«Значит, её настольными книгами стали „Врата Асуры“, „Боец Баки“ и „Наруто“, да?.. В каком-то смысле, это, быть может, и есть карма Японии».

Эмили с криком: «А ну, стоять!» — бросилась в погоню за Ванессой, её хвостик на боку так и подпрыгивал. Косукэ, с отсутствующим видом заметив названия комиксов, когда Ванесса их убирала, побрёл следом.

～～～～～～～～～～～～～～～～

Солнце клонилось к западу, окрашивая небо в яркие оранжевые тона. Автомобиль, который вела Ванесса, скользил по прямой, уходящей за горизонт трассе.

В салоне Косукэ и Эмили утоляли голод, уплетая бургеры и картошку фри из известной сети быстрого питания, купленные в придорожном кафе.

— Эмили, ты чего? — внезапно спросил Косукэ.

Эмили, которая, словно белка, потихоньку грызла картошку, перевела задумчивый взгляд с окна на него.

— В смысле?

— Да нет, просто у тебя был такой отсутствующий взгляд. Устала?

— А-а, нет-нет. Всё в порядке. Просто я хорошо знаю эти места, вот и нахлынуло... чувство, что я вернулась домой. Но в прошлый раз у меня было столько историй, а сейчас...

Похоже, сравнение нынешнего возвращения домой с прошлым пробудило в ней тяжёлые чувства. Подобно тому как оранжевый закат беспричинно навевает тоску, вид родных пейзажей и пылающего неба вызвал в душе Эмили непередаваемую печаль.

Косукэ, знавший, через какой ад пришлось пройти Эмили за последние дни, не знал, что и ответить. Он понимал, что нужно что-то сказать, но не мог подобрать нужных слов, лишь растерянно блуждал взглядом. В такие моменты он завидовал подвешенному языку одного известного Подстрекателя.

Заметив его состояние, Эмили слабо улыбнулась, залпом допила свой напиток и ещё раз повторила:

— Я в порядке.

Ванесса, наблюдавшая за этой сценой в зеркало заднего вида, решила, видимо, взять инициативу на себя и робко обратилась к Эмили:

— Эм, доктор Грант...

— Ну же. И ты, Ванесса, не беспокойся. Я в порядке.

— Нет, не могу с вами согласиться, доктор Грант. Предел наступает быстрее, чем кажется.

Её на удивление серьёзное лицо отразилось в зеркале. Эмили на миг потеряла дар речи. Косукэ же с восхищением подумал: «Всё-таки следователь Бюро Общественной Безопасности. Знает, как поддержать людей, попавших в беду».

— Ваш мочевой пузырь... он точно в порядке?

— Ты о чём вообще беспокоишься?!

Конечно же, она беспокоилась о достоинстве Эмили-тян, девочки, которая не всегда добегала до туалета.

— На прошлой остановке и на заправке до этого вы не ходили в туалет, доктор Грант. При этом вы выпили большую колу и две чашки кофе. Я очень беспокоюсь, что вы снова можете пострадать.

— Э-э-э-это...

— Однако не думаю, что доктор Грант, уже дважды допустившая столь болезненную оплошность, стала бы вести себя так легкомысленно. Доктор Грант...

— Ч-что?

В глазах Ванессы в зеркале заднего вида промелькнул огонёк, когда она посмотрела на Эмили, которая от стыда и настороженности уже съёжилась вдвое.

— Неужели... вы пробудились?

— В-в каком смысле?

Наивная Эмили-тян не поняла вопроса. Сидящий рядом с ней юноша, разумеется, всё понял. Ванесса, собравшись с духом, спросила:

— К наслаждению от мочеиспускания.

— Идиотка-а-а-а-а!! Да с чего бы мне к такому пробуждаться?! Ты что, хочешь сделать из меня извращенку?!

Неизведанный мир Эмили, часть вторая. Да не может быть людей, которым нравится мочиться на публике! Если такие и есть, то они точно извращенцы!

Конечно, Эмили не пробуждалась к столь специфическим удовольствиям. Поэтому она в панике повернулась к Косукэ: «Это неправда! Честно, неправда! Я не такая извращенка! Поверь мне, Косукэ!»

— Д-да успокойся. Я и не думаю, что ты извращенка.

— Правда? Честно-честно? Косукэ...

Эмили хотела что-то сказать, но тут её мастерски перебила Ванесса — в своём неповторимом стиле.

