую схему.

Они безрассудно приплели полицию, а само видео пестрело неестественными склейками.

— Они вырезали тот момент, когда приехала полиция, и утаили, что не стали писать заявление... Если мы сможем получить от копов официальное подтверждение этого факта, у нас появится весовой аргумент, доказывающий, что видео было смонтировано со злым умыслом. (София)

— Но ведь... в глазах закона эта девушка всё ещё жертва. Неужели ты думаешь, что полиция вот так просто будет с нами сотрудничать? (Надесико)

Надэсико-сэмпай с долей скепсиса возразила на моё предложение.

Конечно, я это прекрасно понимала.

И всё же...

— Если мы раздобудем железобетонные доказательства, и школа свяжется с полицией напрямую, разве не велик шанс, что они подтвердят невиновность онии-чана перед бейсбольной федерацией? Федерация, похоже, и так склоняется на его сторону. Возможно, одних лишь доказательств его невиновности будет вполне достаточно... но чем больше козырей у нас на руках для отмены наказания Кенто-куна, тем лучше. (София)

Когда вынесение приговора зависит от мнения людей, а не чётких критериев, никогда не знаешь наверняка, какое решение они примут.

Именно поэтому нам требовалось собрать все возможные козыри.

— Тут ты, пожалуй, права, но... в конечном итоге, нам всё равно необходимо доказать его невиновность... (Надесико)

— Это самая важная часть. Если мужчина из ролика — наёмник, велика вероятность, что он заговорит, когда мы до него доберёмся. Но чтобы выйти на его след... (София)

— Придётся вытаскивать информацию либо из Сигурадзаки, либо из этой розововолосой... так? (Надесико)

Риндо-сан сокрушённо ткнула пальцем в экран телефона с застывшим лицом девушки из видео.

Всё верно — как бы мы ни прижали наёмника, пока мы не достучимся до той, кто с ним контактирует, всё это будет бессмысленно.

В конечном счёте, всё упиралось лишь в то, сможем ли мы её переубедить.

— ...Что ж, значит, иного пути нет. Риндо-сан, сможешь устроить мне встречу с ней? (София)

Пускай она и на стороне Сигурадзаки-сан, но если только это может сдвинуть дело с мёртвой точки, мне не оставалось ничего иного, кроме как встретиться с ней лицом к лицу.

— Погоди, София-тян. (Надесико)

Прежде чем Риндо-сан успела ответить, Надэсико-сэмпай остановила меня с пугающе серьёзным выражением лица.

Она редко отказывалась от своей привычной улыбки, что лишь подчёркивало всю тяжесть момента.

— Ты хоть понимаешь, насколько это рискованно? (Надесико)

— Да, прекрасно понимаю. Но давай будем честны — роскоши сидеть сложа руки и неспешно всё обдумывать у нас больше нет. Конечно, я не собираюсь давить на неё напролом. Я лишь хочу лично посмотреть, что она из себя представляет. (София)

У меня из головы не выходили слова Риндо-сан о том, что эта девчонка — «очень чистая и наивная».

Сколько бы она ни задолжала Сигурадзаке-сан, если она в глубине души осознаёт, что ею просто пользуются, в их отношениях просто не может не быть трещин.

И если я смогу нащупать эту слабину, то с настолько наивным человеком, уверена, у нас появится шанс переубедить её.

— Вот как... Ну, как я уже говорила, я уважаю любое твоё решение, София-тян. И от своих слов не отказываюсь. Но у меня есть одна просьба: сначала хорошенько обсуди всё с Кенто-куном. И поступи в точности так, как он скажет. Если он откажет — не лезь на рожон, договорились? (Надесико)

Я была уверена, что сэмпай действительно уважает мой выбор.

Но теперь я чётко осознала ещё одну вещь: мнение Кенто-куна в этом вопросе играло для неё первостепенную роль.

Всё это проистекало из её безграничного доверия к нему... и, возможно, из того, что он был ей куда небезразличнее, чем я.

Но, что важнее всего, вся эта история напрямую касалась именно Кенто-куна, и тренер в первую очередь обращался к нему.

Так что её требование следовать его решениям было абсолютно логичным.

Возможно, за этим крылось и желание уберечь меня от каких-нибудь совсем уж безрассудных поступков.

— Поддерживаю. Кенто — единственный, на чьи мозги в таких дерьмовых ситуациях можно реально положиться. Считает он это безопасным — значит так и есть. Считает опасным — значит так и есть. Заявиться прямиком в объятия врага — без нормального плана туда лучше не соваться. (Сюто)

Даже Куроганэ-кун, до этого момента молча слушавший наш разговор, не удержался от комментария.

Они что, реально считают меня какой-то безрассудной идиоткой?

Если бы я попыталась помочь Кенто-куну, а в итоге только усугубила бы его положение, вся эта затея потеряла бы смысл. Я никогда бы не позволила себе подобной беспечности.

Да и к тому же я сама доверяла Кенто-куну больше всех на свете, так что, разумеется, во всём собиралась прислушиваться к его словам.

Таковы были мои мысли, но разводить пустые споры не имело смысла, поэтому я лишь молча кивнула.

◆

<От лица Кенто>

— Ну уж нет, ни за что. (Кенто)

Едва София вернулась домой и выложила свой план, я тут же ответил категорическим отказом.

Услышав это, София сдавленно ахнула и разочарованно поникла плечами.

Она, видимо, решила, что я её отчитываю.

— Я не злюсь, ясно? Просто... это слишком опасно. (Кенто)

Не то чтобы я не понимал, чего пытается добиться София.

Напротив, если бы затея увенчалась успехом, это могло бы в один миг переломить ход всей игры.

Но вот шансы на успех стремились к нулю, а риск того, что сама София окажется в беде, был более чем реальным.

Я ни за что не мог этого допустить.

— Я тоже считаю, что это не лучшая идея... Та девчонка слушает только Сигурадзаку. Для неё слова Сигурадзаки — абсолютный закон... (Арису)

Вместе со мной Софию попыталась отговорить и Риндо-сан.

София сама привела её к нам, и, судя по всему, именно она и предоставила большую часть сегодняшней информации.

Честно говоря, я этой девице не особо доверял.

Раньше она частенько приходила за нас поболеть, и во время разговоров казалась вполне хорошей девчонкой — но в прошлом она самолично пыталась расставить Софии ловушку.

Я просто не мог доверять тому, кто хоть раз пошёл на подобную низость. А учитывая, что в итоге она схлопотала отстранение, всегда оставалась вероятность, что она затаила злобу.

Мало того, что она некогда была заодно с Сигурадзакой, так ещё и, в отличие от меня, ей так и не удалось тогда отомстить Софии. Был немалый шанс, что она может попытаться подставить Софию вместе с Сигурадзакой и таким образом поквитаться с ней.

Именно поэтому я должен был взвешивать каждое своё решение с предельной осторожностью.

— Я знаю, что ты переживаешь за меня, онии-чан. Но ты ведь понимаешь: если всё выгорит, это станет поворотным моментом, так? (София)

— Возможно. Но если есть высокий шанс, что тебе будет грозить опасность — мой ответ железное «нет». (Кенто)

— ...Ты считаешь, что мне грозит опасность, потому что не доверяешь Риндо-сан, я права? (София)

На мгновение задумавшись, София посмотрела мне прямо в глаза серьёзным взглядом.

Котелок у неё варил отлично, так что стоило ей раскинуть мозгами, и она тут же раскусила, чего именно я боюсь.

— Э-э?.. (Арису)

Риндо-сан никак не ожидала, что её имя всплывёт в таком контексте, и в полном недоумении уставилась на Софию.

Пусть она и не была дурочкой, похоже, до неё банально не доходило, что я могу её подозревать.

Эта мысль даже не приходила ей в голову.

— Конечно, учитывая позицию Риндо-сан и всё, что между нами произошло, я прекрасно понимаю, почему ты не можешь ей верить, онии-чан. Но я скажу это наверняка: в этом конкретном деле она нас не предаст. Она действует из искреннего желания тебе помочь. (София)

С чего бы вдруг София так сильно доверилась Риндо-сан?

Насколько я помнил, Риндо-сан только-только освободили от отстранения.

С тех самых пор она с Софией не контактировала, и воссоединились они, по сути, только сегодня.

