— …Никогда бы не подумала, что встречу Новый год в офисе, — вздохнув, сказала Ли Хён Джи, выходя из здания компании.

— Ты могла бы просто отдохнуть дома…

— Но ведь награду получил один из наших. Я должна была быть здесь.

Кан Юн хотел сказать, что она могла посмотреть церемонию и из дома, но передумал. Если бы он продолжил, в него могло бы что-то прилететь. Впрочем, он прекрасно понимал, как сильно Ли Хён Джи переживает за компанию. Ему было жаль её, но в то же время он испытывал благодарность.

Отклонив предложение выпить, Ли Хён Джи села в свой красный спортивный автомобиль.

— Уже не тот возраст, я слишком устала. Увидимся послезавтра.

— Да. Счастливого Нового года.

Она строго предупредила его, чтобы он ни в коем случае не звонил ей завтра, и уехала.

— Да я и так не собирался…

Кан Юн пожал плечами. Ли Хён Джи была настолько ответственным человеком, что звонить ей по работе просто не требовалось.

Как только она уехала, он сел в такси.

— На улицу ХХ, пожалуйста.

Машина тронулась, направляясь к его дому.

Улицы в канун Нового года были переполнены людьми. Вдалеке звучала песня «My Sweety Darling», наполняя воздух праздничной атмосферой. Такси, в котором ехал Кан Юн, как раз проезжало мимо этой оживлённой улицы.

«Эта песня держится на плаву удивительно долго…»

Кан Юн вспомнил девушек, исполнивших её — DiaTeen. Сегодня они получили главный приз. Теперь они официально стали артистами топ-уровня в Корее. Перед глазами до сих пор стояло лицо их лидера, Кан Се Гён, которая не смогла сдержать слёз и даже не смогла толком произнести благодарственную речь.

— Долго эта песня держится.

— Знаете её?

Таксист, остановив машину на светофоре, откинул ручной тормоз и спросил:

— Dia… что-то там…? Знаю, что это их песня. И танец у них хороший, и сама песня тоже.

— Да, хорошая.

Кан Юн согласился. DiaTeen действительно получили отличные отзывы. Было забавно слышать одобрение от водителя, который выглядел лет на сорок с лишним.

«Надо сделать так, чтобы и про Eddios говорили так же…»

Ведя разговор с таксистом, он твёрдо решил, что сделает всё возможное для успеха Eddios.

На светофоре загорелся зелёный, и такси снова двинулось в путь. Вскоре оно выехало на мост через реку Хан. Ночной пейзаж, раскинувшийся перед Кан Юном, был по-настоящему великолепен.

«Этот год будет насыщенным. Дебют Джи Мин, продвижение Eddios, выход White Moonlight на большую сцену… Пришло время сделать большой рывок».

2012 год.

Мысли о будущем вызывали у Кан Юна трепет. Отражённые в реке огни словно благословляли его грядущий путь.

***

Первый день нового года.

Хотя был выходной, Кан Юн встал рано утром и направился в крупнейшую больницу Сеула — S-больницу. Там он прошёл в VIP-палату, доступ в которую был строго ограничен.

— Проходи.

После стука он открыл дверь и увидел, как председатель Вон Джин Мун с трудом приподнялся, приветствуя его. Кан Юн подошёл и крепко пожал ему руку.

— Давно не виделись.

— Ты ведь занят бизнесом. Осенью приезжал — и то хорошо. Что уж тут, не самое приятное место для встреч.

Вон Джин Мун горько усмехнулся.

Благодаря Ли Хён Джи он был в курсе успехов World Entertainment. Он знал, насколько тяжела работа главы развивающейся компании, и был благодарен, что Кан Юн всё же находил время навещать его раз в несколько месяцев. Пусть Кан Юн уже и не состоял в MG Entertainment, но видеть, как человек, которого он когда-то взял под своё крыло, растёт и развивается, доставляло ему особое удовольствие.

