Неистовый зловещий ветер подхватил языки пламени, с рёвом разнося их в разные стороны. В мгновение ока окружающий пейзаж внезапно изменился. Тайная комната превратилась во внутренний дворик в западном стиле, окруженный бушующим огнем. Крики сплелись с запахом сгоревших трупов, создавая картину, напоминающую ад на земле.

— Проклятье, выхода больше нет! — Цзян Яо оглядел пляшущее пламя, а затем снова посмотрел на пепельноволосого мальчика, превратившегося в кошмар.

Плотная аура злобы витала вокруг юного Юэ Люли, капли кровавых слёз стекали по его щекам, покрытым чёрными узорами, придавая ему особенно пугающий вид. Но изменился не только облик ребёнка — его мысли, похоже, были захвачены ненавистью, и он полностью лишился рассудка.

— Не смотри на меня… Умри… Умри! — прорычал мальчик, вытянув когти в сторону Цзян Яо. В следующее мгновение из его пальцев в сторону молодого человека полетели ядовитые шипы. Увидев это, тот быстро пригнулся и спрятался за руинами, понимая, что долго убегать не выйдет.

— Похоже, только решив эту проблему, можно полностью разрушить мёртвое пространство. Но почему внутренний демон Юэ Люли превратился в кошмар?

Цзян Яо, глядя на обезумевшего мальчика, невольно вспомнил о ненормальном состоянии мужчины. Если подумать, его уровень самосовершенствования не должен был позволить ему сойти с ума под воздействием энергии смерти даже внутри мёртвого пространства. И, тем более, его не могли бы так просто захватить обитатели этого пространства. Вероятнее всего, Юэ Люли столкнулся с чем-то перед входом сюда, что привело к активации внутреннего демона, скрытого глубоко в его душе, и, как следствие, к неадекватному поведению мужчины. А после того, как его поглотил кошмар в форме Тао Ти, этот внутренний демон материализовался, превратившись в третий кошмар.

То есть, чтобы решить эту проблему, необходимо сначала разобраться с тенью, которая скрывалась в душе Юэ Люли на протяжении последних двадцати лет, то есть с его внутренним демоном.

“Бах!”

Едва он успел об этом подумать, как неподалёку раздался очередной громкий взрыв, и жаркие языки пламени вместе с клубящимся густым дымом устремились в сторону, где находился Цзян Яо. Поняв, что дело плохо, молодой человек, не думая больше ни о чём другом, развернулся и выбежал из-за обломков, бросившись в нетронутое пламенем место.

— Даже не думай сбежать! — превратившийся в кошмар мальчик заметил Цзян Яо, зарычал и бросился вперед, снова выпустив ядовитые шипы ему в спину! Молодому человеку не оставалось ничего другого как проскользнуть в разрушенную колокольню рядом и побежать на крышу, обдумывая план действий.

Сейчас, не имея возможности использовать свою ману, Цзян Яо не мог сразиться с кошмаром лицом к лицу. В поезде он стравил двух кошмаров и воспользовался возможностью затянуть их в чёрную дыру энергии смерти для взаимного уничтожения. Но в этом пространстве такое явление отсутствовало, а другие монстры уже исчезли. Казалось, у него нет шансов на победу.

— Если бы только можно было отделить демона в чёрном от тела ребенка… — пробормотал молодой человек. Став свидетелем прошлого Юэ Люли, Цзян Яо уже понял, что скрывается в сердце мужчины. Судя по облику кошмара, ядром внутреннего демона должен быть демон в чёрной мантии, слившийся с телом юного Юэ Люли. Если бы он только смог отделить и уничтожить монстра, то, в теории, он смог бы уничтожить внутреннего демона и рассеять весь кошмар.

“Бум… Дзинь!”

Рёв пламени непрерывно доносился со всех сторон, всё мёртвое пространство сотрясалось от бушующего пожара. Цзян Яо, который, пошатываясь, взобрался на вершину колокольни, не успел перевести дух, а кошмар уже догнал его.

— Почему… Почему со мной так поступают… — мальчик с покрасневшими глазами, пошатываясь, направился к Цзян Яо. В свете пламени стала видна его тень в форме гигантского зловещего паука. Казалось, они почти полностью слились воедино, и разделить их уже невозможно.

