— Вы хотите, чтобы я был приманкой? — Цзян Яо мгновенно понял намерения собеседника.

— Да, — Лу Цзинъи был прямолинеен. — Хотя я не знаю причины, противник, кажется, весьма заинтересован в тебе. И я не думаю, что он легко отпустит тебя. Конечно, я пришлю кого-нибудь, кто будет постоянно охранять тебя и обеспечит твою безопасность.

— Но в прошлый раз А Ли так испугалась этой метки на мне, что в страхе убежала, — горько усмехнувшись, Цзян Яо указал на черную отметину на своей ключице. — Вы уверены, что мое присутствие не помешает?

— Метка смерти? Думаю, она боится не самой метки, а скорее неких парней, которых она тогда привлекла, — Лу Цзинъи посмотрел на печать на теле молодого человека и усмехнулся. — Я слышал, что из-за этой метки ты встречался с двумя Учанами?

— Значит, она боится, что Черный и Белый придут, чтобы забрать ее душу? Если она действительно та, кого насильно оставили в этом мире, то это неудивительно, — размышлял Цзян Яо. — Но я совсем не понимаю, почему меня заклеймили меткой смерти?

— Метка смерти — знак для преступников в Подземном мире, — сказал Лу Цзинъи. — По мнению обитателей Преисподней, продолжительность жизни всех существ определена Небесами и давно записана в Книге жизни и смерти. Их долг поддерживать нормальное функционирование Книги. Если кто-то однажды пойдет наперекор воле Небес и изменит Книгу жизни и смерти, то его заклеймят меткой смерти, чтобы выследить и утащить в ад, чтобы этот человек никогда не переродился.

— Но я ничего не делал, — Цзян Яо вспомнил слова двух Учанов о том, что десять лет назад он выжил вопреки судьбе, вмешавшись в Книгу жизни и смерти. Однако у молодого человека не было ни малейшего представления о произошедшем тогда.

— Я более или менее изучил твое дело. Там действительно есть странности. Однако теперь на тебе метка смерти. Если ты хочешь избавиться от нее, тебе придется заслужить такую возможность.

Лу Цзинъи улыбнулся. И эта кажущаяся доброй улыбка в глазах Цзян Яо была явным признаком того, что для него роют яму. Как и ожидалось, мужчина снова заговорил, обращаясь к молодому человеку:

— В мире людей существует баланс между жизнью и смертью. Неестественная смерть большого количества людей, вызванная этой Игрой теней, привела к нарушению баланса всего сущего, что привело к нынешнему хаосу в Подземном мире. Если ты сможешь помочь в разрешении инцидента с Игрой теней, возможно, это скажется на метке смерти на твоем теле.

— Это просто шанс? Вы не уверены, что Преисподняя отпустит меня?

— Лучше иметь проблеск надежды, чем быть абсолютно беспомощным, не так ли? — Лу Цзинъи все еще улыбался, глядя на Цзян Яо. Казалось, он видел его насквозь. — И еще эта маленькая девочка — единственный ключ к поиску твоего друга Сяо Юаня.

Цзян Яо потерял дар речи. Надо признать, собеседник действительно задел его слабое место. На самом деле, даже если ему не разрешат пойти, то ради поисков Сяо Юаня он определенно будет участвовать тайно. Но необходимость так быстро согласиться со словами Лу Цзинъи заставила его почувствовать, что его обвели вокруг пальца. К тому же, он все еще был обижен за предыдущую проверку.

— Хорошо, если вы хотите, я поучаствую в вашем плане. Но перед этим я хочу кое-что узнать, — Цзян Яо все для себя решил. Он поднял голову и посмотрел прямо на Лу Цзинъи. — Как вы узнали, что я один из людей с бесцветным атрибутом? А предыдущее испытание? Вы хотите завербовать меня в качестве духовного посланника?

Молодой человек не был ни капли заинтересован в том, чтобы стать посланником духов. Единственная причина, по которой он поднял эту тему, заключалась в том, что он был намерен расставить все точки над “i” и решительно отказаться от такой перспективы. Честно говоря, у Цзян Яо накопилось много претензий к испытанию, которое заставило его страдать.