— Значит, не пробудились... А Мистеру Кею, должно быть, жаль?

— Да быть того не может! Не выставляй меня извращенцем, будто так и надо!

— К-к-ко, Косукэ?! Т-ты хочешь моего... «этого»? Тебе больше нравится, когда я веду себя как извращенка?! Но... мне будет неловко!

— Да ничего подобного! И почему ты вообще сомневаешься?! Что значит «неловко»?! Тут надо решительно всё отрицать!

Ванесса, сеющая хаос. Её талант проявился во всей красе, и Косукэ с Эмили окунулись в пучину безумия!

— Хм. Несмотря на то что впереди вас ждут большие трудности, вы полны энергии. Боевой дух у вас обоих на высоте.

— Да замолчи ты уже!!

— Ты бы уже помолчала!!

Резкое возражение Косукэ и Эмили прозвучало в идеальном унисоне. Ванесса лишь сделала вид, что ничего не понимает.

Пока Эмили отчаянно оправдывалась перед Косукэ, а тот пытался её успокоить, оставив Ванессу, которая как ни в чём не бывало разбрасывалась словесными бомбами, пейзаж за окном резко изменился.

Они въехали в город. Здесь были и высокие здания, но в целом атмосфера царила довольно старомодная.

— Ванесса, проезжай через центр и держи курс на север. Скоро покажется река. Там рядом есть заведение с вкусными пирогами. У него милая вывеска, сразу увидишь.

— Поняла. Я здесь впервые... Довольно красивый город.

Элегантные здания кирпичного цвета соседствовали с современными, полностью остеклёнными, но они ничуть не портили друг друга. Наоборот, создавалось впечатление гармонии, будто новое и старое мирно уживаются вместе.

Несмотря на то что солнце почти село, лица местных жителей были умиротворёнными. Они неторопливо прогуливались по брусчатке, неся пакеты с продуктами. Город казался тихим и уютным, время здесь текло медленнее.

Это ощущение только усилилось, когда они выехали из центра в пригород. Вокруг стало больше зелени, показались аккуратные ряды домов одного цвета и стиля, отбрасывающие одинаковые тени. Казалось, даже свет заката стал мягче.

Ванесса вела машину, следуя указаниям Эмили. В отличие от девушки, которая была немного взбудоражена возвращением домой после долгого отсутствия, Косукэ сохранял разумное напряжение, готовясь к возможной засаде со стороны вражеских сил.

Но, вопреки ожиданиям, никаких подозрительных чёрных седанов поблизости не оказалось. Вокруг резвились и смеялись дети, а их родители с улыбкой звали их домой. Атмосфера была на удивление мирной, ничто не предвещало беды.

— А, вон там! Тот дом, у которого припаркован белый фургон! Свет горит. Похоже, отец с матерью дома.

В голосе Эмили прозвучало облегчение. Белый фургон принадлежал её отцу, Карлу. Он купил его несколько лет назад, чтобы возить бабушку Шилу вместе с инвалидным креслом, и до сих пор выплачивал кредит. Рядом стояла синяя малолитражка — машина её матери, Софи.

Машина остановилась перед домом. Эмили уже собиралась выскочить, но Ванесса её остановила. Осторожно осмотревшись из машины, она достала из-за пазухи пистолет и передёрнула затвор.

— Действуем осторожно. И ни в коем случае не отходите от меня, доктор Грант.

— Д-да. Я понимаю.

Положив руку на ключ зажигания, Ванесса бросила взгляд на Косукэ. Обычная беззаботность исчезла с его лица, он серьёзно осматривался по сторонам, но вскоре на его лице отразилось недоумение.

— Мистер Кей, что-то не так? Почувствовали что-то неладное?

— ...Нет, ничего неладного. Ничего... и именно это и неладно.

— ? Что вы имеете в виду?

Косукэ не сразу ответил на вопрос Ванессы, продолжая пристально смотреть на дом. Его необычное поведение встревожило Эмили, и на её лице проступила тень беспокойства. Наконец Эндо покачал головой и, стараясь не напугать девушку, тихо сказал:

— ...В доме не чувствуется ничьего присутствия.

— Что?

Эмили недоумённо наклонила голову. Машины родителей на месте, свет в доме горит — всё указывало на то, что они дома. Но он говорит, что там никого нет. Нехорошее предчувствие закралось ей в душу.

