— Хи-хи-хи, Махиру, солнышко, ты такая милая в этом наряде!

Едва Махиру и Аманэ заступили на смену, как тут же объявились его родители. Встречать их, сохраняя вежливую улыбку, для Аманэ оказалось тяжелой задачей.

Глаза его матери загорелись, стоило ей увидеть наряд горничной. С видимым энтузиазмом, она сразу начала осматривать и ощупывать ткань.

Махиру лишь натянуто улыбалась — она явно уже привыкла к всеобщему вниманию, пока ходила в этом наряде. Но вообще-то ей следовало бы остановить Сихоко. Неважно, насколько они близки — увидев, что мать Аманэ трогает горничную, остальные гости могут начать за ней повторять, решив, что это разрешено. Чего хотелось бы избежать.

— Мэм, пожалуйста, воздержитесь от распускания рук в отношении наших горничных.

— Почему наших? Я думала, это твоя личная горничная.

— Любой нормальный человек понял бы, что я имею в виду всех горничных нашего кафе!

Вновь став жертвой подколок своей матери, Аманэ чувствовал, как непроизвольно дёргается его щека. Но Сихоко, кажется, не беспокоило душевное здоровье её сына. Понимая, что просить «вести себя хорошо» эту женщину бесполезно, Аманэ решил использовать логические аргументы.

— О-хо-хо, ваш сотрудник весьма остёр на язык. Неужели мне нельзя её трогать, потому что в тебе взыграли собственнические чувства?

— Нет, тебе нельзя её трогать, потому что это запрещено правилами! Трогать горничных нельзя никому! Мы не предлагаем посетителям услуги такого рода. Пожалуйста, прекрати показывать плохой пример остальным клиентам.

— Даже её матери нельзя?

— Завязывай. И ты пока не её мать.

Сихоко, кажется, уже считала себя матерью Махиру. На самом деле, в этом аспекте она уже полностью обошла биологическую мать девушки. Более того: Махиру получала от Сихоко больше заботы и внимания, чем её настоящий сын, Аманэ. Но в любом случае, пока что Махиру была для неё только «девушкой сына».

Но в любом случае Аманэ сейчас не интересовал поиск справедливости: он просто хотел отвести родителей к их столу. На них уже смотрели некоторые посетители и даже их одноклассники. Его семья сходу начала портить репутацию своего сына.

— Ой ладно тебе, все эти формальности для меня неважны, — беззаботно парировала Сихоко.

— Слушай… просто прекрати. Давайте я отведу вас к вашим столикам.

— Да, конечно, всё-таки тут очередь. Не будем мешать тебе работать. Ведите нас, мистер.

Сихоко радушно ему улыбнулась — улыбкой человека, который успешно сделал гадость ближнему своему. Аманэ чувствовал, как у него снова начинает подёргиваться глаз. Единственным, что позволяло ему сдерживаться, была молчаливая поддержка в глазах его отца. Лишь выражением лица Сюто будто извинялся перед ним за поведение жены.

Выдохнув, Аманэ подавил свои эмоции, вливаясь в роль услужливого официанта.

—Конечно. Позвольте проводить вас к столику.

Аманэ вёл их к столу. Он решил игнорировать ухмылочки и подколки матери и сосредоточиться на своих служебных обязанностях. Махиру тем временем отошла и уже принимала заказ у другого столика.

«Почему я должен стоять перед родителями в этом наряде?» — мысленно проворчал Аманэ, выложив перед родителями меню.

— Вот наше меню. Прошу, обратите внимание, что вся еда идёт в составе сетов.

— О, даже так? Сюто, что закажешь?

— Даже не знаю. Что может посоветовать официант?

— Если вы предпочитаете кофе, я рекомендую сет А. Если вам больше по вкусу чай, подойдёт сет С.

Пусть отец, в отличие от матери, не пытался его подкалывать, смотреть в его полные энтузиазма глаза всё равно было тяжело. Аманэ уже работал официантом для одноклассников, но с семьёй это ощущалось совсем иначе. Одна лишь ехидная улыбочка матери хорошо играла на его нервах.

