Глава 5

Гроздья Пожирателей Ржавчины возвышались над землёй, их коричневые шляпки поблескивали в лучах солнца. Мило собрал несколько штук и бросил их в ступку вместе с парой ягод. Затем он принялся растирать ингредиенты пестиком, пока содержимое миски не стало напоминать мелкий золотистый песок.

В конце он добавил несколько кусочков рыбы, чтобы сделать смесь более приятной для капризных кошачьих языков.

— Ну вот, готово! — сказал он, заворачивая пищу в бумагу. — Попробуйте, Ваше Превосходительство!

Мастерство Мило в лечебном искусстве было заметно по тому, как тщательно он обращался со своими инструментами, а его красивое лицо обычно могло очаровать даже самых упрямых пациентов, но старый шиншилла сморщил нос от лекарства Мило и спрятал морду под одеялом.

— Хм! Как будто я, благородный самурай из Бьомы, стану пробовать сомнительные снадобья низкородного чужака!

— Пожалуйста, Шибафунэ, — сказал Йокан, стоя у его кровати. — Этот Некоянаги уже вылечил городских котов от Ржавчины, я видел это своими глазами. Откуда у тебя такие подозрения?

— Ха! Без сомнения, какая-то хитрость. Вы стали слишком доверчивы, мой повелитель.

Сила в голосе Шибафунэ была достойна восхищения, учитывая его возраст и недуг. Йокан и Мило обменялись обеспокоенными взглядами.

— И в довершение всего ты пригласил в замок этих безрассудных бродяг! Если бы твой отец, Ракуган, увидел тебя сейчас, ему было бы стыдно! Что я скажу ему, когда мы встретимся в мире ином? Кхе! Кхе!

— Твоё упрямство сейчас хуже, чем когда-либо, мой добрый друг, — Йокан вздохнул. — Остаётся только одно. Готовься!

Он протянул к Шибафунэ обе лапы и широко разжал челюсти.

— А-а-а! О-ой ахехихе! Хы хе хохехе!!!

— Что? Я тебя не понимаю!

— Кажется, он сказал: «Мой повелитель! Вы не можете!» — предположил Мило.

— Да, я знаю. Я просто... неважно. Введи лекарство, пожалуйста, Некоянаги.

Мило кивнул и влил в открытую глотку Шибафунэ лекарство из Пожирателя Ржавчины. Он был благодарен сёгуну за поддержку, поскольку Мило уже был готов сам затолкать лекарство в глотку несговорчивого перса. По крайней мере, так он избежал бы неловких дипломатических инцидентов.

— Кхе! Кхе! Что вы наделали, мой повелитель?!

— Всё в порядке! — успокоил его Мило. — Лекарство должно подействовать немедленно! К полудню вы уже будете на ногах и сможете ходить!

— К полудню, говоришь? Абсурд!

Шиншилла сбросил с себя одеяло и распахнул белое кимоно, обнажив голые плечи, где Ржавчина была наиболее плотной.

— Взгляни! Мой мех выпадает, а кожа обратилась Ржавчиной! Смейтесь! Смейтесь над некогда великим Шибафунэ из Бьомы, превратившегося в бродягу... Как же так?!

Внезапно на его глазах золотые споры Пожирателя Ржавчины начали исцелять Шибафунэ. Его шерсть каштанового цвета отрастала с необычайной скоростью, а через мгновение казалось, что Ржавчины у него и вовсе не было.

— Никогда за все мои девять жизней...!

— Я заметил, что на кошек лекарство действует гораздо быстрее, чем на людей, — сказал Мило, убирая свои вещи. — Думаю, к концу сегодняшнего дня ваша болезнь пройдет.

— Воистину. Мы не можем не поблагодарить тебя, Некоянаги.

Йокан взглянул на Шибафунэ, который смущённо похлопывал себя по плечу, и удовлетворенно кивнул.

— Вы – спасители этой страны. Просите о чём угодно, и я всё исполню. ...Хотя, прежде чем мы приступим к этому, может, разделим выпивку? День был долгим.

— Не стоит благодарности, — сказал Мило. — Я врач. Я сделал только то, что должен был делать... — И тут до него дошел весь смысл слов Йокана. — ...Подождите, что?! Разделим выпивку?! Но вы же сёгун! А мы просто чужаки на этой земле!

— Для меня вы не чужаки. Я убедился в силе вашего духа; настало время показать вам силу духа Бьомы в ответ. Идёмте. Только не ты, мой добрый друг. Оставайся в постели и отдыхай.

Пока его подчиненный отходил от шока, Йокан выскользнул из лазарета и направился в обеденный зал замка. В коридорах проходящие мимо самураи глубоко кланялись, когда Йокан проходил мимо, и Мило чувствовал, что все взгляды устремлены на него.

— Э-э-э, может, нам всё-же не стоит этого делать...

— Гордись, Некоянаги. Твоя родословная здесь не имеет значения. Ты – спаситель Бьомы, веди себя соответственно!

— ...

— Акабоши должен ждать нас в столовой, — добавил он, повернувшись и сверкнув кошачьей улыбкой. — В таком возрасте юноша не должен ждать еды. А теперь пойдём. Это совсем рядом...

Три. Четыре. Пять. Пять пустых тарелок. И как раз, когда Йокан и Мило вошли, на стопку положили шестую.

— Вот ваша запечённая в соли золотистая пикша, о почтенный гость! Просим прощения за ожидание!

— А это манящие креветки, господин! Они очень хороши, если есть их с головы...

— Выглядит неплохо! Давай, давай!

Все служанки спешили удовлетворить аппетиты одного единственного гостя. Рыжеволосый варвар ухватил еду с седьмой и восьмой тарелок, разрушив их тщательную расстановку, даже не дослушав, как он должен был их есть.

М-м-м, так свежо! С ума сойти можно!!!

Как и следовало ожидать от кошачьего народа, их кухня в основном состояла из морепродуктов, в особенности рыбы. Запечённая, вареная или сырая, она танцевала на языке Биско, радуя его примитивный нюх.

Я понял. Вся рыба наверху эволюционировала, чтобы справиться с воздействием Ржавчины, и это сделало её вкус дерьмовым... Боже, эта вырезка просто тает во рту...

Биско откинулся на спинку сиденья, вильнув хвостом и подергивая кошачьими ушами.

— Э-э, господин... Вы не должны есть кости...

— Ещё!!! — прорычал Биско, отправляя восьмую пустую тарелку на вершину стопки. Испуганная служанка убежала, оставив Биско смотреть на пустое место перед собой с тем, что можно было истолковать как кипящую обиду за каждый миг, проведённый без еды. Кухня работала в усиленном режиме, стараясь ублажить гостя, так что те, кто склонился над плитами, полагали, что в другом зале идёт пир на сто персон.

