Э-это?!

Потрясенный Цзян Яо поспешно оттащил Лу Синьюэ назад. Оба они нервно наблюдали за женщиной, рассматривая ее голову. Молодые люди машинально приняли оборонительную позу. Но вскоре обнаружили, что женщина не только не сделала ни одного движения, но, напротив, замерла, глядя на них убийственным взглядом.

Лу Синьюэ некоторое время понаблюдал за происходящим, затем снова осторожно достал с пояса пламенную бусину и бросил ее в сторону незнакомки.

“Щелк.”

Четкий звук падающей на землю бусины эхом разнесся по узкому секретному ходу, и темнота впереди сразу же осветилась ярким светом. Молодые люди моментально обнаружили, что “лакированная красная дверь” перед ними была вовсе не настоящей, а просто изображенной на фреске, а женщина, высунувшая голову, — не реальный человек, а портрет.

Женщина на фреске была в старинной одежде. Высокий лоб, тонкие черты, черные волосы, собранные в высокий пучок. Выражение лица казалось улыбающимся и в то же время нет. Дама осторожно высунулась наполовину из-за двери, словно она рассматривала посетителей и в то же время приглашала войти внутрь.

Цзян Яо на мгновение уставился на портрет женщины перед ним и почувствовал холодок, пробежавший по его спине. Он быстро отвернулся и оглядел секретный проход, но обнаружил, что других путей нет, только тупик впереди.

— Странно, неужели нет выхода? — Цзян Яо подошел к фреске и осмотрел ее, и, конечно же, обнаружил, что за фреской была только каменная стена, а слева и справа — такие же холодные стены без намека на проход.

— Невозможно, очевидно, что направление именно это, — не унимался Лу Синьюэ. Он поднялся и с силой толкнул каменную стену с нарисованной на ней фреской, но та не сдвинулась с места, а лицо юноши слегка перекосило.

— Может быть, мы зашли не туда? — спросил Цзян Яо.

— Нет, мы не нашли никаких развилок по пути, значит, не могли ошибиться, — Лу Синьюэ нетерпеливо ощупывал стены по обеим сторонам, словно искал потайную дверь. Цзян Яо, оправившись от шока, снова бросил взгляд на причудливую фреску перед собой, и у него возникло чувство дежавю.

— Изображение женщины, открывающей дверь? — внезапно пробормотал Цзян Яо, посмотрев на состоятельную женщину на фреске впереди.

— А? Что ты только что сказал? — Лу Синьюэ повернул голову и удивленно посмотрел на спутника.

— Ну, мой учитель однажды сказала мне, что в древних гробницах есть некая декоративная составляющая, основными элементами которой являются двойные двери, одна створка которых плотно закрыта, а другая полуоткрыта. При этом женщина, открывающая дверь, выглядывает оттуда, бесконечно расширяя узкое пространство помещения за счет скрытого помещения. Это распространенный мотив в древних гробницах, — рассказал Цзян Яо. — И это изображение перед нами, похоже, соответствует характеристикам таких фресок.

— Декоративные фрески в древней гробнице? Но это Имперский город-крепость Цзюцюань. Откуда тут взяться гробнице? — спросил Лу Синьюэ.

— Не знаю, но раз эта фреска намекает на расширение пространства, не означает ли это, что за ней есть и другие помещения? — размышлял Цзян Яо, снова шагнув вперед и в свете бусины внимательно разглядывая причудливую фреску перед собой.

Масляная краска, использованная для картины, была довольно яркой. Алая дверь оттеняла ярко-желтое платье женщины. Выражение лица дамы было тщательно прописано, и вся фреска выглядела как живая, словно женщина вот-вот распахнет дверь и встретит гостей. Взгляд Цзян Яо скользнул взад и вперед по изображению, и вскоре незаметная деталь привлекла внимание молодого человека.

Вся гладкая, окрашенная маслом поверхность фрески отражала свет пламенной бусины, но единственное, что отличалось, — это правый глаз женщины, который оставался темным и ничего не отражал.

Этот правый глаз такой странный. Есть ли внутри что-то еще?

