— Так что ты собираешься делать? Когда она у нас подрабатывает, не похоже, чтобы ей чего-то не хватало, наоборот, выглядит так, будто ей это в радость. Может, мне намекнуть ей, что Нагумо беспокоится? Не уверена, что это заставит трудоголика Лили сбавить обороты, но, может, она хотя бы сама расскажет, что это за подработки?

— Да, пожалуй. Можешь?

— Да-да. Конечно, не вопрос.

Взмахнув рукой, Юка кивнула. Хадзимэ, допив свой кофе, поблагодарил её и встал.

— Прости, что разнылся. Почему-то здесь я всегда расслабляюсь. Хозяйка во втором поколении места отдыха, что манит даже Повелителя демонов, — это не пустой звук.

— Комплиментами сыт не будешь, от меня получишь только вкусные блюда и кофе. И никакой скидки.

— Вот как, а жаль.

Они обменялись лёгкими шутками. Шарф Юки уже помялся от того, как она накручивала его на палец, а постукивание носком туфли по полу напоминало чечётку.

Хадзимэ попрощался с Хироюки и Юри и вышел из заведения. Юка, проводив его взглядом, закрыла за ним дверь и обернулась, встретившись с довольными улыбками родителей.

— ...Чего?

На её настороженный вопрос Юри, женщина со спокойным нравом, ответила:

— Что же делать, Хироюки-сан? Наша дочка, похоже, совсем вошла в роль любовницы.

— М-м-м… А я бы хотел, чтобы она вышла замуж как положено.

— Да вы!.. Что вы такое говорите о собственной дочери! Я не любовница Нагумо и не собираюсь вступать в его гарем!

Юка взревела, но её слова звучали неубедительно. Готовить еду для женатого мужчины, который заходит просто так, выслушивать его жалобы, успокаивать и провожать… Даже с учётом того, что это ресторан, со стороны её поведение и впрямь напоминало поведение любовницы.

Родители лишь отмахнулись от её протестов со словами: «Знаем, знаем», — чем разозлили Юку ещё больше.

И неудивительно, что её словам не хватало веса.

Ведь постукивание носком туфли было её привычкой, проявлявшейся только в очень хорошем настроении. Причём не просто в хорошем, а когда она одновременно смущалась.

Вдобавок ко всему — багряный шарф и мягкий берет, которые носила Юка. Вообще-то, у неё был большой выбор цветов, но она, включая запасные, держала у себя только багряные. И когда приходило время покупать новые, она снова выбирала багряный. Того же цвета, что и сияние маны одного знакомого.

А привычка накручивать шарф на палец появилась у неё всего несколько лет назад. И проявлялась она бессознательно, только во время разговора с тем самым человеком.

— Эй, отец, мать? Вы меня вообще слушаете?

— Да-да, поняли мы. Давай, готовься к закрытию.

— Главное, что ты выглядишь счастливой, Юка.

— Да что ж вы за лю-ю-юди…

Популярный в городе ресторан европейской кухни «Вистерия». Резкие перепады настроения его хозяйки во втором поколении тоже были одной из местных достопримечательностей.

～～～～～～～～～～～～～～～～

Прошёл месяц с тех пор, как Хадзимэ показал свою небольшую слабость в ресторане Юки.

Сейчас вся семья Нагумо собралась в гостиной на 【~120-й Семейный совет семьи Нагумо】.

Во главе большого обеденного стола сидел Хадзимэ, а напротив него — Лилиана с крайне неловким выражением лица.

— Итак, Лили. Ты ведь понимаешь цель этого семейного совета?

— Н-ну, вроде как…

Лилиана поспешно отвернулась, но там, куда она посмотрела, сидели Юэ и остальные с явным выражением недоумения на лицах. Особенно больно ударил тот факт, что даже Мю смотрела на неё как на безнадёжного человека.

Лилиана скользнула взглядом в другую сторону, и Хадзимэ уже собирался заговорить.

Но его опередил звонок телефона.

— Ой, п-простите. Минуточку.

— Эй, ты куда?!

Проигнорировав оклик Хадзимэ, Лилиана приложила смартфон к уху. До всех доносились обрывки фраз: «договор», «деловой партнёр» и прочие слова из мира бизнеса.

Как только она, уладив дела, повесила трубку, Хадзимэ со вздохом уже собирался открыть рот.

Но его снова опередил звонок телефона.

— Ой, п-простите. Минуточку.

