— Спокойно, не спеши. Тебе нельзя напрягаться. — Эмилия заботливо придерживала парня за руку, помогая ему подняться на каких-то три ступеньки.

— Если меня выписали, значит я способен двигаться самостоятельно… Просто нужно время. — стиснув зубы Маркус поднялся на крыльцо, опираясь о девушку. — Необязательно так сильно оберегать меня. Я не ребенок.

— Ой, по сравнению со мной ты вообще малыш! Давай уже в дом. — она слегка пихнула его локтем в бок.

Маркус покорчил гримасы, но кивнув, открыл дверь в дом. Длинный коридор и по началу даже ничего необычного, до поры пока его внимание не привлек необычный домашний питомец, сидящий на ковре прямо перед ним и ожидающий ласки или же свою хозяйку.

— Лиса? Серьезно? — парень переглянулся между животным и девушкой, пожавшей плечами. — Она меня не укусит? — будто поняв его вопрос лиса подошла к нему, с неким человеческим сочувствием посмотрела ему в глаза и потерлась о его ногу.

— Ты ей нравишься. — улыбнулась Эмилия, проскочив в дверном проеме внутрь дома. — Её Микаэлой зовут. Купила у одного старичка два года назад.

Маркус придирчиво осмотрел зверька и наклонившись, решил погладить лису в ответ. К его удивлению она без каких-либо проблем сама положила свою морду к нему в ладонь, давая приласкать себя. Парень на мгновенье ухмыльнулся, подумав о том что нашел общий язык с животным быстрее ожидаемого. Со спины подул холодный ветер.

— Эмилия, закрой дверь. — угрюмо попросил Маркус, не отрываясь от лисы.

Пронизывающий мороз стал невыносим для его неокрепшего тела и он сам повернулся к двери дабы закрыть её. Но на пороге стояла женщина. Волосы её были длиной до талии и  потеряли свой натуральный цвет, лишь один черный локон напоминал о том, какие они были раньше. Черная повязка туго завязанная на глазах закрывала их от лишнего, но для ледяной незнакомки это не выглядело особой проблемой. Наверное, её элегантное и драгоценное платье считалось адекватным выбором одежды, учитывая то что холод, исходящий от неё был сильнее природного.

— Пропусти меня, юноша. — попросила она учтиво, вежливо, продолжив терпеливо стоять и ждать пока парень отойдет от ступора.

— Э… Эмилия, кто это? — Маркус не дрогнул, хотя её аура потихоньку превращала его в сосульку.

— Ох, Юи, что-ж ты пугаешь так мальчика! — Эмилия рассмеялась и махнула девушке. — Проходи-проходи, не стой на пороге! А ты уступи даме!

Маркус промолчал, пусть на его лице и не пыталось скрыть себя возмущение и сомнительность касательно необходимость пускать ледяную королеву в дом. Юи же напротив, не выражала абсолютно никаких эмоций кроме непоколебимого спокойствия. Она молча кивнула и прошла в дом, оставив после себя на ковре в коридоре пару нерастаявших снежинок. Парень интереса ради наступил на неё, но тщетно - снежинка не растаяла и даже не потеряла свою форму четырех конечного креста.

— Присаживайся. Чай будешь? — спросила Эмилия, бросив свой пиджак поверх подлокотника кресла.

— Нет, спасибо. — отстраненно ответила Юи, повернув голову в направлении Маркуса. — Мы так и не представились друг другу, юноша. Я Юи Хинамори, херршер льда.

— Чего… херршер? — глаза парня готовы были вывалиться из орбит после слов женщины. Он инстинктивно потянулся за отсутствующим пистолетом. — Вы слишком дружелюбны для херршера.

— Потому что она не подчиняется предводителю демонов. — с тяжелым вздохом объяснила Эмилия, плюхнувшись в кресло. — Расслабься, Маркус. Она наш друг и самый сильный союзник в Японии.

— В этом я не сомневаюсь. У меня вопрос в другом, — парень прокашлялся и уставился в закрытые повязкой глаза Юи, — как вы смогли подчинить себе херршера?

— Грубое и неправильное утверждение, Маркус. — спокойно произнесла Юи, положив свои ладони на колени. — Я не подчиняюсь кому-либо. Я свободна и сама распоряжаюсь своими силами. Лихтпринц освободил меня и подарил надежду на светлое будущее, за которое я борюсь вместе с вами.

