— Значит, человек, который контролировал А Ли и кукушку-демона, использовал камень успокоения душ?

Лу Цзинъи спокойно выслушал доклад, постукивая указательным пальцем по столу, словно в раздумьях.

— Очень вероятно. По словам Цзян Яо, когда он находился под контролем А Ли, он невольно увидел прошлые воспоминания А Ли и Сяо Юаня, а также стал свидетелем процесса лишения Сяо Юаня половины души для воскрешения девушки, — сказала стоявшая перед ним Юнь Лань.

— Мы не можем быть на 100% уверены, что то, что он сказал - правда. Но информация о камне успокоения душ чрезвычайно секретна, этот ребенок никак не мог слышать о нем раньше. Боюсь, это не совпадение, что мы услышали от него это название. Кроме того… — Юнь Лань внезапно замолчала, выражение ее лица казалось нерешительным. — Кроме того, исходя из полученной информации, Сяо Юань… Нет, кукушка-демон, он действительно был лишен половины своей души. Боюсь, что единственная вещь в этом мире, которая может разделить три души и семь душ, это камень успокоения душ.

— Легендарный магический артефакт, камень успокоения душ, который может манипулировать душами и обращать реинкарнацию вспять, снова появился в мире? — Лу Цзинъи задумался.

— Когда Чи Ю был побежден и погиб, чтобы предотвратить его реинкарнацию, люди использовали камень успокоения душ, чтобы разделить его три души и семь душ. Но сам камень является чрезвычайно темным предметом. Единственный экземпляр был разбит после использования, поэтому его не должно существовать, — Юнь Лань выглядела взволнованной. — Более того, предки, которые использовали камень успокоения душ в те времена, оставили предписание, которое запрещало людям использовать его снова и классифицировало артефакт как запрещенный предмет. Даже в пределах Линъютая только несколько человек знали об этом волшебном камне. Если этот инцидент действительно дело рук кого-то, кто использует камень успокоения душ, боюсь…

— Пока нет весомых доказательств, все это лишь домыслы, — после нескольких мгновений молчания Лу Цзинъи наконец снова заговорил, бросив взгляд в сторону рыжеволосого мужчины, лежащего на диване и читающего глянцевый журнал. — Кстати, где Цзян Яо? Почему он не пришел с тобой?

— Ну, он так разозлился, когда узнал правду, что сказал, что больше не хочет иметь с нами ничего общего, — Тао Ти со скукой пролистывал журнал, одновременно отправляя в рот кусок бутерброда, который держал в руке.

— Простите, это я во всем виновата! Если бы я не была слишком беспечна, если бы я сказала тем духам держаться поближе, он бы не оказался в такой опасности, — Юнь Лань, терзаемая чувством вины, опустила голову и слегка закусила губу.

— Эй, вот тут ты ошибаешься. Его злит не то, что вы его использовали, и даже не то, что из-за вас его чуть не убили, а то, что вы скрыли от него тот факт, что Сяо Юань был демоном-кукушкой, — Тао Ти убрал журнал от своего лица и посмотрел на Лу Цзинъи. — Кроме того, вы взяли на себя смелость стереть все следы существования Сяо Юаня в человеческом обществе.

— Но стирание следов демонов, которые раскрывают свою личность в человеческом обществе, также необходимо для стабильности общества. Это наша обязанность в Линъютае, — услышав мрачную издевку Тао Ти, Юнь Лань снова не смогла сдержаться.

— Но это именно то, что он больше всего не желает терпеть, — прервал ее Тао Ти. — Для тебя Сяо Юань может быть просто маленьким демоном, доставляющим неприятности, с которым нужно разобраться. Но для этого мальчика это уникальный, живой друг. И то, что вы сделали, еще более жестоко, чем убийство Сяо Юаня.

— Я понимаю, что это сильно ударило по нему, поэтому пусть он пока отдохнет, — Лу Цзинъи поправил монокль и спокойно сказал, посмотрев на Тао Ти: — Но поскольку он был наделен силой свирепого зверя, это означает, что его дальнейшая судьба больше не находится под его личным контролем, и ты — тот, кто стал причиной этого.

— Хе-хе, что бы ты ни говорил, в любом случае, я не смогу его переубедить. Он все еще хочет, чтобы я забрал свою демоническую силу. Как я могу это сделать? Я почти зол на него, — Тао Ти отбросил журнал в сторону, встал и надел пальто, словно больше не собирался здесь оставаться. — На этот раз я достаточно сотрудничал. Сила демона была передана, и задача выполнена. С остальным вы можете справиться самостоятельно.

— Ты!.. — Юнь Лань, казалось, собиралась сказать что-то еще, но была остановлена взглядом Лу Цзинъи.

— Я пошлю кого-нибудь еще раз проверить информацию о камне успокоения душ. Ты хорошо потрудился в этот раз, отдохни как следует.

Лу Цзинъи дружелюбно улыбнулся, но затем, словно вспомнив что-то, снова обратился к Тао Ти:

— Ах да, кстати говоря, ты присутствовал, когда Черный и Белый Учаны хотели забрать этого мальчика, не так ли? — Лу Цзинъи посмотрел на Тао Ти. Казалось, в его словах был какой-то особый смысл. — Десять лет назад, когда Книга жизни и смерти внезапно изменилась, повелитель Ада послал бесчисленных призраков, чтобы поймать человека, который подделал ее. Но за эти десять лет они так ничего и не обнаружили. И теперь, когда наконец был найден мальчик с меткой смерти на теле, его просто отпустили. Нет никакого смысла вот так вот просто его отпускать. Что произошло тогда на самом деле?