Ммм... Еда отличная, но это место такое странное.

Окружающая Биско обстановка была крайне любопытной. Вдоль зала тянулись складные ширмы, на которых были вышиты сцены сражений кошачьих героев с тиграми и драконами. Снаружи с карнизов свисали похожие на рашпили украшения, о которые проходящие мимо кошки могли точить когти. А за каждой напольной подушкой находилось то, что на первый взгляд выглядело как подлокотник, и только потом Биско понял, что это для того, чтобы сидящие кошки могли опираться на свои хвосты.

Биско объездил все Человеческое Царство – во всяком случае, всю Японию – и никогда не видел ничего подобного. В какие странные приключения могли бы завести его четыре лапы, если бы он вдруг выбежал из этого замка и отправился за ближайшую гору?

Вряд ли я скоро вернусь на верх...

Биско уже подумывал о том, чтобы устроить себе длительный отпуск, как вдруг раздвижная дверь распахнулась, и послышался голос.

— А-а-а!

— Хм?

Боньк!

Биско едва успел уловить движение своего синеволосого напарника и по совместительству человека, не лишённого здравого смысла, как почувствовал удар по макушке, отправивший его лицом прямо в пустые тарелки.

— Ой! Что, чёрт возьми, ты творишь?!

— Это я должен спрашивать! Когда я услышал, что владыка пригласил нас разделить трапезу, у меня дыхание спёрло! О чём ты думал, когда нажирался тут одиночку ещё до нашего прихода?!

— А что мне оставалось делать, просто сидеть и ждать? Я хотел есть!

— Именно это ты и должен был делать! Даже Хранители Грибов ждут, пока не придет старейшина, разве нет?

— Ну, да, но это совсем другое дело! Мы здесь гости, поэтому нам позволено делать всё, что мы хотим!

— Нет, тебе не позволено делать всё, что ты хочешь!

— Гвагх! Моё горло! Ты меня задушишь!

Учитывая состояние Биско, ссора ребят больше всего походила на кошачью драку, а это о многом говорит. Только после нескольких ударов Мило вспомнил, что Йокан все еще стоит у входа, не говоря ни слова.

— ...А-а-а! Пожалуйста, простите нас, господин! Я заставлю его вести себя подобающе, клянусь!

Но, что удивительно, Йокан разразился хохотом.

— Ва-ха-ха-ха-ха!!!

Его раскатистый смех эхом отражался от стен замка и продолжался ещё какое-то время, что дало двум юношам достаточно времени, чтобы обменяться недоуменными взглядами.

— Ха-ха-ха-ха! О, прошу прощения. Всё в порядке, Некоянаги. Не нужно ничего делать.

— Вот видишь? Теперь ты чувствуешь себя глупо, да?

— Я убью тебя, когда мы вернемся...

— Скорее, я должен похвалить тебя за твой великолепный манер питания, — продолжал Йокан, глядя на пустые тарелки Биско с видимым восхищением. — Ты оставляешь только кости и кожу и не позволяешь ничему съестному пропасть.

Он подозвал служанку, чтобы попросить принести еду для него и Мило, а затем продолжил.

— Понимаете, самурайские кошки – порода самовлюблённая. Они часто съедают только самое вкусное, а остальное бросают гнить. Давно уже никто не проявлял к нашей пище должного уважения, как ты.

— Пожалуйста, не льстите ему, господин, а то это вскружит ему голову.

— Вы ссоритесь, как супружеская пара. Что скажешь, Акабоши? Есть место для добавки?

— Ещё бы! Продолжаем!

— Вот это настрой, мой добрый друг. А теперь давайте начнём настоящий пир!

Даже служанки, казалось, почувствовали облегчение от того, что не пошли против воли своего господина, и стали бегать туда-сюда ещё быстрее, чем раньше, вынося тарелку за тарелкой восхитительных яств.

Даже Мило, который до сих пор старался соблюдать приличия, вдруг обнаружил, что отправился в невероятное кулинарное путешествие.

— Вау! Биско! Попробуй эту рыбу! Она потрясающая!

— Да, эта тоже хороша. Попробуй. Это что-то во фритюре.

— Что во фритюре?

— Не знаю. Эй, чувак, что это?

— Это икра рыбы-колокола. Одно из моих любимых блюд, хотя другие находят его слишком жирным на свой вкус.

— Потрясающе!

— Ва-ха-ха-ха!!! Какая забавная парочка!!!

Хотя Йокан всегда был, так сказать, белой вороной в своей семье, он, тем не менее, провёл годы, подчиняясь правилам сёгуната. Возможно, это был первый банкет в его жизни, на котором он мог расслабиться и наслаждаться едой. Поднеся к губам чашку с сакэ, он с благоговением наблюдал, как двое мальчишек поглощают угощение.

***

На следующее утро Йокан размышлял о том, как накануне вечером в замке Бьома появились монстрогрибы. Подозревая, что это дело рук шпионов, он собрал своих ближайших доверенных лиц и приказал им перебраться в отдалённый замок, недоступный для вражеских агентов.

Первым был отправлен Шибафунэ со своими приближенными, за ним последовал Йокан, сопровождаемый, разумеется, двумя чужеземцами, чьи личности приглянулись ему накануне.

Поля золотились в лучах утреннего солнца, стебли были мокрыми от росы. Для двух людей, которые всю жизнь провели среди песка, пропитанного Ржавчиной, это было немыслимое зрелище.

Йокан сидел на коне, и мягкий ветер ласкал его шерсть.

— Наши шпионы прочесывают землю в поисках человеческой женщины по имени Тирол, о которой вы говорите, — сказал он. — Я знаю, что вы беспокоитесь за неё, но будьте уверены, никто не знает эти земли так, как... хм?

Йокан повернулся, чтобы взглянуть на двух своих сопровождающих, но там никого не было. Он обнаружил их чуть поодаль, цепляющимися за своих лошадей изо всех сил.

— Боги, — удивился Йокан. — Я думал, вы двое – храбрые воины. Неужели у вас не хватает сил даже на то, чтобы удержать своих коней под контролем?

— Помолчи! Это не наш выбор! Мы никогда раньше не ездили на лошадях!

— Лошади – вымирающий вид там, откуда мы родом, — объяснил Мило. — Никто уже не помнит, как на них ездить.

— Наверное, это сложно, — ответил Йокан. — В таком случае, как вы обычно передвигаетесь?

— На крабе.

— ... Прости, что ты сказал?

— Да, на нашем крабе Акутагаве! — сказал Биско. — Он больше и сильнее любой лошади!

— Вы ездите на... крабах?

Усы Йокана дернулись от удивления в ответ на слова парней.

— Что ж, я удивлён, — сказал он наконец. — Никогда не думал, что вы любители пошутить.

— П-пошутить?!

