Серебряный почесал голову, наблюдая за разрушением города, в котором он провёл большую часть своей жизни.

– Милле, а зачем тебе нужен был Ваал? – спросил он весьма растерянно. Он всё ещё не мог осознать происходящее.

– Да так… Я хотел с ним поговорить насчёт новых протезов…

– И что мы будем делать? – прошамкал дребезжащим голосом Нокс, вернув всех к реальности.

– Что? В целом… В Бенефите вас никогда не жаловали, а мне в этом городе жаль лишь моё поместье.

Рудбих поправил сюртук и тяжело вздохнул.

– Король уже должен был узнать что произошло. Если нет – стоит рассказать.

– И что мы ему скажем? Отправили голема в стену одного из его городов прямо перед нападением на другой его город? Да нас за диверсантов сочтут!

– Угомонись, капитан. Мы слишком часто отправляли этого голема в казённое имущество, чтобы сойти за организованных диверсантов. И откуда вообще произошло нападение? Вокруг всё спокойно.

– К-кажется… Изнутри? – Катана поправила сползающий пояс, не поднимая взгляда на Рудбиха.

– Никто мне так и не ответил. Не уважают старика.

– Попробуй такого уважать, засмеют же, – усмехнулся Милле, а после кивнул в сторону катапульты. – Что с этим будем делать? Нас ведь скоро заметят.

– Нокс, открывай портал в Серпуле, – приказал Серебряный. – Оттуда заскочим за Ваалом и, возможно, к королю. Потом будем сваливать из королевства.

– Куда? Куда мы пойдем, капитан? – с усмешкой и толикой тоски сказал Милле. – В этом мире нет ни одного места, в котором нас бы ждали. За исключением королевского двора Ниокса.

– Мы же наёмники, не так ли? Вот и поработаем по специальности. На востоке Триархии вроде как война.

– Перед нами город горит, а вы…

– А что мы можем сделать? – прервал укотку Рудбих. – Хотя, Серебряный прав. Мы же наёмники. Кто хочет пойти и разведать обстановку в городе?

Последние пару слов Рудбиха заглушил взрыв, вынесший из городской стены неплохой кусок и отправивший этот кусок в полёт.

– Как я и думал, – продолжил он. – Добровольцев не вижу. Ладно, пора уходить, открывай портал, старче. Пока нас не заметили.

– Помыкают, помыкают… С-час будет, господа и дама.

Нокс взглянул на катапульту, с которой не очень хотел расставаться. Под всеобщими взглядами он начал слегка дрожать, выводя в воздухе сигилы пальцами, которые уже не имели той былой подвижности и пластичности.

Пурпурные искры вперемешку с синим затрещали в воздухе, образуя едва различимые следы. мягкий зелёный свет заставил Нокса выругаться и начать сначала. Это тремор давал о себе знать – нечаянно перешёл на совершенно другое заклинание.

Спустя всего лишь считанные секунды перед всей наёмничьей бандой раскрылось широкое полотно, источающее синее свечение и посылающее маленькие искорки во все стороны. Это полотно было полупрозрачным, однако всё равно неплохо закрывало обзор на полыхающий Бенефит.

– Тьфу ты. Не той стороной…

Слова Нокса исчезли в свистящем звуке, сопровождающим полёт каменного снаряда, который летел прямо в отряд. И влетел бы, если бы не портал.

– Заметили! – вскрикнул Серебряный.

– Чтоб этих магов! – воскликнул старик, сам являющийся магом. – Куда я хоть портал открыл?

Синеватое полотнище провернулось в пространстве, искажая изображение вокруг себя и втягивая в себя пыль, поднявшуюся в воздухе от снаряда, влетевшего в портал.

Спустя всего мгновения, перед отрядом предстала картина каких-то неизвестных бескрайних снежных полей. И огромного кратера в центре этой картины.

– Не похоже на Серпуле, – пробормотал Рудбих.

– Сам вижу!

Снова заплясали пальцы. Портал замерцал и пошёл рябью, исчезло это ощущение лёгкого притяжение, которое всегда шло от открытых порталов.

Когда над городом показался ещё один снаряд, похожий на тот, что уже в них влетал, Нокс закончил плести магию.

– Колдун, – фыркнул он. – Можно не спешить. Я даже оскорблён.

– Старик!