Я ни на секунду не верил, что София прониклась к ней доверием за такой короткий срок. Скорее всего, она просто отчаянно цеплялась за Риндо-сан как за возможный ключ к решению проблемы.

— Тогда объясни мне, откуда такая уверенность? (Кенто)

Я лишь строил догадки, поэтому мне нужно было услышать правду из её собственных уст.

Не знаю, будет ли она со мной честна, но по её словам и поведению я быстро пойму, цепляется ли она за Риндо-сан или правда в неё верит.

— Я бы лучше спросила у тебя: как ты сам-то этого не понял? (София)

Почему-то она одарила меня весьма сложным взглядом и мельком покосилась на Риндо-сан.

Риндо-сан тут же густо покраснела, нервно вцепилась пальцами в рукав Софии и слегка замотала головой.

— В-вообще-то, можешь не говорить об этом... (Арису)

— Не переживай. Я не стану вести себя так бестактно. (София)

София одарила Риндо-сан мягкой улыбкой.

Она ведь должна была недолюбливать её, так что здесь происходит?

Между ними внезапно проскользнула самая настоящая искра солидарности.

— Будь это только моё дело, я бы первой рассматривала вариант того, что она может нас предать. (София)

— ...! (Арису)

От столь беспощадных слов Софии Риндо-сан судорожно сглотнула.

Ранее София заявила, что Риндо-сан не предаст в этом конкретном деле — а не то, что она в принципе не способна на предательство.

Похоже, корень доверия Софии крылся именно в этом нюансе...

— Но в этот раз дело в тебе, онии-чан. Она пытается решить именно твою проблему. И потому она тебя не предаст. (София)

— Почему ты так уверенно об этом говоришь?.. (Кенто)

Это правда — она часто приходила болеть на наши матчи и всегда обращалась именно ко мне, а не к Сюуто.

С этой точки зрения, логично предположить, что она была моей фанаткой.

Да и на той стычке Софии с гяру я краем уха уловил разговор, прямо на это намекающий.

Но... чувства людей легко меняются. Оценивая ситуацию, они выбирают те варианты, которые выгоднее им самим.

Всё зависит и от силы её привязанности, так что это не могло считаться для меня железной гарантией её верности.

— Когда я ругалась с этими девицами и вдруг появился ты, онии-чан, Риндо-сан тут же прислушалась к тебе и удалила видео. Хотя прекрасно понимала, что этим поставит себя в трудное положение и наживёт врага в лице Сигурадзаки-сан, она всё равно встала на твою сторону. Значит... такая, как она, ни за что не предаст тебя и сейчас. (София)

Услышав твёрдую уверенность в голосе Софии, я прикрыл глаза.

И впрямь — та, кто встал на нашу сторону в подобной ситуации, вряд ли ударит в спину теперь.

А если учесть разницу их наказаний — Риндо-сан отделалась отстранением, пока Сигурадзаку с позором вышибли — неудивительно, если их отношения сильно испортились.

— ...София, ты действительно хочешь встретиться с этой девушкой? (Кенто)

— Да. Даже если переубедить её не выйдет, если есть хоть малейшая надежда — я хочу поговорить с ней. (София)

Даже без слов её серьёзное лицо говорило о нерушимой решимости.

Раз уж Кудзоуин-сан поговорила с ней, то без моего согласия она на встречу не пойдёт. Но если я не разрешу, она точно так просто не отступится и будет продолжать меня уговаривать.

Сам я не придумал плана лучше, и если девчонка из видео и впрямь такая, какой её описывает Риндо-сан, шанс действительно есть.

Возможно, умнее всего будет довериться интуиции Софии и позволить ей действовать.

Разумеется, только в том случае, если я смогу гарантировать её безопасность.

— Ладно. Поступай как знаешь, София. (Кенто)

— Правда?! (София)

Стоило мне кивнуть, как София тут же просияла.

Она явно не ожидала, что я сдамся так легко.

— Но есть одно условие. Во-первых, ты пойдёшь только вместе с Риндо-сан. (Кенто)

В любой ситуации отпускать Софию одну было страшно.

Если Риндо-сан можно верить, её сопровождение — лучший вариант.

— Поняла. Ты не возражаешь, Риндо-сан? (София)

— Да, конечно... (Арису)

Без особого энтузиазма, но не смея спорить с просьбой Софии, Риндо-сан послушно кивнула.

— И второе — мы создадим группу в мессенджере, и пока вы будете с ней общаться, у нас будет висеть активный голосовой звонок. (Кенто)

Раз уж мы собирались залезть во вражеское логово, я должен был следить за ситуацией.

Случись что, я обязан быть готов моментально вмешаться.

— И последнее условие — я тоже иду с вами. (Кенто)

— А-а?!

Стоило мне заявить, что я иду, как они обе потрясённо вскрикнули.

С их точки зрения это решение, видимо, прозвучало немыслимо.

— Я... я считаю, что это ужасная идея! Нет, так точно нельзя!.. (София)

— Д-да! Они сразу всё заподозрят! А если они тебя ещё и сфотографируют, твоё положение станет только хуже!.. (Арису)

Обе отчаянно замахали руками, и это почему-то выглядело донельзя мило.

Понимание того, что они так раскудахтались из беспокойства за меня, лишь добавляло этому очарования.

— Расслабьтесь. Я замаскируюсь так, чтобы не привлекать внимания, и просто подожду неподалёку. (Кенто)

Случись с Софией беда, а я буду далеко — просто не успею ей помочь.

Поэтому я собирался оставаться поблизости, чтобы в случае чего сразу отреагировать.

Вдобавок я планировал заранее предупредить отца и тренера, чтобы они, если понадобится, тоже были готовы помочь.

— Кенто-кун, ты и правда чересчур гиперопекающий... (Арису)

Удивлённо пробормотала Риндо-сан, едва до неё дошло, что я собираюсь следовать за Софией исключительно ради её безопасности.

С её точки зрения, во время того случая за школой я тоже прятался в кустах из-за того, что трясся над сестрой, так что неудивительно, что она так подумала.

— Аха-ха... В общем, прости за то, что было раньше. И что заставил выслушивать этот неприятный разговор. (Кенто)

Мы с Софией обсуждали моё недоверие к ней, причём прямо при самой Риндо-сан.

Должно быть, ей было до жути некомфортно.

Но раз уж я решил поверить ей, то был обязан нормально извиниться.

— А... ну, всё ведь началось из-за меня... (Арису)

— Пожалуйста, присмотри за Софией. И спасибо за информацию. (Кенто)

— ~~~~~! (Арису)

От моей улыбки и благодарности из неё вырвался какой-то невнятный возглас, и она резко уставилась в пол.

Затем она принялась нервно постукивать указательными пальцами друг о друга.

Она что, всегда себя так ведёт?..

Но пока я пялился на Риндо-сан, София вдруг слегка надула губки.

Она выглядела чем-то недовольной.

С чего бы это она вдруг так разобиделась?..

— Кстати, Риндо-сан, кажется, я так и не услышала имя этой девчонки... (София)

После этого, пока я сидел в полном недоумении, София бодро начала собираться на встречу с той девчонкой из видео.

◆

<От лица Софии>

— Бо-о-оже, ну и устала же я! Рику-кун, я почти дома...

— А я вас заждалась, Хаймия Миуми-сан. (София)

Я караулила возле довольно потрёпанного жилого комплекса и окликнула её ровно в тот момент, когда появившаяся девчонка направилась к дому.

Услышав внезапный голос, она, естественно, вздрогнула и обернулась.

Затем, видимо сообразив, что перед ней тоже девушка, она заметно расслабилась и озадаченно склонила голову набок.

М-да, её до безобразия крошечное, по-детски милое личико было настолько симпатичным, что Сигурадзака-сан не задумываясь расценила его как весьма ценный актив для своих замыслов.

Однако то, что при первой же встрече, с незнакомкой, знающей её имя, она тут же ослабила бдительность, подтвердило мои мысли о её крайнем легкомыслии.

— Эм, а вы кто? Среди моих знакомых точно нет настолько красивых иностранок. (Миуми)

Враждебностью здесь и не пахло.

Ей было банально любопытно узнать, кто перед ней стоит, раз уж я влезла в её жизнь.

Я подумала о том, насколько же наш мир бывает жесток: как столь наивная девчонка вообще оказалась втянута в подставу против Кенто-куна?

