— …Юэ, слышишь меня? Это я.

— ?! Э-эй, Сумирэ! Он начал говорить с пустотой! Ты была права насчёт воображаемой девушки?! Что мне делать как отцу?!

— Успокойся, дорогой. А может… чёрт, как неосмотрительно. На Хадзимэ может быть жучок. Если эта продавщица священных горшков реальна — она скоро явится!

— Что, говоришь? Ах ты ж, превратила моего сына в своего пособника… Я тебе этого так не оставлю. Я её своими феноменальными навыками торга до банкротства доведу!

Не только матушка Сумирэ, но и доселе спокойный отец Сю тоже слетел с катушек.

Их сын внезапно начал говорить с пустотой. Конечно, они были в шоке.

Не обращая на них внимания, чтобы не сбиться с мысли, Хадзимэ продолжил.

— Да, уже всё в порядке. Я хочу немедленно познакомить вас с Юэ и остальными. …Точно. Открой врата и приходите прямо сюда. Ко мне… да, где-то в метре к востоку от меня, пожалуйста.

На самом деле, Юэ и остальные сейчас ждали в старой школе Хадзимэ.

Координаты «врат» для возвращения из Тортуса были установлены на крыше школы.

Это было место, которое после родного дома было легче всего представить, и оно обычно было заперто на ключ даже днём, так что там не было посторонних глаз. Идеальное место.

И вот, после того как одноклассники, проливая слёзы радости, обнимаясь и подбрасывая Хадзимэ в воздух, на пике восторга разбежались по домам со скоростью, которой позавидовали бы олимпийцы, под крики Сидзуку «Эй! Не прыгайте по крышам!», Юэ и остальные сами предложили остаться в школе.

Чтобы не мешать воссоединению Хадзимэ с семьёй.

Разумеется, не знавшие об этом Сю и Сумирэ, видя, как их сын продолжает говорить с пустотой, уже начали искать в интернете телефоны больниц. На их лицах была почти паника.

Но это продолжалось недолго. Уже в следующую секунду они застыли в изумлении.

— Всё в порядке, Хадзимэ. Папа… а?

— Нашла, дорогой. Эта больница… а?

Пространство исказилось. Участок стены между гостиной и столовой засиял золотом и закрутился вихрем.

Оба выронили телефоны. Их глаза расширились, рты приоткрылись от непонимания происходящего.

На их глазах золотое сияние приняло форму идеального овала. А затем его внутренняя часть стала прозрачной. За ней виднелось знакомое место — школьный класс.

— Ч-ч-ч-ч-что это, Дверь-в-любое-место?!

— А, а? Что, что это? А-а?

Сю и Сумирэ с грохотом опрокинули стулья, вскакивая на ноги в полном смятении. Из-за края врат показалось лицо прекрасной девушки.

Волосы, подобные золотым нитям, и глаза, словно рубины. Внешность, перед которой померкла бы даже самая дорогая фарфоровая кукла.

И явление, и красота девушки были настолько нереальными, что Сю и Сумирэ снова застыли.

Юэ, с интересом оглядывавшая комнату, увидев Сю и Сумирэ, расплылась в улыбке. Это была улыбка, полная такой искренней привязанности, что казалось, будто кукла ожила.

Из уст Сумирэ вырвалось отакушное «Ох-хо-хо», а у Сю глаза закатились.

Взгляд Юэ переместился на Хадзимэ. «Можно войти?» — безмолвно спросила она.

Хадзимэ встал и с невероятно нежным взглядом протянул ей руку.

— Добро пожаловать в дом Нагумо. Входите, не стесняйтесь.

— …М-м.

Юэ осторожно шагнула вперёд.

Она выпрямилась и скромно сложила руки перед собой. В её позе сквозила редкая для неё нервозность.

Для Юэ знакомство с родителями любимого человека было сродни смертельной битве.

Хадзимэ, с любовью глядя на неё, встал рядом, мгновение помолчал и, улыбнувшись, как ребёнок, чья шалость удалась, представил свою любимую принцессу вампиров.

— Пап, мам. Её зовут Юэ. Она — мой особенный человек. Кстати, она из другого мира, вампир и бывшая принцесса.

— Классический набор атрибутов?!

Сколько бы они ни были в шоке, в душе они оставались отаку. Услышав знакомые слова, тело реагировало само.

Юэ подумала или, вернее, почувствовала: «Они — вылитые родители Хадзимэ».

