(Глава от лица Хиро)

Наступила ночь. И после того как я оказался в своём мире, я поспешил домой. После всех переживаний и испытаний я надеялся, что наконец-то смогу позволить себе немного отдыха, расслабиться и, возможно, на мгновение забыть о том хаосе, который окружал меня в последние дни. Однако реальность, как это часто случается, оказалась куда менее милосердной. Стоило мне переступить порог своего дома, как мир вокруг изменился. Неожиданно, словно по чьей-то воле, я оказался в другом измерении – в пространстве, которое я сразу узнал. Это было измерение Оки.

Она стояла неподвижно, паря над невидимой платформой в нескольких метрах от меня. Её глаза были закрыты, а лицо сохраняло холодное спокойствие, будто она погрузилась в глубокую медитацию. Её поза, её молчание… всё это заставляло меня чувствовать себя неуютно. Что-то явно было не так.

— Что-то не так? — спросил я, пытаясь привлечь её внимание.

Оки всё же открыла глаза, но её взгляд был отстранённым, словно она размышляла о чём-то важном, о чём-то, что не касалось ни меня, ни этого момента. Её молчание затянулось, но затем она заговорила, неожиданно для меня затронув тему, к которой я давно не возвращался.

— Помнишь момент, когда мы забрали Сердце Мира, чтобы поместить его в сознание? — её голос звучал спокойно, но в нём ощущалась какая-то странная нотка напряжения.

Я медленно кивнул, внутренне напрягаясь. Конечно, я помнил. Это было одно из самых сложных испытаний за последние дни, через которые мне довелось пройти. Однако я не понимал, почему она решила вернуться к этому сейчас.

— Тогда мы встретились с кем-то, кто очень сильно похож на тебя, — продолжила Оки, её голос звучал всё тише, но каждое слово словно било в цель. — Даже можно сказать... с будущим тобой.

Её слова прозвучали как гром среди ясного неба. Моё сердце сжалось, но я постарался сохранить спокойствие.

— И к чему ты это? — спросил я, с трудом скрывая тревогу.

Оки посмотрела на меня, её взгляд был изучающим, словно она пыталась понять, насколько я готов услышать то, что она собиралась сказать.

— Просто хочу, чтобы ты не зацикливался на том, что он тогда сказал, — её голос был твёрдым, хотя в нём ощущалась лёгкая нотка заботы.

Я покачал головой, стараясь не поддаваться эмоциям.

— Ладно. Я и не особо собирался это делать. Если ты, конечно, не связываешь это с тем, что предложила Дриада, — ответил я, пытаясь понять, куда она клонит.

— Именно об этом я и веду речь. События, кажется, начали разворачиваться слишком быстро. Особенно это стало заметно после нападения Предвестников.

Я кивнул, соглашаясь с её словами. Всё действительно стало происходить с какой-то невероятной скоростью, будто кто-то ускорил течение времени в нашем мире. Но мне всё ещё не давала покоя одна мысль.

— Может, Рин могла бы... — начал я, но вдруг замолчал, задумавшись.

Затем я поднял взгляд на Оки, и в голове возникла мысль, которую я не мог больше игнорировать.

— Оки, слушай, может, всё так быстро происходит именно из-за смерти Рин?

Её реакция была неожиданной. Лицо Оки застыло в выражении удивления, она сделала пару шагов назад, словно мои слова заставили её пересмотреть всё, что она знала.

— Ну точно. Как мы сразу не догадались? — воскликнула она, её голос прозвучал с ноткой тревоги.

— Это же очень плохо, да? — спросил я, хотя ответ был очевиден.

— Ну, из-за этого теперь каждый в нашем мире достигает своих целей максимально коротким путём. Кроме тебя и... нас, — ответила Оки, её голос стал тише, словно она осознавала что-то по-настоящему ужасное.

— Но как это отражается на другом? Вы сказали, что слишком рано Прародители вышли со мной на связь. Если время в нашем мире нарушено, то почему те, кто к нам не относятся, влияют на события именно так?

Оки, казалось, задумалась, её взгляд стал каким-то отстранённым, но затем она вновь посмотрела на меня, будто пытаясь найти ответ в моих глазах.

— Я думаю, что всему виной – ты. Дриада сама сказала, что ты тот, кто может помешать любым планам, тот, кто может всё изменить. И раз ты подчиняешься прежнему ходу событий, то, возможно, все остальные неосознанно пытаются сбалансировать это.

Я вздохнул, пытаясь переварить её слова.

— Ясно. И что нам делать? — спросил я, чувствуя, что времени на раздумья у нас нет.

Оки ненадолго задумалась, а затем коротко ответила:

— Просто не торопись.

