Залитый тёплым оранжевым светом зал не выглядел роскошным, но был наполнен изысканной и спокойной атмосферой.

По вечерам в выходные дни в этом популярном ресторанчике обычно не бывает свободных мест, однако сегодня он пустовал — ни единого посетителя.

— Юка, уже скоро, не так ли? Нана-тян и Таэко-тян, вы тоже можете заканчивать.

— Правда? Тогда, пожалуй, на этом всё.

Услышав эти слова, одна из Возвращенцев, Сонобэ Юка, сняла свой рабочий фартук. Следом за ней, с облегчёнными вздохами, то же самое сделали Миядзаки Нана и Сугавара Таэко.

Обратился к Юке хозяин заведения и по совместительству её отец, Сонобэ Хироюки. Рядом с ним стояла её мать, Сонобэ Юри. Да, этот ресторанчик — семейное дело семьи Сонобэ.

Причина, по которой Хироюки отпустил свою дочь и двух её подруг с работы в пять часов вечера, когда обычно начинается самый наплыв посетителей, была проста: именно в их ресторане должна была состояться встреча в честь первой годовщины возвращения Хадзимэ и остальных. Юка с подругами лишь помогали до назначенного времени.

До встречи оставалось около пятнадцати минут. «Может, кто-то уже пришёл?» — едва успела подумать Юка, как дверь ресторана со скрипом отворилась.

— Йо. Мы что, первые? — поприветствовал всех вошедший Тамаи Ацуси. За ним с такими же лёгкими приветствиями показались Айкава Нобору и Нимура Акито.

— Точно. Надо же, пришли за пятнадцать минут до начала. Какая пунктуальность.

— Да не, просто я обед пропустил и умираю с голоду. Может, дадите чего-нибудь перекусить?

— Слушай, ты. Осталось совсем чуть-чуть, так что потерпи.

Похоже, Ацуси и его друзья были очень голодны. Видимо, они развлекались всё это время, забыв про обед. С недовольным «Ну блин-н-н…» компания потянулась к зарезервированному столу и уже взялась за стулья.

И тут…

— Эм… Вообще-то, я думаю, что первым пришёл я.

— Уо-а?! Ты ещё кто?!

— А, Эндо! Ты что, здесь был?!

— Да ладно. С каких это пор?!

— Мы ведь даже не слышали звонка колокольчика!

Как оказалось, самым первым прибыл человек со столь слабой аурой, что его не заметил бы даже Апостол Божий — Эндо Косукэ. Когда Косукэ с отсутствующим видом ответил: «Я просто вошёл, поздоровался и сел… как обычно», — Юка и остальные с непередаваемым выражением лиц принялись извиняться и утешать его.

Подсаживаясь к Косукэ, Ацуси спросил:

— И всё же, чего так рано? А где Нагаяма и остальные? Вы сегодня не вместе?

— В последнее время мы не так часто ходим вместе. Дзюго и Кэнтаро, кажется, пошли куда-то с Цудзи и её компанией… а я учился.

Услышав ответ Косукэ, Юка понимающе кивнула.

— Ах да, Эндо-кун, ты ведь собираешься стать врачом? И после выпуска планируешь переехать туда, верно?

— Он же изучает современную медицину ради зверолюдей вроде Ланы-сан и племени Хаулия, которые не могут пользоваться исцеляющей магией. Поразительно, как у него на всё хватает сил, учитывая, что у него не просто отношения на расстоянии, а на межмировом расстоянии.

Как и сказала Нана, Косукэ, который на Тортусе наконец-то заполучил в возлюбленные сестрицу-ушастика, теперь усердно готовился к поступлению в медицинский, чтобы в будущем хоть как-то помочь племени Хаулия, изучая методы лечения без зелий и магии — то есть, современную медицину. Кроме того, он не забывал оттачивать свои навыки ассасина, а также изучал армейский рукопашный бой, техники выживания, сельское хозяйство и даже искусство ведения переговоров. В общем, был по уши в делах. И всё это — ради любимой.

Правда, за последний год он столько раз оказывался втянут в разные теневые дела по всему миру, что его образ «незаметного парня» начал трещать по швам. За ним даже увязались какие-то сомнительные личности (среди которых было несколько девушек)… В каком-то смысле, он погрузился в теневой мир глубже, чем кто-либо из Возвращенцев, отчего частенько хватался за голову.