— У нашего Скрипача голова болит, не обращай внимания, Юи. — пренебрежительно отмахнулась Эмилия.

— Скрипач? Тот, с которым дралась моя дочь? — задалась вопросом девушка с повязкой на глазах, её губы искривились.

— А, э, извините? Вы мать Микасы? — парень побледнел и уперся плечом в стену чтобы не упасть. — Ну, там ситуация сложная…

— Не нужно объяснений. Я знаю свою дочь достаточно хорошо, она довольно вспыльчива. Нервничать не стоит, юноша. — вопреки ожиданиям Маркуса, Юи в свойственной ей манере спокойно отреагировала на это. — В какой-то степени я тебе благодарна. У меня нет возможности контролировать её, а ты смог угомонить её, пусть и силовым методом.

— Фух. Знаете, Микаса тоже не давала мне спуску. — парень издал нервный смешок, вытерев со лба каплю пота. — Вы очень хорошо её тренировали в детстве… Сила у девушки ого-го.

— Спасибо, я старалась. — впервые за весь разговор Юи пусть и скромно, но улыбнулась.

— Так, ладно, мальчик идет спать в комнату слева, девочкам надо посплетничать. — намекнула Эмилия, бросив недовольный взгляд на Маркуса.

Маркус закатил глаза, но не стал перечить и как хороший мальчик молча поплелся к лестнице на второй этаж. Обе девушки пропали из его поля зрения уже на пол пути, даже голоса стали настолько приглушенными, что он не мог разобрать что они говорят. У комнаты уже сидела Микаэла, лениво виляющая хвостом. Парень приоткрыл дверь и лисичка юрко нырнула внутрь, устроившись на кровати клубком. Он не стал выбрасывать животное из комнаты и, лишь подвинув её, сам лег под одеяло, практически моментально провалившись в сон.

Парень поморщился и протер глаза, прикрывая их ладонью от солнечного цвета. Тень, отброшенная кроной высокого дерева служила убежищем от палящей жары, даря легкий холодок. Отойдя ото сна, он сел на земле, огляделся по сторонам. Ничего здесь не казалось ему знакомым, ни море впереди, ни поляна на которой он находится. Ветер, шелушащий листву приглушил и без того тихие шаги одного человека.

— Здесь когда-то всё началось. — с горькой улыбкой произнес беловолосый мужчина, рукой указывая на дерево. — И я надеюсь, здесь всё и закончится. — он пошел в сторону Маркуса, но казалось что он не видит парня.  — Он меня слышит. Я в этом уверен.

Маркус встал и отряхнулся, к незнакомцу не изъявил желания подойти. Но когда он протянул руку для рукопожатия, мужчина пошел ему навстречу и прошел сквозь парня, оставляя чувство обжигающего пламени на всем его теле.

— Маркус? — переспросил беловолосый, будто желая убедиться что его слушают.

— Он что… говорит со мной? — парень опешил и оперся о ствол дерева, глазами застыв на развивающемся на ветру плаще незнакомца.

— Ты можешь меня слышать, может даже и видеть, — продолжил он, прожигая своими багрово-красными глазами само солнце, — но это лишь временный эффект, созданный моей силой.

— Кто ты?

— Меня зовут Дайки Ичимару. — произнес беловолосый, смотря через плечо на парня. — Я лихтпринц. Последний.

— Лихтпринц? — задал сам себе вопрос Скрипач, на секунду опустив голову. — Это о нём говорила Юи?

— Я слышу тебя и твои мысли. — Дайки во мгновенье переместился с поляны на песочный пляж. — Нет смысла скрывать что-либо от меня. Значит, ты уже виделся с Юи? У меня нет возможности навестить её лично. Как она?

— Да нормально, вроде… — Маркус постарался естественно ответить. На всякий случай он себя ущипнул, резкая боль оказалась вполне реальной. — Где мы?

— Когда-то это место было моим внутренним миром, я так думал. После того как Разерайлихт убил меня, всё здесь начало рушиться. Но я свет. Потеряв одну форму, я приобретаю другую.

