Вероятно, если рассуждать здраво, позиция Сю и Сумирэ была неправильной. Как родители, они, невзирая на обстоятельства, должны были осудить убийство. Должны были внушить сыну, что такое непростительно. Как родители, они должны были отчитать его за совершённые грехи.

И, скорее всего, Сю и Сумирэ это понимали. Но даже с этим пониманием они без тени притворства радовались, что их сын вернулся живым, пусть даже для этого ему пришлось кого-то убить. Если Хадзимэ сам со всем смирился, то и ладно. Если придётся искупать грехи — они будут рядом. А если он окончательно превратился в изверга, они поставят на кон собственные жизни, чтобы вернуть его на путь истинный. Об этом они заявили твёрдо и чётко.

— Хадзимэ, ты жалеешь о том, что было?

— Нет, ни капельки. И не считаю, что я был неправ. Я всё решил, будучи готовым к любым последствиям.

— Угу. Значит, по-другому было нельзя. Но, Хадзимэ, в Японии такие методы не прокатят, понял?

— Понимаю. Моё путешествие, которое началось с решения убивать всех врагов, уже закончилось. Так что и образ жизни придётся менять. Ну, может, пару раз придётся кому-нибудь привить психологическую травму.

— Вот, тогда всё в порядке. Даже если твоё сердце очерствело и перестало гнушаться убийствами, у тебя всё ещё есть здравый смысл и чувства. Значит, всё будет хорошо. Как и сказал Сю, если ты собьёшься с пути, мы хоть силой, но вернём тебя обратно и разделим с тобой всю ответственность.

— Мама…

Хадзимэ подумал, что, даже обретя силу, способную сокрушить самого Бога, он всё равно не сможет превзойти своих отца и мать. Затем он вспомнил свою любимую дочь, которую нашёл в другом мире, и остро ощутил собственную несостоятельность как отца.

Сю и Сумирэ нежно погладили Хадзимэ, когда тот тихо прикрыл глаза. Если бы им довелось воочию увидеть, как их сын убивает, они, конечно, не остались бы спокойны. Возможно, это даже стало бы для них травмой. Возможно, они не смогли бы вот так, без колебаний, говорить с ним.

Но одно они знали наверняка: они никогда, ни за что не отвернутся от Хадзимэ, от своего сына, из-за страха.

Их чувства, без сомнения, достигли его сердца. Поэтому у Хадзимэ был лишь один ответ.

— …Спасибо. Отец, мама.

Глаза Сю и Сумирэ смягчились в улыбке.

Чувствуя теплоту родителей, Хадзимэ открыл глаза и озорно ухмыльнулся им. На душе стало совершенно ясно. Осознание того, что его, изменившегося, приняли, позволило ему вновь стать самим собой.

А раз так, оставалось сообщить, в некотором смысле, самую важную новость. К тому же, это стало бы отличным доказательством существования другого мира, так что одним выстрелом — двух зайцев.

— Отец, мама. Помните, как я когда-то нёс чушь о том, что было бы, если бы меня призвали в другой мир?

— Хм? А, ещё бы не помнить. Я тогда сказал, что любой мужик мечтает в мире меча и магии победить Повелителя демонов и собрать гарем, а ты ответил: «Я вряд ли смогу одолеть Повелителя демонов. Максимум, на что я способен — это вернуться домой. А если рядом будет дорогой мне человек, то вместе с ним».

— Надо же, как хорошо ты запомнил. Ну, в общем, такое дело. Я, кажется, уже упоминал, когда всё объяснял… У меня появился дорогой человек. Я бы хотел вас познакомить, можно прямо сейчас?

— Прямо сейчас? Уже рассвет на дворе. То есть, у тебя и вправду появилась девушка?! Да ещё и из другого мира? Нет, погоди, мы же ещё не знаем, правдива ли вся эта история с призывом…

— В-верно. А что, если это она внушила Хадзимэ ложные воспоминания?.. А потом заявит: «Если хотите, чтобы ваш сын стал прежним, купите этот священный сосуд. Что вы, что вы, обычно он стоит миллион, но только для вас я сделаю скидку в полцены!»