И прежде чем я успел что-либо сказать, мир вокруг вновь изменился. Я очутился в реальности, но мысли о разговоре с Оки не отпускали меня. День выдался невероятно тяжёлым, и я только хотел увидеть Крул и Миеко, чтобы хоть как-то отвлечься. Но, к моему удивлению, дома их не оказалось.

"Может, они в Аду?" — раздался в моём сознании голос Римаса.

Его теория звучала логично, и я решил проверить это. Через несколько минут я уже стоял перед дворцом родителей Крул. Однако то, что я увидел, заставило меня содрогнуться.

Охраны у дверей не было. Стёкла были выбиты, а в стенах зияли огромные дыры. Я поспешил внутрь, и передо мной открылась удручающая картина: пятна крови, разрушенные помещения, разорванные тела охраны. Всё это выглядело как сцена из кошмара.

"Боже, что же случилось здесь?" — с ужасом спросила Сакура.

Я продвигался всё дальше, пока не достиг тронного зала. Там меня ждал ещё больший ужас. Родители Крул сидели рядом с истекающим кровью стариком. На их лицах читались боль и отчаяние.

— Эй, старик, что случилось? — спросил я, подойдя ближе.

Старик поднял голову, его взгляд был полон отчаяния. Он схватил меня за руку и хриплым голосом произнёс:

— Спаси её. Не важно, что произошло тут. Ты обязан вернуть её.

И тут я услышал голос Оки:

"Хиро, я связалась с Эвриалом и узнала её местоположение!".

Не теряя ни секунды, я переместился туда, куда указала Оки, чувствуя, что впереди меня ожидало нечто ещё более страшное.

— Ни разу не видел старика в таком состоянии, — тихо выдохнул я, оказавшись на месте.

Вид его вызывал странное чувство: смесь жалости, тревоги и необъяснимого предчувствия грядущей катастрофы. Старик, который всегда был воплощением величественной силы и мудрости, сейчас выглядел сломленным. Его глаза, тусклые и наполненные болью, будто прожгли меня насквозь. Что могло привести его к такому состоянию? Этот вопрос не давал мне покоя.

Но мои мысли резко прервались, когда я почувствовал, как воздух внутри сооружения начал дрожать. Энергия, дикая и неуправляемая, бродила где-то неподалёку, словно бешеный зверь, вырвавшийся из клетки. Она была настолько сильной, что даже через стены её можно было ощутить кожей. Она обжигала, давила, заставляла сердце биться быстрее. И вот, в этом хаосе, я услышал голос, который мгновенно заставил меня напрячься. Знакомый голос, полный сарказма и презрения.

— Хах? Всё ещё пытаешься? — голос принадлежал Фридриху.

Его слова звучали как издёвка, но в них проскальзывало что-то большее: гордость, смешанная с жестокой уверенностью в своей силе.

— Ты всего лишь маленькая лиса, которая даже сказать ничего не может. Твоя хозяйка связана, а тебя я могу сжечь за долю секунды. Какие у вас есть шансы?

Я замер на месте, услышав это. Его слова были похожи на вызов, но ещё больше на приговор. Нельзя было медлить. Я немедленно переместился внутрь, где передо мной предстала картина, от которой сжалось сердце.

Прямо посреди зала стояли знакомые мне лица. Миеко, моя лиса, была в воздухе, словно выброшенная силой взрыва. Не думая ни секунды, я бросился вперёд и поймал её, прежде чем она успела удариться о землю. Держа её в руках, я бросил сердитый взгляд на Фридриха, чьи глаза горели огнём, и ответил твёрдым, уверенным голосом:

— У них есть я.

Мгновение тишины. Фридрих не ожидал моего появления. Его лицо на секунду застыло в удивлении, а затем в явном страхе. Это выражение напомнило мне о том, что он отлично знал, на что я способен.

— Вот блин... — пробормотал он, напрягаясь. — Явился нарушить наши планы?

Я проигнорировал его слова. Сейчас для меня важнее было другое. Аккуратно положив Миеко на пол, я тут же телепортировался к Крул. Она была связана огненными оковами, которые обжигали её кожу. Её лицо было бледным, а взгляд испуганным, но при этом полным решимости. Использовав силу Римаса, я разорвал оковы, избавив её от мучений. Подняв Крул на руки, я почувствовал, как она дрожит, но её дыхание начало выравниваться.

Затем я медленно повернул голову к Фридриху и его отцу. Мой взгляд был холодным, но в нём читалась угроза, которую они оба прекрасно понимали.

— Я же предупреждал вас, верно? — задал я им вопрос тихим, почти шёпотом, но его звучание эхом разнеслось по залу.

Фридрих, не дослушав меня, сорвался с места и бросился в атаку. Его лицо исказилось от ярости, а руки, раскинутые в стороны, начали вспыхивать пламенем, которое грозило уничтожить всё на своём пути. Он был похож на дикого зверя, готового разорвать свою жертву.