— Какой же бред, пиз… — Скрипач ударил себя ладонью по лбу, еще раз убедившись что боль реальна и он не сходит с ума. — Я не знаю кто ты, что ты такое, но с моей беспристрастной точки зрения ты окончательно поехавший, мужик.

— Легко отвергать то, что находится за пределами твоего понимания. — лихтпринц слабо улыбнулся и подхватил падающий листик. — А ведь мы не одни. Не одни такие, кто еще не осознал всю горечь этого бремени.

— Боже, освободи меня от этого кошмара… — парень сполз по стволу дерева на землю, усевшись и поджав колени ближе к груди. — Ладно, предположим что ты говоришь правду и ты не плод моего уставшего мозга, не конченая иллюзия. Что от меня требуется?

— Не совершать моих ошибок. — Дайки занял место рядом, наблюдая за приливами и отливами моря перед ними. — Мой путь был коротким, я не успел сделать многое. Вмешиваться сейчас опасно. Поэтому мне нужен ты как носитель моей воли.

— Лучше бы я не спрашивал нихрена, легче не стало. Почему вмешиваться опасно? Боишься показаться Юи, того что она тебя заморозит и превратит в мясную заготовку на зиму?

— Моё пламя сильнее её льда. — лихтпринц почувствовал себя оскорбленным и разочарованным из-за слов парня. — Скажи мне, Маркус. Кто твой главный враг?

— Серьезно? Ну, демоны. Я истребитель демонов, посвятивший свою жизнь с самого детства подготовке и их уничтожению. Что вообще может быть хуже демонов?

— Ты так говоришь, будто даже в теории нет ничего хуже них. — Дайки повернулся лицом к парню, его правый глаз потерял зрачок. — Знаешь ли ты, что раньше демоны были обычными людьми, которые так же как и ты сейчас боролись за свою цивилизацию, но были разгромлены? Просто потому что так посчитал узурпатор.

— Воу, мужик, ты аккуратнее с глазами-то, ослепнешь. — усмехнулся Маркус, пожав плечами. — Не знал. Что с того? Плевать мне какие они были в прошлом. Если они несут угрозу для меня и моих близких - значит им конец, всё просто.

— Знаешь за что они борются?

— За наши трупы и кровь, иногда мне кажется что им плевать на всё остальное. Таких безмозглых существ, жаждущих ничего кроме кровопролития мир не видел вообще никогда.

— Но ты ведь виделся с Энни, верно? — спросил Дайки, он моргнул пустым глазом один раз и тот восстановил свою привычную форму с красным зрачком. — Она тоже безмозглое кровожадное чудовище?

— Ты откуда знаешь, сам то хрен знает сколько труп! — Маркус отодвинулся в сторону, руками инстинктивно пытаясь нащупать пистолет на поясе. — Энни, та девка с кошачьими ушами? Чёрт знает что она такое. Опасная, глупо это отрицать, хотя у меня получилось её одолеть.

— Херршер иллюзий. Юи, как ты скорее всего слышал, херршер льда. Разница в том, что я смог избавить Юи от оков Первозданного, а Энни следует его воле, пусть и своими методами. Она способна мастерски манипулировать восприятием реальности. Это фатально для тех, у кого слабая воля или нет титанического рейсея.

— Первозданный? Убого звучит, я думал имя предводителя этого сброда будет более угрожающим.

— Его мирское имя запечатано. Таким он стал после того как вступил в контакт с силой извне, а первозданным нарёк себя потому что стал первым титаном, пообещавшим отомстить хранителям за истребление своего мира и народа.

— Ясно. Что-ж, мистер всезнающий и сострадающий, почему мне должно быть жаль их? Пока они нападают на людей, убивают их… Они забрали самого дорогого мне человека. Я затоплю ад если нужно. Вырежу каждого, до последнего ублюдка.

Дайки не смог сдержать тихий смешок. Поймав мимо пролетающий лист с кроны дерева, он положил его в себе ладонь и без особых усилий сжег до такой степени, что пепел испарился вместе с растением. Он посмотрел на Маркуса, удивился, но не подал виду.

