Глава 4

О, здравствуйте. Меня зовут Геппей Амакуса. Полагаю, там, откуда вы родом, обо мне не слышали, но здесь, в Бьоме, я довольно известна.

Почему так, спросите вы? Может быть, из-за моей потрясающей красоты? Мой хвост – мягкий и роскошный; мой мех – белый, как свежевыпавший снег; мой взгляд – притягательный; мой бюст - пышный и... О-хо-хо-хо! Полегче, тигруля! Р-р-рор-р.

Все это правда, но причина не в этом. Видите ли... я – чудо-ребенок, поставивший Бьому на колени!

Вот чему здесь учат маленьких котят: Злая Геппей Амакуса повела Матанго, свою армию последователей, на восстание против правления Яцухаши, и великий Йокан, восьмой сёгун, восстал и избил её до полусмерти...

Но меня не избивали до полусмерти! Это все ложь, ложь, ложь!

Что ж, я проиграла, это правда. Но боги на моей стороне, ибо теперь я снова живу! Смотри, Йокан. Смотри, как я сдираю чёрную от копоти шкуру с твоей спины и делаю из тебя ковёр, дабы потом вечно наступать на твоё самодовольное личико!

О-хо-хо-хо-хо-хо!!!

О-хо-хо-хо!

Пш-ш-ш!

— Аи-и-и-и-и-и-и-и!

—  Черт. Мне очень жаль, госпожа Амакуса!

— Будь внимательнее, идиотка! Смотри, как ты только что подпалила мой прекрасный мех!

Гм. Прошу прощения за столь неприличную выходку. Просто я сейчас делаю химическую завивку. Вы знаете, что такое химическая завивка? Это чудо человеческой техники, и оно преобразует мой мех в эти ослепительно стильные локоны. Конечно, это не значит, что мой мех не является ослепительно стильным au naturel*, но немного преображения время от времени – это ли не...

(п/п: au naturel (фр. – в натуральном виде))

Пш-ш-ш!

— Аиииииии!

— Вот черт! Ужасно извиняюсь, госпожа Амакуса!

— Ты маленькая сучка! Ты это специально делаешь, да?! Погоди, скоро почувствуешь мои когти!

— Не надо буянить, госпожа Амакуса! Всё уже готово! Вот, посмотритесь в зеркало! Разве ваш великолепный мех не выглядит теперь еще прекраснее?

— О... Ну, да, наверное, так и есть. Для человеческой девушки ты довольно компетентна. Очень хорошо, я думаю, ты заслуживаешь награды.

—   Ваше здоровье, госпожа!

Хм? В чём дело? О, вы хотите узнать больше о маленькой mademoiselle*? Мне кажется, я гораздо более интересна в этой комнате, но ладно, если вы настаиваете.

(п/п: mademoiselle (фр. – один из вариантов слова «девица». Ну или просто мадмуазель, как вам больше нравится))

Она только вчера спустилась из Человеческого Царства, понимаете. Она – большая редкость. В конце концов, никто не видел ни шкуры, ни меха человека уже более ста лет.

Однако, несмотря на то что она человек, у неё есть кошачьи уши и хвост. Весьма любопытно, надо сказать. Изначально я хотела её убить, но оказалось, что она неплохо разбирается во всех этих странных машинах и прочем. Вот так я и получила эту завивку.

Её имя? Боюсь, я не интересуюсь именами обычных бродяг... Вы настаиваете? О, хорошо. Я спрошу.

— Как тебя зовут, юное дитя?

— О? Странно. Я думала, вам это неинтересно.

— Хорошо, я полагаю, ты не хочешь получить свою награду?

— Тирол. Тирол Очагама.

Ну вот. Разве это не было разочарованием? Что? Вы знакомы? Клянусь, все эти люди для меня на одно лицо, с их жуткими, лишенными меха лицами. Уф!

Тем не менее, как видите, ими легко манипулировать без применения грубой силы. Как первоклассная madame, я знаю, когда использовать пряник, а когда кнут.

(п/п: madame (фр. – мадам, госпожа, дама))

В качестве примера посмотрите, как я использую свою мянтру, чтобы дать ей то, что она хочет...

— Мян/мяд/мяре/смяу.

Из воздуха появляется целая россыпь монет обан и кобан*. Я знаю, о чём вы подумали, но это не просто иллюзия.

(п/п: монеты обан и кобан – золотые монеты эпохи сёгуната Токугава. Номинал 10 и 1 рё, если вам это что-то даст)

— Ух ты!!! Настоящее золото! Не верю своим глазам!!!

Правда. Какой восторг. Я слышала, что люди сходят с ума от золота даже больше, чем мы, кошки, но эта девочка действительно превосходит всех. Она катается по золотой куче, как собака. Даже неловко.

...В любом случае, теперь, когда моя завивка завершена, у меня есть дело, которое нужно сделать. Я бы с радостью осталась поболтать, но этот мир сам себя не завоюет. Au revoir!*

(п/п: Au revoir (фр. – до свидания))

***

— Девочка, у меня есть дела. Приготовь все к сеансу массажа, хорошо?