— Эй, эй, ты же не думаешь, что я спас этого парня? С моими нынешними способностями, как я могу остановить Учанов? — Тао Ти беспомощно пожал плечами. — К тому времени, когда я прибыл, они уже отказались от его поимки. Почему — я не знаю.

— Действительно, — Лу Цзинъи усмехнулся. — Но почему у меня такое чувство, что ты что-то от меня скрываешь…

— Как я могу скрыть что-то от тебя, старый лис, — Тао Ти протянул руку, чтобы открыть дверь кабинета, и оглянулся на мужчину средних лет, который наблюдал за ним. — За то столетие, что я знаю тебя, ты всегда видел меня насквозь.

— Хе-хе, как и ты меня.

Спокойно улыбаясь, Лу Цзинъи наблюдал, как демонический алый исчезает за дверью.

***

Цзян Яо сидел в одиночестве на диване в углу кофейни, безучастно наблюдая сквозь панорамные окна за толпой входящих и выходящих людей, не желая ничего делать или с кем-то разговаривать.

Прошла почти неделя после инцидента с А Ли. В обществе больше не было никакой информации о жертвах Игры теней. Случайные новости, которые появлялись время от времени, вскоре оказывались всего лишь газетными утками. После того, как полиция объявила Игру теней вне закона, шумиха в соцсетях утихла, на передний план снова вышли сплетни о знаменитостях. Люди всегда так быстро забывают новости… Однако рана в душе Цзян Яо была тем, что невозможно вылечить за столь короткое время.

За окном моросило, всё было как в тумане. Прохожие на улице спешили кто куда. В этом городе, где он прожил много лет, все было так знакомо, но казалось таким странным, особенно теперь, когда Цзян Яо мог разглядеть среди прохожих “нечеловеческих существ”. Из-за этого настроение молодого человека было еще более мрачным.

— Эх, — Цзян Яо тихо вздохнул и отвел взгляд от прохожих за окном. Возможно, из-за того, что он получил демоническую силу Тао Ти, он постепенно начал отличать демонов в толпе людей. Даже если их внешность была совершенно обычной, молодой человек все равно мог мгновенно почувствовать разницу.

Если бы Сяо Юань сидел передо мной в этот момент, боюсь, у меня тоже возникло бы это странное чувство, верно?

При мысли о друге настроение Цзян Яо снова испортилось. На самом деле все эти дни он убегал, он боялся вернуться в общежитие, боялся вызвать воспоминания о времяпрепровождении с Сяо Юанем. Каждое из них, словно кинжал, вонзалось в сердце Цзян Яо, бередя незаживающую рану. Он вспоминал о ночи на вилле, о птице и трупе кукушки-демона, упавшего в лужу крови.

Однако даже от этих воспоминаний он не хотел отказываться, так как знал, что, возможно, эти воспоминания были единственным доказательством того, что Сяо Юань когда-либо существовал на этой земле.

Сяо Юань.

Цзян Яо взял в руки кофейную чашку, которая давно уже опустела, и вспомнил о загадочной черной тени, которую он увидел в прошлом А Ли. Если бы не контроль этого человека, Сяо Юань и А Ли не закончили бы так. Именно этот человек был виновником трагедии, но у Цзян Яо не было никакой информации о нем.

Внешность, имя и даже пол неизвестны. Единственным ключом к разгадке может быть вещь в руке незнакомца, которую Сяо Юань назвал “камнем успокоения душ”. Однако Цзян Яо не нашел никаких сведений об этом предмете, даже используя свой талант хакера.

Возможно, информация о камне успокоения душ есть у Линъютая, но после случившегося с Сяо Юанем, доверие молодого человека к этой тайной организации упало до нуля. Цзян Яо знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Если он попросит их о помощи, Лу Цзинъи наверняка снова втянет его в неприятности. Молодой человек не желал вновь оказаться в дураках.

Где вы, учитель? Что мне теперь делать?

Цзян Яо впал в оцепенение, внезапно почувствовав ностальгию по серьезному, но обнадеживающему лицу старой женщины, которая спасла его в самый безвыходный момент. Подсознательно он потянулся к шее, но обнаружил там пустое ожерелье — единственную вещь, что оставила ему дьявольская старуха, разбившуюся вдребезги той ночью на кошмарной вилле. А сама учитель, на которую он полагался столько лет, оставила его и отправилась скитаться по свету, не давая о себе знать.

— Так вот где ты прячешься.

Внезапно рядом раздался женский голос. Цзян Яо пришел в себя и перевел взгляд с кофейной чашки на стройную фигуру перед собой. На его лице промелькнула тень удивления, но затем он снова опустил глаза.

— Почему ты, — мрачно проговорил Цзян Яо и отвернулся. — Я уже говорил этому человеку, верно? Я больше никогда не хочу иметь с вами ничего общего.

— Да, но я думаю, что есть некоторые вещи, которые я должна тебе объяснить.

Столкнувшись с реакцией Цзян Яо, Юнь Лань немного заколебалась, но в конце концов не ушла, а заняла место напротив молодого человека.

В этот раз Юнь Лань была одета не в свою обычную синюю униформу, а в светло-фиолетовое платье, которое хорошо подчеркивало ее изящную фигуру. А ее длинные черные волосы, словно водопад, аккуратно ниспадали на плечи, что делало ее менее агрессивной и более обаятельной. Едва появившись в кофейне, она привлекла к себе много завистливых взглядов со стороны. Но этот прекрасный вид, похоже, ничуть не уменьшил недовольство Цзян Яо.

— Не думаю, что нам есть, о чем говорить, — Цзян Яо встал и накинул пальто на плечи.

— Даже если речь идет о Сяо Юане? — Юнь Лань подняла голову и посмотрела прямо на Цзян Яо, который тут же замер. — Разве ты не хочешь узнать, что случилось с Сяо Юанем?