Кан Юн поспешно поехал в SBB. Ассистент режиссёра провела его в конференц-зал.

«Неужели какая-то другая развлекательная компания решила вмешаться?»

Потягивая чай, который ему принесла ассистент, Кан Юн погрузился в раздумья.

«Heartache» получила потрясающий отклик. Как только песня зазвучала в эфире, она сразу же взлетела на первое место в музыкальных чартах, так что говорить о её влиянии даже не имело смысла. Однако его уведомили, что песню больше не будут использовать, и это сильно его озадачило.

«Ну… По крайней мере, они предупредили. Обычно просто меняют без всяких объяснений».

Кан Юн криво усмехнулся. По крайней мере, Ким Док Чжун оказался достаточно порядочным продюсером.

Монтаж — исключительное право продюсера, как и вставка OST в сцены дорамы. Даже если он заменит саундтрек без предупреждения, никто не сможет ему возразить.

Пока он размышлял, в конференц-зал быстрым шагом вошёл продюсер Ким Док Чжун.

— Здравствуйте.

Кан Юн поднялся со своего места, приветствуя его. Лицо продюсера выражало явное смущение, а голос звучал приглушённо.

— Мне очень жаль… Простите, но я больше не могу использовать эту великолепную песню.

— В чём причина?

На вопрос Кан Юна Ким Док Чжун жестом дал понять ассистентке покинуть комнату. Она слегка поклонилась и вышла. Оставшись наедине, продюсер заговорил тяжёлым голосом.

— Вы слышали об актрисе Ши Ын?

— Ши Ын… Это же главная героиня дорамы, верно?

— Да. Ха-а…

Ким Док Чжун тяжело вздохнул. На его лице читались раздражение и злость. Почувствовав, что за этим кроется нечто большее, Кан Юн осторожно спросил:

— Значит, что-то произошло?

— …Да. Дело в том, что Ши Ын сама хотела исполнить OST. Она ведь не только актриса, но и певица. С самого начала съёмок она неоднократно приносила свои записи и просила включить их в дораму. Однако, на мой взгляд, её песни не подходили. Они были не плохими, но и не хорошими… просто посредственными. А затем ваша компания представила «Heartache», реакция зрителей оказалась невероятной.

— Тогда почему так внезапно произошла замена?

Продюсер Ким Док Чжун тяжело вздохнул.

— …Таков приказ президента.

Он зажмурился, а его губы дрожали. Лицо покраснело, будто его уличили в чём-то постыдном. Казалось, он хочет сказать больше, но не может.

Кан Юн не успел ничего спросить, как Ким Док Чжун извинился:

— …Прошу прощения. Я не могу сказать больше. Всё, что я могу вам сообщить — по приказу президента ‘Heartache’ больше не будет звучать в эфире. Хотя это действительно отличная песня…

Кан Юн переварил сказанное.

Президент SBB. Актриса Ши Ын.

Если соединить эти два, на первый взгляд не связанные, звена, можно прийти к некоторым выводам.

«Неужели даже такой упрямец, как Ким Док Чжун, не устоял под давлением? Впрочем, в бюрократических структурах вроде телекомпаний отказать президенту почти нереально. Кстати, в каком агентстве состоит Ши Ын? Кажется, в Cymena?».

В сложившейся ситуации трудно было не заподозрить влияние агентства. Особенно если это Cymena — одно из трёх крупнейших агентств в индустрии актёров, обладающее огромной властью.

Они вполне могли оказать давление на президента SBB.

«Здесь мне больше нечего делать».

Оставаться дольше не имело смысла. Приняв решение, Кан Юн направился к выходу.

— …Понял. В любом случае, спасибо, что позаботились о нас.

— Мне жаль… Всё не должно было закончиться так…

Оставив позади расстроенного продюсера Ким Док Чжуна, Кан Юн сразу же отправился обратно в офис.

Когда он вернулся, его уже ждала Ли Хён Джи.

— Как всё прошло?

Кан Юн подробно объяснил ситуацию, добавив к рассказу свои догадки о директоре SBB и компании Cymena. Выслушав это, Ли Хён Джи тяжело вздохнула, прикрыв глаза.

— … Если задуматься, это вполне логично. “Его больница” уже превысила 20% рейтинга, и было бы странно, если бы никто не попытался воспользоваться этим.

Пока Ли Хён Джи вздыхала, Кан Юн заговорил о главной проблеме.

— Из-за этой ситуации время для продвижения White Moonlight сократилось. Я надеялся, что ажиотаж вокруг OST продержится как минимум три недели… (п.п: пока OST звучит в дораме, это отличная реклама для группы)

— Есть ли способ извлечь из этого максимальную выгоду? Или, может, стоит ускорить выпуск альбома?