— О, мне жаль, что я заставил тебя пережить столько неприятных моментов. Ты имеешь полное право злиться, — Лу Цзинъи усмехнулся, но ни словом не обмолвился о духовных посланниках. — Это испытание было не столько проверкой твоего уровня, сколько проверкой того, действительно ли ты человек с бесцветным атрибутом.

— И каков результат?

— Результаты проверки оказались такими, как я и рассчитывал, и даже превзошли мои первоначальные ожидания, — Лу Цзинъи приветливо улыбнулся, но от его взгляда у Цзян Яо побежали мурашки по коже. — Ты не только действительно человек с бесцветным атрибутом, но ты даже смог использовать силу свирепого зверя, чтобы уничтожить фантом, который напал на тебя. Только вот твой контроль оставляет желать лучшего, что чуть не создало проблемы.

— Сила свирепого зверя? — Цзян Яо был в полном замешательстве. — Вы хотите сказать, что в моем теле заключена демоническая сила древнего свирепого зверя?

— Именно так. Кроме человека с бесцветным атрибутом, кто еще может быть наделен такой свирепой и яростной силой? — Лу Цзинъи поправил монокль и спокойно наблюдал за удивленным выражением лица молодого человека.

— Как это возможно? Я даже никогда не встречался с древним зверем, не говоря уже о том, чтобы получить от него силу… — на половине фразы Цзян Яо внезапно вспомнил красивое лицо с неизменным насмешливым выражением и то, как он получил некую “ману” той ночью на вилле.

Нет, не может быть!..

— Видишь, я же говорил тебе, что он испугается?

Сзади раздался знакомый голос. Цзян Яо обернулся и увидел, что к Цзю Я каким-то образом присоединился рыжеволосый мужчина. Он сидел, откинувшись на спинку дивана и усмехаясь.

— Тск-тск… Посмотри, как напуган этот ребенок, у него даже лицо позеленело, — хотя тон Цзю Я был сочувствующим, он не мог сдержать улыбку. — Ты должен был раньше сказать ему, что ты Тао Ти, чтобы он мог морально подготовиться.

— Хе-хе… А ты сказал ему, что ты — бессмертный девятихвостый лис? — возразил рыжеволосый, повернув голову, чтобы снова посмотреть на сбитого с толку Цзян Яо. — Эй, почему ты молчишь? Ты ведь не напуган до смерти?

— Парни, вы… — Цзян Яо посмотрел на двух мужчин, которые как ни в чем не бывало говорили такие шокирующие слова, и на мгновение растерялся. Затем он перевел свой потрясенный взгляд на Лу Цзинъи.

— На самом деле, как ты слышал, этот рыжеволосый мужчина, которого ты встретил ранее на вилле, не кто иной, как один из четырех древних свирепых зверей, Тао Ти, который сейчас на стороне Линъютая. А Цзю Я, который привел тебя сюда, является представителем клана девятихвостых лис. В настоящее время он живет среди людей, — спокойно объяснил Лу Цзинъи. — Прежде чем мы предприняли действия против подозреваемого в организации Игры теней, Тао Ти было приказано пробраться туда, чтобы сначала провести расследование. Но неожиданно он встретил тебя. Тогда он также заметил особую природу твоего тела, поэтому попытался влить в тебя свою силу, чтобы помочь тебе победить демона. Результат тебе известен.

— Значит, так называемая мана, которую ты мне дал, — это сила свирепого зверя? — Цзян Яо повернулся к рыжеволосому мужчине с ошарашенным выражением лица. — Но раз ты древний свирепый зверь, почему ты сам не уничтожил этого демона?

— Моя демоническая сила была запечатана. Хотя она все еще здесь, я не могу использовать ее сам. Разве ты не слушал, что Цзю Я рассказывал раньше? — Тао Ти развел руками и криво усмехнулся. — В моем нынешнем положении я просто не мог сделать это сам.

Цзян Яо был озадачен. Он собирался еще что-то сказать, но увидел, что собеседник не собирается ничего объяснять, поэтому у него не было другого выбора, кроме как перестать спрашивать.

— Твое тело приняло силу свирепого зверя. Однако, поскольку эта сила неистовая и подавляющая, я боюсь, что она не может быть использована без определенного количества тренировок. В противном случае это вызовет откат, и если он будет серьезным, ты можешь даже потерять свою жизнь. Поэтому я предлагаю тебе пока не использовать эту силу необдуманно, — сказав это, Лу Цзинъи достал из кармана аквамариновую бусину и передал ее Цзян Яо.