— Но вам стоит слегка расслабиться, когда их рассказываете. Я чуть было не поверил вам на секунду. А теперь держитесь ближе. Мы уже почти прибыли.

— Эй, а ну вернись! Ты назвал меня лжецом?!

Тем временем Мило уже начал привыкать к лошадям, направляя своего скакуна поводьями и рассматривая окрестности.

Вокруг столько природы. Мы словно попали в сказку...

Здесь не было ни привычных Мило ветреных пустошей, ни бродивших по ним мутировавших зверей. Крестьянские коты пели посевные песни, занимаясь возделыванием полей. Распускались цветы, а из дальних деревень доносились голоса играющих детей.

Это было совсем не похоже на кровь и слезы жизни на поверхности.

— Люди... то есть кошки кажутся здесь такими счастливыми...

— Они спокойны, — согласился Биско. — Это говорит о том, насколько они доверяют своему лидеру.

— Да. Йокан много работает для них, да? Полагаю, все эти странности просто для показухи.

— Чушь. Странности – это всё, что у него есть.

— Что?

— Он делает то, что хочет и когда хочет, — объяснил Биско в перерывах между борьбой с лошадью. — Вот почему он всем нравится. Они не могут не влюбиться в него.

— Хм... Понятно...

— Но, опять же, править – это не совсем моё.

— Я бы так не сказал. Если то, что ты говоришь, правда, то из тебя получился бы неплохой старейшина, разве нет?

— Из меня? Ха! Я бы предпочел быть брошенным в Шесть Миров, дабы сгнить... Эй, лошадь! Сюда, а не... Р-р-р-р!

Независимо от того, была ли философия Биско обоснованной или нет, Мило не мог отрицать острую наблюдательность своего напарника. Он немного подождал, пока Биско управится со своей лошадью, и, убедившись, что это невозможно, направился рядом с Йоканом.

— Красивая страна, не правда ли? — сказал Мило.

— Хм...

— Я слышал, вы часто покидаете замок. Это для того, чтобы быть ближе к своим подданным?

— Ты слишком доверяешь мне, дружище. Просто время от времени меня охватывает жажда странствий, вот и всё.

— Знаешь, там, откуда я родом, о тебе ходят легенды. Говорят, самурай не может понять беды своего народа, не увидев их своими глазами, а мир в Бьоме держится благодаря непоколебимой чести и праведности Йокана.

— Чести, говоришь. Забавно, но я сам не смог бы подобрать менее подходящего слова.

Йокан прищурился от ветра, позволив ему взъерошить свой гладкий чёрный мех.

— Положение сёгуна – это компромисс, — сказал он. — В нём нет чести. И многие из моих подданных не согласны с тем, как я правлю.

— Но вы победили злую ведьму, Геппей Амакусу! Это же должно что-то значить!

Как только Йокан услышал это имя, мрачная тень омрачила его лицо.

— Даже на поверхности все знают, как вы покончили с её дьявольскими планами! — продолжал Мило. — У нас есть пьесы, стихи, сборники рассказов...

— Дьявольскими, говоришь...

— ... Господин?

— ...Понятно. Значит, в вашем мире история такова.

Заглянув в скорбные глаза Йокана, Мило вдруг не нашел в себе сил продолжить начатое. Чёрный кот смотрел вдаль, словно заглядывая в далёкое прошлое.

— Меня должны помнить как злодея, — сказал он. — Ведь именно я загубил жизнь одного из величайших талантов этой земли ради мира.

— ...

— Знаешь, я до сих пор вижу её. В снах.

Его голос был тихим. Как будто он мог исчезнуть на ветру в любой момент.

— Я всё ещё думаю, что могло бы случиться, если бы я оставил свою страну... и принял ее руку...

— ...

— Ты что-то услышал, Некоянаги?

— Нет?

— Хм...

— Подожди-и-и-ите меня!!! — раздался сзади громкий голос, и собеседники обернулись: к ним галопом мчался Биско, его лошадь испуганно ржала.

— Би-биско!

— Боже мой!

Что бы он ни делал, этого не было ни в одном руководстве по верховой езде, которое когда-либо видел Йокан. Биско грыз голову бедной лошади, используя всё своё тело, чтобы заставить животное бежать в нужном ему направлении. К его чести, это казалось ужасно эффективным.

— Видели? — крикнул Биско. — Нет такого животного на свете, на котором я не смог бы ездить!

— ...Ва-ха-ха! Ты не перестаешь удивлять, Акабоши!

— Не думаю, что это можно назвать верховой ездой... Больше похоже на то, что лошадь пытается убежать от него!

— Мы стремимся к новому светлому будущему вместе! — крикнул Биско, поравнявшись с Йоканом и окинув его испытующим взглядом.

— Наперегонки, Черныш. Кто последний доберется до замка, тот протухшее молоко! Йокан, которого я знаю, никогда не откажется от дуэли!

— Би-Биско?! Прояви уважение!

— Хм. Очень хорошо, — сказал Йокан. — Давай, Хокусай! Мчись как ветер!

— Постойте, государь! Что вы делаете?!

Мило не мог и надеяться, что ему удастся тягаться с двумя буйными наездниками. Как оказалось, достаточно было лишь небольшой провокации со стороны Биско, чтобы бунтарский нрав правителя вышел на первый план.

— Хех. Я уж было подумал, что ты будешь отнекиваться, — сказал Биско. — Знаешь, ты довольно храбр для высокородного!

— Храбр? А разве там, откуда ты родом, смело принимают пари, исход которого практически не предрешен?

— Вот ты сказанул, Пушистик!!!

С этими словами они бросились наутек, оставив Мило за собой. Откашлявшись, он вздохнул и последовал за ними.

Думаю, Биско прав насчет Йокана. Он гибок. Он умеет контролировать свои эмоции. А раз он спокоен, то и люди спокойны.

Он... совсем не такой правитель, как Пау, это точно. Она не умеет идти на компромисс... ни в политике, ни в любви.

Оставшись наедине со своими мыслями, Мило поднял голову и увидел, что Биско и Йокан уже довольно далеко от замка. Он снова взял поводья и пришпорил коня.

Когда Мило наконец догнал их и спросил о скачках, то обнаружил, что никто из них не сообщил ему о победе. Одного этого было достаточно, чтобы Мило догадался о результате, но он решил промолчать, чтобы не нарваться на острые когти Биско.

***

— Наши шпионы подтвердили ваши подозрения, мой повелитель. Похоже, что первая вспышка попала в храм Кобан, где была запечатана Геппей Амакуса.

Шибафунэ, старый шиншилла, к этому времени полностью восстановился после Ржавчины и сидел рядом со своим господином, одетый в свои тауниново-коричневые церемониальные одежды.