— Юэ Люли… — молодой человек посмотрел на мальчика, по лицу которого текли кровавые слёзы, и вдруг почувствовал печаль. Наконец-то он понял, почему мужчина так сильно ненавидел внимание других людей. Возможно, в течение последних двадцати лет Юэ Люли был пойман в ловушку внутреннего демона и не мог освободиться.

— Если бы всего этого не было… было бы намного лучше… — юный Юэ Люли медленно поднял голову. Языки пламени развевали его длинные тёмно-серые волосы, а в его покрасневших глазах, помимо ярости, читались печаль и отчаяние. — Пусть всё… будет уничтожено! — он медленно протянул руку, направив чёрные когти на Цзян Яо, одновременно показав висевшие на его запястье наручники со следом от пули.

Этот след от пули… Значит, это те самые наручники, которые Юэ Люли всегда носит с собой?!

Молодой человек узнал наручники на запястье мальчика — те самые, которые мужчина пронёс в пространство энергии смерти и которыми приковал себя к Цзян Яо.

Раз эти наручники были свидетельством его двадцатилетних страданий, зачем же он носит их при себе, причиняя себе ненужную боль?

Цзян Яо пристально смотрел на наручники и вдруг кое-что понял. Обрывки информации, полученные при общении с мужчиной, сложились воедино и указали на неожиданный ответ.

— Может быть, его внутренний демон на самом деле…

“Бум!..”

Не успел он закончить, как у подножия колокольни раздался ещё один мощный взрыв. Ударная волна заставила массивный бронзовый колокол на вершине башни рухнуть, обрушившись прямо на юного Юэ Люли!

— Осторожно! — молодой человек изменился в лице и, закричав, бросился к мальчику. С оглушительным грохотом и до того разрушающаяся колокольня начала разваливаться на куски. Сквозь клубы пыли виднелась худенькая фигурка, висящая на наклонной внешней стене, а рядом с мальчиком висел Цзян Яо с залитым кровью лицом. — Твой истинный внутренний демон — это не тот монстр в чёрном, а тот факт, что тебя никто не спас, — молодой человек смотрел на изумлённого ребёнка с пепельными волосами, его тон был необычайно мягким. — Ты всегда носишь с собой эти наручники, потому что тогда они были ключом к твоему спасению от смерти, но они также стали оковами для твоего разума. В глубине души ты всегда надеялся, что кто-нибудь протянет тебе руку помощи в критических ситуациях, чтобы тебе не приходилось сталкиваться с ними в одиночку, верно? — капли крови стекали по руке Цзян Яо, но даже несмотря на то, что его руку пронзили острые когти мальчика, он не собирался ослаблять хватку. — Тогда, в поезде, ты решил пожертвовать собой не потому, что действительно доверял мне, а потому, что привык снова и снова подвергать себя смертельной опасности, повторяя прошлый травмирующий опыт. Но ты забыл, что ты уже не тот беспомощный сирота. У тебя есть учитель, есть напарник.

Глаза мальчика с пепельными волосами слегка расширились, в них появилось легкое колебание, а в глубине на мгновение показался первоначальный светло-зелёный оттенок.

— Меня тоже тяготят тени прошлого, поэтому я понимаю твою печаль и твою боль. Никто тебя не осудит, и ты не будешь таким беспомощным, как прежде, — Цзян Яо говорил спокойно, во взгляде его тёмных глаз сквозила искренняя нежность. — По крайней мере, на этот раз я тебя спасу.

“Лязг…”

В тот самый момент, когда Цзян Яо договорил, наручники на запястье мальчика разлетелись вдребезги. С освобождением от оков чёрная тень, прилипшая к Юэ Люли, начала исчезать, словно потеряв связующую нить. Отделившись от тела, она упала в бушующий огонь.

— То, что ты сказал, правда? — чёрные узоры постепенно исчезали с кожи мальчика, а кроваво-красные глаза вновь обрели чистый светло-зелёный цвет. После исчезновения демона в чёрном юный Юэ Люли перед ним больше не был злобным чудовищем, а стал ребенком, в заплаканных глазах которого вновь зажглась надежда.

— Да, поверь мне, — улыбнулся Цзян Яо, поднимая мальчика и крепко обнимая его в разрушающемся мёртвом пространстве. — Уходим отсюда, всё позади.