— Я тоже так думал. — после длительной паузы произнес лихтпринц. — Но я понимаю план Первозданного. Пусть он и не идеален, рискованный, но я понимаю цель. Он, как и ты, не остановится ни перед чем. В его глазах это единственный победный вариант. — Дайки замолк, внимание его на этот раз привлек блеск кольца на указательном пальце Маркуса. — Искусная работа. Мэй подарила?

— Что? — парень сначала опешил, затем утвердительно кивнул. — Ну да, глупо скрывать это от того, кто знает обо мне больше, чем я сам.

— Расскажи, какой она была? — Дайки уставился на солнце, не смыкая глаз перед исходящим от него обжигающим светом. — Почему ты так готов вернуть её?

Маркус внезапно засмеялся и закрыл лицом ладонями, со стороны это было похоже будто он рыдает. Перед глазами пронеслась чуть ли не вся жизнь - от первой, почти испорченной встречи с девушкой до их неожиданного расставания. Он смог вспомнить мельчайшие детали, не только кольцо, но даже то, как впервые попробовал её выпечку, которую Мэй убедительно преподнесла как то, что ему точно понравится - не солгала ведь. Её одержимость фруктами, особенно персиками, которым она один раз кинула ему в голову во время очередного конфликта. Когда прилив воспоминаний наконец-то остановился, он взглянул на Дайки, на его шрамы на лице. Лихтпринц ничего не сказал на внезапный наплыв эмоций, молча дожидаясь пока парень успокоится.

— Эй, — окликнул Скрипач беловолосого, — у нас похожие шрамы. Я их получил во время тренировок с ней… Мэй смогла надрать мне задницу как никто другой. А у тебя он откуда?

— Этот? Мелочь. — Дайки потер шрам пересекающий его губу. — Получил еще при жизни. Мое самое великое достижение.

— Ясно. — Маркус вытер лицо руками, смотря на закат. — Кстати, когда я вернусь? Меня там Эмилия ждет.

— Эмилия? — удивленно переспросил лихтпринц. — Скоро. Твой организм сам поймет, сколько ему осталось быть в таком состоянии.

Видимо тот самый момент подошел, ибо не успел парень ответить или попрощаться как земля под ним словно исчезла и тело охватило чувство невесомости, а вместе с ней и паники. Жадно хватая легкими кислород, он инстинктивно понимал что спит и необходимо открыть глаза, но это не представлялось возможным. Лишь новый голос, кардинально отличающийся от хрипоты лихтпринца подзывал его к себе.

— Твою мать! — с криком Маркус сел на кровати, окончательно и неосознанно проснувшись, своим пробуждением он испугал лису, спавшую рядом с ним. — О, ты еще здесь. — пошатываясь, он смог засунуть ноги в тапки и встать с кровати. — На улице… ночь? — посмотрев в телефон, парень убедился в своей догадке, почти полночь. — Ладно, пойдем, как там… Микаэла. Может тебя покормлю. — на упоминании еды лиса одобрительно потерлась о ногу Скрипача.

На удивление соседняя комната была довольно оживленной, как минимум из-за звуков и света телевизора за закрытой дверью. Маркус переглянулся с Микаэлой, лиса разрывалась между желанием что-то съесть и пойти в комнату к хозяйке. Найдя некий временный компромисс, парень постучал в дверь и слегка приоткрыл её.

— Эмилия? Можно?

— Конечно, заходи. — ответила девушка.

Как только дверь открылась достаточно широко, лиса тут же понеслась внутрь комнаты. Маркус в отличие от питомца более сдержанный, поэтому тихонько вошел следом, оставив дверь открытой. Эмилия, лежащая на кровати и смотрящая телевизор, теперь украшена Микаэлой, свалившейся на её груди. Девушка улыбнулась, отвлеклась от просмотра и подмахнула парню дабы тот не стеснялся и присел рядом с ней.

— Это может звучать странно, — он прокашлялся в кулак и сел на краю кровати, — но не могла бы ты мне рассказать кто такой Дайки Ичимару?

— С чего это вдруг такая заинтересованность? — Эмилия от удивления приподняла голову и оперлась на локти. — Разве в академии у вас не было истории последних двадцати лет? О том как произошло первое вторжение титанов, как лихтвизены попали в мир людей?

— Было, было, но там не было конкретики, да и, честно говоря, я не был заинтересован историей, знаю только базу. У меня по ней был самый низкий балл.

