— Конечно, звучит не так уж плохо, но думаю, стоит немного изменить аранжировку.

— Как именно?

Ким Чжэ Хун с любопытством наблюдал за работой Кан Юна. Он сам разбирался в композиции, поэтому процесс был ему особенно интересен. Он хотел, чтобы Кан Юн немного усилил первый аккорд. Кан Юн задумался и добавил новые звуки.

Однако, свет стал ещё более серым.

«Чёрт…»

Увидев перед собой ещё более тёмный оттенок серого, Кан Юн невольно вздрогнул. На этот раз и Ким Чжэ Хун покачал головой.

— Думаю, раньше было лучше.

— Ты прав. Попробуем ещё раз.

Кан Юн снова стал искать подходящие звуки и комбинировать их. Перед ним разворачивался целый поток нот. Вскоре серый свет понемногу начал исчезать, и появился белый свет. Но что бы он ни делал, серый оттенок всё ещё оставался. Это не давало Кан Юну покоя.

— По-моему, получилось отлично.

Ким Чжэ Хун был доволен результатом, но Кан Юн покачал головой.

— После добавления слов песня будет звучать не очень хорошо. Нужно, чтобы твой голос гармонировал с музыкой. Подожди немного… Могу я записать твой голос?

Кан Юн подключил микрофон и передал его Чжэ Хуну, затем он заменил синтезатор на пианино и сыграл ноту «Соль».

— Ааа—.

— Отлично.

Записав голос, Кан Юн снова углубился в работу. Теперь он искал инструменты, которые лучше всего сочетаются с тембром голоса Чжэ Хуна.

— Хён, тогда я пойду. Завтра рано вставать.

— Хорошо.

Так и не дождавшись окончания работы, Ким Чжэ Хун в итоге уснул.

Следующее утро.

Ким Чжэ Хун проснулся и медленно направился в ванную, чтобы умыться. Однако, проходя мимо комнаты Кан Юна, он заметил, что дверь была открыта.

— Хён!?

Он вбежал в комнату без стука. Кан Юн обернулся, выглядя крайне уставшим.

— О, ты уже проснулся?

— Хён, уже утро.

— Вот это я засиделся... Ну, со вступлением я закончил, так что всё нормально. У меня всё равно выходной.

Кан Юн с трудом поднялся со стула и потянулся, его тело протестующе заныло от усталости.

— Теперь оно (вступление) звучит идеально. Послушай.

Он запустил трек. Мощный взрыв духовых с первых секунд захватил Чжэ Хуна, заставив его погрузиться в музыку. Эти двадцать секунд были восхитительны.

Когда вступление завершилось и зазвучал его собственный голос, Ким Чжэ Хун вздохнул.

— Жаль, что так быстро закончилось. Хотелось бы услышать больше.

— У меня не было времени довести всё до конца. Позже покажу полный вариант. А сейчас я пойду спааать.

Кан Юн не выдержал и рухнул на кровать. Почти сразу раздалось его ровное дыхание.

— Днём работает в компании, ночью сочиняет музыку… Хён невероятен.

Ким Чжэ Хун покачал головой, наблюдая за ним. Чем больше он узнавал Кан Юна, тем больше поражался.

***

Подписав контракт о покупке здания, Кан Юн пожал руку бывшему владельцу.

— Планируете въезжать сразу?

— Через неделю. Нужно провести кое-какие работы.

— Понимаю. Хотя здание старое, место очень хорошее. Надеюсь, вам здесь будет удобно.

Владелец смотрел на здание с теплотой, будто прощаясь с чем-то дорогим.

Когда сделка была завершена, Ли Хён Джи не скрывала радости.

— Да! Теперь действительно кажется, что дела пошли в гору.

— Мы получили это место даже быстрее, чем ожидали. Думал, сможем купить только к осени.

— Ну, ты немного превысил бюджет.

— Хахаха…

Кан Юн неловко рассмеялся. Он понимал, что если бы продолжал считать каждую мелочь, покупка бы не состоялась.

— Только я подумала, что благодаря Чжэ Хуну мы теперь богаты. Но…Кажется, снова придётся затянуть пояса. Вот же… В последнее время я потеряла в талии целый дюйм.