— Я Сиракава София. Или мне будет проще назваться Софией Фрост? (София)

— Фрост...?! (Миуми)

Услышав мою прежнюю фамилию, глаза Хаймии-сан тут же расширились в шоке, и она инстинктивно шарахнулась назад.

Так значит, она действительно знала, кто я.

Я подозревала, что Сигурадзака-сан перемывала мне кости у неё за спиной, и моё чутьё подтвердилось.

Но куда сильнее меня зацепило то, что, хотя она и должна была испытывать ко мне простое подозрение, к нему явно примешивалась откровенная доля страха.

Она втайне меня боялась?

— Откуда вы знаете, где я живу...?! (Миуми)

— Я ей сказала. (Арису)

Из-за угла ближайшего здания вышла Риндо-сан.

Я специально попросила её спрятаться, чтобы увидеть первоначальную реакцию Хаймии-сан на меня, но когда появилась Риндо-сан, глаза девчонки округлились ещё больше.

— Арису-тян...?! (Миуми)

В следующую же секунду выражение её лица кардинально изменилось: оно исказилось от неподдельной ярости, и она смерила Риндо-сан полным гнева взглядом.

И всё это из-за того, что Риндо-сан выдала мне её адрес?

Нет, всё было куда серьёзнее.

Похоже, она изначально точила на неё зуб.

Её следующие слова всё расставили по своим местам:

— Чего надо здесь той, кто предал и бросил Ри-тян...?! (Миуми)

Так вот оно что... Сигурадзака-сан влила Хаймии-сан в уши, что Риндо-сан — предательница.

Учитывая, как всё выглядело во время инцидента за школой, Хаймия-сан наверняка поверила в это без труда.

Но разве только этого достаточно, чтобы испытывать столько злобы?

Скорее всего, историю изрядно приукрасили в самых мрачных тонах.

— Что?! Вы пришли сюда, чтобы отомстить за этого Кенто?! (Миуми)

Одного лишь нашего появления ей хватило, чтобы сделать такой вывод — выходит, она не так уж глупа.

Но раз уж она не схватилась за телефон, чтобы вызвать кого-нибудь из друзей, значит, соображалка в нестандартных ситуациях у неё работала плоховато.

Может, ею просто овладел сильный страх, и она изо всех сил пыталась взять нас нахрапом.

— Успокойся. Клянусь богом, мы не причиним тебе никакого вреда. (София)

Понимая, что она напугана, я постаралась заговорить как можно мягче, нацепив самую дружелюбную улыбку, чтобы помочь ей расслабиться.

Возможно, мои слова подействовали, потому что суровое напряжение с её лица моментально исчезло.

— А... (Миуми)

По крайней мере, я так думала, пока секунду спустя Хаймия-сан словно не опомнилась, вновь начав сверлить нас угрожающим взглядом.

Теперь я отлично понимаю, почему Риндо-сан назвала её чересчур наивной.

Она так яростно смотрела на меня исключительно для того, чтобы убедить саму себя не расслабляться в обществе Сиракавы Софии.

Видимо, Сигурадзака-сан приказала ей ни за что мне не доверять.

— Я просто хочу с тобой поговорить. (София)

— Не знаю! Мне нечего вам сказать! Вы же сто процентов записываете наш разговор, так?! (Миуми)

Ключевой уликой против них стало то самое видео, втайне записанное Кенто-куном за школой.

Она наверняка слышала об этом от Сигурадзаки-сан, а потому до жути опасалась аудиозаписей.

...И тут она попала в яблочко.

Если она случайно сболтнёт лишнего, запись разговора даст нам очевидное преимущество.

Именно поэтому мы с самого начала фиксировали всё на диктофон.

При таком уровне паранойи добиться нормального диалога казалось невозможным — как вдруг перед нами появился неожиданный гость.

— Сестрёнка, что за шум?..

— Ой, а ты тот паренёк с прошлого раза... Если подумать, твоя фамилия ведь тоже Хаймия, верно? (София)

Перед нами стоял Хаймия Рику-кун — тот самый мальчик, приходивший к нам домой на днях.

Раз уж она назвала его «сестрёнкой»... то есть, раз он назвал её сестрёнкой, значит, он её младший брат.

Вот так совпадение...

Заметив меня, он посмотрел на меня абсолютно холодным взглядом.

В его глазах не было и следа того тепла, которое я видела в нашу прошлую встречу — будто передо мной стоял чужой человек.

— Рику-кун, откуда ты их знаешь?.. (Миуми)

С появлением брата Хаймия-сан моментально притихла.

Её гневное выражение исчезло, сменившись чем-то невероятно мягким и спокойным.

Судя по всему, перед ним она носила маску добропорядочной старшей сестры.

— Да они просто недавно мне чуток помогли... — буркнул Рику. (Рику)

— А?.. — вырвалось у Миуми. (Миуми)

Хаймия-кун — хотя, раз уж они однофамильцы, я решила называть его Рику-куном.

Стоило Рику-куну с печальным видом выдать эту фразу, как лицо Миуми-сан вытянулось от явного замешательства.

Судя по всему, он не особо распространялся о том дне, словно не хотел, чтобы сестра узнала о его визите к нам.

Неужели?..

— Человек, который напал на сестрёнку... Сиракава Кенто — мне довелось с ним пообщаться... — признался Рику. (Рику)

Меня слегка покоробило, что он назвал его без уважительных приставок, но, вслушиваясь в эту честную исповедь, я пристально наблюдала за реакцией Миуми-сан.

Её глаза беспокойно забегали.

Была ли эта трясучка вызвана шоком от того, что её предал родной брат?

— Т-ты ведь ни словом об этом не обмолвился..! (Миуми)

— ... (Рику)

На возмущение сестры Рику-кун ничего не ответил.

Раз уж у нас дома мы обсуждали всё как сугубо конфиденциальное дело, он, вероятно, не хотел, чтобы она об этом знала.

Хм... а может, промолчал, боясь её расстроить или загнать в угол переживаниями?

К тому же, он говорил, что с деньгами у них туго...

Рику-кун защищающим жестом заслонил сестру и смерил меня свирепым взглядом.

— Я был... в шоке. Я считал твоего брата крутым, добрым... по-настоящему хорошим человеком... Я восхищался им. И подумать не мог, что он окажется подонком, который нападёт на парочку... (Рику)

Всё это якобы произошло с его собственной сестрой.

Разумеется, ему выложили всё в мельчайших подробностях.

Естественно, фальшивую версию.

Когда я снова перевела взгляд на Миуми-сан, неловко переминавшуюся за спиной брата, я заметила, что её лицо побледнело, а кожа блестит от холодного пота.

Сами того не желая, слова Рику-куна острыми иглами вонзались в её совесть.

Ещё бы. Ведь она бессовестно подставила того, кем так искренне восхищался её младший брат.

И, что самое паршивое, в тот момент Кенто-кун примчался к ним только потому, что услышал отчаянный девичий крик.

Крик самой Миуми-сан.

Неизвестно, как долго она там кричала, но зная Кенто-куна, он наверняка сорвался с места не раздумывая.

Он бросился бы на выручку, даже против здоровенного амбала.

На видео было видно, что сначала она стояла поодаль, и было несложно представить, как Кенто-кун отбивается, закрывая её собой.

Я не знала, какую лапшу насчёт Кенто-куна навешала ей на уши Сигурадзака-сан, но Миуми-сан наверняка помнила, кто именно бросился её спасать.

И оклеветать такого благородного человека — человека, которым проникся уважением даже её младший брат — было подобно яду, медленно разъедающему её изнутри.

Раз так, то...

— Онии-чан не нападал ни на твою сестру, ни на парня, который строит из себя её кавалера. Он лишь пытался защитить её — а его за это подставили. (София)

Нащупав путь вперёд, я приготовилась перетягивать Миуми-сан на свою сторону.

— Враньё..! Сестрёнка никогда бы не пошла на такую низость..! (Рику)

Рику-кун явно боготворил сестру.

Даже у нас дома он отзывался о ней с гордостью.

С учётом этого, его нежелание верить моим словам было совершенно естественным.

Любой нормальный человек выберет верить семье, а не случайной незнакомке — нет, он *захочет* им верить.

Но... что скажешь ты?

Я перевела полный немого вопроса взгляд на ту, кто знал правду лучше всех.

— ...! (Миуми)

Встретившись со мной глазами, Миуми-сан судорожно сглотнула и резко отвернулась, покрываясь испариной.