— Понятно. — девушка хихикнула и облокотилась о стену, аккуратно скинув с себя лису. — Даже не знаю с чего начать… Тебе с самого-самого начала, или только про Дайки?

— Лекцию устроишь потом, давай по делу, пожалуйста. Только про него.

— Хорошо, ммм… Дайки мог быть обычным человеком, но в нем была, как выражались лихтвизены, хайлиген блут. Это особенность, свойственная только избранным Кайзером Ризенрайха, позволяла быть фактически… Проще говоря, богом. Возможность предвидеть будущие, знать прошлое, в принципе бесконечные знания… Самый первый лихтпринц, кстати, освоил лунное пламя, из-за чего никто больше не пытался изучить другие техники. Так вот, Дайки хоть и был по своей сути лихтвизеном, из хорошего клана, но он не был избран Кайзером. Откуда в нем эта кровь никто не знает, как и то, когда в его душе занял главное место один из главных приспешников тенно. Ну, собственно, этот самый хранитель можно сказать заблокировал святую кровь в нём, знаешь почему? Потому что если бы он не успел, тогда этого Кашицу самого бы стёрло из реальности. Хранитель кстати, хорошо устроился, притворяясь вообще самим Кайзером, тенно тоже не дурак, послал того, кто тоже повелевает огнем, может быть даже на уровне лихтпринца, чтоб у последнего не возникло подозрений, хотя откуда им взяться? Дайки школьник, вчера делавший математику и игравший в компьютерные игры по вечерам с друзьями, а уже сегодня ему приходится убивать титанов и демонов, путешествовать между мирами. По итогу бедный парень был лишь инструментом, ибо речь шла о захвате трона Ризенрайха, тут либо демоны, либо хранители. Дайки погиб во время последней битвы в тронном зале против Кашицу. Как бы это грубо не звучало, но смерть была напрасной, ведь захватили империю все равно демоны, это только дало отсрочку людям… Они тоже не лучше, не дергались до тех пор, пока по всем столицам не начали открываться врата преисподней и на помощь не подоспели остатки лихтвизенов. Ты же знаешь что Николо был капитаном одного из отрядов  лихткриггеров? А Рэйчел, тренировавшая тебя в Америке, штернвехтером?

— Знал. — с кивком ответил Маркус. — Николо показывал свою форму, какую-то странную медаль. А Рэйчел только однажды заикнулась, что была, цитирую “гвардейцем в императорской армии”.

— Ну вот. Как Дайки погиб, через четыре года, в двадцать шестом началось первое вторжение титанов. Поэтому считай что в этом году юбилей, пятнадцать лет как лихтвизены живут душа в душу с людьми.

— Понятно. И я так понимаю он был другом госпожи Юи?

— Я думаю, если бы не его судьба, поженились бы они. — Эмилия внезапно поникла. — Наверное это участь всех лихтпринцев.

— Ладно, — Маркус встал с кровати, оглядел девушку и лису, пытающуюся найти удобную позу, — спасибо, что рассказала. Я пойду к себе. Спокойной ночи, Эмилия.

— Не за что. — тихо ответила она, остановив парня в дверном проеме своими словами. — Подожди, он тебе приснился?

— Да. Как ты догадалась?

— Предположила. — пожала плечами малиноволосовая. — Иди уже, дорогой, поздно бродить по дому.

В главном тренировочном зале как всегда полным-полно желающих исправить свою физическую форму либо довести до совершенства. Активностей на любой вкус и цвет - от баскетбола и волейбола до дуэлей в теннисе и маленького футбола. В зоне с тренажерами где обычно ошивается поменьше народу, только самые преданные своему делу парни пытались установить новый рекорд в жиме от груди. Дневная тренировка идет полным ходом. Маркус занял место в тихой зоне для самостоятельных упражнений. Наблюдая за всеми, сам находясь в планке, его угла обзора не хватило, чтобы заметить до боли знакомый силуэт.

— Вернулся всё-таки? Я думала после такого не возвращаются. — Микаса моментально упала в планку рядом с ним. — Крепкий ты орешек однако.

— И тебе привет. — сухо поздоровался Маркус. — Соскучилась по мне?