— Сумирэ, да ты гений! — мгновенно подхватил Сю, а его жена, увлёкшись собственными дикими фантазиями, тут же насторожилась. Хадзимэ лишь криво усмехнулся тому, что его возлюбленную вот-вот запишут в продавцы-мошенники, и перевёл взгляд в пустоту.

— …Юэ, слышишь? Это я.

— Эй, Сумирэ! Хадзимэ заговорил с пустотой! Это что, то самое? Воображаемая девушка?! Что мне, как отцу, делать?!

— Спокойно, дорогой. Какая я была неосторожная… В нашем доме наверняка установлены жучки! Женщина, торгующая священными сосудами, которую позвал Хадзимэ, уже в пути!

— Что-о? Ах она негодяйка, сделала моего сына своим пособником… Я ей этого так не оставлю. Своей невероятной техникой торга я собью цену до пятидесяти тысяч!

Сю и Сумирэ, которые, разумеется, и понятия не имели, что их сын на самом деле использует телепатию, пришли в дикое смятение, когда тот внезапно обратился в пустоту. Сумирэ выдала на удивление реалистичное предположение, а Сю, впав в лёгкую панику, принял странное, но твёрдое решение. А Юэ тем временем уже превратилась в продавщицу священных сосудов.

Не обращая внимания на родителей, Хадзимэ продолжил разговор.

— Да, всё уже в порядке. …Ага, я в общих чертах рассказал. Хочу вас с Юэ и остальными познакомить. …Верно. Координаты ведь знаешь? Ага, тогда открывай Врата и приходите прямо сюда. Ко мне… да, примерно в метре к востоку от меня.

На самом деле Юэ и остальные сейчас находились в школе, где учился Хадзимэ. Возвращаясь из Тортуса, они открыли Врата на школьной крыше. Это место после родного дома было легче всего представить, и, поскольку крыша обычно заперта и недоступна для посещения даже днём, их никто бы не заметил. Очень удобное место.

После того как одноклассники разошлись по домам, Юэ и остальные сами предложили остаться в школе, чтобы не мешать Хадзимэ воссоединиться с родителями.

Конечно же, не знавшие об этом Сю и Сумирэ лишь переглядывались, не понимая, что делать с сыном, который продолжал говорить с пустотой, — а в следующую секунду застыли на месте.

Прямо рядом с ними пространство вдруг исказилось, закручиваясь в воронку, затем вытянулось в овал, и тут же за ним открылся знакомый вид — нечто похожее на один из школьных классов.

— Э-это же… Везде-дверь?

— А? Э-э? Что-то это уже слишком фэнтези!

Пока Сю и Сумирэ пребывали в полнейшем смятении, из-за края Врат показалось лицо Юэ. Её рубиновые глаза с любопытством осмотрели комнату, затем с нежностью остановились на Сю и Сумирэ и, наконец, обратились к Хадзимэ, безмолвно спрашивая: «Можно войти?»

— Добро пожаловать в дом семьи Нагумо. Входите, не стесняйтесь.

— …М-м.

Получив от Хадзимэ приглашение, Юэ плавно шагнула в дом. Сю и Сумирэ, потрясённые внезапно возникшей в комнате дырой в пространстве и появившейся оттуда красавицей, похожей на бисквитную куклу, лишь беззвучно открывали и закрывали рты.

Хадзимэ встал рядом с Юэ и, ухмыльнувшись, как ребёнок, чья шалость удалась, представил свою возлюбленную.

— Отец, мама. Её зовут Юэ. Она — особенный для меня человек. Кстати, она иномирянка, вампир и бывшая принцесса.

— Классический набор атрибутов?!

Реакция Сю и Сумирэ была поистине нечеловеческой. Юэ, про себя умиляясь — «Ах, они и вправду родители Хадзимэ», — в то же время слегка нервничала из-за такого важного события, как знакомство с родителями, и, изящно приподняв краешек юбки, сделала реверанс, полный грации и достоинства.

