Под мягкое сопровождение фортепиано тихо зазвучал голос Ким Чжэ Хуна:

— Я больше не — жду от тебя — ничего— ♪

Его голос заполнил сцену. К спокойному звучанию фортепиано вскоре присоединились бас-гитара и барабаны.

По мере того, как музыка становилась насыщеннее, Ким Чжэ Хун вкладывал в свой голос всё больше силы.

— После всего этого времени — я могу — вновь дышать — рядом с тобой– ♪

Его обычно низкий голос зазвучал грубее, с легким хрипом, разлетаясь по всему залу. Это стало неожиданностью как для фанатов, так и для представителей индустрии.

— Что это?

Его исполнение разительно отличалось от всего, что он делал прежде. Однако его мастерство оставалось неизменным. Сначала это показалось зрителям необычным, но вскоре они полностью погрузились в атмосферу песни

— Это не в его стиле…но это невероятно круто!

— Оппа просто потрясающий…

— Чжэ Хун лучший!

Музыкальный стиль и манера исполнения заметно отличались от привычного образа Ким Чжэ Хуна. Но когда он начал второй куплет, зрители окончательно развеяли сомнения и подняли руки. Опущенные вначале плакаты снова взметнулись вверх.

— Моя любовь из прошлого — моя боль из прошлого — но теперь всё в порядке ♪

Ким Чжэ Хун взял высокую ноту, и его голос стремительно взмыл вверх. Глаза зрителей загорелись восторгом и удивлением, когда он с лёгкостью преодолел серию сложных высоких нот в тональности G Minor (соль минор).

— Уааа…

— Это просто шедевр…

Изначально планировалось понизить тональность до F Minor (фа минор), но Ким Чжэ Хун настоял на том, чтобы оставить оригинальный вариант хотя бы для шоукейса. Кан Юн поддержал его решение.

Реакция представителей индустрии была не менее яркой, чем у фанатов.

— Похоже, Ким Чжэ Хун серьёзно взялся за дело.

— Эта песня больше похожа на заглавную.

— У меня аж мурашки пошли.

Продюсеры, дистрибьюторы и представители телеканалов высказывали своё мнение. Глубина звучания в сочетании с утонченной техникой вокала впечатлила всех. Никто не ожидал, что Ким Чжэ Хун способен исполнить настолько мощный рок.

Эта ошеломившая всех песня подошла к концу.

"……"

На мгновение повисла тишина. Нарушил её сам Ким Чжэ Хун, склонив голову в благодарственном поклоне.

— Спасибо.

А затем…

Хлоп, хлоп, хлоп…

Аплодисменты сперва робко, затем всё громче и громче заполнили зал.

— Ваааааааа—!

Громогласные крики восторга захлестнули Lunas.

Ким Чжэ Хун посмотрел в конец зала, туда, где стоял Кан Юн. Тот, как обычно, сохранял невозмутимый вид, словно результат был само собой разумеющимся.

«Ты был прав, хён.»

Глядя на реакцию публики, Ким Чжэ Хун убедился:

Этот эксперимент стоил того.

***

Вскоре после шоукейса состоялся релиз альбома Ким Чжэ Хуна.

Так как это был его первый релиз за долгое время, он сразу же привлёк внимание. В сети начали появляться отзывы фанатов, посетивших шоукейс, заговорили о клипе, в котором снялась восходящая звезда по имени Шин Хи, а также о громком возвращении Ким Чжэ Хуна на сцену музыкального шоу KS TV Music Countdown.

При поддержке PR-кампании интерес к альбому Ким Чжэ Хуна становился всё больше и больше.

— Странно.

Время было девять утра. Прошло девять часов с момента выхода альбома.

Ли Хён Джи с недоумением рассматривала результаты.

— То, что он занял первое место, было ожидаемо. Но я и подумать не могла, что "Только ты" обойдёт заглавный трек "Время с тобой".

Кан Юн пожал плечами.

— Похоже, наш эксперимент оказался успешным.

Ким Чжэ Хун высказал свою версию:

— Думаю, всё дело в высоких нотах. В нашей стране их, кажется, особенно ценят.

— Пожалуй, ты прав. В этой песне они прекрасно сочетаются, — согласилась Ли Хён Джи.

— Да, но петь её в оригинальной тональности на каждом выступлении будет слишком тяжело, — Ким Чжэ Хун покачал головой.

Он понимал, что если продолжит петь в Gm, его голос просто не выдержит. Кан Юн кивнул, соглашаясь, и предложил при необходимости опустить тональность до F#m. Ким Чжэ Хун согласился.

Тем временем Ли Хён Джи снова вернулась к обсуждению альбома.