— То есть сейчас стало 24? (п.п: чуть меньше 61 сантиметра)

— Э? Откуда ты знаешь? Я ведь тебе не говорила.

Они переглянулись и рассмеялись. Приятное чувство окутывало их, заставляя наслаждаться этим моментом.

Через несколько дней Ли Хён Джи завершила все расчёты. Она уже позаботилась о юридических документах, налогах и других формальностях. Покупка здания — дело непростое.

В этот день в районе Йоннам-дон рядом с Хондэ появился концертный зал под управлением World Entertainment.

***

Когда всё было улажено, Кан Юн и Ли Хён Джи привели White Moonlight осмотреть новое помещение.

— Ого… Тут действительно просторно.

Ли Хён А с восхищением осматривала зал, который занимал сразу два этажа. Впечатление было сильным.

— Изначально это здание не предназначалось для концертов. Вероятно, оно задумывалось как торговое помещение. Но я купил его из-за удачного расположения.

— Ну да, станция метро совсем рядом. Если хорошо всё организовать, можно привлечь много людей.

Ли Хён А прошла вперёд. Пространство было настолько большим, что её голос эхом разнесся по залу. Она удивлённо наклонила голову, Кан Юн, казалось, понял её мысли.

— Я собираюсь провести здесь качественный ремонт. Многие клубы в этом районе страдают от плохой звукоизоляции и тесных помещений. Я хочу сделать всё правильно, пусть даже это потребует больших вложений.

— Ооо, теперь я ещё больше жду открытия!

Ли Хён А восторженно засияла, словно её мечта начала сбываться. Остальные музыканты тоже выглядели взволнованными.

Ли Хён Джи, в отличие от них, сохраняла спокойствие. Она знала, что впереди ещё много работы.

— Ремонт начнётся на следующей неделе. Мы планируем использовать третий и четвёртый этажи как комнаты для артистов. Всё здание станет небольшим концертным залом.

— Ух ты… Ты не шутишь, да?

Ли Хён А сглотнула. Её беспокоило, что небольшая компания с ограниченными ресурсами берётся за столь масштабный проект. Видя её сомнения, Ли Хён Джи спокойно ответила:

— Это наша инвестиция в вас. Ты ведь слышала? Вы будете выступать здесь каждую неделю. Если даже после всего, что мы для вас подготовили, вы не сможете добиться успеха… Это будет проблемой, верно?

— Э-э… да, верно.

Слова Ли Хён Джи, в отличие от Кан Юна, прозвучали жёстко. Они возложили на группу серьёзную ответственность. Молчание Кан Юна лишь подчёркивало, что он полностью согласен.

После недолгих раздумий Ли Хён А ответила серьёзным голосом:

— Не волнуйтесь, директор-онни. Мы оправдаем ваши ожидания. Вы не пожалеете об этой инвестиции.

— Отлично. Буду ждать результатов.

С этими словами Ли Хён Джи направилась в сторону будущей студии вещания, оставляя дальнейшие обсуждения на Кан Юна.

— Ну что ж… Ребята, слышали директора?

— Да!

После этих слов атмосфера среди участников White Moonlight стала заметно серьёзнее. Все молча следовали за Кан Юном.

Он остановился в пустом пространстве, где должен был находиться будущий концертный зал. Пока здесь не было ничего, но Кан Юн уже мысленно представлял, как всё будет выглядеть.

— Вон там установим среднеразмерные колонки. Хочу по максимуму уменьшить количество мониторных динамиков. Чем чище сцена, тем лучше.

— Но разве для каждого инструмента не нужен свой динамик?

На этот вопрос Ким Джин Дэ Кан Юн кивнул.

— Да, нужен. Но если получится, заменим их на наушники или внутриушные мониторы. Это дороже, но гораздо удобнее. Хотя для других групп, которые будут здесь выступать, нам всё равно придётся предусмотреть и традиционные мониторы.

— Если у нас будет достаточно мониторных динамиков и хороший микшерный пульт, думаю, проблем не возникнет.

Ли Чха Хи поддержала его, и Кан Юн согласился с её мнением.

Они обсудили всё необходимое для сцены. Музыканты имели собственные инструменты, но комплект барабанов и усилители были необходимы. Поскольку эти вещи требовались не только им, но и другим группам, было решено их приобрести, заодно составили список остального необходимого оборудования.

