Глава 17

Тяжёлая атмосфера царила в зале для собраний. Десятки графов, управлявших населёнными монстрами континентальными землями, срывая горло, спорили с ярлами, правившими побережьем и морем чудовищ. Эти люди тысячелетие сражались с самыми страшными отродьями всего Яктуса, защищая центральные земли королевства. В конце концов их характер затвердел, а душа стала холодной, как их родина. Они с трудом терпели даже жителей соседних графств, но всё же в их сердцах было место, наполненное теплом и заботой. Это место для каждого человека занимала семья и друзья. Таковы земли севера, где, бесконечно сражаясь с монстрами, люди сами чуть не стали монстрами.

Наконец, в зале появился один из адъютантов, громогласно провозглашая: "Герцог Снежного человека, халиф Величайшего, непогрешимый и сильнейший - Альрик Айронхарт."

Атмосфера мгновенно изменилась став торжественной и благоговейной, ведь появившийся человек не мог не внушать трепет. Гигантский человек с ростом двести сорок, обладающий образцовым телом с налитыми силой мышцами. Герцог медленно прошёлся по залу, занимая отведённое ему место, и спокойно заговорил, стараясь сдержать хмурость.

"Прилив громовых волков закончился, их король убит нашими славными воинами" - по залу прокатилась волна удивления, столь неожиданное событие удалось решить относительно малыми потерями. "Однако город Фант практически полностью уничтожен. Это печальная новость, но есть ещё хуже. Мне пришла информация, что на западе герцогства после уничтожения стольких волков быстро расплодились горные крысы. Грядёт новый звериный прилив, и он будет направлен на всё тот же город - Фант". Мрачные выражения украсили лица всех присутствующих.

"Ситуация тяжёлая, поэтому будет необходимо участие каждого из нас. Мы создадим армию из войск нескольких графств, она заблокирует гору и не даст приливу атаковать прилегающие к городу территории. В это же самое время особая ударная группа будет атаковать группы крыс, используя тактику молниеносным атак и отступлений." - в зале показались кивки, но многие люди помрачнели ещё сильнее. "Я знаю о текущей ситуации с атако на мамонтов, борьбой с рыбо-драконами и остальным. С ваших территорий я просто не имею права потребовать ни воина, необходимо будет лишь снабжение."

Граф Ингвальд протяжно выдохнул: "Не зря госпожа Ольга заставила меня атаковать серых медведей, это хорошое оправдание не терять войска. Хотя я уверен, что он уже что-то знает о подготовке восстания и попробует привлечь тех, кого подозревает. "

Альрик продолжил: "Графы Торвальд, Флот, Хафтор и ярлы Эдди и Ульрик, я надеюсь, что вы не откажетесь послать свои войска для формирования армии."

"Что? Там ни одного из заговорщиков? Он что-то задумал или действительно не догадывается? " - в душе мужчины с кучерявыми волосами неслись сотни беспокойных мыслей, но выражение лица оставалось торжественным, пока Герцог не устремил свой пронзительный взор прямо на него.

"Граф Ингвальд, я знаю о тяжёлой ситуации в ваших землях, но так же знаю, что лишь два замка на всём севере приручили снежных людей, и ваши самые свирепые и сильные. А потому я уверен, что именно ваши силы должны стать ударным отрядом, ради этого я лично отправлюсь на ваши земли и сокрушу всех серых медведей, всё таки они неудобные для вас противники".

Сердце мужчины забилось быстрее, но в следующий момент окончательно упало. На лице повелителя севера появилась небольшая улыбка. "Также я считаю, что в помощь вам необходимы группы всадников, но так как ваши силы будут основой, я даю вам право сделать выбор. Ярл Торбьерн и его Чёрная гвардия или Граф Олаф с Мрачными жнецами?"

"Вот оно" - кудрявый воин потупил взгляд - "Во время атак я буду полностью окружён лояльному герцогу войсками, при этом он заставляет меня выбрать между верными или предавшими всадниками. Он знает! Это не выбор, а проверка. Но если я выберу в сопровождение Чёрную гвардию, то у меня совсем не будет союзников, шансы на выживание пропадут." Судорожные размышления, которые продлились лишь мгновение, были прерваны голосом: "Я - граф Олаф прошу оказать графа Ингвальда честь и позволить моему отряду Мрачных жнецов стать сопровождением."