На душе у неё потеплело, и напряжение немного спало. Она тихонько выдохнула, собралась с духом и приготовилась.

Прихватив кончиками пальцев край юбки, она с изяществом и достоинством поклонилась. Идеальный реверанс.

— …Рада нашей первой встрече, батюшка, матушка. Меня зовут Юэ. Я от всего сердца счастлива познакомиться с вами. Надеюсь на ваше доброе ко мне расположение.

— Э, о, ага? Нет, что вы, очень приятно. Просим любить и жаловать?

— Д-да, просим любить и жаловать, сударыня?

Голоса Сю и Сумирэ дрогнули. Перед ними, словно сошедшая со страниц сказки, стояла красавица с золотыми волосами и алыми глазами, а их сын впервые в жизни представлял им свою возлюбленную.

Они, казалось, уже были на пределе. Бессвязно бормоча, Сю и Сумирэ принялись отвешивать поклоны.

Хадзимэ, видя это, лишь шире улыбнулся и безжалостно нанёс следующий удар.

— Шиа, давай!

— Есть! Господин свёкор, госпожа свекровь, меня зовут Шиа! Прошу любить и жаловать!

— Красавица с кроличьими ушками! Явилась-таки?! — потрясающе синхронно воскликнули Сю и Сумирэ, увидев вторую красавицу, выпрыгнувшую им навстречу и шевеля ушками.

«Какая хорошая реакция! — подумала Шиа. — Как и ожидалось от родителей господина Хадзимэ!»

И впрямь, они от шока даже не могли ответить, но их взгляды намертво приклеились к её кроличьим ушкам. Хадзимэ тоже часто так на них засматривался, и выражение их глаз, пленённых ушками, было точь-в-точь как у него.

— Тио, можешь входить.

— Угу. Наконец-то я удостоилась чести встретиться с вами, достопочтенный отец, достопочтенная матушка. Я — сексуальная рабыня моего господина, драконид Тио Кларус. Прошу вашего расположения на долгие годы.

— Сексуальная рабыня?! — в ужасе ахнули Сю и Сумирэ, невольно пошатнувшись. Её пышная грудь, готовая вот-вот вырваться на свободу, и расправленные драконьи крылья, словно в подтверждение её сущности, делали приветствие, мягко говоря, неподобающим.

Кажется, шквал шокирующих открытий наконец-то подкосил им ноги.

Разумеется, Хадзимэ безжалостно возвысил голос:

— Ремия, Мью, идите сюда.

— Да, дорогой. Здравствуйте, меня зовут Ремия. Прошу позаботиться обо мне и моей дочери.

— Э-э-э… я… я Мью, дочка папы! Дедушка, бабушка, приятно познакомиться!

— Д-дедушка?!

— Дочка-а-а?!

Грациозная красавица с мягкими чертами, вежливо склонившая голову, и маленькая девочка, изо всех сил старающаяся поздороваться.

Это уже было не просто знакомство с девушкой. Со скоростью света у них появилась внучка.

Смысл происходящего ускользал.

Сю и Сумирэ, словно несмазанные механизмы, со скрипом повернули головы к Хадзимэ.

Их взгляды красноречивее всяких слов вопрошали: «Что всё это значит?!»

Поэтому Хадзимэ ответил кратко:

— Я сделал предложение им всем. Мью не связана со мной кровью, но я решил, что она будет моей дочерью. А значит, она ваша внучка. В общем, прошу любить и жаловать.

— Понятно. То есть абсолютно ничего не понятно, — хором ответили они.

— Кстати, как вы, наверное, уже догадались из нашего разговора, есть ещё четверо. Познакомлю с ними позже.

— Наш сын и вправду устроил себе настоящий чит-гарем! — воскликнули Сю и Сумирэ, синхронно хватаясь за головы. Реакция была что надо. И, хотя они и сказали, что ничего не поняли, на самом деле их сообразительности можно было позавидовать.

Сопоставив рассказ о Тортусе с нынешним знакомством, они уяснили главное: их сын вернулся из другого мира типичным протагонистом с читами и гаремом.

И всё же родительское сердце не камень, и они не могли не впасть в панику.

— Погоди, Сумирэ! Таких милых девушек не может существовать в реальности! Это всё компьютерная графика! Не дай себя обмануть! — воскликнул Сю, будто бы раскусил обман.