За обсуждением время пролетело незаметно.

Осмотрев третий и четвёртый этажи, Ли Хён Джи вернулась.

— Ну что, поехали?

Когда она направилась к выходу, все последовали за ней.

В фургоне, по пути офис, Кан Юн обратился к участникам White Moonlight:

— Нам нужно придумать название для концертного зала. Какие будут идеи?

— Название?

Ли Хён А покачала головой — придумывать названия было явно не её сильной стороной. Все глубоко задумались.

В этот момент Ли Хён Джи, которая вела машину, неожиданно предложила:

— Что насчёт Lunas? (Луна)

— Lunas?

Кан Юн заинтересованно посмотрел на неё.

— В римском мифологии Луна — богиня ночного света, верно? Ночной свет = Лунный свет. White Moonlight — переводится как «Белый лунный свет». Связь очевидна.

— Хм. Звучит здорово. Как вам?

— Отлично!

Ким Джин Дэ счёл это название очень стильным, а Ли Чха Хи заметила, что оно больше подошло бы кофейне. Однако в целом идею все поддержали.

Таким образом концертный зал World Entertainment получил своё название.

***

Президент Yoonseul Entertainment, Чжу Ман Джи, в последнее время не мог скрыть улыбки.

Его айдол-группа DiaTeen, состоящая из пяти участниц, стремительно набирала популярность в отсутствие Eddios. Другие артисты его компании также показывали отличные результаты. Благодаря этому акции компании росли с каждым днём, а акционеры и директора смотрели на него с одобрением.

Однако, несмотря на все успехи, его не устраивала одна вещь.

«Eddios… Мне нужно раз и навсегда их уничтожить».

В своём кабинете он раздражённо смотрел в монитор, открыв новостной портал, посвящённый индустрии развлечений. В статье журналист сравнивал ключевые особенности Eddios и DiaTeen, а также их лидеров — Чжон Мин А и Кан Се Гён.

«Почему Се Гён на втором месте?!»

Согласно статье, Чжон Мин А была немного популярнее Кан Се Гён — соотношение составляло 55 на 45. Это было значительно лучше, чем прежде, когда разрыв достигал 80 на 20 или 70 на 30.

Но настоящая проблема заключалась в комментариях. Казалось, что у Чжон Мин А была целая армия фанатов. В обсуждениях упоминали в основном её, а не Се Гён. Хотя она получила положительные отзывы, многим пользователям она казалась недостаточно яркой по сравнению с Чжон Мин А, особенно в плане танцев.

Несмотря на это, Чжу Ман Джи сохранял хладнокровие.

«Всё дело в том, что каждая участница Eddios обладает ярко выраженной индивидуальностью. У Чжон Мин А — это танцы, у Хан Чжу Ён — вокал, у Айли — очарование. Разница в несколько месяцев опыта — это серьёзное преимущество, которое сложно компенсировать. Вряд ли их навыки сильно отличаются… Мы просто проиграли в маркетинге.»

В дни дебюта Eddios маркетинг MG Entertainment был чрезвычайно мощным. Не будет преувеличением сказать, что именно тогда была сформирована крупнейшая фан-база среди женских айдол-групп. Президент Чжу Ман Джи не пытался столкнуться с этой фан-базой напрямую, а постепенно переманивал фанатов с её окраин. Если бы он пошёл в лобовую атаку, DiaTeen могли бы быть похоронены задолго до того, как стали популярными. Eddios в то время были слишком сильны.

Однако луна убывает после полнолуния. Из-за длительного пребывания Eddios в США их фанаты начали покидать их, и группу постепенно забывали. К тому же, в США они не добились никаких особых успехов. Однако намерения руководства MG оставались загадкой – казалось, что у них не было желания вернуть группу в Корею.

«Они что, не собираются продлевать с ними контракт? Я слышал, что они готовят новую женскую группу, но будет ли она такой же сильной, как Eddios… Может, Eddios потребовали чего-то невообразимого? Этого мне не узнать.»

Хотя Чжу Ман Джи и не знал о внутренних делах конкурентов, он видел в этом возможность для себя и DiaTeen. Закрыв браузер, он вызвал секретаря.

— Секретарь Хан. Попросите Се Гён подняться.

— Да, сэр.

