Взоры, прикованные к звездам, сошлись в одной точке.

Пи Са Ин и Джин Хагун уставились на Гём Мугыка. Тот же по-прежнему созерцал ночной небосвод чистыми и глубокими глазами.

Слово «друг» звучало слишком непривычно. Неужели этот человек действительно имел в виду то же, что и все остальные?

— С каких это пор мы стали друзьями? — прямо спросил Пи Са Ин.

Джин Хагун, разделяя это недоумение, замер в ожидании ответа.

— Неужели только я один так считал?

— Ты и правда веришь, что мы можем ими стать?

— Верю.

После краткого молчания Пи Са Ин задал следующий вопрос:

— А что, если ты посчитаешь нас друзьями, а кто-то из нас тебя предаст?

Даже обычные дворовые приятели проходят через грязь предательства — на что же тогда надеяться преемникам великих сил Мурима? Здесь измена оборачивается гибелью тысяч, десятков тысяч людей.

— Тогда рассудим так: «А, точно, мы же были врагами, не так ли?». Не стоит принимать это близко к сердцу. Просто не считай это предательством.

— К тому времени твой меч наверняка уже пронзит мне грудь. Успею ли я о чем-то подобном подумать?

Несмотря на грозный лик и пугающие речи, взгляд Пи Са Ина смягчился. Он на мгновение представил жизнь, в которой они с Гём Мугыком были бы друзьями.

Гём Мугык, ставший Небесным Демоном; он сам в чине Владыки Альянса и Джин Хагун во главе Союза — как они встречаются, смеются и болтают о пустяках. Даже убеленные сединами, с лицами, иссеченными морщинами, они всё так же поражаются нелепым выходкам Гём Мугыка, который ни капли не изменился.

Но идеалы всегда разбиваются о реальность, и с его губ сорвались слова, противоречащие зову сердца.

— Если поползут слухи, что я сдружился с Юным Владыкой Демонического Культа, меня в шею погонят с должности Наследника.

Джин Хагун поддержал беседу:

— А что насчет меня? Дружба с преемниками Демонического Культа и Альянса Отступников? Забудьте о титуле Владыки, дед меня до смерти забьет.

Гём Мугык взглянул на Джин Хагуна.

— Кстати говоря, Командующий Джин ведь еще не стал официальным преемником. Давай поможем тебе занять это место.

Джин Хагун сурово отрезал:

— Твоя помощь не посадит меня в кресло Владыки Альянса. Лишь когда я обрету должное мастерство и масштаб личности, чтобы нести это бремя, я смогу возвыситься.

В этих словах сквозила гордость мастера праведного пути — его статус не мог быть куплен или получен по знакомству.

— Как и ожидалось, ты снова проводишь между нами черту.

Гём Мугык пододвинулся вплотную к Пи Са Ину, притворяясь закадычным приятелем.

Однако тот поспешно отступил в сторону.

— Бессердечный!

Теперь все трое стояли лицом друг к другу, образовав круг.

Джин Хагун спросил Гём Мугыка:

— О каком Муриме ты мечтаешь?

Этот вопрос давно мучил и Пи Са Ина.

Взор Гём Мугыка вновь обратился к звездам.

— Мир моих мечтаний — тот, где твоё праведное видение, твои отступнические законы и мой демонический путь могут сосуществовать в гармонии. Я не верю, что судьба даровала нам эти имена и сокрушительную мощь лишь для того, чтобы мы объединили Мурим ценой бесчисленных жизней.

Доверие между ними возможно лишь при полной уверенности: ни один из них не жаждет мирового господства.

— Я не был близок с отцом, не ладил с братом. Я жил, не ведая преданности стража, готового отдать за меня жизнь. Вот я и спрашиваю себя: какой прок в объединении мира, если я не могу позаботиться о тех, кто рядом?

Глубокие и чистые глаза Гём Мугыка медленно вернулись к собеседникам.