Она избегала зрительного контакта — спасалась бегством от правды.

Видимо, её мучила одна мысль: *«А что, если Рику-кун всё узнает?»*

Поэтому она упорно молчала и отворачивалась, надеясь, что буря пройдёт стороной.

И именно это, по иронии судьбы, сыграло мне на руку.

— Рику-кун, а онии-чан... нет, Кенто-кун — он правда похож на человека, который просто так нападёт на твою сестру с её парнем? (София)

— ... (Рику)

При этом вопросе Рику-кун резко втянул воздух.

Как я и ожидала: дело было вовсе не в том, что он безоговорочно верил в виновность Кенто-куна.

Нет... если точнее, глубоко внутри его терзали сомнения.

Но сомневаться в этом значило сомневаться в словах родной сестры — жертвы. Поэтому он отчаянно заставлял себя гнать эти мысли прочь.

— Допустим, он и правда напал. Какой у него был мотив? Зачем Кенто-куну нападать на парочку, втаптывая в грязь важный турнир, к которому он так долго готовился? (София)

— Откуда мне знать?! Может, он перенервничал и сорвался, или сестра показалась ему миленькой и он решил к ней подкатить — причин может быть сколько угодно..! (Рику)

Он сорвался на крик, словно пытаясь заглушить зарождающиеся в нём же сомнения.

Его искреннее желание верить сестре было достойным — но осознавал ли он вообще, что творит?

Чем отчаяннее он её выгораживал, тем сильнее загонял в угол.

Доказательством тому служила сама Миуми-сан, болезненно хватающаяся за грудь, словно ей не хватало воздуха.

Чувство вины пожирало её заживо.

Да уж, быть чистосердечной и доброй девочкой — порой весьма опасно.

— Кенто-кун не страдал от стресса, да и популярности ему хватает. Ему нет нужды ставить всё на кон только ради того, чтобы подкатить к твоей сестре. (София)

Что ж, Миуми-сан действительно была красивой девочкой: миниатюрная фигурка, кукольное личико, анимешный голосок — точно мечта для определённого типа парней. Но вот во вкусы Кенто-куна она абсолютно не вписывалась.

...Наверное.

...Ведь так?..

— Сиракава-сан?.. (Арису)

— Н-ничего-ничего. (София)

Я слишком глубоко ушла в раздумья, отвлёкшись на внезапное подозрение, но голос Риндо-сан выдернул меня из транса.

И всё же, какая-то заноза не давала покоя.

Этот парень... даже когда увидел меня голой, и пальцем не тронул.

Даже когда мы спали в одной постели, он ни разу не попытался перейти черту...

Более того, находясь рядом с самой Надэсико-сэмпай — невероятно милой, доброй и фигуристой — он, кажется, совершенно не питал к ней романтического интереса...

Да быть того не может. Неужели он... предпочитает *именно таких*?!

Только не говорите мне... что он тащится от миниатюрных девчонок...?!

Я абсолютно верила, что он не трогал Миуми-сан с кулаками, но в романтическом плане у меня начали закрадываться страшные подозрения.

— Но ведь у тебя тоже нет никаких доказательств его невиновности! Ты точно так же, как и я, руководствуешься лишь чувствами, потому что *хочешь* верить в него — разве не так?! (Рику)

Рику-кун не собирался просто так сдаваться — он решил ударить в нашу самую слабую точку.

Он был прав. У меня не было ни единого железобетонного доказательства.

Именно за ними я сюда и пришла.

Но даже эти слова нисколько меня не пошатнули.

В отличие от него, я могла доверять Кенто-куну без малейших сомнений. И как бы Рику-кун ни пытался давить на это, поколебать мою веру в брата — который изначально не совершал ничего дурного — было попросту невозможно.

И тем не менее... сейчас этот мальчишка лишь мешал.

— Понятно. Видимо, если мы продолжим этот разговор, то так и будем говорить на разных языках. (София)

— Вот именно. Поэтому, пожалуйста, уходите. Сестрёнка устала после подработки. (Рику)

Он, видимо, решил, что диалог окончен и мы уйдём.

К нему вернулось самообладание.

И одно это лучше любых слов показывало, насколько сильно наш недавний спор выбил его из колеи.

— И последнее. Ты ведь её младший брат, а значит, наверняка знаешь, с кем связалась твоя сестра? Что это за человек? И почему ты можешь так легко верить в то, что твоя сестра ни в чём не виновата? (София)

Сигурадзака-сан и Миуми-сан дружили с детства.

А Рику-кун, судя по тому, что он говорил у нас дома, уже ушёл из клуба — значит, он учится на третьем году средней школы.

Раз уж он всего на год младше и всегда был рядом с сестрой, то наверняка хорошо знал и Сигурадзаку-сан.

К тому же, Сигурадзака-сан была особой весьма своеобразной, так что в отличие от наивной сестры Рику-кун вполне мог заметить её странности.

— Да, я её знаю. Она хороший человек, который с самого детства был невероятно добр ко мне и сестрёнке. (Рику)

Ясно... значит, Сигурадзака-сан разыгрывала из себя святошу даже перед Рику-куном.

Скорее всего, потому что прекрасно осознавала, какое влияние он имеет на сестру.

— Погодите, неужели это всё?.. (Рику)

Чувство тревоги не давало мне покоя, сильное предчувствие того, что что-то не так, продолжало нарастать.

Я чувствовала, что упускаю нечто важное.

— А ещё сестрёнка...

Похоже, Рику-кун решил продолжить мысль, и я вновь сосредоточилась на нём.

— С самых ранних лет она была очень доброй и всегда отчаянно старалась ради меня. Как я вообще могу в ней усомниться? (Рику)

В его глазах читалась кристальная ясность — ни единой тени сомнения.

Произнося эти слова, он, вероятно, вспоминал их общее прошлое и принимал твёрдое решение верить сестре до самого конца.

Я не знала, что именно им пришлось пережить вместе, но его недавние колебания испарились без следа — верный признак того, что сестра была для него самым дорогим человеком.

На этом этапе никаких сомнений у него, скорее всего, больше не осталось.

Но... его последние слова прозвучали как финальный, сокрушительный удар.

— Понятно. Я прекрасно понимаю это чувство. Извини за беспокойство. Миуми-сан, простите, что потревожила вас, когда вы так устали. (София)

Когда я заговорила, совершенно измотанная Миуми-сан повернулась в нашу сторону.

С неё градом катился пот, лицо побледнело, а её расфокусированный взгляд делал её похожей на совершенно другого человека, нежели пару минут назад.

— Сестрёнка, что с тобой?! (Рику)

— Похоже, ей нездоровится. Пожалуйста, скорее отведи её в дом, — мягко посоветовала я. (София)

Стоило мне это сказать, как Рику-кун тут же подхватил Миуми-сан под руку, и они поспешно скрылись в квартире.

Возможно, я перегнула палку и надавила на неё слишком сильно, но, с другой стороны, пусть воспринимает это как расплату за клевету на Кенто-куна.

— Ты уверена, что всё нормально?.. Мне показалось, она была готова вот-вот во всём признаться... — пробормотала Риндо-сан. (Арису)

Она всё это время наблюдала за нами со стороны, стараясь не вмешиваться, а сейчас с лёгким беспокойством посмотрела мне в лицо.

Риндо-сан была права. Учитывая её измотанное состояние, был неиллюзорный шанс, что она просто не выдержит и выложит всю правду сама.

Но этого бы всё равно не произошло.

— Исключено. Пока Рику-кун вертится поблизости, она ни слова не скажет о том, что случилось на самом деле. (София)

Резко развернувшись на каблуках, я бросила ответ Риндо-сан через плечо и направилась в сторону дома.

— Это ещё почему?.. (Арису)

— Как только появился Рику-кун, её поведение кардинально изменилось. Я полагаю, это из-за того, что она панически боится показать Рику-куну свою злобную, уродливую сторону. Раз так, значит, она боится, что он её возненавидит, и больше всего на свете дорожит братом, верно? По его словам же прекрасно видно, что она буквально вырастила его в любви и заботе. Неужели ты думаешь, что девушка, которая до одури боится, что её возненавидит собственный младший брат, вдруг возьмёт и сознается перед ним в том, что жестоко оклеветала чужого человека? (София)

— А-а... и правда... (Арису)

Риндо-сан была весьма проницательной девчонкой, так что тут же уловила суть.