Глядя на Косукэ, уставившегося в пустоту, Юка и остальные, сочувственно улыбаясь, решили подбодрить своего одноклассника, который трудился не покладая рук. Они назвали имя, данное ему в знак принятия в племя Хаулия как нового члена семьи.

— Косукэ Э. Абисгейт-кун, держись!

— Прекратите! Я же просил не называть меня так, когда рядом нет никого из племени Хаулия!

Косукэ от стыда закрыл лицо руками и уткнулся в стол. И чего, спрашивается, стесняться имени, дарованного прекрасной сестрицей? Ведь во время Битвы Богов он сам выкрикивал его, набрав для Объединённой армии наибольший счёт убийств в боях с Апостолами.

— Эй-эй, что стряслось, Абисгейт-сан? Нехорошо себя чувствуешь, Абисгейт-сан?

— Абисгейт — отличное имя, Абисгейт. Члены племени Хаулия были от него в восторге, Абисгейт.

Ухмыляясь, Ацуси и Юка тыкали Косукэ с обеих сторон. Тот лишь мотал головой, обхватив её руками и причитая: «Перестаньте, прекратите!»

— Я, Косукэ Э. Абисгейт, прибыл!

— Хмф, не видишь меня? Ещё бы. Скрытого во тьме, меня никому не поймать…

— Заруби на носу имя Когтей Ураганной Тени!

Нобору с энтузиазмом процитировал его, Нана тут же подхватила, а Акито, приняв пафосную позу, в точности воспроизвёл образ Косукэ из прошлого. Полоска его душевного здоровья рухнула в красную зону. Таэко лишь молча отвернулась, а её плечи мелко подрагивали.

И в этот момент раздался голос, полный искреннего сочувствия и сострадания к тяжёлой доле Косукэ.

— Вы… что творите? Это уже переходит все границы жестокости. Что вам сделал Эндо?

— На-Нагумо! Друг мой сердечный! Наконец-то ты пришёл!

Оглянувшись, они увидели, что группа Хадзимэ, незаметно вошедшая в ресторан, уже стояла совсем рядом. Косукэ, чуть не плача, бросился к ним и, спрятавшись за спиной Хадзимэ, перешёл в контратаку:

— Вы! Говорили что хотели! А теперь посмотрите на этого реального владельца гарема! И вспомните, каким Нагумо был раньше! Вспомните, как его называли в племени Хаулия! По сравнению с ним я просто блекну! И нет, я не про свою ауру! Я про его тюни…

Раздался сочный шлепок, и Эндо, совершив тройной пируэт, рухнул на пол, аккуратно сложив ноги.

— …Чем ты меня сейчас ударил?

— …Прости. Как-то само получилось.

На тихий вопрос Эндо, в глазах которого стояли слёзы, Хадзимэ неловко отвёл взгляд. Их двоих сблизила общая беда: оба получили от Хаулия сомнительные прозвища, которые разлетелись по всему миру. Кроме того, за прошедший год они довольно часто пересекались в теневом мире, так что успели сдружиться. Общая душевная боль и тот факт, что их возлюбленные были из одного племени, тоже сыграли свою роль.

— Юка-сан, спасибо, что предоставили нам сегодня ресторан. Может, нужна какая-то помощь с готовкой?

— Всё в порядке, Шиа-сан. Мы с Наной и Таэ уже почти всё закончили, да и отец с матерью полны энтузиазма.

Юка с улыбкой покачала головой в ответ на предложение Шиа. И вправду, заметив Хадзимэ, Хироюки отложил дела и подошёл к ним.

— Привет, Хадзимэ-кун. Добро пожаловать в наш ресторан. Я давно хотел вас всех пригласить.

— Спасибо за гостеприимство. И за то, что закрыли ресторан ради нас… очень выручили. Учитывая повод для встречи, посторонние взгляды были бы ни к чему.

— Ну что ты, это пустяки. …Ты ведь тот, кто вернул нам нашу дочь. Никакой благодарности не хватит, чтобы выразить всё, что я чувствую. Единственное, что я могу сделать, — это угостить вас лучшими блюдами нашего ресторана, так что сегодня я выложусь на полную. Надеюсь, вам всё понравится.

— Конечно. Эндо, Тамаи и остальные так нахваливали вашу кухню, что я с нетерпением ждал этого дня.