Кан Юн задумался. OST Ли Хён А уже несколько дней удерживался на первом месте в музыкальных чартах. Но если он больше не будет звучать в дораме, интерес к нему скоро угаснет. Первое место — всего лишь песочный замок.

— В мае слишком высокая конкуренция.

Он подумал о досрочном выпуске альбома, но тут же покачал головой.

В мае множество артистов — мужские и женские айдол-группы, а также рок-группы — активно продвигались в связи с сезоном фестивалей. Кан Юн не хотел лезть в этот «кровавый океан».

Ли Хён Джи тоже ломала голову над ситуацией, но решение никак не находилось. Если ждать более удачного момента для релиза, эффект от OST ослабнет. Если выпускать альбом сейчас, он утонет в жесткой конкуренции.

— Голова от всего этого болит… Нужно что-то решать с продвижением. Не на улице же нам их рекламировать.

Ли Хён Джи покачала головой. Такие дилеммы она терпеть не могла.

— …Постой-ка.

Её слова вдруг натолкнули Кан Юна на мысль. Он хлопнул в ладоши, будто его осенило.

— Вот оно!

— Что?

— То, что ты только что сказала.

Ли Хён Джи удивленно наклонила голову. Она уже не помнила, что именно сказала.

Но Кан Юн, широко улыбнувшись, вскочил со своего места.

— Я беру Хён А и уезжаю.

— Что? Куда ты собрался в такое время?

— Меня не будет дня два. Пожалуйста, присмотри за Eddios.

Когда Кан Юн в спешке покинул офис, Ли Хён Джи тяжело вздохнула.

— …Что же он снова задумал?

***

— Давненько я не выступала улице… почему-то это так волнительно.

Ли Хён А, закинув на спину чехол с гитарой, не скрывала своего волнения. Ким Джин Дэ, который стоял рядом, тоже осматривался вокруг, восторженно разглядывая обстановку.

— О…

— …Эй, ты. У тебя слюни текут.

Ли Хён А вздохнула и тут же отчитала Ким Джин Дэ, который заглядывался на девушек, проходящих мимо.

Тем временем Кан Юн начал устанавливать микшер и динамики.

— Давайте побыстрее закончим с этим.

— Да!

Ким Джин Дэ ловко закрепил микрофон на джембе. Чон Чан Гю подключил беспроводной микрофон к гитаре, а Ли Хён А установила свой микрофон на стойку и отрегулировала его высоту.

В оживлённом сквере неподалёку от станции Хондэ трое музыкантов начали подготовку к выступлению. Некоторые прохожие, узнав Ли Хён А и Ким Джин Дэ, останавливались, чтобы попросить у них автограф.

Когда саундчек был завершён, Кан Юн подал знак к началу выступления.

— Всем привет! Я Ли Хён А из White Moonlight.

Её чарующий голос заставил прохожих замереть. Поклонники, что уже собрались поблизости, начали привлекать внимание остальных. Опыт, полученный в Lunas, помог Ли Хён А уверенно вести себя на публике.

Ли Хён А не стала затягивать и объявила главную песню сегодняшнего вечера.

— Сегодня я спою… Эм, даже немного неловко это говорить. Это наша песня, «Heartache». Надеюсь, вам понравится. (п.п : возможно, ей неловко из-за названия, песня переводится как «Боль в сердце / Разбитое сердце»)

Для тех, кто не знал White Moonlight, это стало открытием.

— Мне есть что сказать…♪

Даже люди, не знакомые с названием песни, вздрогнули, услышав первые строчки. Почти все слышали эту мелодию хотя бы раз.

— Я знаю эту песню.

— Так это они её исполняют?

Прохожие начали перешёптываться. Более того, голос звучал… нет, был таким же, как в оригинале. Песня была прекрасной, а теперь они слышали её вот так, прямо на улице… Люди ощущали себя настоящими везунчиками.

— Я звала тебя – ты не ответил – я тянулась к тебе – но мои руки – остались пустыми – ♪

Тихий звук гитары и голос Ли Хён А слились в удивительной гармонии. Её проникновенный тембр пронзал сердца слушателей.

Кан Юн понял, что сочетание голоса и музыки отлично работает, и слегка увеличил громкость. Белый свет, который он видел, стал ещё ярче, проникая в души людей.

— О-о-о…

— Вау…

Первый куплет завершился, и голос Ли Хён А взлетел вверх, оставляя в воздухе короткую паузу. Заворожённые музыкой люди начали понемногу приближаться к сцене.