Ванесса тоже удивлённо приподняла бровь. Она не нашла ни следов борьбы, ни прячущихся в тени людей, ни подозрительных машин, не вписывающихся в пейзаж. Для неё «признаки» — это нечто видимое, «следы присутствия людей».

Как он мог знать, что происходит внутри дома, не видя его?

— В любом случае, сидеть здесь бессмысленно. Пойдёмте посмотрим. Может, они просто вышли ненадолго к соседям.

— Д-да, точно. Наверное, так и есть.

Заметив тревогу на лице Эмили, Косукэ поспешил их поторопить и первым вышел из машины. Вопрос Ванессы так и остался без ответа.

Они пересекли ухоженный газон, поднялись по пандусу для инвалидной коляски, который выглядел совсем новым, и подошли к входной двери.

Эмили нажала на звонок и позвала:

— Папа! Мама! Бабушка! Это Эмили! Вы где?

Но, как и предсказывал Косукэ, из дома никто не ответил.

Эмили решила, что раз никого нет, дверь, конечно же, заперта, и достала из сумочки ключи. Она вставила ключ в замок, чтобы открыть, но...

— А, что?

Дверь была не заперта. Даже в таком тихом районе никто бы не оставил дом открытым, уйдя всей семьёй. Лицо Эмили исказилось.

— Папа! Мама! Это я! Вы где?! Бабушка! Куда вы все подевались?!

— Доктор Грант! Успокойтесь!

Эмили распахнула дверь и, не в силах больше ждать, шагнула в дом. Ванесса в панике попыталась её остановить.

Но Эмили её не слышала. Тревога за семью из-за странных событий, происходящих в её доме, разрывала ей сердце. Отчаянно борясь с подступающим страхом и паникой, она металась по дому, зовя родных. Она так хотела сказать им, как обычно, «я дома» и услышать в ответ «с возвращением».

Но ни в гостиной, где всё ещё горел свет, ни на кухне, где в это время должна была стоять её мать в фартуке, ни в ванной, ни в спальнях на втором этаже, ни в её собственной комнате — никого не было.

— Н-нет, это не то. Они просто все куда-то вышли. Д-да, точно. Наверное, пошли к Макберни или к тётушке Ханне.

— Эмили.

— Подождите, я их сейчас позову. А потом познакомлю вас и с Ванессой, и с Косукэ, и...

— Эмили Грант!

— !

Эмили с натянутой улыбкой уже собиралась выйти из дома, но Косукэ остановил её резким окриком. Она вздрогнула и, словно несмазанный механизм, медленно обернулась.

Перед её глазами предстала суровая фигура Косукэ, который держал в руках планшет, лежавший на столе в гостиной. Эмили не заметила его раньше. Но она была уверена — это не вещь семьи Грант.

Потому что...

— Это мне, значит...

Да, на включённом экране планшета было написано имя: Ванесса Паради. Семья Эмили, которая даже не знала о существовании Ванессы, никак не могла приготовить такое.

А это означало, что всего несколько часов назад в этом доме побывал кто-то, кто не принадлежал к семье Грант, но знал Ванессу...

Лицо Эмили стало белым как полотно. Она пошатнулась, и Косукэ тут же подхватил её.

По его взгляду Ванесса поняла, что нужно делать, и коснулась планшета.

На экране появилось изображение какой-то комнаты. Обычная однокомнатная квартира, не выглядящая заброшенной. Внутри стояли тканевый диван и деревянный стол. Людей не было. Похоже, это была запись с установленной камеры.

Спустя мгновение дверь в углу кадра открылась. В комнату въехала инвалидная коляска с пожилой женщиной. Коляску вёз мужчина лет сорока с немного робким видом, а рядом с ним, испуганно озираясь, шла женщина примерно того же возраста, вцепившись в его руку.

— Бабушка! Папа! Мама!

Отчаянный крик Эмили эхом разнёсся по комнате.

На них не было видно следов насилия. Они выглядели так, будто их просто привезли сюда, не объяснив причин. Но это не стало утешением. Увидев свою похищенную семью, Эмили безвольно рухнула на пол.

В тот же миг видео прервалось, и экран погас. А затем на нём медленно появилось время, на несколько часов опережающее настоящее, и следом — карта со спутниковым снимком. Постановка выдавала извращённый вкус похитителей.

— Это... похоже на складской район. Какая наглость, — процедила Ванесса.

