— Они не пострадают.

— Ты так в этом уверен? Почему это не внушает доверия мне?

— Кейл…

— Нет. Стоп! Остановись. Я не собираюсь продолжать этот разговор. Моя семья останется в безопасности, а твои планы могут катиться в задницу. На этом мы закончим.

Оборвав пытающегося продолжить говорить Темза, нахмурившегося на раздражённый и резкий тон дворянина, Кейл встаёт. Его движения выверенные, нарочито сдержанные в сведенных от напряжения мышцах, со стуком бьющегося в горле сердца, отдающимся в кончиках пальцев дрожью злости, волнения и раздражения.

Хенитьюзу понятна чужая позиция, план, рискованный и экстравагантный, такой же наглый, как и сам старший, пользующийся им всё это время, подготавливая сцену. И подобное нервировало, оставляло на языке привкус горечи, с пытающимся вырваться наружу раздражением и страхом, достаточно старым и въевшимся в кости. Всё это звучало слишком рискованно, слишком масштабно и опасно, чтобы не испытывать всего этого спектра разнообразных, неоднозначных эмоций.

Но парень не собирался зацикливаться на них, как и принимать чужие доводы за чистую правду, стискивая зубы и не обращая внимания на то, что любой намёк на улыбку окончательно пропал с его лица. Сейчас Кейлу было совершенно не до этого. Единственное, что являлось важным — это обдумать всё услышанное, собрать имеющуюся у него информацию в кучу и придумать план. План, не несущий в себе и доли опасности для его семьи, чем не могла похвастаться «гениальная» идея Темза.

Бросив взгляд на стол, на силуэт Итэна и скользнув ниже по деревянной поверхности, Хенитьюз быстро находит до этого отданный ему лист, с один единственным словом, сводящим зубы в саркастическом раздражении. Но не смотря на это, дворянин протягивает руку и забирает его с собой, комкая и пряча в карман, прежде чем развернуться и двинуться прочь, к двери. Он хотел покинуть спальню старшего до того, как тот скажет что-нибудь ещё и последняя капля его выдержки оборвётся, захлестнув парня всем тем, что он так отчаянно пытался сдержать, оставаясь трезвым и здравомыслящим, несмотря на чужие слова, планы и зудящие под тонким слоем кожи эмоции.

Ему следовало как можно скорее начать что-то делать: связаться со своими людьми на севере, пересмотреть присланные до этого отчеты и внимательнее рассмотреть возможность того, что Лес Тьмы более не являлся такой надёждой преградой, какой он считал его до этого момента. У дворянина имелось время, возможности и средства, ведь война ещё не началась, Северный Альянс только готовился и в силах Кейла было что-нибудь изменить, дабы сделать ситуацию более безопасной.

Не обязательно для него, для них: для графства, для отца, Басена, Лили, мачехи. Кейл мог попытаться придумать что-нибудь не настолько рискованное, более тихое и скрытное, привычное. Не втягивающее в происходящее семью. Нет, определённо нет, он не мог этого допустить, не уверенный, что сможет справиться со всем этим. Не готовый идти на подобную авантюру, не сейчас, когда всё это по-прежнему неимоверно пугало его, не вселяя и капли уверенности, что он сможет держать ситуацию под контролем.

— Как решишь продолжить этот разговор, приходи. Ты всегда знаешь, где меня найти.

Спокойный, отдающийся в голове Хенитьюза эхом голос Темза звучит всё также ровно и непоколебимо, заставляя Кейла внутренне вздрогнуть. Красноволосый мужчина не удивлялся, не сомневался и не выказывал хоть капли недовольства. Слишком собранный и уверенный, смотрящий дворянину в спину непоколебимым взглядом.

И даже если Итэн больше ожидал ругани, всплеска агрессии и отрицания, он не чувствует сильного удивления от того, что парень просто обрывает их разговор, не решаясь дослушать или продолжить препираться. Слишком удивлённый и пойманный врасплох, чтобы мыслить здраво. Это в любом случае не было чем-то важным. Темз мог отступить сейчас, у них было время, чтобы прийти к компромиссу и мужчина не сомневался, что так и будет. Ведь несмотря на свою эмоциональность и недоверчивость, вкупе с неимоверным желанием как можно лучше и надежнее обезопасить свою семью, Кейл был умным и критично мыслящим парнем. Дворянин не мог просто взять и пропустить их разговор мимо ушей, уже начиная анализировать и искать выходы, лучшие варианты и возможности выбраться из ситуации, которая ему не нравилась.

Для этого Темз вложил в чужую голову достаточно верных мыслей, конкретно указывая на то, что они оба и так знали. Но до этого никто не произносил этого вслух, не обрисовывал всю картину так ясно и масштабно, указывая на их основную проблему. Проблему, которую им предстояло решить.