— Ну, в таком случае ещё заверните нам горничную с собой.

— Мы не предлагаем таких услуг.

— То есть тебе можно, а нам нельзя, да, Аманэ?

— Не понимаю о чем вы говорите, дорогая посетительница. Пожалуйста, сделайте заказ.

С бодрой улыбкой Аманэ продолжил настойчиво придерживаться правил обращения с клиентами, к разочарованию его матери. Сихоко недовольно прикусила губу.

В её возрасте такое детское поведение должно было выглядеть странно и неловко, но в случае с Сихоко это выглядело естественно и игриво, что было даже по-своему впечатляюще.

— Ну, раз ты настаиваешь, мы возьмём два сета: один А и один С. Ты же не против, Сихоко?

— Конечно, ведь в таком случае мы сможем попробовать оба. Это так похоже на тебя, Сюто.

— Твои вкусы не поменялись с нашей первой встречи, Сихоко.

— Конечно, прошу немного подождать, — поспешил сбежать от них Аманэ.

Он прекрасно понимал, что они не могут не флиртовать. Всё ещё слыша их влюблённое воркование сзади, он тихо вздохнул и отправился передать их заказы на «кухню».

— Один А и один С… — Аманэ понял, что одноклассник странно на него пялиться, — …что не так?

— Это твои родители, Фудзимия?

— К сожалению…

— В смысле «к сожалению»?.. Блин, по характеру вы с матерью вообще друг на друга не похожи.

Очевидно, одноклассник имел в виду жизнерадостный характер его матери — представить Аманэ таким веселым постороннему человеку было практически невозможно.

Одноклассник перевел взгляд на Сихоко и Сюто, весело щебечущих друг с другом, потом обратно на Аманэ — а затем глубокомысленно хмыкнул.

— Ну чего ещё? — поинтересовался Аманэ.

— Ну, я тут понял, что в вас всё-таки есть схожие черты. Как минимум с отца ты точно берёшь пример.

— А? Ну, я действительно думаю, что больше похож на отца, но к чему ты…

— Кхм-кхм! Да, это действительно так. Ну, я пойду!

Одноклассник, явно что-то скрывавший, поспешил сбежать, и Аманэ ничего не оставалось кроме как вернуться к работе.

Единственный помощник всячески избегал контактировать с ним, так что заказ родителей ему пришлось нести самостоятельно. И уже на подходе к их столику Аманэ заметил, что его родители каким-то образом умудрились перехватить Юту.

Судя по выражению лица парня, они всего лишь весело болтали, но Аманэ не мог не беспокоиться: мало ли какие идеи эти двое могли заложить в его голову.

Сюто приглядывал за происходящим, так что вряд ли они расскажут Юте что-то действительно опасное. Но даже его рассудительный отец иногда вёл себя беззаботно, так что Аманэ поспешил к их столику, в надежде проконтролировать происходящее.

— Ваш заказ, — произнёс он монотонным голосом, выкладывая перед ними еду.

Он бросил на родителей суровый вопросительный взгляд и в ответ получил две беззаботные улыбки. Любой негатив с них стекал как с гусей вода.

Юта, заметив этот обмен взглядами, сначала несколько раз удивлённо моргнул, а затем вежливо улыбнулся.

— Почему ты здесь, Кадоваки? — поинтересовался Аманэ.

— Я подумал, что стоит принести твоим родителям воды и поздороваться, раз уж я здесь.

Судя по графину с холодной водой в его руках, он, как минимум, не врал.

— И позволь заметить: твоя мама настоящая красавица, Фудзимия.

— Боооже, давно мне так не льстили. Юта, ты настоящий дамский угодник, хоть и уступаешь моему Сюто!

— Ха-ха, я польщён.

То, как естественно Сихоко позвала его по имени…

«Когда они успели так хорошо поладить???» — в ужасе застыл Аманэ.

