То ли из-за усталости от путешествия, то ли после общения с донимавшими его родителями, но на следующее утро Аманэ проснулся поздно, если это вообще можно назвать утром: когда он встал с кровати, был уже почти полдень.

Аманэ поднял с пола махровое одеяло, которое, по видимости, неосознанно сбросил во сне, и глубоко зевнул.

«…Кажется, на сегодня у нас нет никаких планов».

Махиру хотела отправиться на прогулку вчетвером, но Аманэ ещё не сообщил об этом родителям. Кроме того, первые несколько дней он хотел просто побыть дома и отдохнуть. «Это же вполне нормально – вставать на летних каникулах ближе к полудню», — думал про себя Аманэ, но всё равно не мог отделаться от чувства, что лентяйничает.

Он не спеша переоделся и спустился вниз, в гостиную. Ожидаемо, Махиру пришла раньше него и сейчас сидела за столом с его матерью и отцом.

Девушка с блеском в глазах смотрела на какой-то большой предмет, напоминавший книгу.

— Доброе утро. На что смотришь?

— О, доброе, — поздоровалась Махиру без малейшего следа сонливости на лице. Затем она опустила взгляд на книгу, лежащую на столе.

Аманэ с любопытством посмотрел вниз, гадая, что бы это могло быть… И схватился руками за голову.

— …Погоди-ка, почему ты смотришь фотоальбом без меня?..

Он увидел фотографию знакомого маленького мальчика, измазанного в грязи, и издал стон. Родители Аманэ дорожили воспоминаниями, поэтому часто делали памятные фотографии, так что в самом наличии фотоальбомов не было ничего странного. Проблема заключалась лишь в том, что сейчас они показывали один из таких альбомов Махиру.

В нём содержались фото Аманэ в детстве. Альбом изобиловал фотографиями очаровательного мальчика, похожего на ангелочка, и в большинстве случаев он, находясь в кадре, занимался чем-то неловким.

Аманэ раздражённо посмотрел на мать, которая с немалым удовольствием демонстрировала Махиру его фото, где он был весь в грязи или на грани слёз.

— О, ты тоже хотел посмотреть свои милые детские фото? Надо было сказать раньше.

— Нет, я имел в виду, что не надо показывать мои фото без разрешения!

— Мне… Нельзя смотреть? — робко спросила Махиру.

— Можно, просто… Это очень неловко.

— Но ты выглядишь очаровательно.

— Для парня это не комплимент.

Аманэ бы не возражал, назови Махиру его «крутым» или как-нибудь в этом роде, но «очаровательный» – определённо не то слово, которое он бы хотел услышать. Пусть Аманэ понимал, что Махиру имеет в виду его детские шалости, он всё равно был не рад такому отзыву.

Аманэ дёргано отвернулся и затылком почувствовал, как все трое улыбаются, глядя на него.

— Ладно тебе, всё же хорошо! — подбодрила его мать. — Махиру очень понравилось!

— Она просто сказала, что те фотографии милые, — проворчал он.

— Т-только потому, что ты сильно изменился с тех пор.

— Ты правда очень нравишься Сиине, Аманэ. Как твой отец, я счастлив, что рядом с тобой будет такая рассудительная девушка.

Краем глаза Аманэ заметил, что Махиру согнулась и уткнула взгляд в пол: наверняка девушку смутила похвала его родителей. Но он ещё не оправился от стыда из-за фотографий, которые родители показывали Махиру.

Он плюхнулся на диван в знак протеста, и оба родителя улыбнулись ему.

— Не дуйся, — сказал отец Аманэ. — Это ведь правда, что сейчас рядом с тобой замечательная девушка, которая принимает тебя таким, какой ты есть. Или я не прав?

— …Прав, но…

— Правда, мы немного расстроены, что ты не сказал нам раньше.

— Гх…

Судя по всему, Сюто знал, что они с Махиру встречаются. Может, ему рассказала Сихоко, а может он узнал об этом от самой Махиру.

— …Я понимаю, тебе может быть неловко рассказывать нам обо всём, но…

— Даже если так, мы хотим быть в курсе, — добавила его мать.

— Хотя мы и так догадывались.

— Ну, когда Аманэ сказал, что приедет домой с девушкой, это стало очевидно, правда? Вас, молодых, так легко прочитать.

— Ой, замолчи! — воскликнул Аманэ. — Ну да, мы встречаемся! Разве это так плохо?