— …Рада знакомству, отец и матушка Хадзимэ. Меня зовут Юэ. Прошу любить и жаловать.

— Э-э, а, да. Весьма любезно с вашей стороны. И мы тоже просим любить и жаловать, да?

— Д-да, просим любить и жаловать, не так ли?

От шока, вызванного появлением златовласой и красноглазой красавицы, словно сошедшей со страниц сказки, да ещё и в рамках первого в их жизни знакомства с девушкой сына, речь у обоих родителей пошла вразнос. Хадзимэ, глядя, как они сбивчиво кланяются, лишь шире улыбнулся, но тут же открыл рот, словно говоря: «Это ещё не конец!»

— Шиа, давай!

— Так точно! Отец, матушка, меня зовут Шиа! Прошу любить и жаловать!

— Ушастая-я-я, явилась?!

Сю и Сумирэ выдали в унисон, увидев вторую красавицу, с сияющей улыбкой выпрыгнувшую из Врат и смешно дёргавшую ушками. У них даже не нашлось слов для ответа — всё их внимание было приковано к подрагивающим ушам.

— Тио, выходи!

— Угу. Впервые предстаю пред вашими очами, свёкор-доно, свекровь-доно. Я — драконид Тио Кларус, любовница и сексуальная рабыня господина. Надеюсь на нашу долгую дружбу.

— Сексуальная рабыня?!

От такого, прямо скажем, не самого удачного приветствия Тио, которая для демонстрации своей сущности расправила драконьи крылья и выставила напоказ пышный бюст, готовый вырваться на свободу, Сю и Сумирэ покачнулись. Похоже, серия потрясений ударила им по ногам.

— Ремия, Мю!

— Да, дорогой. Здравствуйте, меня зовут Ремия. Прошу любить и жаловать меня и мою дочь.

— Э-э, то есть… Я Мю, дочка папы! Дедушка, бабушка, рада знакомству-нано!

— Д-дедушка?!

— Дочка-а-а?!

Нежная красавица, скромно склонившая голову, и маленькая Мю, изо всех сил старающаяся поздороваться. От шокирующих слов Мю Сю и Сумирэ окончательно застыли. Скрипя, словно несмазанные механизмы, они повернули головы к Хадзимэ.

Их взгляды говорили красноречивее всяких слов: «А ну-ка объясни, что всё это значит!»

Поэтому Хадзимэ ответил кратко:

— Мю — моя дочь, а Юэ и остальные — все мои жёны. В общем, прошу любить и жаловать.

— Так небрежно?!

— А, кстати, у меня есть ещё четыре жены, так что они тоже как-нибудь зайдут поздороваться.

— Настоящий читерский гарем?!

И снова они отреагировали идеально синхронно.

Затем их родительские сердца, не дрогнувшие даже после признания в убийствах, затрепетали, и они запаниковали.

— Ты правда мой сын?!

— Милый, ты точно мой сын?!

— Нет, погоди, Сумирэ! — вдруг воскликнул Сю. — Таких милых девушек не может существовать в реальности! Это всё компьютерная графика! Не дай себя обмануть!

— Дорогой, ты гений! — с трагическим выражением лица подхватила Сумирэ. — Хадзимэ, очнись! Даже если ты переключился с двухмерных девушек на трёхмерных, это всё равно лишь призрачный образ. Одна пустота!

В общем, воцарился полный хаос.

Однако он продлился недолго.

Мю, видимо, почувствовав, что ей не рады, понурилась и спросила:

— Дедушка, бабушка… я вам не нравлюсь?

Результат был предсказуем.

— Приятно познакомиться. Я ведь дедушка Мю, верно?

— Очень приятно. А я бабушка Мю-тян, да?

Они пришли в себя в мгновение ока. Похоже, неумение противостоять обезоруживающей милоте Мю было у них с Хадзимэ семейным.