Кан Юн начал чистить фрукты, стоявшие на тумбочке. Вон Джин Мун поморщился, сказав, что это слишком приторно, но, кажется, был не против. (п.п: типа, не нравится, что мужик ему фрукты чистит)

— Как вы себя чувствуете?

— Хотел бы сказать, что хорошо… Но пока даже дату выписки назначить не могут. Эх, теперь я действительно понимаю, что здоровье — самое главное. И как долго мне ещё сидеть взаперти? Просто невыносимо.

Он настойчиво напомнил Кан Юну, что нужно следить за своим здоровьем, а также подчеркнул, что алкоголь и сигареты — злейшие враги.

Кан Юн кивнул, словно слушая наставления собственного отца.

Они говорили обо всём — о своих компаниях и о жизни в целом. Для человека, который всё это время был прикован к постели, рассказы Кан Юна о внешнем мире были настоящим удовольствием. Особенно его удивило слышать новости о World Entertainment не от Ли Хён Джи, а из уст самого Кан Юна.

Затем речь зашла о Джу А и Мин Джин Со.

— Ты встречался с Джу А или Джин Со?

— С Джу А мы время от времени видимся. А вот с Джин Со… с тех пор, как я вернулся в Корею, мы так и не пересекались. Но я был бы рад с ней встретиться.

— Это не так просто. Не каждому смертному дано встретиться с богиней.

Кан Юн только рассмеялся, услышав слово «богиня». Мин Джин Со действительно соответствовала этому титулу. Стоило только вбить её имя в поиск, и слово «богиня» неизменно всплывало среди первых результатов. В столь юном возрасте её чаще называли богиней, чем младшей сестрой (её первая роль, если забыли).

Председатель Вон Джин Мун больше не стал говорить о Мин Джин Со. Или, скорее, не мог. На самом деле он сам знал о ней не так уж много. Единственное, что было ему известно — она находилась в Китае, а остальная информация была строго засекречена.

После Мин Джин Со разговор плавно перешёл к Eddios. Узнав, что группа подписала контракт с World Entertainment, Вон Джин Мун не смог скрыть сложных эмоций.

— Когда я прочитал об этом в новостях, то просто не мог поверить. Вот же идиоты. Столько сил было вложено в Eddios, и вот так их упустить… Хотя, может, так даже лучше. И для девушек, и для компании.

Лицо Кан Юна омрачилось. Он не был виноват ни в чём, но эмоции всё равно переполняли его.

Вон Джин Мун понял, что творилось у него на душе, и положил руку ему на плечо.

— У каждого свой путь. Ты помог Eddios найти их дорогу.

— Господин председатель…

— Однажды, когда мы пили, ты сказал мне, что хочешь дать возможность людям, которые мечтают петь, выйти на сцену.

Кан Юн молча кивнул. Это были слова, которые он произнёс, когда заключал соглашение о дебюте Мин Джин Со. И Вон Джин Мун всё ещё их помнил.

— Оставаться верным себе — непросто. Но я надеюсь, что ты не свернёшь с пути. Пусть наши дороги и разошлись, но я искренне желаю тебе удачи.

В знак уважения Кан Юн крепко пожал его руку обеими ладонями.

В первый день нового года слова Вон Джин Муна стали для него мощной поддержкой.

***

[Популярные запросы в поиске]

Ким Чжэ Хун — поклон на сцене

Ким Чжэ Хун

Президент Ким Чжэ Хуна

Ли Чхан Ён замечен в мошенничестве (имя автора)

Жареные пельмени

— Поклон на сцене? Что за глупая стратегия.

Президент Кан Ши Мён раздражённо цокнул языком, глядя на список популярных поисковых запросов.

Выражать благодарность на церемониях награждения — дело привычное. Но чтобы кто-то прямо на сцене кланялся до пола? Для Кан Ши Мёна это выглядело не более чем тщательно продуманной стратегией, направленной на то, чтобы возвысить либо компанию, либо самого Ким Чжэ Хуна.