— Ну и ну, ты действительно не умеешь быть честным в своих чувствах, — отчитала его Сихоко. — Махиру, ты уверена, что тебе нужен такой парень?

— Ну, Аманэ очень застенчивый человек… И это одна из причин, почему я люблю его.

— Понятно, тогда забирай.

— Я рад, что вы так хорошо ладите.

К моменту, когда родители одарили Махиру восхищёнными взглядами, а затем снова переключили внимание на него, Аманэ уже был измотан. Он не смог выдавить из себя ни единого слова в ответ.

«…Я нахожусь в собственном доме, и почему-то терплю больше всех».

Он знал своих родителей и до приезда примерно понимал, что его ждёт, но это всё равно было невыносимо. Из-за того, что родители вели себя с Махиру более приветливо и раскованно, чем с собственным сыном, Аманэ чувствовал себя стеснённым.

Он вздохнул и с чувством глубокой безнадёжности начал листать альбом.

Как и думал Аманэ, на фотографиях, которые с таким удовольствием разглядывала Махиру, были запечатлены самые неловкие моменты. Некоторые из них были сделаны по особым поводам, но на большинстве он просто выглядел глупо.

Особенно сильно Аманэ подкосила одна фотография, на которой он был одет в девчачью одежду.

Аманэ рос медленно, из-за чего примерно до середины средней школы у него было очень детское лицо. Сихоко время от времени пользовалась этим и для развлечения наряжала его в одежду для девочек.

На втором году средней школы он сильно вытянулся, и Сихоко лишилась одной из любимых игр, но Аманэ всё равно было неприятно, когда за его спиной кто-то говорил, что у него девичье лицо.

«…Навевает воспоминания…»

Само собой, Аманэ вспомнились парни, с которыми он близко дружил, а затем рассорился. Чтобы сбежать от этой ситуации, Аманэ даже уехал из родного города. Теперь же, к худу или к добру, он полностью отрешился от этого прошлого, и не собирался погружаться в сантименты. Впрочем, у Аманэ мелькнула мысль, что он может встретить тех парней во время прогулки по городу, ведь они учились в здешней средней школе. Если это произойдёт, будет не очень хорошо…

Аманэ захлопнул альбом, чтобы прервать поток неприятных воспоминаний, и, подняв голову, заметил, что на него смотрит Махиру.

— А, м-м… Ты сердишься? — спросила она.

— Почему ты так решила? Просто ностальгия накатила, и всё, — Аманэ пожал плечами и положил альбом обратно на стол.

Отношение родителей раздражало его, но ещё больше Аманэ не мог выносить расстроенного вида Махиру. Он осторожно протянул руку и погладил её по голове. Глаза Махиру широко раскрылись, но затем её выражение быстро смягчилось, а лицо расплылось в приятной улыбке.

Сихоко бросила на них взгляд одобрения, но Аманэ проигнорировал его и нежно погладил Махиру по волосам, чтобы успокоить.

***

На третий день визита Махиру уже неплохо освоилась в доме детства Аманэ.

— Ух ты! Махиру, милая, у тебя так хорошо получается!

Они втроем – Махиру и родители Аманэ – находились на кухне, надев фартуки, и дружно готовили какой-то десерт. Сам Аманэ не участвовал. В действительности, его даже не пригласили, и ему не оставалось ничего, кроме как сидеть в гостиной в одиночестве и наблюдать за своей девушкой и родителями со стороны.

Аманэ и Махиру проделали долгий путь, поэтому его родители развлекали девушку всеми доступными средствами. Казалось, они предпочитали её сыну и прекрасно проводили время только втроём. Нельзя сказать, что Аманэ не понимал, почему родители так пекутся о Махиру – такой милой, честной и хорошей – но всё же они пренебрегали единственным сыном.

Ему ничего не было от них нужно, и Аманэ не хотел, чтобы его беспокоили, но он всё равно испытывал смешанные чувства из-за того, что его вот так бросили.

Естественно, Аманэ был рад, что Махиру, как ему показалось, нравится внимание его родителей. Парень вовсе не возражал, чтобы Махиру, всегда мечтавшая о дружной семье, наконец получила возможность пожить в такой среде – пусть даже это была семья Аманэ, а не её собственная.

По-настоящему его беспокоило лишь то, что пока родители Аманэ проводили время с Махиру, сам он был практически лишён такой возможности.

«Но это не страшно, ведь мы снова будем только вдвоём, когда вернёмся».