— Смеешь игнорировать меня?! — завопил он, направляя свои руки в мою сторону.

Но для меня его движения были слишком предсказуемы. Я видел каждое его намерение, каждую попытку нанести удар. В тот момент, когда он атаковал, я быстро переместился вместе с Крул к Миеко. Аккуратно положив её рядом, я убедился, что обе в безопасности. Затем, не теряя ни секунды, рванул в сторону отца Фридриха.

— Что ж, пора выполнить обещание, данное вашей семье, — сказал я спокойно, приближаясь всё ближе и ближе.

Фридрих взревел от ярости. Его голос был похож на рев разъярённого зверя.

— Ты смеешь игнорировать меня?! — спросил он снова.

Но я лишь ждал этого момента. Его ярость ослепила его. Это был его главный недостаток – неспособность контролировать себя. Я чуть обернулся, подставляя себя для финального удара, и в тот же миг направил левую ладонь в его сторону. Пространство за спиной Фридриха разорвалось, открывая огромный фиолетовый портал.

Из портала появилась голова Римаса. Его глаза горели огненным светом, а огромная пасть раскрылась, обнажая острые, как бритвы, зубы. Фридрих замер на мгновение, осознав, что произошло, но было уже поздно. Римас с ужасающей скоростью бросился вперёд и вонзил свои челюсти в тело врага. Звонкий хруст разнёсся по залу, когда позвоночник Фридриха был перекушен. Его нижняя часть тела исчезла в пасти Римаса, а остаток рухнул на землю.

Зал наполнился звуком падающих обломков и тихим стоном умирающего врага. Я стоял посреди этой сцены, глядя на остатки Фридриха. Его ярость, его сила – всё это рассыпалось в прах перед лицом моей решимости.

— Я ведь обещал, что познакомлю вас, — сказал я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипело.

Я медленно повернулся к его отцу, стараясь не показывать, как напряжена каждая клеточка моего тела. В этот момент Римас вернулся в моё сознание и вновь дал о себе знать.

"Ну я же просил, не заставляй меня так делать! Теперь зубы чистить от крови…" — его голос в моём разуме звучал раздражённо, но я не мог позволить себе сейчас отвлекаться на него.

Отец Фридриха, словно специально стараясь усилить напряжение, начал медленно и нарочито громко хлопать ладонями, его лицо исказилось в наигранной улыбке.

— Браво, — произнёс он с издёвкой, его голос звучал так, будто он заранее наслаждался своей мнимой победой. — Всё случилось ровно так, как я и предсказывал. Ты не оставил моему сыну никаких шансов. Должен признаться, я даже горжусь тобой.

Я почувствовал, как ярость начала подниматься из глубин моего сознания.

— Не помню, чтобы разрешал тебе открывать свой рот, — ответил я ему холодно, каждое слово звучало как предупреждение.

Стараясь не дать эмоциям захватить контроль, я на секунду закрыл глаза и отпустил Гелеуса из своего разума, возвращая ему свободу. Затем повернулся к Миеко и Крул, которые стояли чуть поодаль, с напряжёнными лицами наблюдая за происходящим.

— Отведи их на базу ОПБР, — сказал я, бросив взгляд на Гелеуса. — Там их должны осмотреть. Если есть что-то серьёзное, немедленно окажите помощь.

Гелеус кивнул коротко, без лишних слов, и повёл их прочь, оставляя меня наедине с этим человеком – главой семьи Шимидзу.

— Не обязательно так себя вести, — начал он, его голос звучал с лёгкой насмешкой, но в глазах мелькнула тревога. — Один только пафос. Сплошной… пафос. Это в тебе начинает раздражать.

Его слова были словно наждачная бумага, раздражая и царапая моё терпение.

— И что же ты сделаешь?! — произнёс я, на этот раз не скрывая гнева.

Мой голос звучал низко и угрожающе, а шаги, с которыми я начал медленно двигаться в его сторону, казались громче, чем они на самом деле были.

Он, будто почувствовав угрозу, сделал шаг назад.

— Я? Ничего, — сказал он, пытаясь сохранить уверенность, но я заметил, как его взгляд на секунду дрогнул. — Я не собираюсь с тобой драться. Мне это не нужно. Самое главное, что пока ты тут находился, наступил день… И *он* может показать тебе твоё место.

— Он? — повторил я, сужая глаза.