— Мы обыскали храм, — продолжал он, — но тело Амакусы исчезло без следа. В сочетании с фактами недавнего нападения монстров это приводит нас только к одному достоверному выводу...

— ...Геппей Амакуса возродилась.

— Ха-ха! — усмехнулся Йокан.

Он перевел взгляд со своих кланяющихся приближенных на двух человеческих юношей, сидящих напротив него.

— Это сходится с тем, что эти двое рассказали мне о так называемой Стреле Сверхверы, — сказал он. — Должно быть, Амакуса использовала силу этой стрелы, чтобы воскреснуть.

— Владыка Йокан, эта девушка, Амакуса...

— Она не девушка, она кошка.

— Да, да! Хорошо! Эта кошка Амакуса. Должно быть, именно она управляет Кошачьими Вратами, которые связывают два наших царства! Мы должны остановить её, пока все наземные не превратились в кошек, как Биско сейчас.

— Да. Её сила угрожает обоим нашим мирам.

Йокан кивнул и встал.

— Нападение на наш город было совершено из его пределов, — сказал он. — У Матанго наверняка есть убежище где-то поблизости от замка. Следующее нападение может произойти в любой момент.

— Тогда давайте задействуем наших шпионов и сразу же надём её! — сказал Шибафунэ.

— Нет. Это слишком рискованно. Она способна настроить против нас наших же подданных.

Йокан поднял свои мечи и закрепил их на поясе, затем вышел из комнаты и обратился к двум мальчикам.

— Акабоши. Некоянаги. Чего вы ждете? Идёмте, — сказал он.

Это привело старого перса, Шибафунэ, в замешательство, и он закричал:

— Вы не можете самолично заниматься поисками, мой повелитель! Это слишком опасно!

— Если мы действительно имеем дело с Амакусой, то только Клинок Кошачьего Ветра сможет помочь нам. Пока мы тут бездельничаем, придумывая планы по спасению собственных шкур, городские кошки находятся в опасности.

— Н-но даже так! Возьмите хотя бы эскорт из наших солдат! Что заставляет вас отдавать свою жизнь в руки этих... этих варваров?

— Именно потому, что они не с этой земли, я и использую их, Шибафунэ.

Когда Йокан обернулся, взгляд его глаз поразил старого шиншиллу.

— Наш враг знает толк в кошачьих тактиках, и кто знает, какие планы она придумала в своей десятилетней дреме? Что может быть лучше, чем перехитрить её, положившись на тех, чьи пути чужды всем нам?

— Мой повелитель!

— Она может предпринять ещё одну попытку нападения на город, прежде чем мы сможем определить её местонахождение. Если это случится, мой старый друг, я хочу, чтобы ты командовал самураями. Пусть никто из наших подданных не пострадает.

Шибафунэ глубоко склонил голову и подчинился. Биско тут же вскочил с пола и бросился за Йоканом, но когда Мило поднялся, чтобы последовать за ним...

— ... Некоянаги!

Голос старого шиншиллы заставил его подпрыгнуть, когда лапа Шибафунэ схватила его за голень.

— Ва-а-а-а! Простите! Простите! — закричал он.

— Пожалуйста, присмотрите за моим повелителем, — умолял он. — Он всегда был слишком добр для того, чтобы заботиться о своем благе.

Мило снова посмотрел в наполненные слезами глаза перса.

— Тридцать лет я старался изо всех сил облегчить его бремя, но с возрастом мне становится все труднее и труднее...

— Всё в порядке, господин Шибафунэ. Знаете, Биско – известный герой в нашем мире.

— Правда...?

— И более того...

Мило вышел в коридор. Глядя на две фигуры впереди себя, он не мог отделаться от ощущения, что они ужасно похожи.

— ...У меня есть опыт укрощения диких зверей, вот увидите!

***

Вдали от замка, на окраине, в главном городе Бьомы, незадолго перед рассветом в город прибыл черный самурай. По мере его продвижения по улицам две странные фигуры крались за ним от улочки к улочке, стараясь оставаться незамеченными.

В конце концов кот оказался перед достаточно солидной на вид лавкой тканей.

— Здравствуй, портной.

— ...

— Здравствуй. У меня к тебе дело.

В конце концов, хозяин лавки вышел, широко зевнув.

— Что случилось? — спросил он. — Мы сегодня закрыты. Вы не видите...?

— Сенбей. У меня к тебе просьба.

— Йокан?! Что вы делаете?

— Тс-с-с...

Увидев, кто перед ним, Сенбей уже было хотел вскрикнуть от удивления, но Йокан приложил коготь к губам и заставил его замолчать.

— Как быстро ты сможешь пошить одежду для двух моих самураев? — спросил он.

— Ваших самураев, государь?

Йокан повернулся и оглядел улицу, но она была пуста.

— Акабоши? Некоянаги? Куда вы пропали?

Две фигуры выскользнули из тени и появились позади молодого господина.

— Орел летает в полночь, — сказал один из них.

— Но только при полной луне, — ответил другой.

— Что вы двое делаете? — спросил Йокан.

— Мы ниндзя, — синхронно ответили оба.

Йокан вздохнул.

— Понятно. Боюсь, вы несколько неправильно поняли суть задания...

— А-а, я понял, — сказал Сенбей, демонстрируя фирменную смекалку, на которой была основана его текстильная империя. — Вы хотите переодеть этих двух людей в самураев, да?

— Да, — ответил Йокан. — Их охотничья одежда несколько выделяет их.

— Я не отниму у вас ни минуты, государь! Прошу вас пройти сюда, мои прекрасные господа.

— Кукушка кукует на рассвете, — сказал один из них.

— Но только если я её не съел, — ответил другой.

— Я подожду здесь, — сказал Йокан. — Не нужно ничего вычурного, Сенбей! Чем незаметнее, тем лучше!

Биско и Мило держались в тени, пробираясь внутрь магазина; этот маневр оказался совершенно бесполезным, когда Сенбей громко объявил об их присутствии своим сотрудникам.

— Слушайте все! У нас покупатели!

Со всех сторон послышалось шарканье: раздвижные двери распахнулись, и на свет появились портные Сенбея.

— Ну, если это не те люди, о которых вы говорили!

— Посмотрите на их гладкую кожу! Они очаровательны!

К ним подошли кошачьи суконщики и стали ощупывать лица двух юношей.

— Господин просил снабдить этих двоих неприметной одеждой, — пояснил Сенбей. — Но в этом магазине мы не торгуем обычными тряпками! Сделайте для них самую лучшую одежду, которую они когда-либо видели! И поскорее!

— Да!

Биско и Мило чувствовали каждую лапу на своем плече, когда коты-портные выводили их на примерку.

— Немного расслабьте плечи... Вот так.

— Я думаю о белом колокольчике, а ты что скажешь?