— Среди слёз — моя любовь — вновь расцветает — вместе с тобой — ♪

Ли Хён А пела с закрытыми глазами, и на её ресницах засверкали слёзы. Она полностью отдалась музыке, и по лицам в толпе было видно, что слушатели тоже прониклись её исполнением.

Тихий аккомпанемент джембе добавлял песне ритмичности, а гитара наполняла её грустными нотами.

Инструменты, голос и атмосфера слились воедино, создавая мощный поток чистого белого света.

«Ещё немного…»

Кан Юн снова слегка усилил звук, охватывая ещё большую аудиторию. Даже те, кто стояли далеко и едва слышали музыку, теперь останавливались, полностью погружаясь в неё.

— Без слов моё сердце говорит – я — люблю тебя —♪

Гитара продолжала играть, сопровождая последние нотки её голоса. Так песня подошла к концу.

— Вааааа!!!

— Это было невероятно!!

— Еще, еще!

Люди зааплодировали.

Чон Чан Гю и Ким Джин Дэ переглянулись и одобряюще показали друг другу большой палец. Ли Хён А поднялась и поблагодарила зрителей. Аплодисменты усилились.

И тут…

— Ну что, хотите еще одну песню?

— ДА-А-А!!!

Толпа пришла в восторг.

***

— Кто это спел? Даже мой кот сбежал из комнаты, услышав этот OST.

— Новый OST? Он звучит даже абсурднее, чем если бы K-pop айдол пел русский шансон.

— Верните старый!

— Продюсер сменился? У него явно проблемы с головой.

— Дорама отличная, но новый OST совершенно не подходит, он ломает всю атмосферу.

После выхода 9-й и 10-й серий «Его больницы» форум заполонили жалобы. Их суть была проста — куда исчез отличный OST, и зачем его заменили какой-то хернёй.

И, что ещё хуже…

— Думаете, если убрать малоизвестного певца и вставить популярную знаменитость, кто-то будет это слушать?

— Лицо у тебя, конечно, ничего, но вот певица из тебя…

— Ши Ын? Разве она не делала пластическую операцию? Она точь-в-точь как одна девушка из Каннама.

— Хорошие актёры, отличная музыка… Казалось, рождается шедевр. А одна дура взяли и всё испортила.

OST «His Love», который заменил «Heartache», собрал всю возможную критику. Некоторые зрители даже заявляли, что перестанут смотреть дораму, не стесняясь при этом в выражениях.

Если бы таких комментариев было всего несколько сотен, на них можно было бы не обращать внимания. Но их число росло в геометрической прогрессии. Модераторы форума не справлялись с потоком сообщений, а журналисты, словно голодные гиены, с жадностью накинулись на этот скандал.

В понедельник, в день записи 11-й серии, продюсер Ким Док Чжун не смог присутствовать на съёмках. Его вызвали в кабинет президента телеканала.

— Прости, что отвлекаю от работы.

— Всё в порядке. У меня есть помощники, они справятся.

Ким Док Чжун натянуто улыбнулся, скрывая раздражение. Президент выглядел растерянным.

— Чёрт… Думал, за пару дней всё утихнет.

— В наше время люди не терпят несправедливости. Даже слухи пошли, что крупная компания давит на маленькую.

— Кхм…

Президент неловко откашлялся. Впрочем, это было не так уж далеко от правды. Он действительно попросил Ким Док Чжуна заменить OST по просьбе агентства Ши Ын.

— Эти White… как их там… В общем, в сети полно видео, где они поют ту песню на улице, верно?

— Да. На Tune их очень много.

— Вот же…

У президента разболелась голова. Именно эти видео стали решающим фактором, после которого шквал негативных комментариев на форуме превратился в настоящий шторм.

А ещё его злило равнодушное выражение лица Ким Док Чжуна. Тот вёл себя так, будто всё происходящее его не касалось.

— Почему я слышу OST не в дораме, а на улице?!

— Зачем вышвыривать хорошего певца на улицу?!

Президент прочитал комментарии, но ему нечем было возразить. В конце концов, вся ответственность лежала на нём.

Тот факт, что группа сразу же вышла на улицы после того, как их песню убрали из дорамы, сильно повлиял на мнение зрителей. Хотя White Moonlight исполняли много других песен, именно "Heartache" была наиболее популярной среди публики.

— …Продюсер Ким. Как будем разруливать этот бардак?

«…..»

Ким Док Чжун лишь покачал головой, делая вид, что не знает, как поступить.

«Я знал, что так будет.»

Но на его лице мелькнула едва заметная улыбка.