Видя, как вежливо Хадзимэ общается с отцом Юки, Ацуси и остальные начали перешёптываться: «А Нагумо, говорящий на вежливом языке, — это так дико», «Повелитель демонов определённо стал мягче», «Ну, в Японии он вряд ли станет палить из пистолета направо и налево. Поневоле станешь мягче», «Да ладно тебе, Сугавара. Кто знает? Для Нагумо замести следы — раз плюнуть. Может, он уже парочку прикончил…»

Сокровищница на безымянном пальце левой руки Хадзимэ слабо засветилась. Интересно, какое оружие из своего почти безграничного арсенала он собрался достать?.. В тот же миг парни выпрямились на стульях и с самым невинным видом принялись попивать свои напитки. Похоже, они уже научились правильно обращаться с Хадзимэ.

— И всё-таки, Хадзимэ-кун, все твои жёны — настоящие красавицы, — сказала Юри, вытирая руки о фартук и подходя сзади к мужу. — Добро пожаловать. Будьте как дома.

Юэ и остальные поблагодарили её и тоже выразили признательность за предоставленное помещение.

Юри, с улыбкой глядя на них, понимающе кивнула, а затем, повернувшись к Хадзимэ, произнесла:

— Так когда же ты, Хадзимэ-кун, возьмёшь в жёны и нашу Юку?

— Ч-что?! Мама?! Что ты такое говоришь?!

От неожиданных слов матери Юка поперхнулась напитком и вскрикнула. Ацуси, Каори и Сидзуку тоже ошарашенно уставились сначала на Юри, а потом на Юку.

А виновница переполоха, Юри, лишь хихикнула: «А что, нельзя? Я лично совсем не против такого зятя, как Хадзимэ-кун».

Мать Юки, хоть и казалась спокойной и мягкой женщиной, видимо, относилась к тому типу людей, что неосознанно бросаются бомбами. Юка, оставив мать в покое, повернулась к Хадзимэ, чтобы извиниться… и застыла, увидев прямо перед собой сияющую улыбку Каори.

— Э-это, Каори? Я…

— Всё в порядке, всё в порядке, Юка-тян. Я всё-всё понимаю. Давай-ка пока пройдём в дальний зал? Если хочешь быть рядом с Хадзимэ-куном, то тебе нужно кое-что знать, и я тебе всё подробно расскажу.

— Нет-нет-нет-нет, я, пожалуй, откажусь! Мне совсем не нужно этого знать!

— Хм-м, это значит, что тебе плевать на Хадзимэ-куна? Да? Да?

— Какая же ты приставучая. Я давно это заметила, но когда дело касается Нагумо, ты становишься невыносимой.

— Такими словами ты от меня не отделаешься! Ну же, Юка-тян, пойдём, поговорим?

Схватив Юку за плечо, Каори потащила её вглубь ресторана. По пути Юка умоляюще смотрела на Ацуси и остальных, но все они, как по команде, синхронно отвернулись. Юка впала в отчаяние!

— Хах, Хадзимэ. Я беспокоюсь за Юку, так что тоже пока посижу с ними.

— Да, доверю Каори тебе. Спаси Сонобэ, пока у неё от ужаса душа из тела не вышла.

— Поняла.

Даже спустя год после возвращения Сидзуку всё так же страдала от своей роли вечной няньки. Впрочем, теперь у неё был возлюбленный, который вознаграждал её за все мучения, так что она, кажется, совсем не жаловалась.

Пока семья Сонобэ создавала лёгкий переполох, постепенно начали собираться и остальные одноклассники-Возвращенцы.

Прибыла бывшая группа Нагаямы: Нагаяма Дзюго, Номура Кэнтаро, Цудзи Аяко и Ёсино Мао. Вслед за ними, во главе с Накано Синдзи и Сайто Ёсики, подтянулись почти все остальные.

Из приглашённых сегодня не хватало только Рютаро, Судзу и Айко. Все знали, что Коки находится на Тортусе, так что его ждать не было смысла. Айко тоже заранее предупредила, что задержится по работе. Таким образом, оставалось дождаться лишь Рютаро и Судзу.

— Назначенное время уже прошло… — пробормотал Хадзимэ, взглянув на часы. Они действительно показывали уже начало шестого. Столы ломились не только от классических блюд западной кухни, но и от закусок вроде картофеля фри, караагэ, мини-пиццы и безалкогольных напитков.

