— Пространственные колебания? — Лу Цзинъи поднял голову и посмотрел на стоявшую перед его столом Юнь Лань.

— Да, по свидетельствам очевидцев, вчера около часа ночи в небе над резиденцией семьи Е в южной части города появилось необъяснимое небесное явление. Сотрудники отдела мониторинга действительно обнаружили признаки предполагаемых пространственных колебаний в этот период времени. Вот их отчет за то время, — Юнь Лань передала Лу Цзинъи пачку бумаг. — Согласно отчету, пространственная граница Земного царства предположительно подверглась кратковременному аномальному воздействию, а источником воздействия, видимо, является…

— Подземный мир, — Лу Цзинъи в раздумьях смотрел на отчет в своих руках. — Значит, в это время были открыты призрачные врата?

— Нет, — Юнь Лань покачала головой и продолжила: — Согласно законам Преисподней, призрачные врата открываются на короткое время только дважды в год — в праздники Цинмин [1] и Чжунъюань [2], чтобы люди могли отдать дань уважения своим предкам. Открытие призрачных врат должно происходить под магической опекой богов Цинмина и Чжунъюаня. На этот раз, судя по масштабам и размаху, это больше похоже на рукотворный разрыв пространства. Но разрыв быстро затянулся, а мы до сих пор не выяснили, в чем, собственно, причина этого явления.

[1] Цинми́н (кит. трад. 清明節, упр. 清明节, пиньинь Qīngmíngjié, палл. Цинминцзе), что означает “праздник чистого света”, — традиционный китайский праздник поминовения усопших, который отмечается на 104-й день после зимнего солнцестояния (15-й день после весеннего равноденствия). В каждом году выпадает на один день периода от 4 до 6 апреля. В этот день китайцы выезжают на природу, чтобы насладиться наступлением весны, и посещают могилы предков.

[2] Фестиваль Чжунъюань — важный традиционный китайский праздник, отмечаемый в 15-й день 7-го лунного месяца. Этот фестиваль существует уже более 2000 лет и является одним из четырех главных праздников Китая. Приходится на период благодарения душ умерших за собранный урожай и является частью широкого обрядового комплекса, связанного с этим периодом. В этот день люди посещают могилы своих предков, чтобы выразить уважение и благоговение. Они сжигают ароматические палочки и бумажные деньги, чтобы отогнать злых духов, одновременно призывая к удаче и процветанию. Также по этому особому случаю готовят особое блюдо — лотосовый пирог, который символизирует семейное единство, гармонию среди родственников, как живых, так и умерших. По народному поверью, в течение всего 7-го месяца врата Преисподней были открыты и её обитатели получали возможность находиться в мире людей. Многие матери по этой причине боялись отпускать своих детей на улицу в вечернее время.

— Пространственный барьер, служащий границей между тремя царствами, всегда был прочным. Никто, кроме великих богов и демонов, не может самостоятельно преодолеть его. Боюсь, это дело будет непростым, — во время беседы глаза Лу Цзинъи сфокусировались на определенном месте в отчете, и он слегка нахмурился. — Семья Е на юге города, я помню, что глава их семьи, кажется, внезапно скончался некоторое время назад, и… — мужчина не стал продолжать, а лишь легонько потер подбородок, словно размышляя о чем-то. Через некоторое время, отложив бумаги, он поднял голову и вновь посмотрел на Юнь Лань. — Продолжай расследование этого дела и информируй меня обо всех новых подробностях.

— Есть! — Юнь Лань почтительно поклонилась и уже собиралась удалиться, но вдруг, словно вспомнив о чем-то, снова нерешительно заговорила: — Кстати, лидер, у вас до сих пор нет никаких новостей о местонахождении Цзян Яо?

— К сожалению, судя по полученным мною сообщениям, с того дня, когда он оказался в последнем вагоне метро поздней ночью, его никто больше не видел, — Лу Цзинъи поправил монокль на глазу и добавил: — Я уже отправил кое-кого на поиски, его все еще ищут.

— Он пропал более двадцати четырех часов назад, и, судя по записям камер видеонаблюдения с места происшествия, он не сошел с последнего поезда, а просто исчез, — прошептала Юнь Лань, склонив голову. После недолгих раздумий она снова посмотрела на Лу Цзинъи и сказала: — Лидер, у меня было странное предчувствие, что с Цзян Яо должно было случиться что-то серьезное. Может быть, это как-то связано с тем человеком за кулисами! Разве мы не нашли в метро мобильный телефон Цзян Яо? Фотографии русского блокнота в телефоне показывают, что Цзян Яо, похоже, получил какие-то незамеченные нами подсказки об инциденте на горе Юаньцю. Возможно, именно из-за этого он попал в руки организатора всего этого, — женщина слегка опустила глаза и замолчала.

— Значит, ты думаешь, что Цзян Яо исчез из-за того человека за кулисами? — спросил Лу Цзинъи, спокойно глядя на Юнь Лань.