— По-моему, сначала нужно определиться с цветом ткани!

— Боже, посмотрите на эти мускулы!

— Возможно, нам стоит попросить наших отцов найти нам человеческих мужей.

— О, да. Все здешние свиньи такие же твердолобые, как наш начальник.

— Меньше болтовни на работе, кисоньки!

— Да!!!

...

Незаметно для всех одна портниха вышла через раздвижную дверь в задней части комнаты. Оглянувшись, чтобы убедиться, что за ней не следят, она на четвереньках выскользнула из здания на улицу.

— Йокан вернулся в Бьому, господин. Он выбирает костюмы в магазине одежды.

— Понятно.

Неподалеку в одном из домов одетая в ситцевое кимоно трёхцветная кошечка прислушивалась к голосу, доносившемуся через дверь.

— Оба человека тоже там. Сёгун снимает с них мерки для комплекта кимоно. Его цель неясна, но, похоже, он совершенно не знает о нашей схеме с колокольчиками.

— Очень хорошо. Вы слышали кису, магистрат.

— Гух-гух-гух.

Кошачий магистрат захихикал, его пухлое лицо тускло освещалось светом фонарей.

— Должен сказать, я удивлен, что он пришел в город лично. При всей своей самоуверенности Йокан – не более чем дурак на тяжелых лапах.

Он пыхнул трубкой и выпустил облако белого дыма. Его дряблый подбородок покачивался, пока он говорил.

— Мало шансов, что он разгадает наш план, верно, Судзуя?

— Хи-хи. Полностью согласна, Ваше Превосходительство.

Эта кошка по имени Судзуя была заметно худее магистрата.

По всему телу у него висели колокольчики, которые звенели при ходьбе.

— Кошки не могут обойтись без колокольчиков, — говорил он. — Но мало кто знает, что мои колокольчики пропитаны магией Амакусы и будут превращать их в чудовищ, когда услышат звон!

— А я буду подавлять любые сигналы бедствия и следить за тем, чтобы новости не дошли до ушей Йокана.

— Совершенно верно.

— Должен сказать, Судзуя, твоя хитрость сравнима только с моей собственной.

— Очень мило с вашей стороны, Ваше Превосходительство.

Оба злоумышленника дружно захихикали и засмеялись. После этого Судзуя достала деревянную шкатулку и вручила её магистрату.

— Как и было обещано, Ваше Превосходительство. Думаю, эти золотые лакомства придутся вам по вкусу...

— О! Очень хорошо»

— И раз уж Бьома принадлежит Амакусе, надеюсь, вы сочтете нужным замолвить обо мне словечко перед ней...

— Да, да. Просто давай сюда коробку!

Магистрат взял подношение в свои пухлые лапы и сорвал крышку, позволив золотому сиянию наполнить комнату.

В этот момент металлический дротик пробил бумажную дверь, разбив деревянный ящик и разбросав по полу золотые монеты.

— Что?!

— Что это значит?!

Судзуя подошла к двери и распахнула её, чтобы увидеть одинокого кота, стоящего во дворе снаружи. На нём была маска, скрывавшая его лицо, но лунный свет освещал его чёрный мех и гладкий хвост.

— Я так и знал, что ты приложила руку к этому монструозному делу, Судзуя, — сказал кот.

— Что?!

— В этом замешан и магистрат, а значит, замок никогда не услышал бы о твоих злодеяниях.

— Кем ты себя возомнил?! — зарычала Судзуя. — Ты смеешь так клеветать на нас?! — Она указала на магистрата, который только сейчас вышел из комнаты, чтобы лично увидеть незваного гостя. — Ты находишься в присутствии Гиндзаэмона Чикаямы, верховного магистрата Бьомы!

— За это тебя повесят, самурай, — сказал он. — Это научит тебя не совать свой нос куда не следует!

— Какие странные речи для смотрителя города, — ответила фигура, подняв голову и показав пару горящих алых глаз!

— Ч-что?!

— Эти глаза...!

— Похоже, ты еще не забыл лицо своего господина и повелителя, Гиндзаэмон!

Фигура сорвала маску, явив лунному свету свой лик.

— С-сёгун!!!

Это был Йокан Яцухаши собственной персоной, восьмой сёгун Бёмы.

Судзуя и магистрат тут же пали ниц в полной растерянности, пот струился по их мордам.

— Я должен поблагодарить тебя за то, что ты послал свою шпионку к суконщику, — сказал Йокан. — Она привела меня прямо к тебе.

— Я ничего не знаю ни о каких шпионах, мой повелитель. Должно быть, это какая-то ошибка...

— Судзуя. И ты, Гиндзаэмон. Вы вступили в союз с нечестивой Амакусой и предали наш добрый город. Обещанное тебе золото не спасёт твою душу. И оно не спасёт тебя от моего гнева! Сдайся и дождись приговора, или сопротивляйся и будешь изрублен!

— Гр-р-р-ргх-х-х!!!

Гнев Гиндзаэмона набирал силу, пока тот не поднялся на ноги с пылающими от гнева ушами и не выхватил меч.

— Ты, высокомерное дитя! Умри, как и подобает заносчивому бродяге! Я преподнесу твою голову Амакусе на серебряном блюде!

— Боюсь, мы вынуждены оказать сопротивление, мой повелитель, — сказала Судзуя. — В бой, мои солдаты, в бой!

Раздался звон колокольчика, и со всех сторон появились монстрогрибы, выбивая двери и направляя на Йокана свои огненные алебарды.

— Это всего лишь один кошак! Взять его, вы все!

— Всего один, говорите? Я бы не был так уверен в этом.

Чудовища бросились на Йокана, но вдруг блеснула сталь, и их отбросило в стороны. Они разлетелись по саду и по крыше, раскалывая черепицу и поднимая пыль, при этом издавая звук: «У-у-у-у-у...», по которому трудно было понять, причинила ли им атака вред или нет.

— Кто там ещё?!

— Мы не позволим вам и пальцем тронуть Йокана!

Это был самурай, одетый в небесно-голубой халат, с серьгами в виде колокольчиков в каждом ухе и с завязанными в хвост небесно-голубыми волосами, которые к этому времени успели изрядно отрасти.

— Во имя кошачьего народа, я покараю вас!

Самурай опустился вниз и приземлился перед Йоканом, приняв очень непохожую на ниндзя позу.

— Ч-ч-ч-что...?!

— Человеческий самурай?!

— Я Мило Некоянаги, — объявил самурай, — секретный агент!

— Слушай сюда, Некоянаги, — сказал Йокан. — Секретные агенты обычно держат свои имена в секрете.

— Посмотри на меня, Йокан! — воскликнул Мило с безудержным восторгом. — Я прямо настоящий самурай!

— Да, но...