Из тени, словно из мрачного сна, появился высокий, мощный мужчина с тёмной кожей, которая, казалось, поглощала слабый свет вокруг. Его фигура была грациозной и устрашающей одновременно. Каждая мышца на его теле выглядела как выточенная из камня, и даже лёгкое движение выдавало невероятную силу, скрывающуюся в этом человеке. Его голова, лысая и блестящая, отражала тусклый свет, а глаза были закрыты, будто он не нуждался в зрении, чтобы видеть меня. Но больше всего меня поразила его одежда. Простая, почти аскетичная мантия монаха, сшитая из ткани, напоминающей обугленный пепел. Она ниспадала с его плеч, оставляя открытыми руки, на которых были выгравированы странные руны. Орадайн. Это имя всплыло в моей памяти, словно зловещий шёпот.

Орадайн. Один из сильнейших существ иных миров. Его сила была мне неизвестна. Я встречал его лишь однажды, на собрании, где он сидел, не вмешиваясь в разговоры, но его присутствие тогда ощущалось, словно тяжёлый груз на плечах. Даже тогда он показался мне пугающе мрачным. Теперь он стоял передо мной, и я чувствовал, как воздух вокруг нас будто бы сгущается от его энергии.

Он двинулся ко мне, шаг за шагом, медленно, но с уверенностью хищника, который знает, что жертва уже в ловушке. Его движения были плавными, но в них чувствовалась угроза. Я понял, что он идёт ко мне, и, несмотря на внутренний протест, тоже сделал шаг вперёд. Всё происходящее казалось каким-то странным ритуалом. Мы встретились в центре разрушенного зала, где вокруг нас зияли трещины в каменном полу, а из стен всё ещё сыпалась пыль. Мы стояли лицом к лицу, и я чувствовал, как напряжение в воздухе нарастает, словно перед бурей.

Его глаза оставались закрытыми. Это злило меня. Его спокойствие, его поза — руки, сложенные у груди в жесте мольбы, — всё это будто издевалось надо мной. Я был напряжён, готов к бою, а он… Он даже не считал нужным открывать глаза. Его лицо оставалось бесстрастным, словно всё происходящее — лишь скучная обязанность.

— Мальчик, ты ведь помнишь меня? — его голос прозвучал неожиданно тихо, но в нём была такая сила, что он, казалось, проник прямо в мой череп.

Он не открыл глаз, даже когда заговорил, и это лишь сильнее разозлило меня.

Я почувствовал, как кровь вскипает в моих жилах. Сжал кулаки, чтобы не дать эмоциям взять верх, но зубы уже скрипели от напряжения.

— Не раздражай меня, лысый нег… — выпалил я, не успев закончить.

И тут всё произошло слишком быстро. Его кулак, огромный, как каменная глыба, в мгновение ока встретился с моим подбородком. Я даже не успел осознать, что произошло, пока моё тело не взлетело с такой силой, что я пробил потолок. Удар казался простым, почти ленивым, но его мощь была чудовищной. Скорость, с которой я летел, была невообразимой. Я чувствовал, как воздух режет моё лицо, а тело будто разрывается на части. Кровь била в висках, а сознание угасало.

Я пробил несколько слоёв атмосферы, прежде чем вылетел в открытый космос. Там, наконец, мой полёт замедлился, и я смог остановиться. Болело всё. Каждая часть моего тела кричала от боли. Я терял ориентацию, но, стиснув зубы, заставил себя прийти в чувство.

"Ты как?" — голос Сакуры ворвался в мою голову, звуча обеспокоенно.

"Вроде живой…" — прохрипел я, крутанув головой, чтобы вернуть себе ощущение пространства.

Я огляделся. Земля висела вдалеке, её голубая поверхность казалась такой спокойной отсюда, из космоса. Но я знал, что спокойствие обманчиво. Где-то там, внизу, ждал мой противник. Или… нет, он уже здесь. Я почувствовал это раньше, чем увидел. Холодный ужас пронзил меня, когда я ощутил, как воздух, вернее, его отсутствие, вокруг меня странно сдвинулся.

Орадайн появился мгновенно. Его фигура возникла из пустоты, как будто он просто шагнул сквозь пространство. Он был позади меня, и я не успел даже повернуть голову, как его рука обхватила меня, словно стальные тиски. Его хватка была настолько сильной, что я почувствовал, как мои рёбра начали трещать. Он не дал мне шанса вырваться. Секунда, и мы уже летели обратно к Земле. Скорость была такой, что вокруг нас начали появляться огненные всполохи из-за трения об атмосферу. Он держал меня мёртвой хваткой, а его лицо оставалось таким же спокойным, как и прежде.

"Сакура! Что-нибудь придумай!" — мысленно закричал я, чувствуя, как приближается конец.

"Я пытаюсь! Но он… он слишком силён! Он препятствует нашему вмешательству!" — её голос дрожал, но я знал, что она делает всё возможное.