— Естественно. Без тебя тут так скучно было, никто не хотел попытаться поставить меня на место. — саркастично высказалась она, слегка пошатнувшись. — Никакого веселья и сложности для меня.

— Все боятся не тебя, а твою мать. — парень тяжело выдохнул и окончательно сел на колени. — Может это мне просто повезло. Я побил тебя и при этом не превратился в кучку снега.

— Слабак. — закатила глаза Микаса, нашедшая баланс в виде прямой линии в своем упражнении, — Никогда не втягивала свою маму в конфликты, нет нужды. Да и она женщина не глупая, все прекрасно понимает. Я ей благодарна за это. — смотря вперед, девушка кивнула в сторону баскетбольной площадки. — Не хочешь пойти размяться? Там наше золотое поколение играет, они тебя быстро приведут в тонус.

— Золотое поколение? — Скрипач сдержал смех, замаскировав его под кашель. — Они что, дети шейхов, или может местных акционеров?

— Не тупи, балбес. Тут все равны, хоть ты сын императора, внук президента, без разницы. — девушка глубоко выдохнула и тоже села на колени. — Наши с тобой ровесники, вроде даже младше кто-то. Пятеро гениев, которых нашла ассоциация со всей Японии. Лучшие из лучших агентов, на них должны все опираться и бла-бла-бла… — с очевидным отвращением сказала Бабочка, вытерев пот со лба. — Слышала что их одобрил господин Кен.

— Ну, окей. Кто я такой, чтобы отказаться от вызова? Посмотрим, может помню как играть в баскетбол. — Маркус встал на ноги, похрустел пальцами и посмотрел на Микасу. — Ты со мной?

— Ой нет, ты что? За твоим провалом приятнее наблюдать издали. — последовал нахальный ответ от неё.

Парень цокнул языком и пошел навстречу баскетбольным кольцам. Ему показалось странным, что пятеро человек играют на одного кольцо, не ищут себе соперников в виде полноценной команды дабы устроить нормальный матч. Из-за нечетного количества участников игра получилась плюсом нечестной, в одной команде было двое человек, пока трое других были в накидках, отличающих как единую, вторую команду. Внезапно в сторону Маркуса полетел мяч, он его поймал и моментально с этим поймал взгляды игроков. Из пяти вышел только один, чуть ниже него, без накидки, но с типичной капитанской повязкой на руке.

— Будь добр, верни мяч. — спокойно попросил капитан, протянув левую руку на которой не оказалось половины безымянного пальца.

— Вам шестой не нужен? Не думаю что вам интересно играть в неравенстве. — Маркус показательно закрутил мяч на указательном пальце, с трудом удерживая его равновесие.

— Быстрее, иностранец! Акихико, просто выбей у него этот мяч! — выкрикнул блондин, тут же получив поучительный подзатыльник от самого высокого игрока.

— Ты же Маркус, верно? Акихико Нишимура, будем знакомы. — положение руки капитана изменилось, на этот раз для рукопожатия, которое Маркус принял, крепко пожав небольшую ладонь игрока. — Ради твоего же собственного благополучия, лучше сначала вернись в форму. Не каждый выживает после встречи с херршером. — Скрипач даже не заметил как Акихико выхватил у него мяч и отдал пас за спиной обратно своей команде. — В чем смысл выходить на площадку неподготовленным?

— Это вежливый отказ или ты испугался, капитан? — Маркус бросил вслед возвращающемуся парню, вернув себе его внимание. — Если я здесь, значит достаточно уверен в себе. К тому же, это просто дружеская игра для разогрева.

— Нет. — Акихико странно улыбнулся, смотря через плечо на Скрипача. — Ты должен стать лучше того, кем являешься сейчас. Но я заинтересован, поэтому подожду.

На лаконичной и наставнической ноте капитан вернулся к своим друзьям, из которых наиболее настойчивым в вопросах был тот самый блондин, чуть ли не запрыгнул на Акихико как только он вернулся на площадку, судя по его постоянно меняющейся гримасе и возмущению в голосе его очень беспокоила такая трата времени на простое возвращение мяча на поле. Маркус вздохнул, не было никакого смысла напрашиваться, иначе это будет еще более унизительным актом для него. Он тоже вернулся в зону для одиночек, где на матах сидела Микаса, закрывшая рот руками, готовая взорваться от смеха.