Он знал, что дома у них будет более чем достаточно времени друг для друга, но всё равно не мог полностью избавиться от противоречивых чувств.

Пока Махиру и его родители продолжали заниматься чем-то вместе, Аманэ, желая как-то избавиться от дискомфорта, покинул гостиную и вернулся в свою спальню.

Он сел перед складным столиком, скрестив ноги, и открыл взятую с собой книгу.

Ему было нечем заняться, а большинство своих вещей Аманэ отвёз в квартиру, поэтому чтение оставалось для него единственным способом скоротать время. Сразу после летних каникул их ждала очередная порция контрольных, и Аманэ старательно учился, чтобы поддерживать свою успеваемость. Хотя в этом не было ничего сложного, ведь учиться ему нравилось.

Он спокойно проводил время за учёбой, как и подобает прилежному ученику.

Благодаря своему усердному ежедневному труду, Аманэ решал задачи из нового учебника без особых проблем. Родители всегда говорили ему, что нужно хорошо учиться, но главной мотивацией для него было не отставать от Махиру – и в последнее время Аманэ действительно видел плоды своих трудов.

«На кухне сейчас, наверное, оживлённо…», — рассеянно подумал он, проверяя ответы и рисуя на бумаге красные кружочки. Аманэ с удовлетворением отметил, что его ответы в основном верны, хотя он и допустил несколько незначительных ошибок по невнимательности.

В спальне было тихо, но по какой-то причине Аманэ чувствовал себя некомфортно.

«Для меня всегда было в порядке вещей проводить время в одиночестве. С каких это пор я чувствую, что мне кого-то не хватает, если рядом никого нет?»

Без сомнений, это связано с Махиру. Аманэ привык, что она всегда рядом, и теперь, оставаясь в одиночестве, чувствовал себя как-то неполноценно.

Аманэ бездумно вертел в руках красную ручку, пока не испустил небольшой вздох. Он скоро закончит с задачами – эта мысль не могла его не радовать. Но как раз в тот момент, когда Аманэ с недовольным ворчанием собирался сменить красную ручку на механический карандаш, в дверь три раза громко постучали.

— Аманэ? — услышал он приглушённый голос Махиру.

Он думал, что она по-прежнему занята на кухне, но, посмотрев на время, увидел, что прошло два часа. Похоже, они уже закончили.

— Что такое?

— Ничего, просто… Ты исчез, а мы даже не заметили…

— У меня выдалось немного свободного времени, и я решил позаниматься, так что…

Аманэ было трудно поверить, что прошло уже два часа, но это лишь показало, как сильно он сосредоточился. Хотя, говоря на чистоту, во время занятий Аманэ был скорее рассеян, ведь он ушёл учиться лишь затем, чтобы выгнать из головы определённые мысли.

— …Да? Эм, ты не против, если я зайду?

— Можно, но разве тебе не лучше сейчас пообщаться с моими родителями?

— Сейчас я хочу поговорить с тобой, Аманэ.

Похоже, она беспокоилась, иначе не стала бы приходить к Аманэ в комнату. Парню показалось, что его ответ, возможно, прозвучал немного незрело, но не было никаких причин ей отказывать, так что он открыл дверь и сказал: «Заходи».

По ту сторону двери стояла Махиру. Она держала в руках поднос и робко смотрела на Аманэ.

На подносе было две чашки кофе с молоком и два пирожных с кремом – видимо, как раз то, что они готовили всё это время.

— Прости за вторжение…

Махиру нерешительно вошла, из-за чего Аманэ тоже почувствовал себя неловко. Он поспешно убрал тетрадь и письменные принадлежности, положил для Махиру подушку, а затем взял у неё поднос и поставил на складной столик.

Идеально приготовленные пирожные с кремом выглядели настолько замечательно, будто их выпекли профессиональные кондитеры. А поскольку ими занималась Махиру, Аманэ не сомневался, что они также будут очень вкусными.

— Мы только-только закончили. Пирожные ещё не успели остыть, но…

— Ничего, спасибо большое.

Он искренне поблагодарил свою девушку за то, что она взяла на себя труд принести пирожные.

Но по какой-то причине Махиру беспокойно опустила глаза.

— Аманэ… Ты ведь не сердишься… Правда?

— Почему ты спрашиваешь?

— В-воздух вокруг тебя кажется колючим, будто… К тебе тяжело приблизиться.