Именно. Как только я загнала Миуми-сан в угол, присутствие Рику-куна стало для нас непреодолимым препятствием.

— Но как ты вообще всё это поняла?.. (Арису)

— Опыт, — усмехнулась я. (София)

Всё просто: я точно так же всеми силами стараюсь не показывать Кенто-куну свои худшие стороны, боясь, что он меня возненавидит.

— Но меня сейчас волнует другое. Когда мы беседовали за обедом, ты обмолвилась, что знаешь о ситуации Миуми-сан, верно? (София)

Риндо-сан тогда обронила, что Миуми-сан превратили в послушную пешку из-за её «обстоятельств».

Посмотрев на эту убогую развалюху, в которой они ютились, и послушав слова Рику-куна, я примерно сложила в голове мозаику, но мне хотелось знать всё наверняка.

— О, так ты наконец-то решила спросить... (Арису)

Уловив мой настрой, она выложила мне всё, что знала о Миуми и её брате.

Оказалось, родители бросили их ещё в раннем детстве, и они росли в детском приюте.

Из-за этого они часто становились объектами травли со стороны окружающих, но Сигурадзака-сан вступилась за них и взяла под своё крыло.

Более того, заметив у Рику-куна талант к спорту, именно Сигурадзака-сан уговорила Миуми отдать его в бейсбол. Все расходы она великодушно взяла на себя — разумеется, взамен на беспрекословное подчинение со стороны Миуми-сан.

Она также рассказала, что после окончания средней школы Миуми-сан покинула детский приют, устроилась сразу на несколько подработок и теперь в одиночку тащит на себе брата.

Но сильнее всего меня задело то, что Рику-кун тоже из кожи вон лезет, мечтая стать профессиональным бейсболистом, чтобы отплатить сестре за её доброту.

Именно этот фрагмент неожиданно расставил всё по своим местам и объяснил то грызущее чувство дискомфорта, что не отпускало меня ранее.

Впрочем, пока это дело могло и подождать.

Честно говоря, пока я слушала эту печальную историю, у меня язык чесался выкрикнуть что-то вроде: «Не бросайте детей!», «Неужели этим должны заниматься школьницы?!» или «Хватит издеваться над людьми!». Но, если отбросить эмоции, я считала, что Миуми-сан, с малых лет надрывающаяся ради младшего брата, и Рику-кун, так отчаянно пытающийся отплатить ей той же монетой, заслуживали лишь восхищения.

Я прекрасно понимала, почему они так дорожат друг другом.

Но именно поэтому вся эта ситуация была настолько ужасной.

И не только для Кенто-куна. Если всё так и продолжится, Сигурадзака-сан в конце концов просто разотрёт их в порошок.

— Онии-чан, ты ведь здесь, да? (София)

Подойдя к месту, где нас дожидался Кенто-кун, я негромко окликнула его.

Раз уж он всё это время висел с нами на телефоне, то наверняка уже и сам всё понял.

Он стоял, уперев взгляд в окрашенное закатом небо, и массировал лоб так, словно у него раскалывалась голова.

— В чём дело? (Кенто)

Тяжело вздохнув, Кенто-кун опустил руку и посмотрел на меня своим самым серьёзным взглядом.

— На этот раз подставили именно тебя, да и сама Миуми-сан вряд ли питает к тебе тёплые чувства. Но я всё равно хочу спросить. Если я скажу, что хочу вытащить этих детей из болота, что онии-чан на это ответит? (София)

На данный момент Кенто-кун был для меня абсолютным приоритетом.

Это означало не просто спасти его от исключения, но и уважать его собственные чувства.

В конце концов, было бы вполне естественно, если бы он испытывал отторжение к идее помогать тем самым людям, которые его подставили.

Поэтому я хотела удостовериться в его намерениях наверняка.

— София, поступай так, как считаешь нужным. Я тоже думаю, что оставлять это дело в таком виде попросту нельзя. (Кенто)

...Как я и ожидала. Он и впрямь был потрясающим человеком.

Он так тепло и мягко улыбался, даже когда речь зашла о спасении того, кто втянул его в этот кошмар.

◆

— Мам, у меня к тебе просьба. (София)

Вечером, когда моя вечерняя зубрёжка подошла к концу, я окликнула маму, прежде чем она успела выйти из комнаты.

Услышав это, мама ласково улыбнулась и опустилась обратно на стул.

— В чём дело? Говори смело, не стесняйся. (Джессика)

Её улыбка так и лучилась добротой, но я всё равно немного нервничала.

Ещё бы, ведь то, о чём я собиралась попросить, выходило за все рамки.

— В общем... я хочу одолжить часть тех денег, что оставил папа... Я не знаю точной суммы, но мне потребуется довольно много... (София)

Я приготовилась к неминуемой взбучке и выпалила свою просьбу.

Однако...

— Хорошо. (Джессика)

...мама всё с той же мягкой улыбкой утвердительно кивнула, даже ни о чём не расспрашивая.

— Хорошо?.. Стой, правда?! Но ведь это огромная сумма, а я даже не сказала, на что собираюсь её потратить! (София)

Я совершенно не ожидала, что она согласится вот так просто, поэтому, вместо того чтобы благодарить, сама начала допытываться до причин.

Мой папа был суперзвездой профессионального бейсбола, зарабатывал сотни миллионов, а плюсом к этому шла ещё и колоссальная страховка. Так что на наших счетах должна была скопиться поистине астрономическая сумма. И всё же, мама всегда была очень строга в финансовых вопросах.

Она бы ни за что в жизни не позволила мне тратить деньги, даже не узнав их предназначения.

Здесь сто процентов крылось что-то ещё.

И пока я подозрительно щурилась, мама произнесла:

— Просто Кенто-кун предупредил меня о такой возможности. Он сказал, что София может прийти просить денег, и очень просил меня выслушать тебя без лишней ругани и не допытываться, зачем именно они тебе нужны. (Джессика)

— Онии-чан... (София)

Хоть я и заявила, что хочу помочь Миуми-сан и остальным, я всё ещё не рассказывала Кенто-куну о своём конкретном плане.

Но, понаблюдав за моей перепалкой с Миуми-сан и оценив их плачевное положение, он, видимо, вычислил мой следующий ход.

Да ещё и подстелил солому, заранее поговорив с мамой, чтобы мы не поссорились.

Наверняка он сделал это, чтобы хоть немного снять с меня этот груз.

...Погодите-ка, что?!

— Это значит, что онии-чан знает, что у тебя хранится огромная сумма?! Откуда?! Ты что, рассказала ему про папу?! (София)

Обычно, если нужны большие деньги, идут просить их у кормильца семьи — то есть у отца.

Даже если этот отец не является моим кровным родственником, это ничего не меняет.

Скорее, Кенто-кун должен был решить, что я обращусь к доброму отчиму, а не к родной матери, которая со своей родной дочерью всегда была строже.

Но раз он пошёл напрямую к маме, значит, он уже в курсе, что именно у неё хранятся эти деньги.

— Конечно, знает. Я сама ему всё рассказала. (Джессика)

— Зачем?! Ты же сама говорила, что любые разговоры о папе заставят и папу Кенто, и самого онии-чана чувствовать себя неуютно, и что им это не понравится..! (София)

Именно поэтому я решила, что маму даже не обязательно отдельно просить держать этот секрет в тайне.

Узнай Кенто-кун, что мой папа — Райли Фрост, как бы он обо мне подумал...

— Не переживай. Единственное, что я ему сказала: твой отец оставил нам весьма крупную сумму, так что, даже если София решит поступать в престижный университет, никаких проблем с деньгами у нас не возникнет. (Джессика)

Пока я паниковала, мама мягко опустила руку мне на голову.

И ласково погладила.

Вот же злюка... наверняка специально подала это так, чтобы я всё не так поняла...

— Почему ты не сказала этого сразу?.. (София)

— Мне кажется, София просто слишком бурно реагирует. (Джессика)

Ещё бы я не паниковала.

Для Кенто-куна папа был настоящим кумиром. И если бы он узнал, что я — дочь того, кем он так восхищается, Кенто-кун бы сразу начал смотреть на меня в совершенно ином свете... и точно не как на объект романтического интереса.

Случись это, мне кажется, он бы больше никогда не взглянул на меня как на девушку.