— Это жемчужина Сюаньу, которая была получена из тела божественного зверя Сюаньу [1]. Она может помочь тебе усмирить демоническую ци [2] в твоем теле, чтобы оно не так сильно реагировало на нее, — сказал Лу Цзинъи. — Оставь эту бусину пока у себя. Когда однажды ты сможешь контролировать свою силу, ты сможешь вернуть ее мне.

[1] Черная черепаха (Сюань У) — один из четырёх китайских знаков зодиака, соответствующий группе из семи созвездий в северной части неба. Иногда он называется Чёрным воином Севера (Бэй Фан Сюань У). В Японии он известен как Гэмбу, в Корее — как Хёнму. Она символизирует север, воду и зиму. Хотя по-китайски его называют Сюаньу, "чёрный воин", это название часто переводят как Чёрная черепаха. Обычно его изображают как черепаху со змеёй, обвившейся вокруг неё.

[2] Ци, иногда чи (в японском варианте — ки, иногда кэ) — одна из основных категорий китайской философии, фундаментальная для китайской культуры, в том числе и для традиционной китайской медицины. Чаще всего определяется как "эфир", "воздух", "дыхание", "энергия", "жизненная сила". Ци выражает идею фундаментальной энергетической субстанции, которая лежит в основе устроения Вселенной, где всё существует благодаря её видоизменениям и движению. Противоположным понятием является ли.

Цзян Яо осторожно взял бусину. Он увидел, что внутри было слабое золотое свечение. Подержав ее некоторое время в руке, молодой человек почувствовал себя намного спокойнее. Он не знал, было ли это результатом воздействия бусины, или психологическим эффектом.

— Я пока возьму бусину, но сила свирепого зверя — это не то, что может использовать простой смертный вроде меня. Пожалуйста, как только все закончится, заберите эту силу у меня. Она мне не нужна.

Цзян Яо вспомнил события, произошедшие ранее. Он совсем не был в восторге от обладания этой свирепой и яростной силой. Его пугал его прежний страшный облик. Молодой человек подозревал, что это было одним из последствий использования демонической силы.

Но опять же, голос внутри меня, который я слышал во время испытания… Он тоже был побочным эффектом получения силы свирепого зверя?

Цзян Яо был немного озадачен, но не стал размышлять об этом дальше, а, положив жемчужину Сюаньу поближе к телу, начал расспрашивать Лу Цзинъи о его дальнейших планах.

— Я боюсь, что будет нелегко поймать того, кто восстал из мертвых. А Ли очень бдительна. Я не думаю, что она попадется, если вы просто покажете меня в качестве приманки. У вас есть какой-нибудь план на этот случай?

— О, хорошо, что ты об этом подумал. На самом деле, мы подготовили не только тебя в качестве приманки. Ловушка была установлена уже давно, и только и ждет возможности выманить змею из норы.

Монокль Лу Цзинъи отражал свет, и Цзян Яо не мог видеть выражение его лица. Однако, он почувствовал, что за кажущимися непринужденными словами собеседника скрывается какой-то смысл. Лу Цзинъи снова указал на экран над кофейным столиком. Сфокусировав взгляд, молодой человек обнаружил, что это видео с камеры наблюдения в палате для умалишенных. Единственный человек на видео показался Цзян Яо необычайно знакомым.

— Этот человек — Ван Пэн?! — Цзян Яо, наконец, узнал его. Это был тот охранник с виллы, которого он спас. Второй выживший в Игре теней.

— Как подозреваемый в поджоге приюта три года назад, этот Ван Пэн может быть ненавидим этим человеком даже больше, чем ты, — сказал Лу Цзинъи, указывая на угол за окном палаты. Цзян Яо тут же разглядел призрачную миниатюрную фигурку, которая пряталась в углу и пристально смотрела на Ван Пэна.

— Это воскресшая из мертвых А Ли! — удивленно сказал Цзян Яо. — Она не намерена отпускать Ван Пэна!

— Да. Только потому, что она узнала, что мы защищаем Ван Пэна, она не стала ничего предпринимать. Но если появится другой желанный объект, тогда, думаю, она не сможет сдержаться, верно? — сказал Лу Цзинъи, глядя на Цзян Яо.

— Она не упустит двойную приманку.