– Всё, всё…

Как и любой истинный маг, даже будучи старше большей части собратьев по профессии, Нокс не мог избавиться от чувства собственного превосходства над теми, кто принял магию от более сильных существ.

Говоря честно, в чём-то он был прав. Развитие колдунов ограничивалось их душой и душой того мага, с которым они были связаны. Развитие же истинных магов не ограничивалось ничем.

Снова в воздухе пред неудачливыми наёмниками возникло небольшое свечение, а после появилось и изображение.

– Блять, опять не то! Сосредоточься, Нокс!

– Может собьёте этого проклятого колдуна из катапульты? Почему он летает, пока я не могу?

Картинка бескрайних вод повернулась лицом к колдуну, зависшему над городом, портал поймал им запущенный снаряд и исчез.

Почти сразу после в воздухе возник следующий. На этот раз картина была знакома.

Рудбих обернулся назад и оказался прав. Нокс открыл портал прямо им за спины.

Никто не успел ничего сказать, как портал исчез и образовался новый.

– Целую минуту потратил, перебирая порталы. Да уж, с тобой не сбежишь, – сказал Милле и шагнул в открытый портал, уже начиная падать. Следом за ним внутрь заскочила Катана, потом Рудбих и Серебряный. Нокс постоял еще секунд десять, презрительно глядя на колдуна, который запускал новый снаряд. Однако, не дождавшись запуска, он вошёл в портал и закрыл его за собой.

И ровно в этот же момент рядом с катапультой словно из воздуха возник господин в серой мантии, которую обыкновенно носили архи, маги душ тайной службы Триархии.

Этим господином был никто иной, как архи-Смычок.

– Опоздал. Печально. Послание пришло слишком поздно.

Колдун, параллельно с обстрелом, всё это время формировал связь с магом, с которым был связан душой. Это заняло у него более чем полминуты, что было непозволительно долго для боя, однако и колдун был новичком, его отправили в Ниокс всего лишь день назад, где он и стал колдуном.

Смычок же получил послание за секунду до создание Ноксом нужного портала. Ещё секунд пять он потратил на дорогу до Бенефита, ведь по пути он ошибся с пунктом назначения.

Такова была сила истинных магов.

– Что же, – пробормотал Смычок сам себе, а после его голос разнёсся в головах всех магов и колдунов в радиусе пары десятков километров. – Поймаем их позже. Всем ячейкам продолжать поиски принца. Если воевать, то со всей сопутствующей грязью… Всех взять целыми. Ну или хотя бы живыми.

После ещё пары указов Смычок исчез также внезапно, как и появился. Находился он подле Бенефита всего-то около двадцати секунд, а наворотить успел многое.

Тем временем наши отчаянные головорезы попадали с воздуха в менее чем километре от стен Серпуле. Портал Нокса пусть и открылся в нужной области, но был расположен в нескольких метрах над землёй, так что все просто попадали друг на друга в кучу.

Отряхнувшись и оправившись от падения, наёмники потопали в сторону города, спеша предупредить тамошних обитателей о надвигающейся опасности.

Местные их знали. Как минимум благодаря летучему голему и непутёвому магу. Приём был не самый тёплый, но новости о боях в городе вызвали нужный общественный резонанс. Вскоре отряд оказался у городского управителя и предстал перед ним и консорциумом местных олигархов.

Беседа оказалась не самой приятной, но всё стало ещё хуже, когда появился представитель короля Ниокса и сообщил, что их слова насчёт нападения правдивы и король уже знает о случившемся.

А хуже всё стало из-за того, что их подвергли допросу. И руководил им этот самый королевский представитель.

Больше всего консорциум был удивлён тому, что умалишённый больной старик допросу не подвергся, как и самый молодой парень в отряде. Они вышли из комнаты для допроса сразу после того, как зашли. И чем было вызвано такое отношение к ним?

Хотя, Милле всё-таки задержался там дольше, чем Нокс – всё из-за того, кто именно был представителем короля.

– Ты планируешь возвращаться? Или ещё не нагулялся?

– Десять блядских лет вам было глубоко плевать на меня, а теперь неожиданно забеспокоились. Хотя нет, весьма ожидаемо. Что, отличный вышел наследник из него?

– Приемлемый, но это не то, зачем я прибыл. Я не собираюсь заманивать тебя обещаниями престола, да и ты сам знаешь…

– Ты даже не представляешь, как хорошо знаю. Никогда бы не подумал, что появление полоумного старикана в моей судьбе будет одним из лучших событий в жизни. Я здесь живу, так что прости меня. Я не собираюсь возвращаться. Не сейчас.