— У-у-у-у! Зо-о-о-олото!

— Дорогая моя. Это все, что нужно, чтобы так возбудить тебя?

Амакуса драматично вздохнула и достала из складок своего роскошного платья маленькое ручное зеркальце.

— Не думаю, что нужно это говорить, — сказала она, осматривая себя в зеркале, — но не вздумай ничего выкинуть. Поняла?

Она щелкнула когтями, и в её лапе появился парящий тюбик золотой помады. Напевая какую-то мелодию, она нанесла её на губы и, морщась, посмотрела в зеркало, после чего исчезла на каменной лестнице, освещённой факелами.

Тирол осталась резвиться в куче золотых монет.

— Ваху-у! Вахуа! Яху-у-у! Яп-пи...

Как только шаги Геппеё стихли, Тирол села прямо, подергивая своими новыми кошачьими ушками.

...Она ушла?

Её янтарные кошачьи глаза настороженно обшаривали пределы роскошных личных покоев Амакусы. Затем она перешла к действиям... немного отступила назад, чтобы запихнуть в карманы как можно больше золотых монет. После этого направилась к письменному столу Геппей, заваленному старыми свитками.

Там она нашла подробное описание многих магических техник, которые, должно быть, разработала Амакуса. Похоже, в отличие от своей властной натуры, повелительница кошек была весьма методична в изучении арканов.

Несомненно, котит – дело её рук! Должен же быть какой-то способ обратить его вспять хоть в одном из этих заклинаний...

Тирол рылась в горах свитков, стараясь не испортить их своими острыми когтями.

Техника Волшебного Колокольчика... Не эта. Техника Золотых Когтей, Техника Управления Монстрогрибами... Тоже не то... Техника Создания Монет! Вот она! ... Стоп, нет, не то. Не отвлекайся, Тирол!

Она отбрасывала свитки один за другим, пока её взгляд не упал на один невзрачный листок в самом низу стопки.

...

Купеческое чутьё подсказало ей, что это важно. Она подняла его и развернула.

Исследование Стрелы Сверхверы... Вот оно!

Десять лет прошло с тех пор, как я, Геппей Амакуса, пала от руки Йокана, Клинка Кошачьей Ветви, и была запечатана в катакомбах под храмом Кобан. Десять долгих лет гнева и обиды.

До того дня, когда с небес упала золотая стрела, оживив моё бренное тело.

По моему приказу эта чудесная стрела может совершать невозможные вещи. С её помощью я смогу наконец сразить своего извечного врага, Йокана Яцухаши, и объединить всё живое во спасении.

Стрела говорит со мной.

Она называет себя «Стрелой Сверхверы».

— Стрелой Сверхверы...

Мозг Тирол заработал в полную силу, собирая воедино обрывочные сведения. Итак, после того как Биско выпустил Стрелу Сверхверы, она попала сюда, в Кошачье Царство, и поразила тело Амакусы, вернув к жизни её саму и её коварные планы.

И эта стрела – источник её силы!

Тирол спрятала свиток в мантию и начала обыскивать комнату, как вдруг ей пришла в голову мысль. Амакуса наверняка хранит столь могущественный артефакт где-то при себе... или, во всяком случае, при своей кошке.

Нужно подобраться к этой кошечке и украсть у неё эту стрелу! Вот чёрт! Ну почему всегда я?

Размышляя об этом, Тирол вдруг услышал голос из пещер, в которых скрылась Геппей.

— Ва-агх! Стойте!!!

— Владыка Йокан, пожалуйста, спасите нас!!!

Похоже, Амакуса пытала своих пленных жертв.

Я чувствую в них магию, подумала Тирол. Она подняла одну из золотых монет и провела пальцем по ее краю. Но это не те подделки, которые мы научились делать в «Позолоченных слонах». Они самые настоящие. Должно быть, это Стрела Сверхверы позволяет ей делать их. Если я хочу украсть её, то только сейчас у меня есть шанс!

Набравшись смелости, Тирол выпрямилась и крадучись спустилась по каменной лестнице вслед за своей новой хозяйкой.

Динь-дилинь. Динь-дилинь.

Звон маленького колокольчика эхом отразился от стен камеры.

— Ва-а-агх!!!

— Стойте! Кто-нибудь, остановите этот адский звук!

Динь-дилинь. Динь-дилинь.

— П-пао... Га-га...

— Йо-йохи! Что случилось?! Соберись!

— Тьфу... Га... Га...

Габум!

— Пао! Ба-ба-ба-бам!

— Нет! Тебя превратили в монстрогриба! Я тоже превращаюсь...!

Габум!

— Ба-ба-ба-бам!

— Как же здесь тесно.

— Как сардинам.

— Не сардинам. Грибам.

— Что?

— О нет.

— Ба-ба-ба-бам!

— О-хо-хо-хо-хо-хо!

Амакуса стояла перед клеткой, забавляясь преображением своих плененных сородичей. Над её вытянутой лапой покачивался в воздухе волшебный колокольчик, издавая приятный звон. Именно этот безобидный звук и был причиной ужасающих превращений бедных кошачьих.