— Я не уверена, но тот человек не только владеет камнем успокоения душ, он также подозревается в организации Игры теней и инцидента на горе Юаньцю. Его способности не стоит недооценивать. Возможно, он использовал какой-то неизвестный нам метод, чтобы захватить Цзян Яо или, возможно… — Юнь Лань заколебалась.

— То, о чем ты говоришь, тоже возможно. Но с точки зрения здравого смысла, даже если Цзян Яо временно перенесся из метро с помощью техники пространственного переноса, невозможно было переместиться за пределы города. К тому же, мы не нашли никаких следов использования техники переноса на месте происшествия, — Лу Цзинъи спокойно проанализировал ситуацию. — Я понимаю, что ты беспокоишься за него. Я отправлю еще людей для расследования, можешь не волноваться.

Тонкие губы Юнь Лань слегка шевельнулись, как будто она хотела сказать что-то еще, но в итоге сдержалась. Почтительно поклонившись, она простилась и вышла из кабинета.

— Все еще скрываешь от нее? Ты, наверняка, уже знаешь, куда делся Цзян Яо, — с порога раздался ленивый мужской голос, в кабинет ввалился багровый фантом, сел на диван, скрестил ноги и посмотрел на сидящего за столом Лу Цзинъи. Посетителем был не кто иной, как Тао Ти, не появлявшийся здесь долгое время.

— Хех… Если я действительно сообщу о том, что Цзян Яо забрали в Преисподнюю два Учана, я не представляю, какой переполох это вызовет, — сказал Лу Цзинъи, усмехнувшись. — С того самого дня, как на теле Цзян Яо появилась метка смерти, я знал, что этот день рано или поздно наступит, и я не мог к этому не подготовиться, — произнес мужчина и легко взмахнул рукой. Тут же рядом с ним бесшумно возник силуэт женщины в красном. — Хун Юань, подтверди местонахождение жемчужины Сюаньу.

— Да, господин, — женщина в красном слегка кивнула, затем закрыла глаза, и ее руки начали быстро создавать печати. Темно-красный мерцающий свет постепенно распространился вверх от ее ладоней и через мгновение исчез, а женщина, видимо, что-то почувствовав, снова открыла глаза. — Как вы и ожидали, жемчужина Сюаньу все еще находится на окраине Преисподней, — произнесла Хун Юань. — Если жемчужина все еще у Цзян Яо, значит, он еще не пересек реку Забвения, Ванчуань [3], и мост Найхэ [4], и не попал в подлинные земли подземного мира. И до тех пор, пока он не пересечет реку Забвения, теоретически, возможность возвращения еще есть.

[3] В китайских мифах и легендах после смерти люди должны пройти через призрачные врата, затем пройти дорогу Хуанцюань. Границей между дорогой Хуанцюань и Преисподней служит река Ванчуань (река Най). Вода реки Най кроваво-желтая, полная одиноких и диких призраков, которые не могут перевоплотиться, полна насекомых и змей, а в лицо дует кровавый ветер. На реке Ванчуань есть мост Найхэ. Если вы хотите пересечь реку Ванчуань, вы должны пересечь мост Найхэ. Если вы не можете пересечь мост Найхэ, вы не сможете перевоплотиться.

[4] Найхэ-цяо (奈何橋), “Мост беспомощности”, который должна пересечь каждая душа перед входом в подземный мир, подобно реке Стикс в греческой мифологии. В китайской народной мифологии мост Найхэ — это место, куда отправляются люди для реинкарнации. Возле моста будет стоять пожилая богиня по имени Мэн По, которая даст каждому призраку тарелку супа, чтобы он забыл память о прошлой жизни и перевоплотился.

— Несомненно, вчерашние пространственные колебания потревожили Преисподнюю, иначе этот парень не попал бы туда. В этом смысле ему очень повезло, — усмехнулся Лу Цзинъи.

— Даже если его не переправят через реку Забвения, он не сможет вечно оставаться на окраине Преисподней, — Тао Ти отбросил ленивое выражение лица и серьезно произнес: — На этот раз Черный и Белый Учаны изменили своему правилу захватывать только души и привели в подземный мир живое существо во плоти. Ситуация действительно аномальная, боюсь, что чем дальше, тем опаснее станет его положение.

— Поэтому нужно вернуть его как можно скорее, — Лу Цзинъи откинулся в кресле и с кривой улыбкой посмотрел на Тао Ти. — Вот только мы, обычные люди, не можем самостоятельно пересечь пространственную границу и попасть в Преисподнюю, а ты можешь.

— Если бы все было так просто, я бы не сидел здесь и не болтал с тобой о всякой ерунде, — Тао Ти недовольно посмотрел на Лу Цзинъи, словно уже разгадал намерения сидящего напротив него старого лиса. — Не забывай, что даже если я спущусь в Подземный мир, то не смогу пересечь реку Забвения. И даже если я найду этого парня до того, как он попадет в настоящую Преисподнюю… Как он вернется в Земное царство? Он обычный человек, он не сможет пересечь границу без помощи призрачных посланников. То есть я не смогу провести живого человека через границу такого уровня.