— …

Она ответила. На этот раз, похоже, возникла какая-то проблема со сменами на подработке. Лилиана, выслушав всё с серьёзным видом, начала быстро раздавать указания: вызвать того-то, заменить тем-то, недостающие часы покрыть так-то и так-то…

«Управление сменами — это явно не работа для подработки!» — хотелось возразить Хадзимэ, но он сдержался.

Как только она, уладив дела, повесила трубку, Хадзимэ со вздохом уже собирался открыть рот.

Но его снова опередил звонок телефона.

— Ой, п-простите. Минуточку.

— …

Лилиана ответила. На этот раз с той стороны доносились всхлипы. Утешая собеседника, а временами и отчитывая его, Лилиана, чтобы решить какую-то серьёзную проблему, возникшую из-за ошибки, достала из кармана второй смартфон и начала быстро отдавать распоряжения.

Как только она, уладив дела, повесила трубку, Хадзимэ с выступившими на лбу венами уже собирался открыть рот.

Но его опередил звук отодвигаемого стула.

— Простите, Хадзимэ-сан. Похоже, началь… кхм, штатный сотрудник, которому я поручила важный проект, допустил ошибку, и теперь мне, хоть я и на подработке, придётся вмешаться. Так что я ненадолго!

Сотрудник на подработке, исправляющий ошибки штатного. Да ещё и штатный сотрудник, который со слезами звонит подчинённому, — похоже, начальник отдела.

С каких это пор изменилось само определение подработки?

Лилиана быстро собралась и уже направлялась к выходу со словами:

— Если так пойдёт, двести сотрудников окажутся на улице! Как бригадир, я должна что-то сделать!

На лбу Хадзимэ вздулась ещё одна вена, и он произнёс одно слово:

— Шиа.

— Слушаюсь!

Ушастая жена откликнулась с полуслова и, подскочив сзади, обняла Лилиану, которая уже была на пороге.

— Ш-Шиа-сан? Простите, но мне нужно на работу…

— Да-да, остыньте-ка немного.

— А? Что? Нет, а-а-а-а!

Взвизгнувшую Лилиану бросили через себя в мастерском немецком суплексе, и она с силой ударилась затылком о пол. «Голова… голова раскалывается-я-я-я!» — кричала бывшая принцесса, катаясь по полу.

— У-у-у, за что вы так со мной? У меня же важная работа…

— Она важнее разговора с семьёй? — со вздохом спросил Хадзимэ у Лилианы, которая со слезами на глазах потирала затылок и жаловалась. «Ух…» — Лилиана запнулась, и Хадзимэ продолжил:

— Если так, то мне придётся решить проблему в корне, и тогда у тебя не будет причин туда идти.

— Э-это как, например?

— …Похоже, сегодня в прогнозе переменная облачность, временами метеоритный удар.

— Давайте поговорим.

Это действительно было бы кардинальным решением проблемы. Нет человека — нет и проблемы.

Лилиана в панике вернулась на своё место, не желая, чтобы на её место работы обрушился тот самый звёздный ливень, что когда-то уничтожил её родную королевскую столицу.

— И вообще, что это значит? Ты сама в последнее время жаловалась, что из-за работы у тебя нет времени поговорить не то что со мной, а вообще ни с кем из семьи, а теперь так просто сбегаешь с собрания, устроенного как раз для этого?

— Н-но это… Конечно, мне и самой всё это надоело! Хочется крикнуть им во весь голос: «Почему вы всё на меня сваливаете, решайте свои проблемы сами!». Но так получилось, что все стали на меня полагаться, мне доверили ответственную должность, и теперь я просто не могу уйти.

— Хотя это всего лишь подработка.

— Да, хотя это всего лишь подработка.

Хадзимэ вздохнул в который уже раз и протянул Лилиане, чей голос не скрывал вселенской усталости, заранее подготовленное ручное зеркальце.

В нём отразилось лицо трудоголика Лили с безумным, отталкивающим блеском в глазах.

Лилиана тихонько опустила зеркало.

— Нет, вы не так поняли. Я вовсе не изголодалась по работе. Это недоразумение. Благодаря этой умеренной нагрузке я с каждым днём становлюсь всё ближе к «обычной девушке»…

— Считая подработку у Сонобэ, сколько у тебя сейчас мест?

— …С-семь.

— Чем занимаешься?

— Н-немного управляю закупками и веду дела с партнёрами.

— Что ещё?

— В ресторане быстрого питания.

— Конкретнее.

— …Я руководитель подработки в центральном филиале, и мне поручено координировать семь окрестных точек.

— А тот звонок?

— Это с другой подработки в сфере общепита. Так вышло, что я стала кем-то вроде советника в головном офисе, в отделе продаж… Похоже, произошла ошибка в сделке, от которой зависит судьба компании и которая началась по моему совету. Если так пойдёт, сделку отменят. А это, в зависимости от обстоятельств, может пошатнуть положение всей компании.