Но эти трое, не заметив его панического состояния, продолжали мило болтать.

— Спасибо, что так хорошо ладишь с нашим сыном. Он бывает довольно груб и остер на язык, не правда ли?

— Нет, что вы. Он, конечно, редко улыбается, но выражает эмоции другими способами. А слова… его слова иногда бывают немного грубыми, но он никогда не сплетничает и не говорит плохо об окружающих. Я думаю, он добрый и порядочный человек. Плюс, в последнее время он перестал постоянно ходить с кислым выражением лица. Полагаю, это влияние Сиины.

— Нууу…

— С-слушай, остановись, пожалуйста, — простонал Аманэ. — С каждым твоим словом я чувствую себя всё хуже.

— Но это же правда…

— Правда это или нет, не нужно рассказывать подобное прямо перед человеком, о котором ты говоришь.

Юта редко подкалывал его, поэтому Аманэ верил, что друг говорит от чистого сердца. Но слышать такое от него напрямую, да ещё и прямо перед родителями, было слишком смущающе.

Учитывая, что до этого его отец умудрился переговорить на эту же тему с Ицуки… Кажется, именно сегодня друзья коллективно решили заставить его чувствовать себя максимально неловко.

— Но ты ведь не принимаешь комплименты, пока я не похвалю тебя аргументированно и прямо в лицо. Иногда приятно такое слышать, не правда ли? — заметил Юта.

— Не так приятно, как ты думаешь… Если хочешь похвалить, лучше сделать это прямо и без участия моих родителей.

— Ммм, даже так? Ну, тогда: спасибо за всё, Аманэ. Я рад, что ты мой друг.

—… Спасибо.

Видя радостную улыбку Юты, он не мог продолжать ворчать. В ответ на тихий вздох Аманэ, его мама радостно заметила:

— Главное, что вы хорошо ладите.

— Пожалуйста, молчи. А тебе, Кадоваки, стоит вернуться к работе.

— Да, ты прав. Извините, что потратил ваше время, увидимся позже.

Радостный Юта ушел, удерживая графин в одной руке, а Аманэ вздрогнул, обдумывая его слова «увидимся позже».

События сегодняшнего дня уже чертовски его утомили.

— У тебя много друзей, Аманэ, — заметила Сихоко.

— Да, ты права…

У него уже не хватало моральных сил на споры с матерью, так что он ответил на автомате. Впрочем, Аманэ действительно был с ней согласен: ему очень повезло найти столько хороших друзей. Впрочем, он не чувствовал себя везучим в моменты, когда все эти друзья вместе пытаются его смутить.

Посмеявшись над недовольным лицом Аманэ, Сюто криво улыбнулся и отхлебнул своего кофе.

— Ну, ты можешь считать это бессмысленным, но мы о тебе волновались, — заметил он. — Ты уже полтора года живёшь один. Я рад видеть, что у тебя всё хорошо.

Кажется, Сюто наблюдал за людьми из окружения Аманэ просто из-за беспокойства за него. Хотя даже так, Аманэ предпочел, чтобы его родители поменьше лезли к его друзьям — хоть это и было немного бесполезно, ведь его друзья сами к ним подходили.

— Насколько я вижу, ты стал более открытым со своими одноклассниками. Они все о тебе высокого мнения, как и Сиина.

— Они так меня хвалят потому, что имеют дело с вами.

— Ммм, извини за это. Хотя, пожалуй, извиняться уже поздно.

— Ой, да неужели? — проворчал Аманэ, но всё его недовольство разбилось об мягкую улыбку отца.

Ещё вчера, они с Махиру получили немало внимания от окружающих. Жизнь Аманэ изменилась бесповоротно, это факт. И тем не менее, ему всё ещё не нравилось чувствовать на себе столько чужих взглядов.

___________________________________

Перевод: Krestobrosec

Бета: Keuk

Спасибо, что читаете!