А стоило им оправиться, как они, благодаря своей профессиональной закалке, быстро приняли и развернувшиеся перед ними фэнтезийные события, и нечеловечески прекрасных девушек, и правдивость слов Хадзимэ.

Дальше начался весёлый переполох. Слишком уж редкие приключения выпали на долю их сына, да ещё и воплощение мечты о гареме из красавиц… Для двух людей, чьё отаку-увлечение стало делом всей жизни, это был повод с горящими глазами засыпать всех вопросами.

Когда Тио с помощью Магии регенерации воссоздала видеозапись сражений Хадзимэ, по утреннему жилому кварталу разнеслись дикие вопли:

— Ого-о-о, кру-у-уть! Знаете что? Вы знаете?! Это мой сын! Спасибо вам огромное!

— Кья-я-я, ты слышал?! Она сейчас такое сказала! Это же обалдеть! Эта девочка — настоящий Повелитель демонов! И этот Повелитель демонов — мой сын! Спасибо вам огромное!

И так далее. Возможно, из-за бессонной ночи их энтузиазм зашкаливал, и они продолжали шуметь до тех пор, пока Хадзимэ, не выдержав стыда, не угомонил их разрядами «Облачения в молнию».

— …М-м. Как и ожидалось от свёкра и свекрови Хадзимэ. Они совершенно особенные.

— Верно, сразу чувствуется, что это родители Хадзимэ-сана.

— Для отца и матери господина это вполне естественно.

— Уфу-фу, они такие же оригинальные, как и Хадзимэ-сан.

— Угу! Папа и дедушка с бабушкой очень похожи-нано!

Юэ и остальные обменивались впечатлениями, глядя с ласковой снисходительностью на лежащих без сознания Сю и Сумирэ.

На что Хадзимэ ответил одной фразой:

— В каком это смысле, а?

Выражение его лица было непередаваемым.

Вернувшись из воспоминаний, Сю и Сумирэ за утренним столом с ухмылками обратились к сыну и его семье, которые по-своему ворковали.

— Кстати, Хадзимэ. Ты же сегодня собирался встретиться с Каори-тян и остальными? Успеваешь по времени?

— А-а, встреча после обеда, так что без проблем.

— Сидзуку-тян тоже придёт, да? А что насчёт Ай-тян?

— Сидзуку, вроде, собиралась прийти с Каори, а Айко… думаю, тоже сможет, но, скорее всего, опоздает. У неё и работа, и положение обязывают.

Хадзимэ пожал плечами, а Сумирэ, сочувственно нахмурившись, проговорила:

— Ай-тян тоже приходится нелегко.

На сегодня у них был запланирован совместный поход в ресторан. Поскольку должны были прийти и одноклассники, это походило на встречу выпускников — тех, кого призвали в другой мир. Хотя для Хадзимэ и остальных, всё ещё бывших школьниками, это звучало немного иначе.

— Эй, Хадзимэ. Скажи Каори-тян и остальным, чтобы почаще заглядывали в гости. Чем больше у меня приёмных дочек-красавиц, тем лучше.

— Точно. А когда мы закончим пристройку, пусть вообще переезжают к нам. Будет так ярко, шумно и здорово!

— …Они и сами не то чтобы против… вернее, очень даже за, но их семьи не разрешают. Что ж, вполне здравое решение.

Хадзимэ пожал плечами, мельком вспомнив свою встречу с семьями Сидзуку и Каори.

— Хм-м, тоже верно. Ну, просто передай им, что у нас им всегда рады. И ещё… хе-хе, сегодня они могут остаться на ночь, я не против.

— Винные реки и мясные горы! Хоть и мой сын, а какой ужасный ребёнок!

— Да замолчите вы. Нормально я вернусь. Ну вы даёте, отец и мама…

Хадзимэ с самого утра выглядел немного уставшим. А его иномирные жёны с улыбками наблюдали за этой семейной перепалкой.

Это была, без сомнения, мирная, добрая и обычная семейная жизнь.