Цзян Яо поднял руку, собираясь прикоснуться к глазу женщины, но затем мгновенно остановился. Не понимая особенностей устройства этого места, действовать поспешно было бы рискованно, в случае срабатывания каких-то механизмов последствия могли быть весьма неприятны. Как раз в тот момент, когда молодой человек замешкался, из правого глаза дамы вдруг раздался негромкий звук.

“Щёлк.”

Плохо!

Цзян Яо был застигнут врасплох и быстро отступил на несколько шагов. К его удивлению, из фрески не появилось никаких опасных предметов. Вместо этого стена начала с грохотом отступать назад, алые двери на изображении действительно медленно открылись, открывая взглядам обоих гостей длинный коридор.

— Это потайная дверь! Как ты ее открыл? — Лу Синьюэ был ошеломлен.

— Это… Сам не знаю, — Цзян Яо потерял дар речи. По правде говоря, только что он действительно ничего не делал.

— Ну, несмотря ни на что, хорошо уже то, что мы нашли дорогу, пошли! — изначально немного хмурый Лу Синьюэ снова воодушевился и поспешил войти, но его оттащил Цзян Яо.

— Эй, не спеши. Что, если внутри есть ловушки?

Цзян Яо был поражен безрассудным поведением спутника. Он чувствовал, что с тех пор, как юноша увидел диск Синьсюань, который он достал, с ним было что-то не так. Лу Синьюэ охватило какое-то нетерпение, и даже его спокойствие и находчивость оказались рассеяны этим нетерпением. Происходящее было действительно ненормально.

— Но если мы сейчас не уйдем, то застрянем здесь? — Лу Синьюэ остановился, но все еще не мог скрыть тревогу на своем лице.

— Да… Но если есть что-то, что могло бы исследовать путь, было бы неплохо, — пробормотал Цзян Яо. Он подумал о том, что когда-то мог использовать камень молнии или, лучше сказать, камень грома для отделения части духовной энергии и превращения ее в двойника для исследования дороги. Вот только камень грома теперь был сломан. Что еще можно использовать для отделения духовной энергии?

Кстати говоря, ментальная сила на самом деле является разновидностью физической энергии, и демоническую энергию также можно рассматривать как физическую энергию. Если демоническую силу можно использовать, материализуя ее для поиска пути, то можно ли ее использовать для восприятия?

Почему бы сейчас не попробовать…

Подумав об этом, Цзян Яо сразу же приступил к реализации плана. Он вспомнил состояние, в котором находился, когда использовал камень грома для создания заклинания поиска пути, глубоко вздохнул, мобилизовал океан энергии в своем теле и осторожно отвел от него поток, словно прорезал небольшое отверстие в стенке огромного резервуара, направив энергию, как ручей, и влив ее в правую руку.

Постепенно на ладони Цзян Яо появился слабый фиолетовый свет, и по мере того, как света становилось все больше и больше, заклинание в виде человека стало сгущаться и обретать форму. Повинуясь движению руки молодого человека, оно полетело за каменную дверь.

Получилось! Работает!

Информация о ситуации за дверью продолжала проникать в сознание Цзян Яо, пока заклинание поиска пути продвигалось вперед. Даже Лу Синьюэ, стоявший рядом, выразил удивление, увидев это.

— Удивительно, это редкая демоническая сила восприятия? Что же это за демон, который влил в тебя ману? — Лу Синьюэ с недоверием посмотрел на заклинание. — А разве ты не говорил, что не знаешь, как воплощать демоническую силу?

— Ну, я просто случайно попробовал использовать демоническую силу, как это делаешь ты, но не думал, что у меня получится, — неопределенно ответил Цзян Яо, проигнорировав предыдущие вопросы юноши. Хотя в Линъютае ему это прямо не запрещали, молодой человек посчитал, что лучше не рассказывать о том, что он — человек с бесцветным атрибутом, получивший силу свирепого зверя.

Но опять же, “восприятие”? Это одна из возможностей силы зверя? Но я, кажется, мог делать нечто подобное до того, как получил вливание маны… Так что же это такое?