И, что самое главное, папы больше нет с нами, и пускай я и дочь Райли Фроста, я уже ничего не могу сделать, чтобы его порадовать.

Так что я рассудила, что лучше эту тему вообще не поднимать.

И твёрдо решила рассказать ему всё только тогда, когда стану его официальной девушкой.

— В общем, расслабься. Деньги я тебе одолжу. И, разумеется, когда придёт время, поеду с тобой, чтобы убедиться, что все бумаги оформлены как подобает, договорились? (Джессика)

С игривой улыбкой мама покинула мою комнату.

Я-то думала, что уговорить её будет самой сложной частью плана, но благодаря Кенто-куну всё решилось куда проще, чем я могла себе представить.

Благодаря этому я могла начать действовать уже завтра.

Подготовка к переубеждению Миуми-сан была завершена.

◆

На следующий день...

— Зачем вы снова припёрлись?.. (Миуми)

После уроков я пулей долетела до дома, переоделась, заскочила в один нужный магазинчик, а затем без предупреждения заявилась к Миуми-сан. Вышла она с донельзя недовольным лицом.

Она пропадала на нескольких подработках, но благодаря Риндо-сан, которая примерно помнила её график, мне удалось подгадать время, когда она точно будет дома.

Её недовольство, вероятно, было вызвано тем, что вчера я безжалостно загнала её в угол и нащупала самое слабое место.

— Хотела поговорить с тобой ещё раз. (София)

— А я не хочу... И сегодня вы одна?.. (Миуми)

Хоть она и говорила, что не хочет общаться, разговор всё же поддерживала.

Она вполне могла бы наотрез отказать мне и закрыть дверь перед носом, но эта девочка была слишком совестливой.

— Я хотела поговорить честно, с глазу на глаз. К тому же, у меня для тебя отличные новости. (София)

К Риндо-сан Миуми-сан питала куда более острую неприязнь, чем ко мне, поэтому её я оставила дома.

Кенто-кун, само собой, дежурил неподалёку, как и вчера.

— Я вам не верю... и насчёт Кенто-сана мне вообще нечего сказать... (Миуми)

То, как она назвала его «Кенто-сан», не ускользнуло от моего внимания.

Судя по всему, вчерашний разговор при Рику-куне оставил на ней серьёзный отпечаток.

Она больше не воспринимала Кенто-куна как врага Сигурадзаки.

— Правда? А ведь эти новости наверняка бы обрадовали Рику-куна. (София)

— Э-э..?! (Миуми)

Стоило мне произнести имя брата, как её реакция кардинально изменилась: она тут же проявила острый интерес.

Ох, чувствую, эту дурёху легко обведёт вокруг пальца любой мошенник...

Хотя, подождите, её ведь уже обвели...

— Для начала, может, впустишь меня? Мы могли бы спокойно всё обсудить в твоей комнате. (София)

Я слегка приподняла коробку, которую держала в руках, и дружелюбно улыбнулась.

Она недоумённо склонила голову набок, пытаясь угадать, что внутри упаковки.

Тогда я приоткрыла крышку и показала содержимое...

— Тортик..?! (Миуми)

Её личико мгновенно просияло.

Странно... вроде мы ровесницы, но она вела себя до нелепости мило.

Я даже захотела записать её в младшие сёстры.

В тот момент мне правда захотелось просто забрать её с собой домой.

— Я всё-таки отнимаю у тебя время, так что это меньшее, чем я могла компенсировать свой визит. (София)

— ... (Миуми)

Миуми-сан, очевидно, безумно хотела этот торт: она судорожно сглотнула и прямо-таки пожирала коробку глазами.

Но, заметив мой пристальный взгляд, она с силой замотала головой, отгоняя сладкое наваждение, и выдавила из себя напряжённую улыбку:

— Вы вообще уверены? Впусти я вас внутрь — и стоит мне только позвать своих друзей-парней, как вам конец. София-сан, вы, конечно, выглядите эффектно, но... (Миуми)

Типичная попытка запугивания, без малейших сомнений.

Она такая милашка, а эта гяру, видимо, вбила ей в голову всякую дичь...

Подавив лёгкий укол гнева, я даже не дрогнула в лице, сохраняя улыбку.

— Ты бы никогда такого не сделала. В конце концов, в этом доме ты живёшь со своим драгоценным братом. (София)

— ...Проходите. (Миуми)

Может, у неё закончились аргументы, а может, желание съесть торт банально перевесило здравый смысл.

Но она впустила меня без особых колебаний.

Я думала, что есть высокая вероятность того, что она связалась с Сигурадзакой-сан после вчерашнего, но, видимо, она этого так и не сделала.

Всё в точности так, как и предсказывала Риндо-сан.

Миуми-сан послушно прибегала по первому зову Сигурадзаки-сан, но вот сама инициировала контакт крайне редко.

Дело было в том, что в прошлом Миуми-сан, будучи зависимой от Сигурадзаки, постоянно ей докучала. Та сочла её назойливой и строго запретила писать ей первой.

Она, по сути, использовала её лишь как удобный, безотказный инструмент.

Эх, вот бы и сама Миуми-сан это осознала...

Но, учитывая, что ей промывали мозги с самого детства, это было весьма маловероятно.

Или, возможно, она просто отчаянно убеждала себя в том, что Сигурадзаке-сан она не в тягость, отказываясь замечать правду.

Как бы то ни было, назвать их отношения нормальными было нельзя.

— Выбирай любой, какой приглянется. (София)

Меня пустили присесть за крохотный столик, и я предложила ей выбрать кусочек.

— Ну, тогда... вот этот. (Миуми)

Среди трёх вариантов она указала на классический клубничный шорткейк.

Я выложила десерт на принесённую бумажную тарелку и протянула ей вместе с пластиковой вилочкой.

— Спасибо... (Миуми)

Миуми-сан радостно взяла его и абсолютно искренне поблагодарила.

М-да... она что, совсем забыла, что я — сестра Кенто-куна?..

Вот настолько у неё отсутствовала бдительность.

Мне нужно было уладить все вопросы до возвращения Рику-куна... но для начала стоило углубить контакт.

Чтобы её переубедить, я должна была завоевать её доверие.

Для этого совместное поедание сладостей казалось мне отличным планом по сближению.

— Как же вкусно... (Миуми)

Отведав первый кусочек торта, Миуми-сан издала восхищённый вздох.

Я заметила, как в уголках её глаз предательски блеснули слёзы.

— Ты не очень часто ешь выпечку, да? (София)

— Нет... Я вкалываю на нескольких работах, чтобы нам просто хватало на жизнь и чтобы Рику-кун мог играть в бейсбол — на это уходят все мои силы... А если и остаются лишние деньги, я откладываю их на тот случай, если ему понадобятся большие средства для спорта... (Миуми)

Поедание торта явно позволило ей расслабиться эмоционально.

Так легко и непринуждённо она начала рассказывать мне о своей ситуации.

Девчонке всего пятнадцать или шестнадцать лет, а она горбатится на нескольких работах, чтобы прокормить себя и своего младшего брата совершенно одна...

Возможно, таких детей в этом мире куда больше, чем я себе представляла.

Надо было купить побольше торта.

— Оставь остальное Рику-куну. (София)

— Да, спасибо вам огромное..! (Миуми)

Она улыбнулась мне искренне и светло, как ребёнок, и сказала спасибо.

Увидев эту улыбку, я дала себе мысленное обещание.

*Сигурадзака-сан, я никогда тебя не прощу...*

К той, что так далеко увела с праведного пути эту хорошую девочку, я теперь испытывала настоящую ненависть.

— Ну что ж, может, перейдём к делу? (София)

Дождавшись, пока она доест торт, я озвучила это с улыбкой.

Однако, как я и ожидала, стоило мне напомнить об истинной причине моего визита, как Миуми-сан тут же напряглась и ощетинилась.

Но отступать было нельзя.

— Скажу прямо. Я хочу, чтобы ты выложила мне всю правду об онии-чане. (София)

После моих слов Миуми-сан тут же опустила глаза, избегая зрительного контакта.

Вчера она твердила, что «ничего не знает», но сейчас в ней явно что-то изменилось.

Наверняка всё из-за её вчерашней стычки с Рику-куном.

Я была уверена, что её совесть основательно встряхнуло — и теперь она страшно мучилась от чувства вины.