— Не могу поверить, что Биско ничего не сказал об этом! Что скажешь, Йокан? Мне идёт, правда? И зацени, какая прическа!

— О-о, Судзуя уходит. Я оставлю их на тебя, Некоянаги!

— Что? Стой! Вернись! Ты тоже ничего не сказал!

Йокан проскользнул между полчищами монстров, надвигавшихся на небесно-голубого самурая.

— Ба-ба-ба-бам!

— Это человек!

— Нет, это панда!

— Это человек-панда!

— Он чёрно-белый! Мы сделаем его чёрно-синим!

— Эй, а никто не скажет, как круто я выгляжу? Ну же!

Затем он выхватил меч и встал напротив наступающих монстров.

— Я понял, — сказал он. — Вы хотите сказать, что самурай – это не только его одежда. Что ж, тогда давайте поупражняемся с мечом. Вы будете моими спарринг-партнерами, хорошо?

— Гр-р-р! Он издевается над нами!

— Мы тебе покажем!

— Ну, давайте, — сказал Мило. — Обещаю, больно не будет!

Чудовища бросились в атаку, и Мило помчался навстречу им подобно синей молнии! Йокан оглянулся через плечо и улыбнулся, а затем ...и понесся за Судзуей и Гиндзаэмоном по коридорам особняка.

— Мы должны спешить, Ваше Превосходительство...

— Я спешу!!! Так... быстро, как я... Ох!

На бегу Гиндзаэмон споткнулся о циновку татами и упал головой вниз, пробив бумажную стену.

— Уф!

— Как низко пали сильные мира сего, — проговорил черный кот, его тень упала на пару. — Ты позоришь имя нашего рода, Гиндзаэмон. Разве не были мы когда-то друзьями, каждый из которых стремился обучиться искусству Кошачьего Клинка? Я до сих пор помню, как мы вместе занимались в додзё. Ты всегда был прилежным учеником. Что заставило тебя предаться злу?

— Тебе... никогда не понять! — проговорил опальный магистрат между тяжёлыми вздохами. — Откуда тебе знать, каково это – ничего не иметь?! Я думал, что, даже если мне не хватит твоего воспитания, я все равно смогу одолеть тебя на мечах, но нет! Все мои тренировки, день за днём, были напрасны! И когда я лежал избитый на полу, проклиная небеса, ты счел нужным протянуть свою отвратительную лапу!

— ...

— Ваше Превосходительство...

Девушка с колокольчиком осторожно приблизилась, как вдруг Гиндзаэмон резко развернулся и выхватил у неё один из колокольчиков.

— А-а-а!

— Этот гриб – сила, которая даст нам, кошкам, то, что мы ищем! Это спасение от госпожи Амакусы! Больше мне не придется терпеть гнёт твоих насмешливых лап! Р-р-ра-а-а-а-а-а-а-а-а-агх-х-х!!!

Затем он сунул колокольчик в свою открытую пасть!!!

— Гиндзаэмон! Что ты творишь?!

— О-о-о?! Г-гх... Г-гх-х. Р-р-ргх-х-х?!

— О нет! О нет!!!

Судзуя испуганно вскрикнула и убежала прочь. У Йокана не было времени преследовать её.

В животе Гиндзаэмона звякнул колокольчик, продолжая издавать свою загадочную мелодию. Пузатый магистрат раздулся, словно воздушный шар, и только-только он готов был лопнуть...

Габум!

— О-о-о-о-о-огх-х-х!!!

На его месте стоял трехметровый человек-гриб с золотистой кожей! Он был настолько велик, что пробил потолок, а в руке все еще сжимал меч магистрата.

— Я чувствую себя... всесильным! Как будто я могу справиться с чем угодно! — сказал он, дрожа от избытка силы. — Даже с тобой, Йокан!

— Ты сошел с ума, Гиндзаэмон! Это не истинная сила, а дьявольская магия!

— Гиндзаэмон...? Знакомое имя. Где я его слышал...?

Будь ты проклята, Геппей!

— Умри!!!

Дьявольский человек-гриб поднял меч Гиндзаэмона высоко над головой и обрушил его на Йокана!

Кер-раш!

Деревянные столбы раскололись! Йокан был подброшен в воздух, а затем...

— Кошачье Искусство!

О нет!

— Карповый Поток!!!

Золотой монстр взмахнул своим мечом по горизонтали! Йокан блокировал удар Кинцубой, однако его швырнуло на пол, и сёгун с треском врезался в декоративный доспех, стоящий в коридоре.

— Эта! Сила! Моя-я-я-я-я!

Мне не выстоять!

Золотой монстр был грозным противником. Не только из-за своих размеров и силы, но и из-за тайных искусств Клинка Кошачьего Когтя, которыми он владел.

Чтобы у Йокана был хоть какой-то шанс, ему нужно было выложиться на полную и сразить своего старого соратника.

— Умри-и-и-и!

Йокан посмотрел на стремительно приближающийся меч и закрыл глаза.

Прости меня, мой друг.

Его лапа потянулась к Кинцубе, но не успел он пустить в ход своё смертельное искусство, как вдруг…

— Хий-я!

Взгляд Йокана устремился вверх: одинокий самурай, словно метеор, пронёсся по крыше, нанося свирепый удар ногой в живот противника-гриба.

— Что?!

— Бву-у-у-у-у-у?!

— Ну вот, ты и доигрался! — крикнула фигура. — Еще чуть-чуть, и ты окажешься на крыше!

Лязг! Лязг! Бам!!

Чудовище пролетело сквозь несколько бумажных стен, а новоявленный самурай, получеловек-полукот, повернулся и ухмыльнулся Йокану.

— Ты ведь собирался убить его, верно? — спросил он. — Не слишком благородно с твоей стороны, а?

— Акабоши! У тебя есть какой-то план?

— Ну, скажем так, я знаю толк в грибах!

Биско пустился бежать, впиваясь когтями в пол. Как раз в тот момент, когда монстрогриб пытался встать на ноги, Биско выпустил тройку стреловидных сюрикенов, которые вонзились в тело магистрата.

— Ха-ха-ха. Думаешь, эти игрушки могут мне навредить?!

— Ты идиотски силен. Должно быть, это разновидность демон-гриба.

— Что? Глупый человек, ты никогда не сможешь достичь моей силы!

— Не знаю, что тебе сказать, чувак. Я просто говорю о том, что вижу.

— Гори в аду, чужак!

Чудовище подняло оба меча над головой.

— Кошачье Искусство: Танец Морской Звезды!

— Вау!

Гигантский монстр принялся вращаться с огромной скоростью, размахивая мечами, подобно лопастям вентилятора. Всё, что попадало в радиус поражения, включая стены, разрывалось в клочья от его чудовищной силы.

— Ха-ха-ха-ха! Ничто не может противостоять этой технике! Трепещите перед моей мощью!