— Думаю, подружиться с вами двоими куда сложнее, чем объединить Мурим.

Он сказал это в шутку, но в словах чувствовалась искренность.

— Для мастера боевых искусств нет ничего проще, чем сражаться и убивать. Так давайте вместо легкого пути выберем вызов потруднее. Попробуем стать настоящими друзьями.

Пи Са Ин и Джин Хагун никогда не мыслили подобными категориями. Но Гём Мугык попал в точку: быть друзьями во сто крат сложнее, чем враждовать.

— В этом мире слишком много зла, которое нужно искоренить. Есть такие абсолютные мерзавцы, которых не убьет никто, кроме нас. Посмотрите — даже сейчас некое зло пытается нас поглотить, не так ли? Так давайте жить, охотясь на них. Собираться за выпивкой, жаловаться на подчиненных, путешествовать вместе. Вот о каком Муриме я мечтаю.

Неужели подобное и впрямь возможно?

Пи Са Ин невольно пробормотал:

— Звучит как несбыточный сон.

— Что ж, тогда давайте проживем жизни, не переставая грезить.

Пока Пи Са Ин и Джин Хагун погружались в раздумья—

По ночному небу полоснул след падающей звезды.

Гём Мугык мгновенно сложил ладони и загадал желание.

— Даруй мне объединение Мурима!

Джин Хагун недоверчиво покачал головой, а на губах Пи Са Ина заиграла слабая улыбка.

Так они и стояли долгое время под дождем падающих звезд.

......

На другом конце города главарь Банды Чёрной Змеи, Чху Гоэн, с хмурым видом смотрел в окно.

— Они больше даже не пытаются скрываться.

На другой стороне улицы двое мастеров не таясь следили за зданием.

Элитные бойцы Отряда Истребления Демонов из Союза Мурим. Несколько месяцев назад они начали оказывать давление на его группировку, а теперь перешли к открытой слежке.

Чху Гоэн ломал стереотип о том, что крупные и вспыльчивые люди обязательно глупы. Он был остр умом и расчетлив.

В бизнесе он отличался беспощадностью и жестокостью, устраняя конкурентов любыми средствами.

И всё же сейчас он был вынужден коситься на соглядатаев. Пока за ними стоит имя Отряда Истребления Демонов, он не смел действовать неосмотрительно.

— Где Чёрный Тринадцатый?

— Вестей всё нет.

Ответил Сон Чхун, правая рука главаря.

Связь с Чёрным Тринадцатым, отправившимся передать похищенных детей эскорт-бюро «Жёлтый Дракон», оборвалась.

— Похоже, он наткнулся на Отряд Истребления Демонов.

Лицо главаря перекосило от злости. Одно лишь упоминание этого Отряда заставляло его кровь вскипать.

— Похоже, придется просить помощи у Альянса Отступников.

Решение далось непросто. Альянс Отступников никогда не помогал даром. Приняв помощь, им пришлось бы выплатить колоссальные суммы под видом «спонсорских взносов». А они и так вливали в Альянс целое состояние.

В этот момент вошел подчиненный и протянул письмо.

— Послание из Альянса Отступников.

То, что весточка пришла как раз во время разговора о них, насторожило и Чху Гоэна, и Сон Чхуна.

Пробежав глазами содержимое, главарь в ярости скомкал бумагу и швырнул ее в Сон Чхуна.

— Дерзкий щенок!

Сон Чхун разгладил письмо и прочел.

Поразительно, но это была повестка от Наследника Альянса. В ней заявлялось: если главарь не явится, Банда Чёрной Змеи будет стерта с лица Мурима.

Пытаясь успокоить разъяренного хозяина, Сон Чхун заговорил елейным тоном:

— Видать, щенок возомнил о себе невесть что, едва став преемником.

Тело Чху Гоэна окутала жажда убийства. В иные времена при таком гневе уже громоздились бы горы трупов, но противник был слишком серьезен. Оставалось лишь бессильно кипеть от злости.