Молодой человек задумался, но так и не нашел ни малейшей подсказки. К счастью, Лу Синьюэ в это время был сосредоточен только на ситуации за дверью, и не стал продолжать расспросы. Убедившись, что возле двери действительно нет ловушек, Цзян Яо слегка успокоился, нагнулся и осторожно шагнул за порог.

— Этот коридор пока безопасен, идем, — Цзян Яо обернулся к юноше и жестом подозвал его к себе, а тот, наконец, оправившись от недолгого удивления, достал с пояса еще одну пламенную бусину для освещения и отправился вслед за спутником.

Силуэты обоих постепенно исчезли вдали. Чего они не знали, так это того, что в тот момент, когда свет бусины полностью скрылся в глубине коридора, дверь с фреской начала автоматически закрываться.

“Хлоп!”

Каменная дверь наконец вернулась ​​в исходное состояние, но теперь выражение лица женщины, изображенной на фреске, изменилось.

Изначально благодушная улыбка исчезла и на ее месте появилась злобная ухмылка.

***

— Ква? — Ва Мин вдруг замер на месте, всё еще замаскированный под Ма Фу, мотнул своей “свиной головой” и в замешательстве посмотрел по сторонам. — Странно. Как же так?

— Что опять? — послышался сзади ленивый женский голос. Очаровательная молодая женщина шагнула вперед, при этом одной рукой отбрасывая двух сбитых с ног охранников в угол переулка Имперского города.

— Господин Тао Ти, я чувствую, что аура призывающего духов флага, кажется, кажется… — заикался Ва Мин, пристально вглядываясь в лицо молодой женщины и, похоже, колеблясь.

— Кажется, что? Только не говори, что ты заблудился, — “молодая женщина” нетерпеливо вскинула бровь и, поморщившись, посмотрела на жабу.

— Ква! Нет, я не заблудился, просто моя связь с флагом, похоже, внезапно оборвалась, — глаза Ва Мина забегали по сторонам. Он не решался взглянуть на “молодую женщину” в противоположном конце переулка, но собеседника явно было не так-то просто обмануть.

— Оборвалась? Хе-хе, а кто обещал мне, что мы сможем их найти? — “молодая женщина” все еще сохраняла равнодушное выражение лица, но давление в ее словах заставило жабу покрыться холодным потом. — Ты же не разыгрываешь меня, верно?

— Г-господин Тао Ти! Я определенно, совершенно точно не лгу Вам! Ква! — Ва Мин в страхе тряс головой, словно погремушка, и был близок к тому, чтобы упасть на колени. — Я действительно чувствовал, что призывающий духов флаг находится в этом маленьком ветхом здании впереди, но я не знаю, почему, почему вдруг…

— Другими словами, связь заблокирована? — Тао Ти, замаскированный под молодую женщину, поднял голову и в задумчивости посмотрел на странную постройку перед ним. — Здесь есть только одно место, которое может создать пространственный барьер. Может быть, они действительно попали туда, куда им совершенно не следовало идти?

— Худшее место, куда можно пойти? Я не понимаю, ква! — Ва Мин моргнул своими большими глазами и с любопытством спросил.

— Причина, по которой город-крепость Цзюцюань так называется, заключается в том, что он был построен на месте девяти источников [1] в зловещей пещере, из которой нет возврата. И это место находится в пределах Имперского города, — лицо Тао Ти казалось немного мрачным, когда он рассказывал. — Если они действительно пойдут к источникам, то даже я не смогу их спасти. От этого парня одни неприятности, — пробормотал мужчина и вдруг, словно что-то почувствовав, отвел взгляд от здания и едва заметно посмотрел в сторону. — Хм, но сначала мне нужно разобраться с кое-какими проблемами.

[1] Цзюцюань (九泉), “Девять источников”. Одно из наиболее распространенных китайских названий Преисподней. (Также существует такой город в Китае, и космодром.)

Тао Ти обернулся, окинул взглядом сгорбленные фигуры, толпами выходящие из закоулков, и сфокусировался прямо на человеке в чанпао на куполе неподалеку, который холодно смотрел на него сверху вниз. Уголки его губ слегка приподнялись:

— Давненько не виделись. Как дела, Си Ю?