— Ну давай, давай. Посмейся что меня отшили. — прошипел Маркус, усевшись рядом с ней.

— Да уж, если тебя парни отшивают, я боюсь что будет с девушками. — все еще сдерживаясь ответила девушка, глубоко дыша, чтобы успокоиться. — Это было… постыдно.

Скрипач опустил голову, протер лицо руками и на секунду уставился в пол. Непривычная дрожь пробежала по спине, не схожая ни с каким известным ему чувством. Маркус тут же поднял голову, пытаясь визуально определить то, чего нет. Перед собой, на другой стороне зала он увидел знакомый силуэт. Девушка стояла облокотившись о стену, скрестив руки на груди, в своей привычной стойке. От увиденного у парня отпала челюсть, он как можно скорее проморгался и протер глаза, прежде чем иллюзия исчезла. На такое даже Микаса среагировала скорее тревожно, нежели со своим типичным чувством юмора.

— Хреново выглядишь, побледнел очень. — сказала она, помахав рукой перед лицом Маркуса. — Ты вообще с нами, или уже всё?

— Я снова вижу её, — хрипло ответил парень, все еще смотря на место где только что стояла Мэй, — и мне это не нравится.

— Интересно чем тебя там лечили что у тебя галлюцинации начались…

— Кажется это не галлюцинации. — Маркус поморщился, еще раз проверки ради протер глаза и встал на шатающиеся ноги. — Я лучше пойду. Неудачная первая тренировка, конечно.

Лунная ночь всегда тревог начало, никто не знает что с тобой произойдет пусть и на тихой улице. Маркус шел домой медленно, стараясь не поскользнуться на все еще скользком асфальте. Фонарные столбы блекло освещали и пустую темноту на улочке. Он изредка поднимал голову, чтобы убедиться в том, что не врежется в человека или какой-нибудь объект городского планирования. Лишь в промежутке, где свет не падал на землю, парень заметил тень. Глаза быстро адаптировались и Скрипач разглядел её, снова. Руки в карманах задрожали, не ясно от чего, от волнения или страха. Знакомый силуэт постепенно отдалялся, до тех пор пока он не окликнул его:

— Мэй? — через силу спросил Маркус, остановившись в паре шагов от девушки. — Это ты?

Она обернулась, встав в кругу света как на сцене. Некогда жизнерадостные глаза теперь излучали ничего более чем тоску и ненависть. Мэй нехотя кивнула, подтвердив догадку парня. Девушка сама лично пошла на сближение, но её шагов не было слышно вообще.

— Ты не забыл меня. — обозначила она фактом, голос у неё был непривычно хриплый. — Но забыл ли ты, как потерял меня?

— Я явно схожу с ума. — пробубнил себе под нос Маркус, опустив голову. — Не забыл. Это моя личная трагедия. Я не смог защитить тебя.

— Очень жаль, — Мэй выдержала паузу, её бледная рука дотронулась до груди Маркуса, поверх его сердца, — Ты и есть автор этой трагедии.

Снайпер задержал дыхание и прицелившись, нажал на курок. Пуля без единого препятствия на своем пути пронзила свою цель с хирургической точностью. Маркус схватился за грудь. Горящая, невыносимая боль была единственным, что он мог почувствовать в тот момент. Силуэт Мэй начал расплываться, как и все вокруг. Упав на асфальт, парень последний раз взглянул на свою окровавленную руку и на то, как девушка безразлично уходит.

— Нет… Не я. — Скрипач произнес свои последние слова прежде чем остатки жизненной силы покинули его.

На берегу, на удивление, спокойно. Море сегодня не бушует, от чего рыбак наконец-то может выловить себе еды. Сидя на куске бревна, он крепко держался за удочку, ожидая крупную добычу. Небо было пасмурным где-то вдали, штормы бушевали так далеко что никогда не достигнут его, да и знал мужчина что Повелитель океанов защитит его. Рядом трещал недавно разведенный костер, что только в нем не горело - от коры и хвороста до песка и ракушек. Когда его первый улов спустя пару часов начал подавать признаки жизни, рыбак отвлекся от своей охоты.