— Хадзимэ, я прекрасно понимаю, каково это — по-настоящему влюбиться в любимого персонажа! — с отчаянием в голосе подхватила Сумирэ, словно пелена спала с её глаз. — Но, знаешь, сынок, мама хотела бы, чтобы ты знакомил её с живой девушкой!

В общем, воцарился полный хаос. Настоящая мини-паника.

Однако Мью, видимо, решив, что ей не рады, понуро опустила голову и, взглянув исподлобья, спросила:

— Дедушка, бабушка… я вам не нравлюсь?

И тут же:

— Здравствуй, Мью-тян. Я твой дедушка.

— Здравствуй, Мью-тян. А я твоя бабушка.

Они пришли в себя мгновенно. Беззащитные перед обезоруживающей милотой Мью, они пали её жертвой — прямо как Хадзимэ.

А придя в себя, они тут же подняли шум и гам.

Будучи людьми, для которых увлечение отаку-культурой стало смыслом жизни, они с горящими глазами засыпали девушек вопросами.

Они радовались и печалились каждому слову из уст Юэ и её подруг, млели, слушая, как те хвалят их сына, а когда им показали артефакты, записавшие сцены из прошлого с помощью магии регенерации «Взгляд в прошлое», их вопли, подобные крикам сорвавшихся с цепи отаку, разнеслись по утреннему жилому кварталу:

— Уо-о-о-о, вот это да-а-а-а! Этот парень, похожий на протагониста с чит-гаремом, — мой сын! Спасибо вам огромное!

— Кья-а-а-а, ты слышал?! Она сейчас такое сказала! Это просто невероятно! Эта девочка — настоящий Владыка Демонов! И этот Владыка Демонов — мой сын! Спасибо вам огромное!

Хадзимэ, которого они беспрестанно хлопали по плечам, уже закрыл лицо руками от стыда.

Наблюдая за семейством Нагумо, девушки обменялись мнениями:

— …Да. Как и ожидалось от отца и матери Хадзимэ. Они совершенно особенные.

— Верно, чувствуется, что это именно его родители.

— Ну не могли же отец и мать господина быть обычными людьми.

— Уфу-фу, они такие же уникальные, как и Хадзимэ.

— Ага! Папа и дедушка с бабушкой очень похожи!

Юэ и остальные тепло улыбались. Хадзимэ, подняв голову, бросил на них укоризненный взгляд и с непередаваемым выражением лица проворчал:

— И что это должно означать, а?

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Послеобеденный чай был давно выпит.

Шиа и Ремия отправились на кухню убирать посуду, Тио усадила Мью к себе на колени и заплетала ей два хвостика, а на диване, как и прежде, мило беседовали Сумирэ и Юэ.

В доме царила умиротворяющая атмосфера. Та самая, которой Хадзимэ так не хватало с момента возвращения. Вспоминая, как родители приняли Юэ и остальных, как приняли его самого, изменившегося, он невольно расплылся в улыбке.

— Хадзимэ, ты сможешь теперь хоть немного отдохнуть? — спросил Сю очень мягким голосом. Было видно, как он рад видеть сына наконец-то расслабленным.

В то же время, должно быть, и сам Сю дорожил этим утренним часом, проведённым в кругу сына и его новой семьи.

Кошмар, когда они метались между надеждой и отчаянием, наконец-то закончился, и в дом вернулись дорогая сердцу суета и тепло.

«Если это не счастье, то что же?» — читалось на его лице.

— Да, всё в порядке, отец. Представители СМИ ведь больше не осаждают дом?

— Это точно. Их как ветром сдуло, что даже страшно. И на работе тоже.

На лице Сю появилась светлая улыбка, смешанная с лёгкой ноткой сочувствия.

— Да что там! Хадзимэ, что ты наделал? Журналы, связанные с «Возвращенцами», один за другим изымают из продажи, а фотографии и видео в интернете исчезли в мгновение ока. И даже злобные комментарии разом прекратились.

Возвращенцы — так в СМИ прозвали вернувшихся Хадзимэ и его одноклассников.

Сумирэ перегнулась через спинку дивана. Юэ тоже встала на диване на колени и повернулась к Хадзимэ.

Осознав, что так и не дал им внятных объяснений, Хадзимэ кашлянул.

— Если вкратце, я распространил по всему миру через интернет и телевидение магию, воздействующую на восприятие.

— Что это значит? — в один голос спросили они, и над их головами повисли знаки вопроса.