— С первого по четвертое место — всё занято твоими песнями, Чжэ Хун. Хотя это может быть связано с тем, что сегодня только первый день, нам нужно удерживать эти позиции как можно дольше. Впрочем, прибыль от онлайн-продаж не такая уж большая.

— Похоже, все будут заняты, — заметил Кан Юн.

(п.п: заняты удержанием первых позиций: реклама, ивенты и т. д)

— Определённо. Кстати, вы с Чжэ Хуном будете вместе работать над промо?

— Нет, я передам это менеджеру Ким Дэ Хёну. Мне нужно сосредоточиться на выступлениях White Moonlight и дебюте Джи Мин.

Ким Чжэ Хун выглядел слегка разочарованным, но Кан Юн просто похлопал его по плечу.

После этого Ли Хён Джи показала Чжэ Хуну его расписание. Хоть оно и не было таким плотным, как в мае, но включало множество выступлений и мероприятий по стране.

— Немало… Хотя до майского безумия далеко, — прокомментировал Чжэ Хун.

— Тебе не нужно работать на износ. Нам стоит немного сбавить темп и начать задумываться о следующих шагах.

— Тур по стране?

Кан Юн кивнул. Ли Хён Джи удивленно переспросила:

— Тур по стране? С нашим бюджетом это будет непросто. Разве что ближе к концу года…

— Даже к концу года мы вряд ли сможем. Всё зависит от результатов альбома. Если всё сложится удачно, тур можно запланировать на весну или лето.

— Звучит разумно. За это время мы укрепим финансовое положение, а у Чжэ Хуна будет время на подготовку.

На этом обсуждение Ким Чжэ Хуна закончилось, и он покинул офис вместе с менеджером Ким Дэ Хёном.

В офисе остались только Кан Юн и Ли Хён Джи. Она, сменив привычный кофе на воду, завела новый разговор.

— White Moonlight стабильно набирает популярность благодаря регулярным выступлениям. Если Джи Мин дебютирует успешно, нас наконец-то можно будет считать компанией среднего уровня. Хотя, конечно, нам еще потребуется время, чтобы перестать работать в убыток.

— White Moonlight уже показывает хорошие результаты. К следующему лету мы вполне можем выйти на уровень крупных агентств. Если правильно выстроить продвижение через статьи и акцентировать внимание на том, что Хён А достаточно талантлива, чтобы писать песни даже для Чжэ Хуна, это точно привлечёт внимание.

Ли Хён Джи с улыбкой пожаловалась:

— Президент, можно мне поменьше работы? Я устала.

Кан Юн лишь усмехнулся и безжалостно ответил:

— Отказано.

— Вот так ты со мной?

— Именно.

Ли Хён Джи рассмеялась. Хорошая атмосфера в компании делала даже рабочие разговоры лёгкими. Затем она перевела тему на внешние дела.

— Недавно я встречалась с директором Ли Хан Со.

— Слышал, что он был в США. Узнала что-нибудь интересное?

— Да. Он встречался с Eddios.

— Eddios...

Кан Юн тяжело вздохнул. Разговоры об этой группе всегда вызывали у него сложные чувства, словно что-то сжимало его грудь.

Ли Хён Джи продолжила:

— До истечения контракта девушек с MG осталось совсем немного времени. Он ездил выяснить, какие у них планы. Судя по всему, ни одна из участниц не собирается продлевать контракт.

— Неудивительно. Вряд ли кто-то захочет оставаться в компании, которая практически разрушила их карьеру своими абсурдными методами.

Кан Юн покачал головой.

Ли Хён Джи чувствовала его негодование по отношению к MG Entertainment. Хотя он не выражал этого открыто, было очевидно, что он зол. Она постаралась говорить спокойно.

— Директор Ли Хан Со хочет, чтобы девушки продолжили свою карьеру, даже если им придется присоединиться к другой компании. Но их контракты стоят недешево. Могу с уверенностью сказать, что сумма будет минимум в три раза больше, чем мы потратили на Ким Чжэ Хуна.

— Это ты еще занижаешь цифры.

— Ну, у них был долгий перерыв в Корее, плюс появление DiaTeen тоже сыграло свою роль. Их популярность значительно упала. Но это не значит, что у них нет шансов на возвращение. К тому же… ситуация довольно сложная. В любом случае, тому, кто решит подписать контракт с Eddios, придется вложиться и в их будущие альбомы. Депозит за контракт, инвестиции в альбом, условия для артистов первого эшелона… Компании, которые могут себе это позволить, скорее предпочтут инвестировать в молодых айдолов.

— Справедливо.

Хотя Кан Юн был раздражен, он сохранял трезвый взгляд на ситуацию.