— Даю слово, мы не будем тебя винить ни в чём. Всё, чего мы хотим — доказать невиновность онии-чана, чтобы он смог выступить на турнире. Если мы бездействуем, человек, который не сделал ничего дурного — нет, человек, который ринулся спасать тебя — будет несправедливо наказан. (София)

Прямо сейчас Миуми-сан, вероятно, разрывалась между чувством вины и долгом перед Сигурадзакой-сан.

Для Миуми-сан, которая свято верила, что та защищала её с малых лет, предать Сигурадзаку-сан было равносильно немыслимому преступлению.

Поэтому я продолжала давить на её совесть.

— Миуми-сан, наверняка ты и раньше выполняла её поручения за деньги, не так ли? Разве в этот раз всё было не точно так же? И если это правда... что, по-твоему, почувствует Рику-кун, узнав, что он занимается бейсболом на деньги, добытые таким отвратительным способом? (София)

— ............ (Миуми)

Миуми-сан молчала.

Заметьте, она не стала этого отрицать.

Обычно в таких ситуациях люди с жаром бросаются всё оспаривать.

То, что она не стала — или не смогла — этого сделать, означало, что всё в точности так и было.

Учитывая, что их взаимоотношения строились по принципу «выполни поручение — получишь деньги», и в этот раз наверняка сработала та же финансовая схема.

— Рику-кун — хороший, честный мальчик. Он ведь даже не подозревает, чем ты занимаешься ради Сигурадзаки-сан, не так ли? Как ты посмотришь ему в глаза, если этот позор вскроется? (София)

Плечи Миуми-сан еле заметно вздрогнули.

Возможно, мои слова прозвучали для неё как шантаж.

Конечно же, я не собиралась вываливать эту грязь на Рику-куна, но даже если она восприняла это как угрозу, винить её за это я не могла.

Всё, чего я хотела в тот момент — это продолжать давить на её совесть.

Но даже после этого Миуми-сан упорно хранила молчание.

Теперь всё стало абсолютно очевидно: её чувство долга перед Сигурадзакой-сан перевешивало вообще всё.

Ничего не попишешь. Я до последнего не хотела заходить так далеко, но...

— Сигурадзака-сан совсем не такая, какой ты её себе нафантазировала. Она... (София)

— Не смей говорить гадости про Ри-тян!! — взвилась Миуми-сан. (Миуми)

Как я и думала.

Сколько бы я ни давила на неё, её чувство преданности и слепой привязанности к Сигурадзаке-сан вырастало передо мной непробиваемой стеной, обрывая все попытки достучаться до неё.

Именно поэтому мне во что бы то ни стало нужно было эту стену разрушить. А для этого, само собой, мне придётся показать ей истинное лицо Сигурадзаки-сан.

Но Миуми-сан так отчаянно держалась за иллюзии о своей «спасительнице», что отреагировала с такой неистовой яростью.

— Я лишь констатирую сухие факты. (София)

— Вы ведь даже толком не общались с Ри-тян..! А я знаю её с младшей школы, поэтому, естественно, я знаю её лучше..! (Миуми)

— И что же, например? (София)

— А? (Миуми)

— К примеру, чем конкретно так хороша твоя Сигурадзака-сан? (София)

От моего вопроса в глазах Миуми-сан промелькнула растерянность.

Она явно не ожидала, что я зайду с этой стороны.

— Н-ну... точно, она очень добрая! Когда надо мной издевались в младших классах, Ри-тян пришла и помогла мне! Она приказала всем задирам немедленно прекратить..! И после этого они от меня сразу же отстали..! — отчаянно выпалила Миуми-сан. (Миуми)

Услышав её лихорадочное объяснение, я вмиг осознала одну пугающую вероятность.

— В каком классе началась эта травля? (София)

— Какая разница, в каком?.. Зачем вы вообще об этом спрашиваете?.. (Миуми)

— Просто ответь на вопрос, ладно? (София)

— Кажется... где-то в начале второго класса... (Миуми)

Я так и знала.

В случае Миуми-сан, если над такой миловидной и доброй девочкой начали издеваться, единственной реальной причиной могло стать то, что она росла в детдоме, не имея родителей.

Но об этом было известно всем ещё с первого класса.

Однако почему-то издеваться над ней начали только во втором.

Это была первая существенная нестыковка.

— А Рику-кун, случайно, не побеждал во всех забегах уже с первого класса? (София)

— Д-да, он всегда бегал быстрее всех... (Миуми)

Всё окончательно сошлось.

С абсолютной уверенностью в голосе я медленно заговорила:

Сигурадзака Рио... что же она за человек такой?..

Наверняка она провернула нечто такое, до чего ни один нормальный второклассник в жизни бы не додумался.

— Миуми-сан... есть огромная вероятность того, что эта травля началась по прямому приказу Сигурадзаки-сан. (София)

Лицо Миуми-сан мгновенно исказилось.

Но это был не побледневший шок от осознания, что её обманывали с самого начала — нет, её лицо покраснело от гнева.

— Да как вы смеете так оскорблять Ри-тян..! Это ложь, этого просто не может быть..! Ри-тян спасла меня..! (Миуми)

— Миуми-сан, ты ведь сама только что сказала. Что стоило Сигурадзаке-сан отдать задирам приказ, как издевательства прекратились моментально. Это означает, что она изначально находилась в положении, при котором эти хулиганы её слушались. (София)

— А... (Миуми)

Слова застряли у Миуми-сан в горле.

До неё наконец-то дошло, к чему я веду.

Если у кого-то есть власть остановить издевательства одним словом, значит, у этого человека есть власть и начать их.

— Миуми-сан, тот факт, что над тобой, такой прелестной и покладистой, вдруг начали издеваться, любой другой списал бы на обстоятельства твоего воспитания. Но в первом классе тебя никто не трогал. Травля началась аккурат после того, как в школу пошёл Рику-кун. Всё потому, что Сигурадзака-сан приметила Рику-куна и решила сделать вас обоих своими послушными пешками. (София)

Миуми-сан обладала невероятно миловидной внешностью, а также послушным и покладистым характером.

Рику-кун же демонстрировал феноменальный спортивный талант. Сигурадзака-сан наверняка решила, что держать их обоих под своим контролем будет весьма полезно.

Разумеется, в том весьма юном возрасте она вряд ли мыслила столь масштабно, в категориях профессионального бейсбола.

Поэтому она просто искусственно создала ситуацию, чтобы стать «той, кто остановил травлю» — так она могла легко завоевать доверие Миуми-сан и повесить на неё пожизненный долг.

С таким объяснением все детали идеально вставали на свои места.

— Н-но... Ри-тян никогда бы не поступила так жестоко... (Миуми)

Даже сейчас Миуми-сан отказывалась в это верить до конца.

Но её непоколебимая, безусловная вера в Сигурадзаку-сан всё-таки дала трещину.

— Однажды она точно так же попыталась подставить меня, да ещё и окатила водой с головы до ног. И именно поэтому с треском вылетела из школы. (София)

— ...Ри-тян говорила, что её исключили из-за того, что вы с Арису-тян её подставили... (Миуми)

Как я и ожидала, Сигурадзака-сан успела забить ей голову лживой версией тех событий.

С какой же непринуждённой лёгкостью этот человек умеет лгать?

— Тогда скажи мне... почему Риндо-сан и остальные девочки, которые якобы её оклеветали, отделались всего лишь временным отстранением? (София)

— Эт-то... (Миуми)

Миуми-сан не нашлась с ответом.

Оно и неудивительно: поверить во что-либо иное в этой ситуации было попросту невозможно.

— Причина, по которой она продолжала давать тебе деньги, кроется в том же самом. Для неё ты никогда не была подругой — лишь удобной пешкой. К тому же, если на её деньги Рику-кун выбьется в профи, это может принести ей огромную выгоду. (София)

Сигурадзака-сан подбивала Миуми-сан устроить Рику-куна в бейсбол, прекрасно понимая, что все её деньги пойдут именно на развитие мальчика.

Таким образом, она могла беспрепятственно управлять самой Миуми-сан, параллельно «выращивая» ещё одного полезного человека за свой счёт.

Если Миуми-сан будет испытывать к Сигурадзаке-сан абсолютную признательность, то и Рику-кун будет считать её своей благодетельницей. И если он прорвётся в профессионалы, она насладится плодами своих инвестиций сполна.