Каори, обеспокоенная тем, что что-то могло случиться, достала смартфон, чтобы позвонить им. Но в этом не было необходимости.

— Опа, простите! Опоздал!

— Извините! Рю-кун был так взбудоражен, что мне пришлось его успокаивать!

С этими извинениями в зал ворвались Судзу и Рютаро. Хадзимэ и остальные уже хотели сказать «не парьтесь», но слова застряли у них в горле. Все взгляды устремились в одну точку.

…На их сцепленные пальцами руки — так называемый «замочек влюблённых».

Заметив это, Судзу воскликнула «Ах!» и попыталась выдернуть руку. Но из-за крепкой хватки и того, что большая ладонь Рютаро полностью скрывала её маленькую ручку, сделать это без его согласия было не так-то просто.

— Кстати, Судзу-тти, ты сейчас назвала Сакагами «Рю-куном»?

— …Серьёзно? Неужели наконец-то свершилось? Хотя, для Сакагами и Танигути это было ожидаемо.

Нана, у которой был острый слух, тут же обратила внимание на то, как Судзу назвала Рютаро (после его признания она решила обращаться к нему более ласково), а Ацуси на это отреагировал со смесью досады, удивления и понимания.

— Хо, и когда это вы успели так сблизиться? — с усмешкой спросил Хадзимэ.

Рютаро, поняв, что их отношения мгновенно стали достоянием общественности, немного смутился, но всё же…

— Час назад! — доложил он, показав большой палец и ослепительно улыбнувшись. В тот же миг Судзу залилась краской, а по залу прокатился изумлённый гул: «О-о-о-о!». Сразу же послышались поздравления от девушек: «Поздравляем!», и завистливые выкрики парней: «Сакагами, ты, качок, нашёл себе девушку… Сдохни!», «Взорвись!», «Я тоже хочу девушку! Кто-нибудь, встречайтесь со мной!».

Кстати, призыв встречаться был вежливо проигнорирован. Синдзи тихонько всплакнул.

Сидзуку и Каори первыми начали бурно поздравлять новоиспечённую пару. И вот, когда все были в сборе, Хадзимэ встал и поднял бокал. Остальные одноклассники и его спутницы последовали его примеру.

— Итак, мы пережили нечто невообразимое — попали в другой мир. Но сейчас мы стоим здесь, на родной земле, и празднуем первую годовщину нашего возвращения. Год в другом мире и год после возвращения были безумно шумными… но ни об одном из них я не жалею. Я говорю это от всего сердца.

Услышав тихие, полные глубоких чувств слова Хадзимэ и увидев его спокойный и мудрый взгляд, все присутствующие, включая Юэ и остальных, согласно кивнули.

Были и те, кто не смог вернуться. Но даже с учётом этого, каждый из них чувствовал, что всё было не зря.

— Я не знаю, какой путь выберет каждый из нас в будущем, но мы, познавшие истинный смысл слова «сражаться», справимся с любыми трудностями. Не так ли?

В ответ раздалось дружное и уверенное мычание. Хадзимэ тоже глубоко кивнул.

— Поэтому, думаю, этих слов для тоста будет достаточно. …За два года, что мы преодолели, и за все трудности, что ждут впереди! Выпьем до дна!

— ДО ДНА-А-А!!!

Так началась их вечеринка.

Они вспоминали о времени, проведённом в мире Тортус, делились мыслями о прошедшем годе, вовсю подшучивали над старыми и новыми парочками, издевались над Косукэ, бессмысленно шумели, много ели и пили, потеряли из виду Косукэ и снова шумели.

Позже к ним присоединилась Айко, закончившая с работой. Она тут же устроила тихие любовные игры с Хадзимэ, куда немедленно вклинилась Юэ в своём взрослом режиме. Не желая отставать, Шиа и остальные тоже облепили Хадзимэ, создав вокруг него привычное розовое пространство, что вызвало новую волну шума среди одноклассников. Казалось, они всем своим существом наслаждаются жизнью, и празднование годовщины возвращения проходило с невероятным размахом.

Со временем, когда вечеринка была в самом разгаре, кто-то обмолвился, что хотел бы снова побывать на Тортусе. Конечно, не в смысле переехать туда, а просто навестить друзей и знакомых.

Во время разговоров они вспомнили Лилиану, горничных из королевского дворца, товарищей по оружию, с которыми сражались в решающей битве, и людей, помогавших в восстановлении, и им захотелось увидеться.