“Треск… Бах!..”

Волны пламени сопровождались грохотом обрушения. В последний миг перед исчезновением пространства мальчик в объятиях Цзян Яо незаметно изменился, став настоящим Юэ Люли.

В глазах мужчины больше не было привычной настороженности и отстраненности, на смену им пришли облегчение и спокойствие.

— Спасибо тебе, Цзян Яо…

***

“Пи… Пи… Пи…”

Писк медицинского оборудования вместе с запахом дезинфицирующего средства постепенно проникал в сознание пепельноволосого мальчика. Словно сквозь туман он слышал тихие голоса, доносившиеся из-за двери больничной палаты.

— Как там этот ребёнок?

— Не волнуйтесь, лидер Лу, он вне опасности. Не ожидал, что он выживет после таких тяжёлых травм…

— Он единственный ребёнок, которому удалось сбежать от этого демона. Его храбрость и находчивость превосходят возможности обычных людей. У него ещё остались живые родственники?

— Нет… К тому же вчерашний пожар уничтожил слишком много улик. Боюсь, в этом мире у него больше нет никакой личности.

— Понятно. Продолжайте расследование и ищите членов общества Пожирателей теней, а его оставьте мне…

“Скрип…”

Дверь больничной палаты тихо открылась. Мальчик услышал приближающиеся шаги и почувствовал, как кто-то подошёл к его койке и тихо сел рядом.

Ребёнок нахмурился и медленно открыл глаза. Его внимание привлёк элегантный мужчина средних лет с азиатской внешностью и моноклем.

— Ты проснулся, — мягко сказал Лу Цзинъи, глядя на мальчика.

— Кто… ты… — в светло-зелёных глазах ребёнка мелькнул страх. Он инстинктивно попытался отстраниться от незнакомца, но был слишком слаб, чтобы двигаться. — Не… не трогай меня…

— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — Лу Цзинъи лишь улыбнулся, не приближаясь к собеседнику. Он протянул руку, взял с тумбочки яблоко и молча начал его чистить. — Меня зовут Лу Цзинъи, я приехал издалека, с Востока.

— С Востока?..

— Да, из страны твоей матери, — мужчина улыбнулся и положил ломтик яблока в руку мальчика. Два уголка яблочной кожуры были аккуратно надрезаны и слегка загнуты вверх, так что кусочек напоминал крошечного кролика, тихо сидящего в руке ребёнка. Возможно, заинтересованный “кроликом” в руке, мальчик немного ослабил бдительность. — Не мог бы ты сказать мне своё имя? — поняв, что ребёнок успокоился, снова тихо заговорил Лу Цзинъи.

Мальчик на мгновение растерялся, в его взгляде снова появилась настороженность, и он молча опустил голову.

— Хех, всё в порядке. Прежнее имя, прежние события — пусть останутся в прошлом, — мужчина поправил монокль и поднял взгляд на яркий диск луны, висевший высоко в небе. — В нашей стране луна символизирует благородство и чистоту, такие же, какие свойственны твоему сердцу, — Лу Цзинъи отвёл взгляд и снова посмотрел на мальчика с прекрасными, словно стеклянными, глазами. — Если позволишь, я буду называть тебя “Юэ Люли”.

— Юэ… Люли… — пробормотал мальчик, его потускневшие глаза на мгновение словно засияли. Он медленно поднял голову, встречаясь с нежным взглядом Лу Цзинъи.

— Я научу тебя защищать себя, и я надеюсь, что ты сможешь использовать свою силу, чтобы защитить тех, кто в этом нуждается, — мужчина смотрел на мальчика, его глубокие глаза лучились успокаивающей силой. — С этого момента ты больше не одинок, Люли…

***

— Учитель… — пробормотал Юэ Люли, медленно открывая глаза.

Этой ночью Сумеречная гора была темна и безмолвна, пламя и вой рассеялись вместе с разбитым мёртвым пространством. Это далёкое тёплое воспоминание тронуло сердце, и не успел мужчина опомниться, как слёзы потекли по его лицу.

— Юэ Люли, ты… в порядке? — рядом с ним раздался обеспокоенный голос. Мужчина повернул голову и увидел Цзян Яо, стоящего на холодном горном ветру и с тревогой наблюдающего за ним.