Хадзимэ молча ткнул в неё зеркалом. Словно экзорцист, изгоняющий демона крестом! В отражении было лицо, которое вот-вот произнесёт: «На тебе огромная ответственность, Лили! Гу-фу-фу…».

— Прекрати-и-и-те! Не показывайте мне зеркало-о-о-о!! — тут же забилась в муках Лилиана.

…Она и впрямь была похожа на одержимую демоном.

— Так-так, внима-а-ание! Теперь, когда мы все осознали, что уровень трудоголизма Лили-тян ничуть не изменился, прошу всех высказывать свои мнения!

Сумирэ, взявшая на себя роль ведущей, постучала ложкой по столу, призывая всех к обсуждению.

— Да! — первой подняла руку Мю.

— Да, Мю-тян! — указала на неё Сумирэ вилкой. Весьма невежливо.

— Я думаю, сестричку Лили и могила не исправит!

— Кхах?!

С лучезарной улыбкой Мю выпустила словесную пулю с убойной силой антиматериальной винтовки, и Лилиана, схватившись за грудь, рухнула на пол.

— Есть! — вскочила Шиа, вытянув ушки струной.

— Да, Шиа-тян! — указала на неё Сумирэ палочками для готовки. Откуда она их только достала?

— Для прирождённых фанатиков реабилитация бессмысленна!

— Гхи?!

Звучало весьма убедительно. Вся её семья состояла из таких вот «прирождённых». Да и принцесса лесного народа, называющая себя её лучшей подругой, была величайшей извращенкой. Хотя скоро она могла стать из лучшей подруги свекровью. В этом вопросе Шиа предпочитала прятать ушки от реальности.

Тихонько подняла руку Тио. Рядом с ней с улыбкой подняла руку и Ремия.

— Да, Тио-тян, Ремия-тян! — указала на них Сумирэ лопаткой для риса. На мгновение показалось, что она возникла из воздуха… Наверное, показалось.

— Например, если бы мне в качестве реабилитации прописали умеренное шлёпанье по попке, неужто вы думаете, что это исправило бы мою натуру? Ни за что! Здесь то же самое.

— Какой сложный случай. Она хочет быть с семьёй и потому бросает работу, но без работы страдает от неудовлетворённости… Если бы только у неё было что-то ещё, кроме работы.

— У-у-у… Я такая же, как Тио-сан… Что-то кроме работы… У меня ведь ничего нет… хнык…

Лилиана впала в уныние. Она демонстративно села на корточки и начала чертить на полу круги.

— М-м, — подняла руку Юэ.

— Да, Юэ-тян! — указала на неё Сумирэ сковородкой для тамагояки. …Кажется, она достала её из рукава.

Сидевший рядом с Сумирэ Сю с горящими глазами воскликнул: «Сумирэ, ты снова отточила свои номера для вечеринок!», приходя в полный восторг.

— …Переделать?

— Хии!? Не нужно!

«Эту твою сложную натуру… переделать вместе с душой?» — Юэ встала со стула и начала разминать пальцы, а Лилиана с криком поползла назад.

Глядя на дрожащую, как Дэвис-кун, Лилиану, Хадзимэ почесал в затылке и заговорил.

— Что ж, то, что натуру Лилианы не исправить какими-то там подработками, — это факт.

— У-у, Хадзимэ-сан?

Лилиана понуро опустила плечи.

Хадзимэ обвёл взглядом Юэ и остальных. Он понял, что все пришли к единому мнению. Чтобы донести его до Лилианы, он усадил её обратно на стул.

— Лили. Раз уж двухмесячная реабилитация не дала результатов, как насчёт того, чтобы следующие два месяца вообще ничего не делать?

— Ничего не делать?

На недоумённый вопрос Лилианы Хадзимэ кивнул и сделал предложение, которое, в некотором смысле, стало для неё шоком.

— Бросай все свои подработки и два месяца будь хикикомори.

— А?

Так, единогласным решением 【восьмидесятого или сто тридцатого, да какая, в общем-то, разница, семейного совета семьи Нагумо】 было постановлено: превратить принцессу из другого мира в хикикомори.

Кстати, оплошность того самого проштрафившегося отдела продаж, по слёзной просьбе Лили, кое-как уладил Хадзимэ. Разумеется, методом, отличным от «переменной облачности с метеоритными ударами».

Благодарю вас за чтение.

А также за ваши отзывы, мнения и сообщения об опечатках.