А если даже у него ничего не выйдет, они оба останутся такими же удобными марионетками, что всё равно будет для Сигурадзаки-сан сплошным плюсом.

Кроме того, мне казалось, что и идею «стать профи, чтобы отплатить сестре» в голову Рику-куна вложила именно Сигурадзака-сан.

— И это ещё не всё. Вступив в сговор и подставив своего брата, ты, Миуми-сан, по сути вручила Сигурадзаке-сан мощнейший компромат на саму себя. Ты хоть понимаешь это?

От моего вопроса лицо Миуми-сан побледнело, и она отчаянно замотала головой.

Она ничего не понимала.

Вот к чему приводит слепое послушание.

— Мало того, что Сигурадзака-сан совершила преступление чужими руками, так ещё и собиралась использовать этот инцидент как железобетонный шантаж против тебя, как только Рику-кун выйдет в высшую лигу. Именно поэтому она наняла левых мужчин за деньги, а вот на женскую роль привлекла тебя, Миуми-сан. (София)

Именно этот пазл долго не складывался у меня в голове.

Если у неё были деньги, чтобы нанять мужчин, она с тем же успехом могла нанять и женщину на эту роль.

Так она бы максимально снизила риск выйти на саму себя.

Ведь в таких махинациях самые большие риски всегда ложатся именно на исполнителей.

Пусть лица на записи и были замазаны, их образы всё равно запечатлелись на видео, и случись что — их поймали бы первыми.

Наверняка поэтому для этой роли специально нашли людей со стороны.

Тогда зачем было привлекать Миуми-сан?

Потому что этот факт можно было использовать как первоклассный шантаж, если Рику-кун станет профи. А учитывая, что из Миуми-сан просто тянули выгоду, от неё можно было легко избавиться в случае малейшей опасности.

Отношение к ней было как к расходному материалу, ведь шансы Рику-куна пробиться в высшую лигу на тот момент расценивались как невысокие.

К тому же, его спортивные успехи в средней школе были довольно скромными.

Отсюда складывалось впечатление, что они совершенно не собирались оплачивать его обучение в старшей школе.

В конце концов, оплачивать частную школу — удовольствие не из дешёвых...

Но при обоюдном желании они вполне могли бы потянуть эти расходы, разделив их с Миуми-сан, которая вкалывала бы на дополнительных подработках.

Ведь в семье Сигурадзаки-сан, судя по всему, денег куры не клюют.

Но если мыслить в этом ключе, то Миуми-сан была для неё всего лишь одноразовой шестерёнкой в этой афере, от которой можно откреститься в любую секунду. А в случае маловероятного прорыва Рику-куна, это видео всегда можно было бы использовать как рычаг для шантажа.

— Но... приказы-то отдавала Ри-тян, так что даже если вы будете мне угрожать... ах..! (Миуми)

Она сама всё рассказала.

То, что у неё самой рыльце в пушку, и Сигурадзака-сан легко может шантажировать её из-за этого инцидента, и то, что она совершила это по приказу.

А главное, тем самым она подтвердила, что громилы из видео были наёмниками.

Только потому, что она не стала этого отрицать.

Если бы те парни были просто её друзьями из плохой компании, она бы отмела подобное предположение с нервным смешком.

Но то, что она промолчала с перепуганным видом, лишний раз доказывало: парни были наняты.

— Не бойся, я не записывала наш разговор, — дружелюбно успокоила я. (София)

Это была ложь: я записала всё от первого до последнего слова.

Но если мне удастся перетянуть её на нашу сторону, я получу такие железобетонные показания, что в этой диктофонной записи просто отпадёт необходимость.

Поэтому, если она доверится мне настолько, чтобы продолжать говорить, эту запись можно будет никогда не доставать на свет.

— Какое облегчение... — Миуми-сан заметно расслабилась, приложив руку к груди. (Миуми)

Она, видимо, и сама не осознавала, насколько глубоко зарыла себя своими признаниями.

— И если говорить о шантаже, то ставки неравны. Если она и разыграет эту карту, то лишь в тот момент, когда Рику-кун станет профессиональным бейсболистом. Ущерб для обычного человека и для прославленного атлета — это несопоставимые вещи. (София)

Скандалы вокруг известных личностей всегда раздуваются из вещей, о которых даже не заикнулись бы, будь они обычными людьми.

И публика крайне неохотно прощает известным лицам их промахи, с нескрываемым злорадством желая их падения.

Даже если сам человек ни в чём не виноват, история помнит немало случаев, когда знаменитостям приходилось нести ответственность и ломать себе карьеру только потому, что их родители, дети или родственники вляпались в грязную историю.

Всплыви правда об обвинении Кенто-куна — и Рику-кун мгновенно превратился бы в мишень для массовой травли.

Естественно, Миуми-сан, как заботливая старшая сестра, сделала бы всё возможное, чтобы это предотвратить, и продолжала бы вечно плясать под дудку Сигурадзаки-сан.

Если до этого дойдёт, ею будут пользоваться и помыкать до конца её дней, без надежды на освобождение.

— Ри-тян... она бы не поступила так жестоко... — слабо сопротивлялась Миуми-сан. (Миуми)

— Правда? А ты как следует проанализируй всё, что Кудзёин-сама делала до сих пор. Можешь ли ты с чистой совестью утверждать, что тобой просто не пользовались? Разве у тебя нет воспоминаний о том, как на тебя смотрели сверху вниз после окончания средней школы? (София)

Я взяла руку Миуми-сан в свою и посмотрела ей прямо в глаза.

Медленно в уголках её глаз начали скапливаться слёзы.

Видимо, ей всё-таки было что вспомнить.

И осознание того, что её предал единственный человек, которому она так безгранично доверяла, окончательно подкосило её.

— У-у... Ува-а-а-а-а-ах! Что же мне делать?! Что мне теперь делать?! Рику-кун так старается! Он выкладывается на все сто! Из-за меня Рику-кун окажется в беде! — разрыдалась Миуми-сан. (Миуми)

В полной мере осознав весь ужас и безвыходность своего положения, Миуми-сан зашлась в истерике.

Слова, слетающие с её губ, были не о ненависти к Сигурадзаке-сан, а о жгучем беспокойстве за судьбу любимого брата — что служило лучшим доказательством её доброты.

— Не плачь... если ты согласишься правильно всё рассказать, мы с онии-чаном обязательно вас защитим, — мягко произнесла я. (София)

Я крепко обняла Миуми-сан, нежно поглаживая её по голове.

Она подняла на меня свои залитые слезами глаза.

— Всхлип... правда?.. (Миуми)

— Да, я не вру, — заверила я. (София)

— Даже несмотря на то, что я оклеветала Кенто-сана? (Миуми)

— Всё будет хорошо. Онии-чан невероятно добрый и открытый. Он никогда не бросает в беде тех, кому нужна помощь, на него можно положиться, как ни на кого другого, и вообще — он самый замечательный, самый потрясающий парень на свете. Так что можешь с уверенностью нам довериться. (София)

Услышав это, Миуми-сан, всхлипывая, наконец-то рассказала мне всю правду.

Она во всём призналась — начиная с приказов Сигурадзаки-сан и заканчивая демонстрацией всей их переписки в приложении.

К счастью, поручение обрезать видео тоже досталось именно ей, поэтому на её компьютере сохранились все оригинальные отснятые кадры.

Поскольку компьютер также был её «подарком», я позаботилась о том, чтобы сразу же скопировать видео, пока Сигурадзака-сан не решила его отобрать — теперь у нас была идеальная доказательная база невиновности Кенто-куна.

В качестве благодарности я пообещала ей, что пока им не исполнится девятнадцать, они с Рику-куном могут жить без забот и трудностей. Также я обязалась одолжить все необходимые средства для того, чтобы Рику-кун смог продолжать играть в бейсбол — включая оплату обучения в частной старшей школе.

Мы заключили сделку: она вернёт мне эти деньги, только если Рику-кун выйдет в профессионалы; а если не получится — то ничего возмещать не придётся.

Миуми-сан рыдала и без конца твердила слова благодарности, но я совершенно не искала её признательности.

Всё это было не более чем моим эгоистичным желанием: я просто очень хотела, чтобы эта девочка, которая перенесла столько страданий и всё равно отчаянно сражалась за своего младшего брата, наконец-то получила то вознаграждение, которого она всегда заслуживала.