Рядом с ней Эмили сжалась в комок, обхватив голову руками. Череда событий, ставших для неё травмой от потери близких, пронеслась в её сознании.

Может быть, она потеряет и семью...

Этот страх подавил миссию, возложенную на неё братьями и сёстрами, и столкнул Эмили в бездну отчаяния. Ей хотелось плакать и умолять, обещая сделать всё, что угодно, лишь бы её семью не трогали.

Но тут она услышала мягкий, но строгий, тёплый, но пронзительный голос.

— Эмили, всё будет хорошо. Не знаю, кто эти люди, но ни в доме, ни на твоей семье нет следов борьбы. Им нужно твоё сотрудничество, поэтому они могут угрожать твоей семье, но не посмеют причинить им вред. Они понимают, что это только заставит тебя отбросить отчаяние и возненавидеть их.

— Косукэ...

Косукэ осторожно взял руки Эмили, которыми она обхватила голову, и медленно опустил их.

— Ты знаешь, каково это — быть единственной, кого оставили в живых, кому позволили сбежать, на кого возложили надежду. Если ты сейчас сдашься, всё повторится.

— Нет, не хочу! Я не хочу этого больше!

Лицо Эмили исказилось, и она закричала. Косукэ кивнул: «Вот именно», — и, потянув её за руку, заставил встать.

— «Если в жизни и есть момент, когда нужно собрать всю волю в кулак, — то это он. Сожги дотла свою душу, но сделай это сейчас».

— А?

— Это слова моего друга. Но когда-то они помогли мне, потерпевшему сокрушительное поражение, снова подняться на ноги. Они дали мне сил бросить вызов чудовищам, поставив на кон всё. Благодаря им я сейчас здесь.

— Косукэ...

Эмили потеряла дар речи. Настолько «тяжёлыми» были слова Косукэ. Они отозвались в самых глубинах её ослабевшей души.

Его пронзительный взгляд, словно у закалённого в боях воина, смотрел прямо на неё.

— Для Эмили Грант, я уверен, именно сейчас настал тот момент, когда нужно сжечь свою душу. Соберись, стисни зубы и давай прокричим им в лицо: «Кто сказал, что я буду плясать под вашу дудку?! Не на тех напали, ублюдки!»

Его слова были горячи, как кипящая магма. Его сияющие глаза по-прежнему пронзали её насквозь.

Поэтому ответ Эмили был предрешён.

— Да. Да!

Душа, почти утонувшая в болоте отчаяния, вновь воспламенилась. Эмили крепко сжала руку Косукэ, которую он всё ещё держал.

— Косукэ, ты ведь поможешь мне?

— Да. Раз уж я так сказал. Я помогу. Мы обязательно спасём твою семью.

Глаза Эмили засияли, словно ночное небо, полное звёзд. Они стояли так близко, что чувствовали дыхание друг друга, словно это расстояние отражало близость их душ...

— ...Мне стоит проявить такт и выйти? Или же вклиниться с криком «Пожалуйста, не забывайте обо мне-е-е»? Вот в чём вопрос.

Пробормотала Ванесса.

Стоит ли говорить, что Эмили тут же отпрыгнула от Косукэ с проворством кошки? И, конечно же, тут же съёжилась от стыда, вспомнив, как близко она стояла к парню.

～～～～～～～～～～～～

Когда ночь полностью опустилась на город, фары автомобиля прорезали тьму в складском районе на окраине. Машина медленно и осторожно въехала на площадку, окружённую со всех сторон высокими зданиями.

Впереди свет фар выхватил из темноты чёрный седан.

Не выключая фар, из машины вышли Ванесса, Эмили и Косукэ. Ванесса шла впереди, за ней — Косукэ и Эмили. Эмили крепко вцепилась в край одежды Косукэ.

Фары чёрного автомобиля напротив вспыхнули, словно в ответ. Перед насторожившимися Ванессой и её спутниками из машины вышли люди. Из-за слепящего света их было не разглядеть, но Ванесса уже догадывалась, кто это.

«Ах, так я и знала», — подумала она. И тут же добавила: «Уж лучше бы это был Кимберли».

— Следователь Паради. Ты доставила нам немало хлопот. Вообще-то, за такое полагается увольнение.

Цокая каблуками, из темноты вышла та, кого она меньше всего хотела видеть.

Директор Агентства национальной безопасности — собственной персоной Шарон Магданес.