— В этом мире нет ничего абсолютного. Возможно, можно временно прорвать пространственный барьер и вывести его наружу с помощью каких-то средств, например, с помощью пространственного разрыва, подобного появившемуся прошлой ночью, — Лу Цзинъи посмотрел на Тао Ти, на лице которого было явно написано недовольство, и улыбнулся. — Если ты сможешь выяснить причину вчерашних пространственных колебаний, то, возможно, у Цзян Яо тоже будет шанс выжить.

— Хех… В конце концов, он снова хочет использовать меня для расследования неприятных вещей, — холодно сказал Тао Ти, возводя глаза к небу. Однако, хотя он и жаловался, но не отказывался прямо.

— Кстати, я должен тебе кое-что напомнить. Независимо от положения Цзян Яо в Преисподней, сам факт его пропажи уже вызвал некоторые комментарии со стороны Совета Линъютай, — Лу Цзинъи понаблюдал за выражением лица Тао Ти и неожиданно произнес. — Похоже, что братья Чжоу уже несколько дней ищут Цзян Яо. Его исчезновение может вызвать ненужные проблемы, если это заставит семью Чжоу или даже полицию заняться расследованием. В принципе, все риски, которые могут раскрыть наше существование, должны быть исключены. Цзян Яо ранее и так участвовал в слишком многих делах Линъютая. Если это продолжится, боюсь, что он окажется в той же ситуации, что и Сяо Юань.

— Что еще вы, ребята, можете сделать, кроме как стереть чье-то существование? — Тао Ти холодно фыркнул и встал.

— Не торопись, на самом деле у меня для тебя есть хорошие новости, — Лу Цзинъи достал открытку и протянул ее собеседнику. Тот взял ее и сообразил, что это приглашение на благотворительный прием. — Семья Чжоу отправила это Цзян Яо, прием сегодня вечером, — сказал мужчина с полуулыбкой. — Кроме того, на этот прием случайно был приглашен Е Хань, нынешний глава семьи Е на юге города. Я думаю, это также возможность узнать правду о пространственных колебаниях прошлой ночью. Может быть, мы сможем найти способ сломать пространственный барьер.

— Похоже, ты уже давно все спланировал, старый лис, — недовольно проворчал Тао Ти, но всё же сунул приглашение в карман.

— О, этот прием — еще и шанс развеять опасения Совета, если Цзян Яо сможет предстать перед братьями Чжоу, — Лу Цзинъи многозначительно посмотрел на Тао Ти. — Я думаю, ты должен знать, что делать.

***

Той же ночью, на севере города, на вилле семьи Чжоу.

В восемь часов вечера в большом изысканном дворе виллы прозвенел звонок. Наслаждаясь этим частным приемом под открытым небом, медленно вошла пара элегантно одетых высокопоставленных лиц, сопровождаемая обслуживающим персоналом. В центре толпы стоял энергичный высокий мужчина средних лет, держащий в руках бокал шампанского и радостно болтающий с гостями.

— Здорово, что оба сына господина Чжоу смогли на этот раз отделаться легким испугом! — гость улыбнулся и переглянулся с высоким мужчиной средних лет.

— Во время болезни моего сына, благодаря помощи всех моих друзей, я смог спасти положение. Я не знаю, как вас отблагодарить! Давайте, я выпью за всех вас! — сказал господин Чжоу, потягивая вино из бокала. Затем, словно вспомнив о чем-то, он обернулся и поманил двух молодых людей, стоявших неподалеку: — Вэньхай, Вэньтао, подходите, выпьем за ваших дядюшек!

— Да？О, ладно, ладно, — Чжоу Вэньтао на мгновение опешил, опустил голову и поправил свой костюм и галстук. Он не только был серьезно одет, но и вся атмосфера происходящего заставляла его чувствовать себя крайне неуютно. В то же время Чжоу Вэньхай, стоящий рядом, был спокоен и элегантен и, похоже, чувствовал себя непринужденно.

— Отец, Вэньтао еще слаб и не в состоянии пить, поэтому я выпью этот бокал вместо него, — Чжоу Вэньхай вежливо улыбнулся и поднял свой бокал. — Я очень благодарен всем дядюшкам за их помощь семье Чжоу. Я также ищу возможность лично поблагодарить каждого. Я поднимаю за всех этот бокал вина, и я также надеюсь, что вы будете продолжать заботиться о нас в будущем.

— Ах, господин Чжоу умеет хорошо говорить.

— Давай, иди.

Вскоре в перерывах между возлияниями всех привлекла речь Чжоу Вэньхая. Чжоу Вэньтао, заметивший намек в спокойных глазах своего брата, сразу все понял, быстро нашел оправдание и с облегчением приготовился сбежать, но в этот момент неожиданно что-то заметил. Взгляд молодого человека внезапно сфокусировался на стройной фигуре, которая только что вошла в дверь.

В костюме и туфлях, недалеко от двери стоял и с улыбкой смотрел на него Цзян Яо.