Орадайн двигался с пугающей скоростью. Земля становилась всё ближе. Его хватка была настолько сильной, что мои ребра буквально трещали под давлением. Поток воздуха и тепла вокруг нас становился всё более невыносимым, пока мы проходили сквозь плотные слои атмосферы. Я видел, как облака разрываются от нашего стремительного падения, как контуры городов начинают вырисовываться под нами. Если он врежется со мной в поверхность, последствия будут катастрофическими. Для всех.

"Сакура, мне нужна помощь! Быстро!" — мысленно крикнул я, чувствуя, как кровь пульсирует в висках.

"Работаю!" — ответила она.

Её голос был напряжённым, но собранным.

Я попытался сосредоточиться, несмотря на боль и растущее давление. В этот момент моё тело начало светиться слабым фиолетовым светом, а вокруг нас стали появляться электрические разряды. Это была энергия Оки, которую я редко использовал, считая её слишком опасной даже для себя. Но сейчас выбора не было. Либо я прорываю эту хватку, либо превращаюсь в кровавое пятно.

— Хватит с меня! — закричал я, выбрасывая всю накопленную энергию наружу.

Раздался взрыв. Огромный шар фиолетового света окружил нас, разрывая хватку Орадайна. Его тело отбросило назад, а я, наконец получив свободу, мгновенно активировал барьер, чтобы затормозить своё падение. Едва успев стабилизироваться, я заметил, что Орадайн уже восстанавливается. Он медленно парил в воздухе, его лицо оставалось спокойным, как будто всё произошедшее было для него лишь разминкой.

— Ты не так уж и плох, мальчишка, — произнёс он, наконец открыв глаза.

Они светились ярко-золотым светом, пугающим и гипнотическим одновременно.

— Но этого недостаточно. Ты всё ещё жалок.

— Жалок? — прорычал я, чувствуя, как гнев заполняет каждую клетку моего тела. — Да я тебе сейчас покажу, кто из нас жалок!

Я резко взмахнул рукой, выпуская волну энергии, которая срезала верхушки ближайших домов. Но Орадайн даже не пошевелился. Он просто поднял руку, и вся моя атака рассыпалась, словно пыль на ветру. Его спокойствие сводило меня с ума.

— Ты слишком импульсивен. Это твоя слабость, — наставительно продолжал он. — Разве ты не понимаешь? Ты не готов. Ты никогда не был готов.

— Замолчи! — закричал я, бросившись на него с кулаками.

Но он был быстрее. Молниеносное движение, и я снова оказался на земле, врезавшись в асфальт с такой силой, что камни разлетелись в стороны, словно стекло. Мне казалось, что каждая кость в моём теле была переломана, но адреналин не давал мне остановиться. Я поднялся, покачиваясь, и посмотрел на него. Его силуэт был чётким, как будто свет исходил только от него. Он парил надо мной, словно высший судья, пришедший вынести приговор.

"У тебя мало времени. Я вижу его энергетику. Он использует лишь малую часть своих сил. Если ты не соберёшься, он уничтожит тебя." — предупредила Сакура

"Я знаю." — ответил я мысленно, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в кожу.

— Кайто послал меня проверить тебя, а не твоих дружков в голове, — тихо, но с угрожающей чёткостью произнёс Орадайн.

Его голос, будто стальной клинок, разрезал воздух. Он поднял руку, направив её прямо на меня, как будто собирался одним движением вырвать из меня всю сущность.

В тот момент я почувствовал, как нечто невидимое, но невероятно мощное, обрушилось на меня. Это было не просто давление. Это было так, словно вся моя энергетическая связь с миром была грубо расторгнута. Я перестал слышать их. Моих фамильяров. Даже слабый, привычный шёпот их энергий исчез. Была лишь тишина. Леденящая, пугающая тишина. Всё, что я ощущал – это собственную ничтожную энергию, которая слабым огоньком теплилась внутри, и боль. Жгучая боль, которая охватила всё моё тело, словно я оказался в пустоте, лишённой всего, что давало мне силу.

— Ч-чёрт... — выдавил я хрипло, отступая на несколько шагов назад.

Колени дрожали. Голова тяжело гудела, словно её сдавливали тысячи невидимых рук. Я попытался сосредоточиться, найти хоть что-то внутри себя, но моё сознание было пустым, как выжженное поле.

Орадайн посмотрел на меня тем же спокойным взглядом, что и прежде. Его губы слегка дрогнули, как будто он едва заметно усмехнулся. Затем он медленно поднял руки и сжал кулаки, словно собирался сокрушить весь мир одной лишь силой своей воли.

— Надеюсь, до своей гибели ты заставишь меня улыбнуться от удовольствия этой драки, — сказал он.

Его слова прозвучали как приговор, холодный и неизбежный. И он рванул ко мне.