Спустя некоторое время в кабинет вошла девушка с короткими фиолетовыми волосами.

— Садись.

Она поприветствовала президента и присела.

— Се Гён, как проходят тренировки в последнее время?

— Хорошо. Скоро у нас камбэк, верно? Все очень стараются.

Они еще немного поговорили о группе. Кан Се Гён вкратце рассказала, как продвигаются дела.

После этого президент Чжу Ман Джи перешёл к делу.

— В этот раз давай возьмём заглавную песню у стороннего композитора.

— У стороннего?

Кан Се Гён удивлённо склонила голову. До сих пор все заглавные треки для их альбомов писались внутри компании. Она никогда не сомневалась в этом подходе, но теперь… компания решила обратиться к стороннему автору.

— Вы хотите что-то изменить?

— Изменить? Можно сказать и так. Ты же слышала о Muse?

— Да, конечно. Вы имеете в виду композитора, который прославился через Korea ONE STAR? Он сейчас довольно популярен… Говорят, что Джей Хан победил в шоу благодаря ему.

— Интернет шумел, но и в индустрии было немало разговоров. Думаю, к нему поступило немало предложений. Я слышал, что он сейчас в World Entertainment, думаю, нам стоит заказать у него песню. Если она будет достойной, мы вложимся. Завтра пойдём туда вместе.

— Хорошо.

Когда разговор подошёл к концу и Кан Се Гён уже собиралась выйти, президент Чжу Ман Джи остановил её.

— Се Гён.

— Да? Что-то ещё?

— Давай сделаем тебе небольшую коррекцию носа.

— Эээ? Зачем?! У меня и так довольно красивый нос!

— Шучу, шучу.

Чжу Ман Джи усмехнулся, а Кан Се Гён передёрнуло от его слов.

***

— Это основной список оборудования, которое нам нужно закупить. Некоторые вещи не продаются внутри страны, так что придётся поискать.

— Я не так хорошо разбираюсь в музыкальном оборудовании…

Чон Хе Джин обеспокоенно посмотрела на полученный от Кан Юна список. Однако он показал ей иностранные музыкальные сайты и блоги с подробными объяснениями.

— Вот тут есть ссылки на магазины, где можно купить всё необходимое. Сравни цены, рассчитай сроки доставки и налоги. Мы сможем начать установку только после того, как всё будет на месте.

— Поняла…

Чон Хе Джин глубоко вздохнула – на неё снова свалили непростую задачу. Видя это, Кан Юн добавил с улыбкой:

— Как только всё закончится, я дам тебе отпуск и премию.

— Можете на меня рассчитывать!

Её глаза тут же загорелись энтузиазмом.

Когда Кан Юн собирался спуститься в студию, в его кабинет вошла Ли Хён Джи. За ней следовали двое гостей.

— Президент, к вам гости.

— Гости?

Когда Кан Юн посмотрел в сторону двери, он увидел мужчину с узкими глазами и худощавым телосложением. Позади него стояла девушка с короткими фиолетовыми волосами, похожая на айдола.

— Ого. Это и правда вы, руководитель Кан Юн. Хотя теперь вас надо называть президентом Кан Юном, да? Приятно снова встретиться.

— Президент Чу?

Кан Юн встал со своего места и пожал протянутую руку. Хотя этот визит оказался для него неожиданным, он встретил гостя с дружелюбной улыбкой.

Чон Хе Джин принесла кофе, и все четверо уселись на стулья.

Первым заговорил президент Чжу Ман Джи.

— Я только недавно узнал, что вы открыли свою компанию, так что даже не успел прислать вам цветы. Надеюсь, вы не обиделись.

— Вовсе нет.

Кан Юн покачал головой. Его больше интересовало, зачем президент Чу пришёл к нему. После короткого разговора о делах Чжу Ман Джи наконец озвучил причину визита.

— Я хочу купить песню у Muse.

— Кто будет её исполнять?

Президент Чжу Ман Джи указал на девушку рядом с собой.

— DiaTeen. Я хотел бы поработать с композитором, который сейчас создаёт так много хороших песен. Мне сказали, что я смогу найти его здесь.

Песня для DiaTeen.

Хотя сам он этого не планировал, но получается, что ему предстоит написать песню для соперников Eddios?

Кан Юн почувствовал себя несколько странно от такого предложения.