Она как-то уловила, что он расстроен, но на деле вывод Махиру был ошибочным: Аманэ не злился. Он испытывал непростые чувства, и действительно ощущал себя одиноким. Но он не злился. В конце концов, в действиях его родителей и Махиру не было никакого злого умысла. Можно сказать, Аманэ был не в духе сам по себе.

— Я правда не злюсь. Просто… Мне было одиноко из-за того, что тебя забрали, — признался он.

— А… Ну, это…

— Прости. Я знаю, что тебе нравится проводить время с моими мамой и папой. Я просто дуюсь. Это так по-детски, даже для меня, — он рассмеялся и пожал плечами, а затем отпил из чашки кофе, принесённый Махиру.

Аманэ знал, что ей очень не хватает любящей семьи, и ему было стыдно за то, что он оставил Махиру одну. Аманэ следовало наслаждаться, наблюдая за ней, а не переживать из-за того, что чувствует себя не в своей тарелке.

Счастье Махиру было и его счастьем, но, когда Аманэ оставили – ему стало грустно, а потому он решил изолировать себя ещё сильнее. Аманэ сам себя накрутил до плохого настроения. В этом не было ни вины Махиру, ни вины его родителей.

Аманэ отставил чашку и вздохнул, а Махиру плавно подняла на него глаза и вмиг оказалась на груди парня. Если точнее, она быстро к нему приблизилась и прислонилась всем телом к груди Аманэ, но в любом случае внезапный физический контакт застиг его врасплох.

Он не понимал, что происходит, и начал нежно гладить Махиру по спине, как бы утешая девушку. Она медленно подняла глаза и посмотрела ему прямо в лицо.

— …Конечно, мне нравится проводить время с твоими родителями. Я очень рада их компании, но ты должен знать, что больше всего мне нравится быть с тобой, Аманэ, — прошептала она и нервно прикоснулась губами к его щеке.

К моменту, когда он почувствовал нежное слабое давление, Махиру уже отстранилась.

Её щёки стали ещё краснее, чем прежде, в глазах стояли слёзы, и Аманэ инстинктивно поцеловал Махиру в мягкую щёку.

«…Какой же я идиот».

Он вёл себя как полный кретин и дулся без причины, в то время, когда Махиру так о нём беспокоилась.

Аманэ снова осознал, как сильно он её любит, и этим действием попытался выразить переполняющие его чувства.

Но Аманэ ещё не привык к поцелуям – даже если просто в щёку.

Как и Махиру. Когда губы Аманэ прикоснулись к её коже, девушка заметно задрожала.

Первые мгновения она выглядела так, словно готова в любую секунду сбежать из-за смущения, но когда Аманэ крепко обнял Махиру и стал нежно гладить, она постепенно расслабилась в его объятиях и закрыла глаза.

Махиру стыдливо поцеловала Аманэ в щёку, и он, поражённый её милотой, ещё сильнее прижал девушку к себе.

— …Слушай, Махиру?

Спустя ещё несколько поочередных поцелуев в щёки, Аманэ заглянул Махиру в глаза. Она посмотрела на него с выражением, полным радости и смущения одновременно.

— Давай завтра сходим куда-нибудь вместе. У родителей будут дела по работе.

— Только вдвоём?

— Я ведь ещё не показывал тебе город, верно? Хотя не то, чтобы здесь было много достопримечательностей. Во всяком случае, меньше, чем там, где мы живём сейчас.

Предложение Аманэ родилось исключительно из желание провести время вместе с Махиру, но её глаза расширились, а потом она улыбнулась ещё мягче, чем когда они целовались.

— Хорошо… С тобой я согласна пойти куда угодно…

— Ох…

— Но сегодня, давай ещё немного побудем вот так вместе… Твои родители тоже сказали, что мне лучше провести немного времени с тобой.

— Это вообще не их дело – хотел бы сказать я, но они всегда видят меня насквозь. Наверное, я и правда очень плохо скрываю свои чувства.

Родители Аманэ беспокоились о нём.

Аманэ рассмеялся над собственной глупостью и медленно отстранился от Махиру.

На мгновение на её личике появилась обида, но Аманэ указал на пирожные с кремом и прошептал:

— Я хочу съесть сладости, которые ты приготовила.

Махиру смущённо опустила глаза и спросила:

— …Тогда, может, поедим вместе?

— Давай.

Вместо объятий, Аманэ сел рядом с Махиру, взял её за руку и тепло улыбнулся.

___________________________________

Перевод: RedBay

Бета: Keuk

Спасибо, что читаете!