— Сбавь обороты, придурок! Ты ускоряешься!

— В том-то и дело, червяк! Но если и это тебя не пугает, тогда позволь мне открыть свою истинную силу!

— Нет, ты меня не поймаешь. Послушай...

— Танец Морской Звезды: Туманность!

Скорость Гиндзаэмона всё возрастала, пока он не превратился в одно размытое пятно. Похожий на огромный вращающийся волчок, он двинулся к Биско. Йокан положил руку на меч, готовый в любой момент броситься в бой, но этого не потребовалось, так как в этот момент...

— Умри-и-и-и! Ха-ха-ха-ха-ха...

Бум.

— ...А?

Бум. Бум.

— Ч-что? Я... я замедляюсь. О нет. О нет, нет, нет...

— Что за...? — пробормотал Йокан, пытаясь понять причину этих странных звуков. Затем, когда Гиндзаэмон замедлился, он увидел это...

— ... Ещё грибы? Они растут на его теле...

Из мест, куда Биско вонзил свои сюрикены, начали прорастать маленькие фиолетовые стебельки, подпитывающиеся золотистой кожей гигантского монстрогриба. Несмотря на свой небольшой размер, они пугающе эффективно замедляли движения противника.

— Почему никто никогда не слушает, когда я пытаюсь их предупредить? — раздраженно крикнул Биско. — Я пытался сказать, что ты ускоряешь действие яда.

— Отравленный сюрикен? Ты трус...

Эта битва закончилась, не успев начаться. Первый же ход Биско предрешил судьбу Гиндзаэмона.

— Понимаешь, — сказал Биско, — демон-грибы безумно сильны, но это только облегчает рост алкогрибов. Не волнуйся, жить будешь. Как только переживешь жуткое похмелье.

— Ты негодяй! Ты называешь себя самураем?!

— Я не самурай. Я Хранитель Грибов!

Йокан повидал на своем веку немало героических котов, но ни один не был столь храбр, как тот, что стоял сейчас перед ним, совершенно не обращая внимания на гротескное чудовище, с которым он сражался.

Тем временем Гиндзаэмон отчаянно пытался не допустить, чтобы всё закончилось так скоро. Исчерпав свой запас сил, он всё же поднял меч для последнего удара.

Но Биско, быстрый, как молния, использовал свою кошачью ловкость, чтобы уклониться от удара, перехватив меч своим кошачьим хвостом.

— Невозможно!

— Стиль Апокалипсиса: Удар Трубчатого Змея!

Ляп!

Биско подбросил выхваченный меч вверх, словно Трубчатый Змей, взмывающий в небеса, и ударил тыльной стороной клинка снизу вверх по шляпке гриба Гиндзаэмона (как будто это могло хоть как-то ограничить его разрушительный потенциал). Увесистый монстр взлетел в воздух, пробил крышу и унёсся вдаль, заслонив собой луну, издавая при этом характерный для чудищ сонный крик.

Йокан тем временем издал стон.

Какой странный стиль. Это движения не воина, а дикого зверя!

— Ещё одна бесславная победа моего клинка, — сказал Биско.

— Что значит «ещё одна»? — спросил Йокан. — Ты же говорил, что это ты впервые используешь меч.

— Да ладно, старина. Не порти момент.

Воткнув меч в пол и усевшись рядом с ним, Биско поджал хвост и, повернувшись к Йокану, спросил:

— Ну что? Мы спасли твоего старого товарища по тренировкам. Кто следующий?

Взгляд Биско вернул улыбку на обеспокоенное лицо Йокана.

— Конечно, — сказал он. — Дальше мы должны спасти всех невинных городских кошек, которых магия Амакусы превратила в чудовищ. Судзуя должна знать, где хранится её волшебный колокольчик. Мы должны найти его и...

— Господин Йокан!

Мысли правителя прервал звонкий голос Мило. Он вышел в разрушенный атриум, таща за собой пленника.

— Я поймал одного! — сказал он. — Я не знаю, кто это, но выглядит подозрительно!

Это была Судзуя. Она колотила его по рукам и ногам, звеня колокольчиками по всему телу.

— Он, должно быть, довольно опасный противник, — сказал Йокан. — Акабоши, твой напарник такой же грозный, как и ты.

— Хм. Может, чуть меньше, — настаивал Биско.

— Эй, Биско! — крикнул Мило. — Что за бардак! Дома все это было бы в музее!

— Эй, не надо считать, что это я виноват! Так кто это?

— О, это?

Мило оглянулся на свою пленницу, бесконечные попытки которой ни к чему не привели. Время, проведённое Мило в медицинской отрасли, научило его кое-чему в обращении с непокорными кошками.

— Я просто выполняла приказ! — запротестовала Судзуя. — Это всё идея магистрата, я не имею к этому никакого отношения!

— Хм. Смехотворное утверждение. Это ведь один из твоих колокольчиков превратил Гизаэмона в чудовище, не так ли?

Йокан подошел к Судзуе и присел перед ней.

— Все колокольчики Амакусы черпают энергию из оригинального. Мы уничтожим его, и её магия будет сведена на нет. Судзуя, ты знаешь, где его найти?

— Я... я не знаю. Я правда не знаю, клянусь...

— Судзуя. Ты ведь знаешь, какое наказание грозит за отказ сёгуну?

— Аи-и-и! Я... я не могу! Она убьёт меня! Забудет про la terre promise, она отправит меня прямиком в ад! Пожалуйста, вы не можете заставить меня сказать это, мой повелитель, не можете!

Видно было, что угрозы Амакусы все еще действуют на звонаря, потому что её колотила такая сильная дрожь, что все колокольчики звенели. Йокан мог в какой-то мере посочувствовать ей: ему бы не очень хотелось оказаться на месте Судзуи, вынужденной выбирать между еретиком Амакусой и Кошачьим Клинком.

Йокан положил подбородок на лапу и на мгновение задумался.

— Бедняга напугана. Может, нам стоит взять её с собой в замок?

— Я займусь этим, господин, — сказал Мило. — Предоставьте это мне.

Йокан посмотрел на него и кивнул. Получив разрешение сёгуна, Мило подошёл к Судзуе и обнял её за плечи.

— Всё в порядке, — спокойно сказал он. — Всё будет хорошо.

— И-ик?! Ч-что...?

— Расслабься. Дыши глубоко...

Мило погладил Судзую по шерсти, стараясь пощекотать кошке горло. Когда он это сделал, глаза Судзуи сузились, и она тихонько заурчала.

— Что это за массаж...? — зачарованно спросила она. Мило продолжал баловать несговорчивую кошку, пока мышцы шеи полностью не расслабились, а потом...

— Извини за это.

Шнк.

— Уф...