— Но зачем Юному Главе вдруг понадобилась встреча со мной?

В письме значились лишь время и место — ни слова о цели. Это злило главаря еще сильнее.

— Скорее всего, хочет указать нам наше место.

— Мы даже не входим в Альянс официально! По какому праву они решили нас дисциплинировать?

— С каких это пор этих ублюдков волнуют такие мелочи?

В отличие от разгневанного вожака, Сон Чхун видел в этом контакте возможность.

— Если вложиться в Наследника сейчас, позже расширять бизнес в Срединных землях станет куда проще. Заодно и невзначай поднимем вопрос об Отряде Истребления Демонов.

Ситуация была паршивой, но бизнес есть бизнес. Это не требовало пояснений.

— Урожай в этом году погублен. Так или иначе, нам приходится платить. Как думаешь, сколько он запросит?

Главарь верил в одну незыблемую истину: самый надежный способ склонить кого-то на свою сторону — деньги. Если не сработало, значит, ты просто мало заплатил.

— Он не из тех, кто нуждается в средствах. Предложим кое-что иное.

— Что именно?

— Меч Солнца и Луны.

— Ты с ума сошел?!

Вспышка была оправдана: Меч Солнца и Луны — величайшее сокровище из его коллекции.

— Когда еще выпадет шанс лично встретиться с Наследником? Используйте этот момент, чтобы сделать его своим человеком.

— А если он так и не станет Владыкой? Не стоит ли подождать, пока он не взойдет на Трон Темного Тирана?

— В том и суть рискованных вложений, не так ли?

Поразмыслив, Чху Гоэн принял решение.

— Хорошо. Отдадим Меч Солнца и Луны.

Учитывая проблему с Отрядом Истребления Демонов и прочие хлопоты — как бы ни было больно, Наследник стоил этих трат. Главарь отдаст меч, а взамен выжмет из союза всё до последней капли.

— Созовите всех, с Чёрного Первого по Чёрного Десятого. Призовите Чёрную Ночь и Чёрного Пса.

Сон Чхун вздрогнул от удивления.

— Это уже чересчур.

— Должно быть чересчур.

— Вы же знаете нрав Чёрного Пса. Кто знает, что он выкинет. Может и на Наследника Альянса окрыситься.

— Именно поэтому я его и беру.

В этом вопросе Чху Гоэн был непреклонен.

— Даже если мы щедры на подарки, мы не должны выглядеть терпилами. Они должны почувствовать угрозу, исходящую от нас. Это придаст дару еще большую ценность.

Зная, что главарь никогда не меняет принятых решений, Сон Чхун склонил голову.

— Понял. Да будет так. Выдвигаемся?

Чху Гоэн поднялся с места.

— Само собой. Если не явимся — нас сотрут с лица земли, помнишь?

......

По мере приближения к месту встречи Гём Мугык велел остановить повозку.

Он обратился к Джин Хагуну:

— Ради сегодняшнего главного героя давай сменим наряды.

— О чем ты?

— Сегодня Юный Глава Альянса Отступников дает наставления Банде Чёрной Змеи. Отряду Истребления Демонов появляться там не гоже. Пусть люди подождут здесь, а мы переоденемся в форму Тринадцати Волков.

Джин Хагун планировал надавить на бандитов совместно с Пи Са Ином. Он полагал, что если Наследник Альянса и Лидер Отряда выступят единым фронтом, эффект удвоится.

Однако Гём Мугык смотрел на ситуацию с позиции Пи Са Ина, стремясь укрепить именно его авторитет.

— Ладно, будь по-твоему.

Джин Хагун легко согласился.

Пи Са Ин понимал, что друг старается ради него, но смолчал, сделав вид, что ничего не заметил.

— Просто подготовьте для нас два комплекта одежды.

Мастера из Тринадцати Волков передали им запасное облачение.

Переодеваясь, Гём Мугык заговорил:

— Сегодня мы не из Тринадцати Волков — нас будет пятнадцать. Приветствуйте новых — Четырнадцатого и Пятнадцатого!