— Секретарь Юн.

Он вызвал по телефону свою помощницу и попросил холодного кофе. Нужно было хоть чем-то успокоить раздражение. Вскоре девушка принесла ему ледяной напиток. Хоть за окном и стояла зима, холодный кофе с плавающими кубиками льда отлично охлаждал не только горло, но и мысли.

— Спасибо.

Потягивая кофе, Кан Ши Мён продолжил читать комментарии.

— Ким Чжэ Хун просто божественен. Я в шоке… плачу… т_т

— Настоящая мужская дружба. Он заслуживает главный приз!

— Да здравствует Билли-хённим!

— Настоящий мужской поступок. Так приятно видеть такую преданность.

— Официальное признание в любви в розовых тонах. JPG

— Неужели это… з-запретная люб… Люб… Простите.

— Другие компании, смотрите и учитесь!

Похоже, зрители были тронуты до глубины души. В последнее время новости о конфликтах между айдолами и их агентствами всплывали всё чаще, и на этом фоне поступок Ким Чжэ Хуна выглядел настоящей редкостью.

…Хотя среди комментариев проскальзывали и довольно опасные намёки. (про настоящую мужскую любовь, лол)

Президент Кан Ши Мён закрыл браузер и разложил перед собой документы. Это была информация о Lunas.

«После рождественского концерта количество бронирований увеличилось. Несмотря на высокие цены, люди считают, что благодаря оснащению и грамотному маркетингу площадка стоит своих денег, поэтому инвестируют в неё без сомнений».

Эти слова стали для него последней каплей. Он громко закричал:

— Чёрт возьми!

В ярости он швырнул бумаги на стол.

Пока другие залы получали субсидии, не предпринимая никаких усилий, Lunas превращался в элитное место, притягивающее всё больше артистов.

— Чёрт… чё-ёрт…!!

Его всего трясло от злости.

Он пытался уничтожить потенциальную угрозу на корню, а в итоге сам оказался в проигрыше.

***

Международный аэропорт Инчхон

LAX – ICN

«Она уже должна была выйти.»

Кан Юн нервно прохаживался перед выходом из зоны прилёта, ожидая сестру. Из дверей выходили потоки людей, только что прибывших в Корею, с трудом волоча за собой тяжёлые чемоданы.

Когда большая группа прошла мимо, он увидел девушку, энергично машущую ему рукой.

— Оппа!

Это была Хи Юн. Как только она его увидела, тут же подбежала и бросилась в объятия. Кан Юн крепко обнял сестру, слегка удивившись, что она стала немного тяжелее.

— Как ты? Всё хорошо?

— Конечно! А у тебя?

Хотя с их последней встречи прошёл всего месяц, воссоединение брата и сестры было по-настоящему тёплым. Хи Юн явно не собиралась выпускать его руку и крепко прижалась к нему.

В этот момент к ним подошла блондинка. Кан Юн вопросительно посмотрел на сестру.

— Твоя подруга?

Хи Юн кивнула.

— Познакомься, это Рейна.

Раз подруга сестры, значит, хороший человек. Кан Юн приветливо улыбнулся. Хи Юн редко называла кого-то другом, кроме Джу А, так что это было неожиданно.

— Рад знакомству. Я Кан Юн.

— Хелло. Айм а Рейна Пак. Найс ту познакомиться с ю.

Хи Юн рассмеялась и пояснила:

— Рейна — кореянка в третьем поколении. Корейский у неё хромает, так что не суди строго.

После короткого знакомства Кан Юн повёл девушек к машине. Ли Хён Джи одолжила ему автомобиль, когда узнала, что приле сестра. Правда, при этом не удержалась от подкола, что президенту компании не иметь собственной машины — позор.

По дороге домой они много разговаривали. Кан Юн предупредил Рейну, что у него живёт певец Ким Чжэ Хун, и если ей будет некомфортно, он подыщет для неё другое жильё. Однако та лишь рассмеялась, сказав, что чувствует себя как в гостевом доме, и ей это даже нравится.