Его движение было настолько стремительным, что я даже не успел понять, что происходит. В один миг он стоял в нескольких метрах от меня, а в следующий – уже был прямо передо мной. Скорость, с которой он двигался, была запредельной. Казалось, что пространство вокруг него искривлялось, будто само время пыталось отступить перед его натиском. Я не успел даже моргнуть, как его рука с железной хваткой сомкнулась на моём горле. Его пальцы впились в мою шею, перекрывая дыхание, и в этот момент я почувствовал себя не человеком, а просто куском мяса в руках беспощадного хищника.

— Мой мир не прощает слабых, — прошептал он, и его глаза сверкнули на долю секунды.

Он поднял меня над землёй, словно я ничего не весил, и с невероятной силой швырнул в небо. Я не успел даже закричать. Поток воздуха тут же заглушил все звуки. Мой взгляд метался, пытаясь за что-то зацепиться. Я увидел Хельфрейм с высоты. Огромный город раскинулся передо мной, его величественные башни, улицы и площади мелькнули на мгновение, как будто я смотрел на них в последний раз. Но эта иллюзия свободы длилась недолго.

Орадайн догнал меня. Как он это сделал, я даже не понял. Его движение в воздухе было настолько плавным и быстрым, что казалось, он просто слился с ветром. В следующий момент его два кулака, сложенные вместе, врезались мне в грудь с такой мощью, что воздух выбило из лёгких. Удар не просто отбросил меня вниз, он буквально вдавил меня в землю. Я пролетел через несколько слоёв атмосферы, тело горело от трения, но боль от удара Орадайна затмевала всё.

Когда я врезался в землю, мир взорвался. Грохот был оглушительным. Он отозвался эхом по всему Хельфрейму. Взрывная волна разнесла всё вокруг, выбив стёкла в ближайших зданиях, разрушив стены и превратив окружающие улицы в хаос. Земля содрогнулась, а подо мной образовалась огромная воронка. Я лежал в её центре, окружённый обломками асфальта, бетона и камня. Каждая клетка моего тела кричала от боли. Я попытался пошевелиться, но лишь сильнее ощутил, как каждая кость, казалось, трещит.

Сквозь пыль и обломки я увидел, как Орадайн приземляется на край кратера. Его фигура, тёмная и величественная, возвышалась надо мной, как мрачный силуэт божества смерти. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде не было ни капли злости или злорадства. Лишь холодный, равнодушный интерес.

— Ты разочаровываешь меня, — сказал он, словно бросая мне вызов. — Если это всё, на что ты способен, то Кайто ошибся. Ты не достоин даже испытания.

Его слова резанули меня сильнее, чем любой из ударов. Я почувствовал, как гнев закипает внутри. Пусть моя энергия была слаба, пусть я был раздавлен, но я не мог просто так сдаться. Собрав остатки сил, я поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза.

— Не думай... что я сдамся... — прохрипел я, с трудом поднимаясь на одно колено.

Орадайн, казалось, удовлетворённо кивнул, словно моё сопротивление лишь разжигало его интерес. Он поднял руку, и я почувствовал, как воздух вокруг нас начинает вибрировать. Это было начало нового удара, который мог стать для меня последним.

"Сакура... где ты?!" — мысленно закричал я, пытаясь найти хоть какую-то надежду.

"Я здесь... Держись! Я нашла способ вернуть твою силу, но мне нужно время!" — её голос звучал напряжённо, но решительно.

— У тебя его нет! — пробормотал я, чувствуя, как Орадайн готовится к следующей атаке.

Орадайн взмахнул рукой, и воздух вокруг нас буквально взорвался. Вибрации, исходящие от его движения, разнеслись по кратеру, а затем и дальше – по улицам Хельфрейма. Камни, асфальт и бетон начали подниматься в воздух, словно разорванные гравитацией. Я чувствовал, как давление вокруг меня нарастает, сжимая грудь и лишая кислорода. Он не торопился атаковать – он показывал свою силу, демонстрируя, насколько я был слабее.

— Вставай, — приказал он.

Его голос был холодным, как сталь, и его взгляд прожигал меня насквозь.

Я стиснул зубы, чувствуя, как ярость начинает брать верх. Каждая мышца моего тела кричала от боли, но я заставил себя подняться. Медленно, через силу, я встал на ноги. Земля подо мной дрожала, а вокруг всё ещё витали обломки.

— Думаешь, я так просто сдамся? — прохрипел я, вытирая кровь, стекающую изо рта.

Орадайн улыбнулся. Это была не радостная улыбка, а хищная, полная презрения. Он не ответил, но его взгляд говорил всё: "Ты для меня – лишь игрушка".

Он двинулся вперёд, не спеша, но каждое его движение было точным и выверенным. Я сжал кулаки, собирая остатки своей энергии. Пусть она была слабой, но я знал, что должен использовать её до конца.