— Я действительно стала очень хороша в этом деле, правда? — сказала Амакуса. — Вспоминаю, каких усилий мне это стоило... А?

— Уф... гхгх-х... гхгх...

— О-о. Ты довольно стойкий, да?

Один кот, стоявший у входа в камеру, – судя по одежде, самурай, – замер, едва завершив превращение. Он обхватил когтями прутья решетки, пытаясь устоять перед злыми чарами Амакусы.

— Ну, теперь, когда я тебя хорошо разглядела, ты довольно beau*. Почему бы нам не развлечься, пока ты не стал моей пешкой?

(п/п: beau (фр. – красивый))

— Я никогда не подчинюсь нечестивым путям Матанго, ведьма. Мое сердце принадлежит сёгунату!

— О, правда, mon amour. Промывание мозгов – это уже прошлый век.

(п/п: mon amour (фр. – дословно «моя любовь», но как вариант «дорогуша»))

Геппеё взмахнула руками, и появился золотой стержень – Стрела Сверхверы.

— Теперь, когда у меня есть это, мне больше не нужно прибегать к таким... грубым методам. А теперь прими свое спасение, бедняжка.

— Проклятие. Я не могу сопротивляться. Йокан, мой повелитель... Поразите эту ведьму и освободите нас...!

— Не смей произносить это имя в моем присутствии, сопливая крыса!

— Гр-р-р!

Динь-дилинь! Динь-дилинь! Динь-дилинь!

Габум!

— Пао!

— Ну вот и всё, — сказала Амакуса. — О, ты очень красивый образец, не находишь? Почему бы тебе не стать одним из моих центурионов?

— Да, госпожа!

— Хороший мальчик. О боже, я ужасно вспотела, а?

Амакуса обмахивалась лапой, а затем повернулась и подошла к глухой стене пещеры. Здесь она подняла Стрелу Сверхверы и произнесла.

— Fantastique Action*! Создай мне ванну!

(п/п: fantastique action (фр. – дословно «фантастическое действо))

Как по волшебству, в стене появилась дверь, ведущая в великолепную золотую ванную, из которой уже поднимался пар от горячей воды.

Геппей улыбнулась этому зрелищу, а затем повернулась к своим приспешникам.

— Если кто-нибудь из вас будет подглядывать, получит когтем! Ясно?

— Мы не будем подглядывать.

— Не льстите себе.

— Аргх! Заткнись!

С этими словами она шагнула в ванную и захлопнула за собой дверь.

...Сейчас!

Стараясь не попадаться на глаза чудовищам, Тирол подкралась к двери ванной и открыла её. Внутри она увидела висевшую на прищепке мантию Амакусы, а в одном из карманов – Стрелу Сверхверы.

Геппей нигде не было видно, но из ванной доносился её негромкий голос.

Это мой единственный шанс!

Сосредоточив все свои силы на выполнении поставленной задачи, Тирол на цыпочках подошла к висящему одеянию и протянула к нему руку. Но как только кончик её когтя коснулся артефакта, из стрелы вырвались толстые золотистые нити и связали девушку!

— Что?!

Стрела пробила дверь, и Тирол оказалась в ванной. Амакуса сидела в ванне, скрестив ноги, с торжествующим выражением лица.

— Попалась, маленькая воровка.

— Простите, госпожа. Я просто увидела, как она сверкает золотом, и не смогла удержаться.

— О? Неужели? Тогда почему ты не пошла за другими золотыми вещицами в той комнате? Золотые статуэтки, золотое мыло, золотые полотенца.

— Э-э-э...

— Все это гораздо легче украсть, смею заметить, и оно не менее ценно. Но нет, ты выбрала стрелу, да? Почему, интересно?

— Ну...

— Я отвечу сама. Стрела была твоей целью все это время. Ты думала, что сможешь обмануть меня, не так ли, моя маленькая mademoiselle?

Геппей протянула лапу и схватила Тирол за шею. Со звериной силой она приподняла её, удерживая над ванной и открывая всю гладкость обнажённого тела охотницы.

Тирол стиснула челюсти, её янтарные глаза были как всегда яростны.

— Не думай, что я не знаю о двух твоих спутниках, — сказала Амакуса. — Вы трое пришли сюда, чтобы забрать стрелу? Ты расскажешь мне всё, что знаешь о них. Я ясно выражаюсь?

— Я ничего не... расскажу!

— Это мы ещё посмотрим.

Амакуса подняла другую лапу, и в ней появился её волшебный колокольчик.

Динь-дилинь. Динь-дилинь. Динь-дилинь.

Этот простой звук проник в сознание Тирол.

— Агх...! Гх-х...!

— Я – Геппей Амакуса.

Мило... Акабоши... Помогите!

— Я – дар Бёшотена Бьоме.

Она улыбнулась. Сверкающая, клыкастая улыбка, по красоте не уступающая звону колокольчика.

— Я та, кто поведёт всю Бьому, всё котовечество и всё человечество к la terre promise!*

(п/п: la terre promise (фр. – земля обетованная))