Мило вонзил иглу в тело Судзуи, впрыскивая в вену жидкость, содержащую споры. Это заняло менее трёх секунд, и Судзуя даже не успела понять, что произошло. Она просто поднялась на ноги и куда-то двинулась.

— Хм? — сказал Йокан. — Куда она пошла?

— Всё в порядке, господин. Мы просто должны следовать за ней.

— Полагаю, это ещё одно из твоих сомнительных изобретений, Некоянаги.

— Ничего сомнительного, просто немного сыворотки правды!

Биско скорчил гримасу, давая дальнейшее объяснение.

— Этот парень делает сыворотку такой сильной, что испытуемому даже не нужно задавать вопросов; его тело просто движется само по себе. Это отвратительно. Жестоко. И ты называешь себя доктором?

— Это ради высшего блага! — запротестовал Мило. — Или ты хочешь, чтобы эти кошки умерли?

— Ты шарлатан. Панда-шарлатан!

— А ты – грибник!

— Что?! Это что, оскорбление? Если да, то я тебя убью!

— Тихо, болваны! Смотрите!

Пока эти двое препирались, Йокан смотрел, как Судзуя подошла к большой раздвижной двери, открыла её, а затем...

— Мр-р-р-р!!!

Торговка впала в неистовство, скребя и царапая когтями коврики в комнате за дверью. Так продолжалось некоторое время, пока не наступило усыпляющее действие сыворотки правдогриба, и Судзуя не упала на пол.

— Что это было?! — закричал Биско. — Ты ничем не помог!

— Может быть, и так, — сказал Йокан, кивнув в знак согласия. — Ответ лежит под этими ковриками!

Оба юноши не отрываясь наблюдали, как Йокан подошел к упавшей Судзуе.

— Позаботьтесь о ней за меня, ладно?

— Господин Йокан? Что вы...?

Но Мило даже не успел закончить свой вопрос. Йокан подпрыгнул в воздух, сделал семь кувырков и обрушил каблук в центр устланного матами пола!

Кер-раш!!!

— Кошачье Искусство: Большая Волна!

— Ва-а-а-а!

От силы удара волосы мальчишек разметались по сторонам. Все до единого татами в комнате взлетели в воздух, как берег, усеянный рыбой, оставшейся после цунами.

Что это был за трюк?!

Биско не мог представить себе, насколько изящным должен быть этот прием. Если бы он попробовал сделать это сам, то, скорее всего, просто разгромил бы всю комнату.

— Ага! Вот оно! — сказал Йокан, даже не приостановившись, чтобы перевести дух, в то время как ребята с благоговением взирали на место, куда пришёлся удар сёгуна.

Под одной из циновок была вырыта яма, в которой находился...

— Э... это оно?

— Великий колокол?!

Большой шарообразный колокол сиял золотом в темной расщелине. По его поверхности бежали странные линии, и он тихонько бился, почти как живое сердце.

— Этот колокол, — объяснил Йокан, — испускает звуковые волны, которые мы не можем услышать. Они резонируют с колокольчиками, которые мы носим на шее, а затем...

— ...Превращает вас всех в монстров, — предположил Мило.

— Значит, нам нужно просто уничтожить его, и все вернутся к нормальной жизни? — спросил Биско.

— Стой. Если мы не уничтожим его достаточно быстро, то колокол взорвется и уничтожит всё поместье. Мы должны быть осторожны.

Йокан подошел к волшебному колоколу и положил лапу на рукоять меча.

— Йокан! — крикнул Мило. — Позволь нам помочь!

— Оставь, Мило!

— Но...!

— Посмотри на его взгляд, — сказал Биско. — Йокан серьёзен. Мы должны позволить ему сделать это.

Биско воочию наблюдал превращение владыки в свирепого и благородного воина и относился к черному коту с таким почтением, какого не испытывал уже давно.

— Тайное Кошачье Искусство...!

Глаза Йокана распахнулись, и, когда он сделал глубокий вдох, его клинок вспыхнул огненными частицами, которые заплясали вокруг него, как фейерверк, а ветер взъерошил его шерсть, сверкавшую в ночи черным светом.

Его гладкие мышцы напряглись, готовясь нанести решающий удар...

— ...Хм...

— ...А?

...Но удара так и не последовало. Йокан опустил меч и подошел к Мило.

— Судзуя еще не проснулась? — спросил он. — Неважно, оставим её и уйдем отсюда.

— Стой, стой, стой!!! — закричал Биско. — Что случилось с твоей лучшей техникой?!

— Хм? Я уже использовал её.

— Что?

Ка-бум!!!

Не прошло и секунды, как в колоколе появилась большая Х-образная трещина.

— Ай-яй-яй!

Артефакт издал пронзительный визг, когда из трещин хлынула золотая кровь с такой мощью, что покрыла Биско с ног до головы.

— Что за...?!

— Городские коты скоро вернутся к нормальной жизни, — сказал Йокан. — А пока мы должны исследовать эту пещеру.

Колокол распался на золотую пыль, открыв проход, который тянулся все глубже под землю.

— Скорее всего, он приведет нас прямо к убежищу Амакусы, — сказал он. — Но если вы ранены, возможно, нам стоит вернуться в замок и отдохнуть?

— Мы с Биско в порядке, господин!

— Очень хорошо, тогда давайте продолжим. Время не ждёт!

Йокан взглянул на лестницу, по которой, словно песок, струилась золотая пыль, и начал спускаться. Биско на мгновение озадаченно посмотрел на него, а затем бросился за ним.

— Эй! Ты не хочешь объяснить, что, черт возьми, только что произошло? Ты, казалось, нанес удар быстрее, чем мы успели заметить!

— Возможно, именно так я и поступил, — ответил Йокан.

— Нет, я так не думаю, — сказал Биско. — В мире нет такой техники, которую бы не могли заметить наши с Мило глаза. Ты даже не доставал меч. Но все равно разрезал колокол пополам! Как, черт возьми, ты это сделал?

Признавая мастерство Биско, Йокан ответил.

— «Кошачий Клинок» может показаться искусством меча, но на самом деле... это не так, — сказал он, не оборачиваясь. — С помощью «кошачьих потоков» я коснулся сердцевины великого колокола. Так нужда делать что-то пропала. Я просто поверил.

— Что...?!

— Возможно, когда все это закончится, я научу тебя... А может, ты уже и сам это умеешь.

Йокан повернулся и сверкнул веселой улыбкой.

— Я всегда хотел иметь таких друзей, как вы, — сказал он, а затем пошёл дальше.

— Эй, погоди! Мы еще не закончили разговор!

— Амакуса ждет нас чуть впереди, — сказал Йокан. — Мы должны поторопиться.

Проход сгладился, освещенный с обеих сторон деревянными факелами. Биско выругался про себя, а потом они с Мило побежали догонять Йокана.