— Как ты думаешь, что мне делать с бизнесом? - спросил Кан Дэгён в ответ на вопрос сына.

Кан Чан молча посмотрел на отца. Первой мыслью было: «Как хочешь», ведь он искренне желал, чтобы Кан Дэгён делал то, что ему нравится, не переживая из-за постороннего. Возможно, именно так Дэгён хотел ответить на вопрос сына?

Он улыбнулся, и на его лице мелькнуло воспоминание.

— О! Я хотел спросить. Нормально, что ты говоришь с сотрудниками свысока? Они ведь старше тебя.

— А! Это!

Правду Кан Чан сказать не мог.

— Это специально. Мы тренируемся так общаться, потому что я выше их по званию. Нужно привыкнуть, ведь я часто встречаюсь с послом Франции и агентами других стран.

— Думаю, это необходимо, - согласился Кан Дэгён, кивая на сомнительное оправдание, — Но всё же будь вежлив со старшими, ладно?

— Хорошо, отец.

Кан Чан действительно принял совет отца к сердцу.

Бз-з. Бз-з. Бз-з

Вскоре зазвонил телефон. Кан Чан зашёл в комнату ответить.

— Алло?

— Чани! Где ты?

— Дома.

— Хочешь пообедать вместе? Я могу подъехать.

— Я как раз иду с родителями и охраной.

— Я тоже хочу!

“Эта девушка хоть когда-нибудь стесняется?”

— Сначала спрошу у родителей. Если они не против, то можно. Но охране не будет неловко?

— Еда вкуснее, когда за столом красивая девушка.

— Ладно, повешу трубку. Позвоню после того, как спрошу.

— Если неудобно, давай просто выпьем чаю после вашего обеда.

Сериал уже начал выходить, и Кан Чан не видел причин отказывать. Он повесил трубку и пошёл спрашивать.

Кан Дэ+ён и Ю Хёсук, к его удивлению, обрадовались возможности снова увидеть Мишель.

Спросив и Чхве Чониля, Кан Чан сообщил Мишель их решение.

***

Персонал ресторана отгородил большое пространство. На обед собралось около двадцати человек.

— Господин Кан! Госпожа Ю!

— Мишель, привет! Рада тебя видеть!

Мишель бросилась вперёд, радуясь встрече с родителями Кан Чана больше, чем с ним самим. К счастью, это немного разрядило атмосферу, ведь Ю Хёсук явно нервничала перед охранниками.

Кан Чан сначала представил Мишель сотрудникам, затем познакомил родителей с Чхве Чонилем, У Хвисыном и Ли Духви.

Он хотел, чтобы обед прошёл легко и непринуждённо, но атмосфера была напряжённой, больше напоминая корпоратив. Кан Дэгён и Ю Хёсук сидели в центре. Кан Чан и Мишель – напротив, а Чхве Чониль и остальные охранники – вокруг.

Кто-то должен был разрядить обстановку.

— Спасибо всем. Продолжайте защищать моих родителей, как делали это всегда.

Кан Чан оглядел сотрудников.

У женщины-агента, получившей удар в лицо, на переносице всё ещё был тонкий слой марли.

— Тебе лучше?

— Всё в порядке.

Кан Чан кивнул и спросил, что они хотят заказать.

— Перед этим у меня есть просьба.

Женщина с марлей снова заговорила, подняв руку. В напряжённой атмосфере все сразу посмотрели на неё.

— После того дня господин Кан и госпожа Ю чувствуют себя неловко с нами. Пожалуйста, ведите себя с нами свободнее.

Кан Чан улыбнулся, переводя взгляд на родителей, и все устремили глаза на Ю Хёсук.

— Н-ну, мне было неловко, что вы всё это время работали из-за нас. Мы ведь не важные персоны, чтобы нас так охранять.

Ю Хёсук запиналась, словно оправдывалась, и казалась смущённой.

Такие вещи сложно уладить, и это было не совсем место Кан Чана.

— Ча Минджун!

В этот момент Чхве Чониль твёрдо назвал имя женщины-агента. Похоже, её звали Ча Минджун.

— Ты из отряда 606, верно?

— Да!

— Какой у вас клич?

— Всегда. откликнусь на призыв своей страны! - громко выкрикнула агент.

— Хван Гисок!

— Да! - отозвался мужчина, охранявший родителей под видом продавца.

— Ты из спецназа?

— Да.

— Какой у нас клич?!

— Если я могу защитить родину своей кровь, то буду счастлив!

Было ли это необходимо перед обедом? Но, зная Чхве Чониля, Кан Чан просто молча наблюдал.