Орадайн исчез. Нет, он не просто ускорился – он буквально растворился в воздухе. Я успел только моргнуть, прежде чем почувствовал удар в спину. Меня отбросило вперёд, и я врезался в стену ближайшего здания. Камни и стекло обрушились на меня, но я едва успел поднять руку, чтобы хоть как-то защититься.

— Ты слишком медленный, — раздался его голос позади меня, — Я могу разорвать твою плоть на части за считанные секунды. Так почему же ты не показываешь, на что на сасом деле способен?!

Я резко обернулся, но он уже снова исчез. На этот раз я попытался предугадать его движение, и, почувствовав едва уловимое изменение в воздухе, развернулся и ударил кулаком в пустоту. На удивление, мой удар встретил сопротивление. Орадайн перехватил мою руку. Его хватка была настолько сильной, что я почувствовал, как кости в запястье начинают трещать.

— Лучше, — сказал он, сжимая мою руку сильнее. — Но всё ещё недостаточно.

Он резко дёрнул меня на себя и ударил коленом в живот. Воздух разом покинул мои лёгкие, и я согнулся пополам, но он не остановился. Его рука схватила меня за лицо, и в следующий момент я снова летел, пробивая стены и перекрытия. Моё тело ворвалось в подземный туннель, разрушая его своды.

Я упал на землю, подняв вокруг себя облако пыли и обломков. В ушах звенело, а перед глазами всё плыло. Но я не мог позволить себе лежать. Заставив себя подняться, я почувствовал вкус крови во рту. Всё тело горело, но я знал, что если остановлюсь, это будет конец.

— Ты упрямый, — сказал Орадайн, появляясь из пыли, как призрак. — Но упрямство без силы – это жалкая попытка отсрочить неизбежное.

— Закрой свой рот! — выкрикнул я, бросившись на него.

Мои кулаки засвистели в воздухе. Я бил со всей силы, вкладывая в каждый удар не только остатки своей энергии, но и всю ярость, которая копилась во мне. Орадайн уклонялся с пугающей лёгкостью, словно танцуя на поле боя. Его движения были минимальными, но идеальными. Он двигался так, будто заранее знал, куда я ударю.

— Ты предсказуем, — сказал он, поймав мой кулак и резко выкрутив его.

Я вскрикнул от боли, но, собрав всю свою решимость, ударил его свободной рукой в лицо. На этот раз я почувствовал, как мой кулак встретил его кожу. Удар был сильным, настолько, что его голова чуть дёрнулась назад. И всё же... он не отступил.

–– Хорошо, — произнёс он, вытирая кровь с уголка губ. — Ты смог достать меня.

Я не успел даже выдохнуть, как он резко шагнул вперёд и ударил меня в грудь. Его кулак врезался, словно молот, и я снова полетел назад, пробивая очередную стену. На этот раз я остановился только тогда, когда врезался в массивную колонну, которая треснула от удара.

— Ты хотел драку? — прохрипел я, поднявшись на ноги. — Ты её получишь!

Я рванул вперёд, игнорируя боль. На этот раз я решил атаковать не прямолинейно. Я уклонился вправо, затем резко сменил траекторию и нанёс удар снизу вверх. Орадайн успел блокировать его, но я тут же развернулся и ударил локтем в его рёбра. Он слегка пошатнулся, но тут же ответил серией ударов, от которых я едва успевал уклоняться.

Мы двигались по разрушенному городу, превращая всё вокруг в руины. Удары Орадайна были точными, они ломали всё, к чему прикасались. Мои атаки были хаотичными, но я не сдавался. Каждый мой удар был отчаянной попыткой пробить его защиту.

— Покажи мне больше! — выкрикнул он, атакуя с такой силой, что земля под нами треснула.

Наши кулаки встретились в мощном столкновении, которое взорвалось звуковой волной, разрывающей тишину и разрушившей остатки зданий вокруг. Земля под нашими ногами трещала, как будто сама природа протестовала против этого безумия, а воздух искрился от энергии, словно вокруг нас бушевал ураган. Каждый удар отдавался глухим эхом в моих ушах, а вибрации прокатывались по земле, оставляя за собой трещины и выбоины.

Я с трудом удерживал равновесие, чувствуя, как ноги подкашиваются. Моё тело было измотано, а мышцы горели от боли, словно огонь пронизывал каждую клеточку. Орадайн, этот монстр, казалось, только набирал мощь, словно каждое столкновение со мной подпитывало его ещё больше. Эта битва уже давно уничтожила целые районы: улицы были превращены в груды обломков, а когда-то величественные здания – в дымящиеся руины, из которых поднимался черный дым, затмевающий солнце.

Я едва успел подняться на ноги, когда передо мной снова появился Орадайн. Его фигура внушала ужас.

— Ты всё ещё стоишь? — хрипло прорычал он, почесывая затылок. — Тогда посмотрим, как долго ты сможешь продолжать.