Услышав это, Хадзимэ хитро улыбнулся и как бы невзначай бросил:

— Ну так что, может, сгоняем к ним прямо сейчас?

Чтобы открыть Врата между мирами, требуется колоссальное количество маны. При возвращении с Тортуса на Землю им пришлось использовать псевдо-Божественные кристаллы, применить всевозможные техники для сбора природного элемента маны, влить всю ману читеров, и даже тогда на это ушёл целый месяц.

На Земле, где элемента маны почти нет, для открытия врат Хадзимэ и остальным пришлось бы копить свою внутреннюю ману на полной мощности как минимум пять месяцев.

В первый раз Врата открылись через пять месяцев после их возвращения, и ещё через пять — во второй. Так что, по логике вещей, следующие должны были открыться не раньше, чем через три месяца.

— Эй, Нагумо. Мы уже давно ничему не удивляемся и не сомневаемся в тебе. Так что выкладывай. Что ты натворил?

— спросил Рютаро с выражением, в котором смешались смирение и восхищение. Все одноклассники уставились на Хадзимэ. Тот неторопливо поднял правую руку, активировал Облачение в молнию, и по ней забегали багряные искры.

— Это Облачение в молнию — врождённая магия, преобразующая ману в электричество. Если ману можно превратить в электричество… то почему бы не сделать и наоборот?

— Подождите-ка, Хадзимэ-кун. У меня очень плохое предчувствие, — сказала Айко, и её щека дёрнулась. — Примерно месяц назад в одном городе произошло массовое отключение электричества. Его быстро восстановили, но… кажется, там рядом была атомная электростанция.

Все остальные тоже догадались, что натворил Хадзимэ, и их лица вытянулись.

— Всё как вы и думаете. Я немного позаимствовал электроэнергию с атомной электростанции. Пришлось повозиться с разработкой метода преобразования и созданием специального Артефакта, но в итоге я добился успеха.

— Не «добился успеха»! Ох, стоило только отвернуться, и вы такое вытворяете…

Хадзимэ с самодовольным видом признался, что укра… позаимствовал энергию у АЭС. Айко схватилась за голову, пытаясь унять головную боль, а остальные лишь уставились в пустоту.

Кстати, отключение электричества в городе стало для Хадзимэ неприятным сюрпризом, но теперь он научился преобразовывать энергию, не влияя на электроснабжение.

Не обращая внимания на ошеломлённых одноклассников, Хадзимэ достал из Сокровищницы II Кристальный ключ и Компас, без малейших колебаний вонзил их в пустоту и с лёгкостью открыл дверь в другой мир.

— Ну что, не идёте?

Хадзимэ, как всегда, был невозмутим, несмотря на содеянное. Одноклассники, махнув на всё рукой, с громкими криками шагнули во Врата.

Они оказались в большом зале одного из крыльев нового королевского дворца Королевства Хайлих.

Хадзимэ оставил Лилиане и другим Артефакты, сообщающие об открытии Врат, так что они уже должны были быть в курсе.

И действительно, вскоре послышался топот нескольких пар ног.

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появилась запыхавшаяся Лилиана. Увидев Хадзимэ, она со всех ног бросилась к нему.

Все ожидали, что она, как обычно, с переполненными чувствами бросится ему на шею, но…

Из уст Лилианы вырвались совершенно неожиданные слова.

— Беда! У нас беда! Кажется… Кажется, Коки-сана призвали в какой-то другой мир!

— А?

На недоумённый возглас Хадзимэ одноклассники отозвались таким же «А?». И неудивительно. Ведь их самих призвали в этот мир. Что несёт Лилиана? Их замешательство было вполне объяснимо.

А она продолжала:

— Это правда! Внезапно с небес раздался голос: «Я нашёл вас, господин Герой. Прошу, спасите мой возлюбленный мир», у Коки-сана под ногами появился невиданный магический круг, и… он исчез! Примерно неделю назад!

И тут до одноклассников наконец дошло.

Получается, Коки, призванного в другой мир в качестве Героя, снова призвали в качестве Героя… в какой-то третий мир.

— ЧТО ЗА БРЕДЯТИНА-А-А-А-А-А-А-А?!

Рютаро, который с нетерпением ждал встречи с Коки, первым выкрикнул то, что было на уме у каждого.

Похоже, мир всё ещё не собирался оставлять Хадзимэ и его друзей в покое.