– Отец предлагал довольство твоим друзьям если…

Милле лишь молча вышел из помещения и захлопнул за собой дверь. Стать шутами при дворе короля – это последнее, на что рассчитывал их отряд. Милле был в этом уверен. В некоторой степени.

Но иногда закрадывались мысли – а может, так будет лучше?

Тем не менее, пока отряд Серебряного занимался тем, что пытался рассказать королевству Ниокс о ужасной войне, появившейся словно из ниоткуда, в столице Триархии продолжались заговорщические изыскания Харана и Смычка.

Вершитель судеб и архи-Смычок занимались подготовкой своего коварного плана, лишь изредка отвлекаясь на работу. На кончиках их пальцев крутилась судьба древнейшего из королевств и могущественнейшей из империй, а они?

Они работали над планом по захвату власти.

Войну в Ниоксе необходимо было остановить до завершения действий на восточном фронте. Сегодня вечером должно было быть слушание, которое перевернёт судьбу мира. Или поставит на нём крест. Одно из двух.

Но лучшего мага душ и престижного юриста было слишком мало для команды по свержению действующего правительства. Пусть Харан и сформулировал речь и каждое высказывание, которое должно было прозвучать от их объединения, Смычок в этой афере не играл никакой значимой роли.

А Харану нужна была помощь. Экстренный доступ к нормативным правовым актам и постановлением последнего из живших императоров. Ему нужна была свобода действий, иначе весь их план будет строиться только вокруг удачи.

Немаловажную роль играла и публика. Поведение каждого из представителей Домов и самого Оратора Харан предсказать был не в силах, слишком много факторов, Смычок незаметно на чужие души влиять не мог – нужен был кто-то, кто был достаточно сведущ в определении общественного поведения. И кто-то, работающий и в тенях, и на свету. Имеющий доступ к необходимым областям вне Архата.

Когда Смычок появился после почти полминуты отсутствия, Харан лишь хмыкнул и спросил:

– Как там бой?

– Город захвачен. Уже. Прискорбно, – Смычок отряхнулся и, убрав руки за спину, остался стоять в проходе. – За его стенами один из колдунов заметил наследника короля, который бежал из дома… Напомни, когда это было?

– Год назад, – Харан удержался от замечания про проблемы с памятью, чтобы снова не повторить происшествие с голосом.

– Точно. Пока я был там, снял Слепок. Похоже, он возомнил себя наёмником и теперь странствует с шайкой остолопов каких поискать. Но из этого можно извлечь выгоду.

– Ты так сильно не хочешь возвращаться к тому, что мы обсуждали? – вернул его к реальности Харан.

– М? Ах да. Что ты придумал кроме того, что первое пришло в голову?

– Мы сошлись на другом перед тем, как ты исчез. Ты согласился, что больше вариантов у нас нет.

– Не помню такого. Правда нету?

Харан покачал головой.

– Прискорбно. Ты же понимаешь? Теперь наша идея имеет больший риск провала, чем успеха.

– А мне кажется совсем наоборот, братец. Без неё у нас даже нет шанса попробовать, а с ней появляется неиллюзорный риск преуспеть.

Смычок молча уставился куда-то в стену, и Харану было трудно определить, о чём тот думает.

– Либо это, либо миру конец, да? Прискорбно. Отдаём свою судьбу в руки безумицы, ожидая, что это приведёт нас на вершину.

– Всё или ничего, – Харан вздохнул. – Про Дарриана никаких вестей?

– Никаких. Операция должна была быть завершена сегодня ранним утром, уже день. Спросим Мгара, как только разберёмся с этим. Уже не к спеху. Война на востоке полностью под нашим контролем, в отличие от происходящего. Даже в случае провала мы можем всё вернуть.

Харан покачал головой. Легкомыслие брата насчёт этой войны грозило провалом им обоим. Для него всё кончалось тогда, как только ему удавалось получить Слепок – профессиональная деформация таких, как он. Архи. Помешанные фанатики.

И если Смычок помешался на Истории и Идеале, на возможности взглянуть куда-то дальше судьбы, руководителя исследовательского отдела юго-западного региона Архата интересовало совсем другое.

Но сказать, что именно её интересовало, не смог бы никто. Никто не мог её понять.