— Жить будешь. — спокойно заверил мужчина, его длинные и черные как смола волосы изредка колыхались под потоками ветра. — Самая необычная рыбалка за всю мою жизнь здесь, кхе-кхе.

Парень откашлял морскую воду, глаза болели из-за долгого пребывания на дне. Он поднял правую руку, вся ладонь была халтурно перебинтована, то же самое и на левой руке. Кое-как оперевшись о землю, он сел на песке, дышать по-прежнему не было так легко, как того хотелось бы. Сгорбившись, надежда была что это уменьшит боль в груди.

— Где я? — устало спросил Маркус, смотря на небольшие, голубые волны.

— В аду, сынок. — всё также непринужденно ответил рыбак, внезапно начав яростно наматывать леску. Через пару секунд на берег вылетела средних размеров рыбеха, чем-то напомнившая Маркусу лосося. — Если быть точнее, на одном из его кругов.

— Не так я себе представлял ад… Он слишком спокоен. — тяжко выдохнув, парень придерживал голову рукой, рассматривая разноцветные камни, то тут, то там валявшиеся на берегу. — Стоп, так я всё-таки… Умер?

— Ну, для кого как. Кто-то думает что он всё, того самого, откинул коньки, сейчас будет плавиться в котле. — отвечал мужчина, одновременно разделывая рыбу самодельным ножиком. — И это наверное так, только зависит многое от кого, куда ты именно попадешь.

— Угу, понял… — Маркус подвинулся чуть ближе и протянул перебинтованную руку. — Маркус.

— Михаил. Так звали при жизни, по крайней мере. — рыбак спешно ответил рукопожатием прежде чем вернуться к подготовке своего улова. — Я тебя немного подлатал, а то сижу тут, с утра, авось выпадет чего… Кидаю значиться крючок, чуть ли не сразу подцепило. Тяну, а тяжело то как! Смотрю, всплыл, ну думаю вытащу тебя. У тебя грудь пробита, руки все исцарапаны, в крови тоже, слава Повелителю океанов я ношу с собой бинты, всякое может случиться, сам вдруг поцарапаюсь, рыба на кровь не клюет, смекаешь?

— Смекаю. — парень кивнул и оглянулся, вокруг ни души. — И что мне теперь делать?

— На север пойдешь - в мороз попадешь… На западе у нас город, эдакая столица, там правит гидромант и его прислуги. Глядишь, может чего получится у тебя, как минимум не на улице спать, титаны бродят иногда.

— Титаны? Они еще не вымерли?

— Ой, не смеши мои сардины! — Михаил рассмеялся, но быстро его смех превратился в хриплый кашель. — Кхе-кхе, живее всех живых! Они пусть и огромные такие, страшные, только тоньше и хрупче чем вся улитка вместе взятая. Вообще, забавно выходит - их создают, и те кто не идут на войну, остаются здесь и их убивают, а потом все заново.

— Ясно. Спасибо, старец. Пойду я тогда, пока еще ночь не наступила.

Маркус с трудом встал на ноги, держа руку поверх раны на груди. Чем дольше он здесь находится, тем легче становится дышать, словно морской бриз исцеляет не только его тело, так еще и душу. Но рассудок парня не туманится, он помнит что с демонами надо быть осторожнее, какими бы человеческими качествами или внешним видом они не обладали. Едва отрывая стопы от земли, он пошел, как и сказал Михаил, на запад.

— Погоди, малец! — внезапно спохватился рыбак, держа в руках футляр от скрипки. — Выловил вместе с тобой, видимо судьба такая, быть музыкантом даже после смерти.

Маркус переглянулся между мужчиной и своим кейсом для скрипки, недоверчиво принял его и приоткрыв, убедился в том что это его пушка, сделанная при жизни по его заказу. Был футляр неестественно тяжелым, что-то внутри громыхало. Порывшись в окончании пушки рукой, парень вытащил свой револьвер. Ухмыльнувшись над таким издевательством судьбы, он закрыл футляр, оставив пистолет у себя за пазухой.

— Вот теперь ступай. И будь осторожен. — мужчина слегка похлопал Маркуса по плечу, поправив его испачканное кровью и грязью пальто.

— Спасибо, Михаил. — парень поклонился насколько это было возможно. — Я надеюсь мы еще встретимся. Я обязательно сыграю для тебя личную сонату.