Внезапно Орадайн схватил меня за грудь. Его пальцы сжались, как стальные тиски, и я почувствовал, как воздух вырывается из моих лёгких. Ребра трещали под давлением его хватки, и я осознал, что мои силы иссякают. Я попытался вырваться, но мышцы не поддавались. Моя попытка была тщетной.

— Ты не защитишь этот мир, если сам станешь его разрушителем, — усмехнулся он с презрением. — Ты хотя бы постарайся противостоять мне!

С этими словами он размахнулся и с силой метнул меня в сторону железнодорожного полотна. Я пролетел сотни метров, ощущая, как ветер свистит в ушах, пока моё тело не врезалось в землю с оглушительным глухим звуком. Я оставил за собой глубокую борозду в земле, и в этот момент всё вокруг замерло. С трудом приподняв голову, я увидел, что прямо на меня мчится поезд.

Поезд! Полный пассажиров. Их жизни зависели от этой секунды.

— Нет, нет, нет! — прошептал я в ужасе, сердце колотилось в груди, как птица в клетке.

Я попытался подняться на ноги, но тело отказывалось слушаться. Каждая клеточка моего существа кричала от боли.

И вдруг Орадайн снова появился рядом за долю секунды.

— Посмотрим, как ты справишься с этим, герой! — произнёс он с ухмылкой на губах.

Он схватил меня за ноги и поднял с земли, словно игрушку. Затем с силой нанёс удар по движущемуся поезду. Металл скрежетал, стекло разлеталось в стороны, как хрупкие осколки под молотом. Вагоны начали складываться друг на друга, словно карточный домик под давлением урагана. Взрыв прогремел так громко, что заложило уши. Оглушающий звук раздался по округе. Пламя охватило часть состава, и крики пассажиров эхом пронеслись по окрестностям – это был крик ужаса и отчаяния.

— НЕТ! — крикнул я, чувствуя, как сердце разрывается от боли и ярости.

Собрав последние силы, я вцепился в руку Орадайна и вырвался из его хватки. Мои глаза горели яростью. В них отражалась решимость остановить это безумие.

— Ты за это заплатишь, Орадайн! — произнёс я с полным решимости голосом.

— Попробуй, — ухмыльнулся тот с самодовольством на лице.

Орадайн отступил на несколько шагов и вдруг резко рванул в воздух. Его массивное тело взмыло вверх с таким изяществом хищника, что казалось, он мог покорить небеса. Он поднялся так высоко, что стал едва различим на фоне облаков – величественный и угрожающий.

Я напрягся, чувствуя приближение чего-то ужасного.

— Неужели он... — начал я, но не успел договорить.

Орадайн начал падать.

Он пикировал с огромной скоростью, словно метеорит, направляясь прямо на меня. Воздух вокруг него вспыхивал от трения. Ударная волна от его приближения разносила всё на своём пути. Стекла разбивались в щепки от давления. Здания тряслись и рушились под напором его падения.

Я едва успел увернуться в последний момент. Орадайн врезался в землю с такой силой, что образовалась огромная воронка – земля тряслась под ногами так сильно, что казалось, она вот-вот расколется пополам. Ударная волна отбросила меня на километры назад. Я пролетел сквозь стену разрушенного здания и рухнул на землю с глухим стоном.

— Чёрт... — прохрипел я, чувствуя, как остатки сил покидают моё тело.

Боль расползалась по всему телу. Каждое движение давалось с трудом.

Орадайн в этот момент вышел из облака пыли. Его тело всё ещё сияло энергией, а на лице играла самодовольная ухмылка. Он смотрел на меня с презрением и наслаждением от того хаоса и разрушения, которые он оставил после себя.

— Признайся, ты слаб. Без своих помощников, ты ничто. Так почему ты так сильно цепляешься за свою жизнь и жизнь близких?

Из-за боли я не мог привести свои мысли в чувства. Мне было больно даже вздохнуть. И даже немного, но я чувствовал как начинал отключаться.

— Надеясь на своих друзей, ты ничего не добьешься. Ты не сможешь даже..

Он прервал свои слова и за секунду завёл свою руку за голову, сжав кулак. После чего поднёс кулак к своему лицу и разжал. В его ладони находилась пуля, которую он начал рассматривать, а затем повернул голову назад, смотря куда-то вдаль и произнёс:

— Я тебя вижу...

Он специально выронил пулю возле себя и мгновенно исчез. По всей видимости, направился к месту, откуда был произведён выстрел.

— Нет! Фелиция! — крикнул я так, как только мог.

Я попытался подняться, но почувствовал, как все кости моего тела начали хрустеть и трещать. Из моего рта послышался хриплый кашель, который сопровождался кровью. А затем я всё же рухнул лицом в землю, потеряв сознание.