Мужчина гордо стоял, выдерживая направленные на него взгляды, когда герцог подытожил: "Благодарю, ваши силы, наверняка, окажут большую помощь в этой битве". На его лице красовалась лёгкая улыбка, однако намного более зловещее выражение было в душе повелителя севера: " Попался".

Обсуждения продолжались ещё несколько часов, в течение которых были рассмотрены многие вопросы разной степени важности. Усталые господа покидали зал с разными настроениями, но граф Ингвальд был мрачнее всех.

Альрик продолжал смотреть вслед уходящим, прорабатывая планы на будущее, когда адъютант вывел его из мыслей. "Повелитель, выжившие из Фанта - отряд Могучих клинков прибыли."

"Отлично, проводи их в зал для аудиенций".

Стены из белого камня толщиной полметра покрывали помещение, изолируя все возможные звуки. Огромные железные двери с трудом отворились перед герцогом, и он вошёл, блистая своим великолепием, несмотря на отсутствие брони. Гулкие шаги отдавались по залу, и двадцать три воина поклонились своему господину. В то же мгновение, как мужчины поднялись, Альрик обвёл присутствующих своим взглядом, подмечая детали.

Его мысли неслись и живо рождали рассуждения: "Все их лица мрачные, я вижу это даже сквозь броню. Было бы неправильно повелеть им снять защиту, ведь за время бесконечных боев она уже стала их родной кожей." - взор снова окинул зал - "вот двое арбалетчиков встали на страже у входа, заняв перекрёстные линии обстрела, остальные рассредоточились по шести группам в идеальном защитном построении. Налицо были колоссальные травмы, которые эти воины пронесли сквозь битвы даже в мирную жизнь. Их оружие было наготове, будто они ждали начала боя в любую секунду… Им больше нельзя на войну, эти славные мужчины должны уйти на заслуженный отдых".

Не успели слова сформироваться на губах герцога, как боль пронзила его левое плечо. Арбалетный болт, выпущенный сзади, торчал с дельты. Спустя вдох времени Могучие клинки обнажили оружие, бросаясь вперёд. Однако первого встретил нисходящий удар правой рукой. Кулак пробил грудную броню, сломал кости и вбил уже бездыханное тело в землю. Повелитель севера явил свою мощь.

Сразу же Альрик бросился в сторону стрелков, молниеносно сокращая дистанцию. Мечники последовали в погоню, но отставали на шаг из-за сковывающей их брони. В этот короткий момент герцог смог сосредоточиться, и огромный статус вырвался из его тела, покрывая весь зал. Арбалетчики первыми ощутили сияние, что поколебало их: души сжались, руки затряслись, а болты прошли мимо цели. Момент слабости не был упущен, и два сокрушительных удара прикончили самые большие угрозы на этом поле боя.

Шестеро воинов выпустили собственные статусы, стараясь прикрыть союзников. Однако повелитель севера не был бы собой, если полагался только на мощь души. Взревев с вызовом, огромный мужчина бросился прямо в толпу врагов, искусно уворачиваясь и тратя на каждого противника лишь по одному удару. Уже спустя несколько вдохов осталось лишь восемь воинов. Герцог раз за разом совершал широкие замахи, разбивая доспехи и круша мечи.

Две головы в шлемах столкнулись с невероятной силой, разбивая кости, и мгновенно прикончив владельцев. Альрик опустил руки, позволяя трупам упасть на землю. "Ты последний" - послышался полунасмешливый тон, который тут же сменился яростью - "Я оставлю тебя в живых и буду пытать до тех пор, пока ты не сорвешь голос от криков. Ты расскажешь мне всё: кто тебя послал, зачем, почему сейчас. Где находятся настоящие Мрачные мечи, что вы с ними сделали? Лишь после получения ответов я дарую тебе смерть". Воин был в шоке от последних минут, его охватывала паника, но услышав слова герцога, он смог вернуть себе самообладание. Уверенное движение было незаметно глазу, а потому потерю крови было не остановить, и смерть настигла последнего из нападавших.

Повелитель севера презрительно цокнул языком: "Откусил себе язык."

Ярость уменьшалась в душе Альрика, заменяясь холодной головой: "Это убийство было неплохо спланировано, воины были хороши и крайне преданы своим господам. Похоже, война будет тяжёлой".

Кровь наполняла белоснежный пол, собираясь в небольшие лужи. Герцог некоторое время смотрел на это зрелище, тихо провозглашая: " Буду считать это объявлением войны, госпожа Ольга".