Когда они прибыли, Кан Юн уступил девушкам свою комнату. Хи Юн пыталась возразить и предлагала остановиться в гостинице, но он лишь покачал головой:

— Это твой дом, так что нечего даже обсуждать.

Дождавшись, пока девушки разберут вещи, он собрался уходить. Но в этот момент Хи Юн окликнула его:

— Оппа, можно мне тоже пойти в компанию?

Она только что переоделась и смотрела на него с надеждой.

— В компанию? Ты же, наверное, устала?

— Всё нормально! Я в самолёте хорошо выспалась.

Она выглядела бодрой и, кажется, была полна энтузиазма — хотела встретить певцов, которые исполняли её песни. Понимая её чувства, Кан Юн не стал её останавливать. Рейна тоже решила пойти с ними.

Трое направились в World Entertainment.

Внутри их встретили Ли Хён Джи и Чон Хе Джин.

— Надеюсь, ты хорошо… Ох!

Ли Хён Джи замерла, заметив Хи Юн, а затем быстро поднялась с места. Хотя они были незнакомы, интуитивно стало понятно — перед ней сестра Кан Юна. Хотя внешне они не были похожи, у них была схожая аура.

— Здравствуйте, я Ли Хи Юн.

— Привет. Я Ли Хён Джи. Много слышала о тебе от твоего брата.

Две важные фигуры World Entertainment встретились впервые. Даже в Америке они как-то разминулись. Но, несмотря на это, разговор завязался естественно, будто они были старыми знакомыми.

— Вау, вы такая красивая!

— Спасибо. Ты тоже очень милая, Хи Юн.

— Благодарю.

Затем к ним присоединились Рейна и Чон Хе Джин, и начался чисто девчачий разговор. Офис мгновенно наполнился оживлёнными голосами.

Кан Юн, оставшись в стороне, сел за свой стол.

«Они быстро нашли общий язык.»

Под руководством Ли Хён Джи все девушки моментально сблизились и стали «старшими» и «младшими сёстрами». Её умение налаживать связи проявилось и здесь.

В этот момент раздался стук в дверь, и вошла Ким Джи Мин. Она широко распахнула глаза, увидев в офисе незнакомых людей. Вскоре ей объяснили, что Хи Юн — композитор Muse и младшая сестра Кан Юна.

— Эээ?!

Её пронзительный голос эхом разнёсся по комнате, заставив всех рассмеяться.

***

Позже, чтобы официально представить Хи Юн, Кан Юн собрал всех сотрудников World Entertainment. В недавно отремонтированном зале собрались все — от Eddios, уже приступивших к тренировке, до White Moonlight, усердно занимавшихся, и Ким Чжэ Хуна, недавно вернувшегося с мероприятия.

Хи Юн улыбнулась Кристи Эн, слегка помахав ей рукой, а затем вышла вперёд.

— Здравствуйте. Я Ли Хи Юн, композитор команды "Muse". Буду стараться изо всех сил, надеюсь на вашу поддержку!

В ответ раздались громкие аплодисменты. Особенно рьяно хлопали мужчины. Ким Чжэ Хун, Ким Чжин Дэ и Чон Чан Гю буквально излучали восторг — миниатюрная, светлокожая Хи Юн выглядела хрупкой и нежной, пробуждая в них желание защитить её.

Когда шум стих, Кан Юн добавил:

— Она пробудет в Корее какое-то время, так что хорошо с ней поладьте. Особенно Джи Мин и Eddios, понятно?

— Да!

В честь приезда сестры Кан Юн предложил устроить корпоратив. Хотя это было спонтанное решение, все с энтузиазмом его поддержали. Вскоре разгорелись споры, где и как провести вторую и третью часть вечеринки.

«Здесь весело»— подумала Хи Юн, постепенно втягиваясь в энергичную атмосферу World Entertainment.