«Северный Альянс — это не всё, Кейл. Даже не половина, лишь часть, как и Империя. И ты знаешь это. Наша главная проблема Рука, и Восточный Континент, скорее всего в большей своей части являющийся их союзником. Нам они тоже нужны. И Северный

Альянс с Империей могут в этом помочь. Нам всего лишь нужно использовать их и сделать Роан центром.»

Всё было именно так. Несмотря на силу всех этих существ собранных под одной крышей и в одной деревне — их было мало. Недостаточно, чтобы избавиться от всего, что им мешало. Это и не нужно. Темз считал себя практичным и реалистичным человеком, не видя смысла тянуть всё происходящее только их силами. Зачем? Если можно заставить остальных делать тоже самое, освобождая им способность и время действовать неординарно и более гибко. Так, как заблагорассудится, не беспокоясь о тылах и мелких неурядицах.

И пусть Хенитьюз не имел подобного опыта, не знал способов такого сражения, когда на доске имелось слишком много переменных, Итэн считал, что он мог научиться. У Кейла было для этого всё, и если он будет достаточно убедителен, дворянин перестанет бояться своих страхов намного раньше. Ведь в этом также не имелось смысла. Незачем бояться того, чего ещё не случилось. Незачем делать себя слабым и уязвимым заранее, до того, как ситуация станет настолько плохой, что изменить что-либо будет невозможно. Лучше сосредоточится на том, как этой самой ситуации не допустить, оставляя себе и дорогим тебе людям возможность сбежать, перегруппироваться и вернуться вновь.

Ведь единственное, чего нельзя изменить — смерть, а пока ты жив, ты можешь попробовать ещё раз, и ещё, до тех пор, пока у тебя не получится. Результат зависит лишь от того, сколько раз ты будешь пытаться и не сдашься ли на половине. И Итэн знал, сдаваться никто из этих людей не умел.

С негромким хлопком дверь за спиной ничего не ответившего дворянина закрывается и Темз вздыхает. Он думает и пытается в голове подсчитать, сколько Кейлу потребуется времени, чтобы успокоится, привести мысли в порядок и вернуться к этому разговору. Но через пару мгновений мужчина отбрасывает эти размышления, встаёт, потягивается и направляется прочь из комнаты, вниз, туда где сейчас были дети, которых он отослал перед тем, как начать с Кейлом разговор о Северном Альянсе, вивернах и планируемом нападении на графство Хенитьюз.

Им он мог рассказать всё и позже, давая дворянину возможность отреагировать настолько открыто, насколько он мог, не отвлекаясь на обеспокоенные взгляды котят и дракона. Итэн и сам не хотел, чтобы эти трое волновались ещё больше, становясь слишком активными и говорливыми, в иной раз задавая ему столько вопросов, что мужчина уставал их игнорировать.

Спустившись вниз, безошибочно находя Он, Хонга и Раона в гостиной, в компании Эрухабена, Розалин и Чхоль Хана, Темз замирает в дверном проёме, встретившись взглядом с золотыми внимательными глазами древней рептилии. И внимание старого существования казалось настолько осязаемым, что красноволосый мужчина испугался. Слишком уж целенаправленно тот смотрел на него, со сложным выражением как на лице, так и в глазах.

— Вы двое любите собирать неприятности.

— Не понимаю о чём вы, Эрухабен-ним.

Ответив максимально спокойно, всё же минуя порог гостиной и заходя внутрь, Итэн садится на кресло. До этого суетящиеся на диване котята спрыгивают на пол и спешат к нему вместе с черным драконом, переместившимся от плеча Эрухабена к подлокотнику кресла мужчины. И выглядел Раон при этом максимально собрано, словно решаясь что-то спросить, не совсем уверенный, но желающий знать.

— Дети рассказали про Древние Силы и ваш фундамент, Господин Итэн.

— Когда мы направляемся за силой Камня?

«Человек, нам сегодня не стоит трогать Улыбающегося Кейла, да? Ему нужно время подумать?»

Сразу за Розалин и Чхоль Ханом, выглядящими заинтересованно по разным причинам, в голове Темза раздаётся голос молодого дракона. И замершие на его ногах Он и Хонг прекрасно говорят мужчине о том, что эти двое осведомлены о вопросе своего младшего, сейчас также дожидаясь ответа.

И что-то подобное могло бы выглядеть и звучать странно, но Итэн знает насколько проницательны и умны эти дети, давя очередной тяжёлый вздох и кивая. Они всё поняли и без его слов, изучившие и понявшие их двоих достаточно хорошо и верно, чтобы делать собственные выводы. Но не смотря на это дети по-прежнему волнуются, обеспокоенно переглядываются, но кивают, понимая и принимая точку зрения своего опекуна. Ведь иногда бывали времена, когда Кейла трогать не стоило, и именно сейчас, было то самое время, необходимое дворянину.