Могли ли Eddios принести достаточную прибыль, чтобы оправдать инвестиции? Компании не решились бы на такой риск без твёрдой уверенности в успехе. Они превратились в обузу, от которой проще отказаться, чем пытаться возродить.

— А если бы ты был на их (компаний) месте? Что бы сделал?

Кан Юн промолчал. Это был бизнес. Личные чувства не должны влиять на подобные решения.

Поняв ход его мыслей, Ли Хён Джи продолжила:

— Директор Ли Хан Со осторожно поинтересовался, не сможет ли World Entertainment взять их под своё крыло.

— ...

— Думаю, он чувствует ответственность. Похоже, он искренне хочет хоть как-то загладить вину за то, что Eddios потеряли своё место в индустрии.

— Строго говоря, это не его вина. Он сделал всё, что мог, чтобы этого не произошло.

— Он мучается из-за того, что не смог помешать MG отправить девушек в Америку. В любом случае, я сказала ему, что не могу принять такое решение в одиночку.

— Понял. Я всё обдумаю. Это не тот вопрос, который можно решить наспех.

Кан Юн больше не поднимал эту тему.

Ли Хён Джи тоже не говорила об этом, понимая, что ему нужно время, чтобы всё обдумать.

После этого они обсудили Ким Джи Мин и White Moonlight, а затем завершили утреннюю встречу.

***

Lunas процветал.

В октябре возник небольшой застой — около двух недель не удавалось заполнить расписание, но благодаря фан-встрече Ли Джун Ёля, участию в местных мероприятиях и регулярным выступлениям White Moonlight интерес со стороны инди-групп начал расти. Завершающим штрихом стал шоукейс Ким Чжэ Хуна, после которого бронирования посыпались одно за другим.

В этот момент другие площадки в Хондэ, которые пытались вытеснить Lunas, забили тревогу. Они не могли конкурировать ни по цене, ни по условиям. Особенно это ощущалось среди популярных инди-групп, которым достаточно было одного концерта, чтобы обеспечить себе стабильный доход. Они начали отдавать предпочтение Lunas, и когда востребованные коллективы ушли с привычных сцен, владельцы залов оказались в сложной ситуации.

В конце концов, небольшие концертные залы начали тайно принимать бронирования от групп, выступавших в Lunas. Сначала это были единичные явления, но потом таких случаев становилось всё больше.

Для Юн Чхан Сона, владельца Green Light, это стало настоящей головной болью.

— Блять…

Он нервно расхаживал по офису на верхнем этаже здания.

— Чёртов Lunas. Они что, работают себе в убыток? Почему мешают другим нормально зарабатывать?!

Он винил во всём Lunas.

Раньше Green Light считался местом с хорошими условиями и доступными ценами, но Lunas превзошёл его и в том, и в другом. Однако он всё ещё не мог решиться модернизировать свой клуб. Он боялся, что не сможет вернуть вложенные деньги.

В итоге он просто бездействовал.

Он метался в панике, когда зазвонил телефон. Подняв трубку, он услышал голос представителя Yerang Entertainment.

— Ах, да, здравствуйте!

В отличие от своего обычного поведения, Юн Чхан Сон был предельно вежлив. Проявлять подобное почтение даже к секретарю было для него нехарактерно.

Голос на другом конце провёл короткий разговор в деловом тоне:

— Президент одобрил условия, о которых мы говорили ранее. Если вы снизите цены, мы компенсируем разницу.

— Серьёзно?! Огромное спасибо!

— Не забудьте предоставить чеки и необходимые документы. Всего доброго.

Разговор был коротким и сухим, но лицо Юн Чхан Сона мгновенно прояснилось.

— Отлично, отлично! Им крышка!

Он с громким криком вскинул руки вверх.

Цена и условия.

Теперь у него было оружие против Lunas.

***

Наступил ноябрь.

World Entertainment уверенно двигалась вперёд.

Каждый занимался своей работой, и компания работала без сбоев.

Ли Хён Джи наняла нового менеджера для Ким Чжэ Хуна, передав ей обязанности Ким Дэ Хёна. Новым менеджером стала Ю Чжи Хе — женщина с добродушным выражением лица, чуть старше тридцати. Она имела опыт работы стилистом, а её энергичный и открытый характер идеально подходил для заботы о Чжэ Хуне.

В последнее время Пак Со Ён часто бывала в компании. Однако никто не обращал на это внимания. Более того, Ким Джин Дэ уже поговаривал, что после окончания университета она устроится сюда на работу. За подобные поспешные выводы он, конечно, получил замечание от Ли Чха Хи.

Но ни Кан Юн, ни Пак Со Ён пока не спешили говорить о трудоустройстве всерьёз.

В один холодный день.

Кан Юн собирал вещи у себя дома.