По правде говоря, Джин Хагуну потребовалось немалое мужество, чтобы облачиться в этот наряд. Лично его это не задевало, но враги могли жестоко раскритиковать подобный жест.

Однако видя, как Гём Мугык сокрушается из-за слишком коротких для его длинных ног штанов, ворчит на несоответствие цвета тону кожи и без умолку сыплет шутками, Джин Хагун задумался.

Всё это — пустяки. Важно лишь то, кто носит одежду. Мелкая ли это личность, трясущаяся над репутацией, о которой завтра забудут? Или человек с великим сердцем, способный примерить чужую форму ради ближнего?

Закончив переодеваться, Гём Мугык не удержался от последней колкости:

— Ну что, ты будешь Четырнадцатым? Или всё же Пятнадцатым?

......

Чху Гоэн прибыл первым и замер в ожидании.

Вокруг него в идеальном строю застыли элитные бойцы Банды Чёрной Змеи.

В Муриме Банду считали сворой бездомных псов. Сбегались на запах наживы, рвали добычу в клочья, задавливали числом, и даже если их истребляли, они вновь выползали из всех щелей — такова была репутация организации.

Но это значило знать Банду Чёрной Змеи лишь наполовину.

По крайней мере, вожак их был не псом — тигром. Хитрым тигром, знавшим, что личина собаки — лучший способ прожить долго.

Мастера с Чёрного Первого по Чёрного Десятого тоже были тиграми. За их пределами, возможно, стояли волки, лисы и собаки. Но тех, кем дорожил Чху Гоэн, стоило признать истинными воинами.

Разумеется, самым надежным среди них был Чёрная Ночь.

В искусстве боя он уступал лишь самому главе.

Это был молчаливый, скрытный человек, но он столь сильно любил резню, что бросался в бой, даже когда в том не было нужды — лишь бы устроить кровавую баню.

Последним явился Чёрный Пёс.

Он тоже дышал в затылок главе — и если Чёрная Ночь был вторым в силе, то Чёрный Пёс лидировал в скверности нрава.

Даже в печально известной банде убийц, насильников и грабителей он считался отпетым мерзавцем, бравшим на себя то, чего не осмелился бы совершить ни один человек.

— Босс, на кой черт мы все тут сдались?

Он был одним из немногих, кто звал главаря просто «босс». Он служил ему с юности и единственный в банде не ведал перед ним страха.

— Наследник Альянса передал, что желает встретиться со мной.

— С чего бы?

— Наверное, хочет потешить свое самолюбие в новой должности.

Взор Чёрного Пса упал на длинный ларец подле главаря. Увидев выгравированные символы солнца и луны, он помрачнел.

— Не говорите мне, что там Меч Солнца и Луны.

— Именно он.

— И вы отдадите его этому щенку?! — возопил Чёрный Пёс.

Когда главарь кивнул, Пёс взъярился:

— Нельзя! Зачем отдавать такое сокровище молокососу? Ткните ему в лапу горсть золота и спровадьте с миром!

Он лучше всех знал, как дорог Чху Гоэну этот клинок. Огрызнувшись, он повернулся к Сон Чхуну.

— Дай угадаю — это краснобай нашептал, что меч надо отдать?

Чёрный Пёс ненавидел Сон Чхуна. Когда-то он сам был первым советником главаря, пока Сон Чхун не вытеснил его.

Лицо Сон Чхуна ожесточилось.

«Этот безмозглый болван уже слетел с катушек».

Вот почему он был против присутствия Чёрного Пса.

Когда двое были уже готовы вцепиться друг другу в глотки—

— Едут.

Вдалеке показалась повозка в сопровождении эскорта.

Чху Гоэн обратился к подчиненным:

— Мы должны предельно ясно показать нашему почтенному гостю: сколь сильно ему придется замарать руки, чтобы стереть нас из Мурима.