— Как видите, мы собрались здесь не просто так, - сказал Чхве Чониль, обращаясь к родителям, — Благодаря вашему сыну мы можем жить согласно нашим девизам. Наша работа – быть ближе всего к сердцу связи Южной Кореи и «Евразийской железной дороги».

Он осмотрелся и продолжил.

— Позволить вашему сыну сосредоточиться на проекте, не беспокоясь о вашей безопасности... для нас это большая честь. Нам не нужны похвалы или место в истории. Даже если вы попросите купить пучок лука или пачку рамёна, мы гордимся этим доверием.

Кан Чан отвел взгляд – ему стало так неловко, что пробежали мурашки. Он вздохнул. Он понимал, почему агенты сидели с гордыми лицами, но почему Мишель растрогалась до слёз?

— Пожалуйста, относитесь к нам как к семье, младшим братьям, сёстрам, племянникам. Используйте нас как угодно. Позвольте нам заполнить пробелы в вашей безопасности. Ча Минджун просила вас вести себя свободнее, чтобы и мы могли просить вас о чём-то с лёгкостью.

Слова Чхве Чониля явно подействовали.

По дрожащей щеке Кан Дэгёна и влажным глазам Ю Хёсук было видно, что его план сработал.

— Я вас понимаю. Мой характер не позволит мне сразу расслабиться, но я постараюсь.

Кто-то начал хлопать, и другие присоединились, разразившись аплодисментами.

— Я голоден. Что будем заказывать?

— Кальби.

— Тогда сначала кальби. Потом можете заказать что угодно, ладно?

— Можно есть досыта?

— Забудьте о званиях за едой. Покажите, на что способны.

— Понял.

Кто-то вышел сделать заказ, и вскоре принесли гору мяса.

Они взяли всего несколько бутылок пива, не желая расслабляться, поэтому Кан Чан не мог предложить больше. Хватило бы по стакану на каждого.

Кан Дэгён сам налил сыну, с гордостью глядя на него.

За право налить родителям разгорелось соперничество. Пока жарилось мясо, они сыграли в камень-ножницы-бумагу, и один из продавцов наполнил стакан Кан Дэгёна, а Мишель выпала честь налить Ю Хёсук. Конечно, только потому, что победивший уступил ей место.

— Мы в ваших руках. Берегите нас.

— Спасибо за угощение.

Кан Чан и Мишель отхлебнули половину своих стаканов. Обед начался.

После слов Кан Чана о забытых званиях никто не стеснялся, и все наслаждались обществом.

— Господин Кан.

Мишель завернула кусок мяса в лист салата и подала Кан Дэгёну.

Кан Чан почувствовал опасность. Всё выглядело так естественно, будто Мишель приходила в гости без него. Лицо отца светилось удовлетворением.

— Госпожа Ю.

— М-м! Вкуснее, когда ты готовишь.

Мишель явно умела вести себя в таких ситуациях. Она идеально жарила мясо, аккуратно нарезала и ела с аппетитом. В какой-то момент она собрала волосы. Теперь на тарелках родителей она умело раскладывала крабов, зажаренных на гриле.

— Мишель, сериал такой интересный.

— О, дочь вашей подруги появится на следующей неделе.

Мишель говорила на беглом корейском. Однако родители не удивились её прогрессу и просто приняли это.

Атмосфера была прекрасной, мясо – восхитительным.

Но Кан Чан взглянул на телефон. Почему он чувствовал неладное?

— Что будет с девушкой?

— К сожалению, это секрет.

— Даже от меня?

Кан Чан будто отдалился от шумного веселья. Звуки смялись в комок и медленно уплывали.

“Что это? В ресторане бомба?”

Он медленно осмотрелся. Его чувства обострились.

Мясо в чьих-то палочках, дым от гриля, смех, шёпот, чей-то зов, пальцы, сжимающие стакан... Всё это он видел и слышал.

— Кан Чан? Что-то не так?

Внезапно всё вернулось на место.

— Я наелся. Выйду подышать, потом вернусь.

Он посмотрел на Чхве Чониля, и тот всё понял по глазам. Такие вещи ясны тем, кто вместе смотрел смерти в лицо.

— Фух! Я тоже переел. Ненадолго выйду.

Кан Чан вышел за ограждение с телефоном.

Была суббота, поэтому в ресторане было много посетителей. Осмотревшись, он вышел на улицу. Чхве Чониль подошёл к нему.

— В чём дело?

Он тоже насторожился, увидев выражение Кан Чана.