— Сейчас там довольно холодно, да?

Он положил в чемодан несколько осенних вещей, одну зимнюю куртку, несколько комплектов нижнего белья и необходимые туалетные принадлежности. Добавил к этому ноутбук для работы и несколько документов, после чего чемодан оказался полностью заполнен.

Наконец, он взял билет на самолёт и паспорт, аккуратно положив их на стол.

Ким Чжэ Хун, наблюдавший за ним, не выдержал и спросил:

— Ты так неожиданно собрался в Америку. С Хи Юн что-то случилось?

— Нет, у меня просто есть кое-какие дела.

— Похоже, это что-то важное.

Кан Юн лишь слегка улыбнулся, не уточняя деталей.

Ранним утром следующего дня он направился в аэропорт Инчхон. Ли Хён Джи предложила отвезти его, но он отказался. Вместо этого он сел на рейсовый автобус до аэропорта. Оформив все необходимые процедуры, он почти не заметил, как пролетело время.

[Через несколько минут начнётся посадка на рейс Ace Airlines до Лос-Анджелеса. Просим пассажиров пройти к выходу 24…]

Он заглянул в duty free, где купил сигареты и несколько мелочей, после чего отправился к выходу на посадку. Заняв место в эконом-классе, Кан Юн мельком взглянул в сторону первого класса и твёрдо решил:

«Когда-нибудь я стану тем, кто летает только первым классом»

Спустя 12 часов полёта он прибыл в международный аэропорт Лос-Анджелеса.

Встречала его Хи Юн.

— Оппа!!

Как только она увидела его, тут же подбежала и крепко обняла.

— Оппа, что ты тут делаешь?

— Приехал встретиться с кое-кем.

— Со мной?

Кан Юн рассмеялся над её шуткой и приобнял её за плечи.

Брат и сестра болтали всю ночь.

Хи Юн рассказывала о своих друзьях из университета, а Кан Юн — о музыкантах, которые исполняли её композиции. Когда он упомянул, что все они восхищаются её талантом, Хи Юн покраснела от смущения.

Они так долго разговаривали, что Кан Юн смог заснуть только под утро. Проснулся он уже после полудня.

«Пожалуй, пора их навестить.»

Он отправился в пункт аренды автомобилей и взял машину напрокат. Затем направился к американскому филиалу MG Entertainment. Припарковавшись на платной стоянке неподалёку, он зашёл в кафе, откуда открывался отличный вид на здание компании.

Заказав лёгкий завтрак и кофе, он открыл ноутбук и начал наблюдать.

«Практически никто не заходит и не выходит.»

Филиал MG Entertainment казался подозрительно тихим. Люди заходили и выходили крайне редко, а изнутри не доносилось ни звука. Казалось, что здание вовсе заброшено.

Но Кан Юн не спешил уходить.

Прошло три часа.

Он мог бы сам зайти в здание и встретиться с девушками, но хотел избежать ненужных слухов.

Когда солнце начало клониться к закату, дверь наконец открылась, и из здания вышла девушка. Она была одета в облегающую тренировочную одежду, а её волосы были собраны в высокий хвост.

«Одна есть.»

Увидев девушку, глаза Кан Юна вспыхнули решимостью. Он быстро собрал вещи и вышел из кафе.

***

— Хаа…

Девушка шла по улице, тяжело вздыхая.

Тренироваться в одиночку было невыносимо скучно. Она надеялась, что хотя бы кто-то из других девочек присоединится к ней, но одна за другой они начали пропускать тренировки. Даже Хан Джу Ён, которая всегда любила петь, заперлась у себя в комнате, заявив, что всё это больше не имеет смысла. Что уж говорить о других.

— Айли… Эта девчонка скоро растолстеет, если будет только лежать и жевать.

Раньше она думала, что хотя бы Айли согласится тренироваться с ней. Но теперь казалось, что всем всё равно.

«Может, и правда нам пора…»

Горькая мысль болезненно кольнула её.

Какой смысл продолжать, если никто больше не верит?

Она покачала головой.

В тот момент, когда она была готова сдаться…

— Ладно… в этом больше нет смысла.

— В чём нет смысла?

Она вздрогнула, услышав мужской голос

Обернувшись, она увидела человека, которого меньше всего ожидала здесь встретить.

Мужчина смотрел на неё и улыбался.

— А-аджосси?

— Мин А, давно не…

— Ад… аджосси!

Не дав ему договорить, она бросилась к нему в объятия.

Её эмоции прорвались наружу, и его грудь тут же стала мокрой от слёз.

Он мягко гладил её по спине и голове, позволяя выплеснуть всё, что накопилось.

Они стояли так, освещённые лучами заката.