«Сегодня он больше не спустится»

Неожиданно прозвучавший в голове Темза голос, не принадлежащий Раону, заставил плечи мужчины вздрогнуть. Красно-карий взгляд метнулся от сидящих на его ногах детей вверх в тот же момент, как слова прозвучали, слышимые только им одним. И когда Итэн сделал это, он столкнулся взглядом с золотыми глазами Эрухабена, казалось, и не дожидающегося какого-либо ответа. Старый дракон знал это и без чужого устного подтверждения, смотря на старшего красноволосого ещё пару мгновений, заставляя черного дракончика занервничать и почти взорваться, прежде чем ленивым движением поднять со стола чашку с чаем, теряя любой видимый интерес.

«Надеюсь ты знаешь, что делаешь, и оно того стоит»

Даже не зная точной темы чужого разговора, золотой дракон мог предположить, что именно случилось, и это ему не нравилось. Из двух красноволосых родственников, одинаково хитрых и увиливающих, старший явно имел намного больше опыта, практики и уверенности, чего нельзя сказать про молодого дворянина. Он тоже был неплох в том, чтобы доставлять другим неприятности, но действовал скорее по наитию, уверенный в своих действиях лишь на половину, полагаясь на опыт и навыки своих людей.

Кейла было проще провести, вывести из себя и зациклить на одной мысли, несмотря на его недоверчивость и подозрительность, которые иногда портили аристократу жизнь намного больше, чем помогали. Ведь Темзу он, несмотря ни на что, верил, даже если не вполне осознано, ища у него поддержки, отчего слова и влияние старшего из родственников не могли не действовать на него.

И если Эрухабен не ошибался — чего он не делал — аристократ бил вещи только в приступах тревожности, и звон сверху не мог ему показаться. Но насколько старый дракон видел, ничего серьёзного не случилось, Итэн сидел перед ним, а мальчишка остался там на верху один, после разговора, который явно пошатнул его эмоциональное состояние достаточно, чтобы он не захотел спускаться, принявшись бить вещи. И Темз знал о подобном исходе, отправив детей вниз, делая то, что он планировал.

Старому дракону оставалось только надеяться, что красноволосый мужчина знал, что делает, сейчас в очередной раз встречаясь с ним взглядом. Красно-карие глаза были серьезными, полностью осознающими каждое слово старой рептилии, смотря в ответ уверенно и прямо, словно отвечая на реплику дракона именно так, переводя своё внимание на Чхоль Хана через пару мгновений. Эрухабен на подобное фыркает себе под нос, собираясь вмешаться, если ситуация и дальше продолжит его не устраивать.

— Мы отправимся за силой Камня в ближайшее время. Как уточним у Кейла оставшиеся детали.

Ответив на вопрос Чхоль Хана, терпеливо дожидающегося, когда на него обратят внимание, Итэн полностью концентрируется на нынешней теме разговора, оставляя претензию Эрухабена на потом. Они могли поговорить в приватной обстановке и после, когда Мастер Меча и Розалин удовлетворят своё любопытство, также заинтересовавшись переглядками Итэна и детей. Мечник и вовсе, совершенно не зная к чему это было, не сомневался, что причиной всего являлся дворянин. Слишком уж нетипично выглядели котята и дракончик, не присутствовавшие в этот раз при разговоре двух родственников.

— Молодой Мастер не идёт с вами?

— У него есть другие дела.

Отрицательно качнув головой на вопрос подозрительной магессы, не сомневаясь в собственных выводах, Итэн возвращает своё внимание золотому дракону. И тот замечает это мгновенно, начиная говорить раньше, чем Темз успевает открыть рот, прекрасно понимая, что именно тот хочет спросить.

— Я не знаю ничего про Древнюю Силу Воды, но могу помочь найти её. Малыш сказал, вы ищите какую-то особенную Древнюю Силу?

— Да, особенную! Улыбающийся Кейл сказал, что её зовут Сумасшедший ребёнок! Дедушка Голди, если ты собираешься помогать искать её, тебе обязательно надо поговорить с Улыбающимся Кейлом, мы не можем найти не ту Древнюю Силу!

— Айгу, я слишком стар для всего этого.

Слушая всю ту чушь, что покидала рот молодого собрата, Эрухабен не сдержал вздоха, точно также как и Итэн, вспомнивший про говорящие древние силы и их болтовню в голове Кейла. Эта информация заставила напрячься мужчину по новой, но помимо иногда болтающего в его разуме Раона и золотого дракона, там было тихо. Что не могло его не радовать. Превращать свою голову в рынок ему совершенно не хотелось, не с тем количеством Древних Сил, которые он теперь должен был собрать в своём теле.

— Как же я устал.

Вторил золотому дракону Темз, не сдерживая внутренней горечи и разочарования. Казалось, его жизнь не собиралась становиться легче, а новые проблемы всё продолжали падать на его голову.