- Ну же, Минуэлла, присаживайся здесь.

Лафеш улыбнулась слаще, чем обычно, указывая на место между ней и Теодором.

- О, нет. Если я буду сидеть между вами, то помешаю вашему разговору.

Я мягко отказала Лафеш и села на другое место, продолжив говорить как ни в чём не бывало:

- Если подумать, господин Трегоснан, леди Селесте есть что Вам сказать.

- О, это так?

Оба взгляда, мой и Теодора, устремились на Лафеш.

Так как Лафеш не ожидала, что я сообщу это настолько прямо, она на мгновение опешила, но затем ответила:

- Эм… Я считаю, что я была слишком грубой в нашу первую встречу. Извините, господин Трегоснан.

- Нет, это я изначально испугал Вас. Прошу прощения.

- Да… Я не очень часто разговариваю с джентльменами, думаю, что я была немного… замкнутой.

- Если это причина, могу ли я узнавать Вас постепенно?

О, просто чудно, вот уж действительно главный герой. Теодор показал свою «сразу-к-делу» личность в неожиданный момент.

На такой захватывающей ноте, словно фоновая музыка, началась увертюра.

«О Боже».

Мне был интересен ответ Лафеш, но нужно было подавить своё любопытство и выпрямиться.

И немного времени спустя прелюдия с почему-то грустной атмосферой наконец-то приближалась к концу. Лафеш что-то прошептала Теодору, открыла дверь и вышла.

«Она поспешила в уборную?»

Однако Лафеш не вернулась даже после окончания спектакля. Что-то было не так.

- Странно. Она сказала, что оставила что-то снаружи, но…

Что же случилось?

Слова Теодора болезненно навязчиво прокручивались в моей голове.

«Тебя обвели вокруг пальца!»

Как и у меня, пытающейся связать её с Теодором, у Лафеш была такая же идея.

«Однако почему ты решилась на это, зная, что у меня есть жених?»

Лицо Лафеш, утонувшей в своих мыслях, когда она смотрела на Эсадиена, всплыло в моих воспоминаниях. В то же время неприятный комок начал подниматься у меня в горле, будто собирался вылезть наружу, но я смогла пересилить это чувство.

«Ну же, успокойся. Я её предупредила. Лафеш приняла это к сведению».

У меня всё ещё нет доказательств. Я не могу что-то спросить без причины.

- Сначала… Я прикажу слуге найти Леди Селесту.

- Хорошо.

К этому времени спектакль окончился.

Мы смогли услышать от стражника у ворот, что юная одетая девушка, которой скорее всего была Лафеш, покинула Оперный театр.

Прямо во время этого героиня начала петь торжественную арию.

В отличие от набирающего обороты спектакля, Теодор говорил приглушённым голосом:

- Меня впервые так отвергли.

Он, должно быть, чувствовал себя униженно. Я думала, что его настроение улучшилось после того, как Лафеш извинилась, поэтому она сблизилась с ним и убежала, как испуганная птица.

Пожалев Теодора, я пару раз похлопала его по предплечью.

- Когда закончится этот акт, я уйду.

- …Да.

Теодор помрачнел.

Прошла только половина спектакля, так что на улице ещё не до конца стемнело. Я чувствовала себя живой, вдыхая прохладный воздух.

Теодор по-прежнему был угрюмым.

- Я возьму Вас с собой.

- А… Конечно.

Он был слегка отрешённым, так что он даже не смог отказаться.

Но немного времени спустя, я сильно пожалела о своём решении.

- Я плохой?

Кажется, произошедшее и правда сильно ударило по нему. Теодор продолжал причитать, прямо как пьяница, несмотря на то, что был трезв:

- Я знаю, что я некрасивый. Я каждый день вижу себя в зеркале. Я думал, что смогу произвести на неё хорошее впечатление, если бы попытался. Но…

- Нет, нет, подождите, господин Трегоснан.

Я не хотела это больше слушать.

Теодор был довольно привлекательным, и было непростительным, во имя Флендены, так унижать его.

«Раманде сказал».

- Каждый ребёнок Флендены красив. Так что прекращайте говорить так.

- Ка- Леди Каринен?

Когда я торжественно заговорила, подражая священникам, Теодор широко раскрыл глаза. Возможно, от неожиданности.

- Вы имеете в виду, что лицо Принца и моё похожи?

«Ух! Но это не так!»

- Простите меня!

- Вгляните-ка на это.

Когда я нахмурилась, то ли рассерженная, то ли ошарашенная, его плечи, которые, казалось, были в три раза больше моих, угрюмо поникли.

«Этот парень, он выглядит не таким типом, но он обращает внимание на такие вещи».

Я тяжело вздохнула и похлопала его по колену.

- Мне нравится Принц, поэтому у меня нет выбора, кроме как выглядеть под стать ему.

-….

- Внешность важна, но это ещё не всё. Я уверена, что однажды найдётся кто-то, кто будет дорожить господином больше всего на свете.

- Правда?

- Конечно.

Про возлюбленных обычно говорят: «два сапога - пара». И было похоже, что Лафеш уже не будет парой Теодора.

«Какова причина того, что сюжет меняется?»

Даже если я влюбилась в Эсадиена вместо Теодора, это никак не связано с Лафеш. Перво-наперво… Лафеш должна была проживать тяжелую судьбу на пустынной границе. Было странно то, что её удочерила другая семья и она очутилась в столице.

-…Леди. Леди Каринен.

Я вернулась домой, думая о Лафеш, что было не особо приятно.

«Я не хотела, но оставила это без внимания».

Сопровождая меня, Теодор всё ещё был мрачен. Конечно, не так сильно, как раньше, но всё же он не мог это так просто оставить.

- Господин, прошу, поешьте.

- Да?

- Если я отпущу Вас так, я уверена, что Вы сможете опустошить три бочки алкоголя.

Теодор смущённо улыбнулся, почёсывая затылок. Он влюбился с первого взгляда, но выглядел так, словно любил Лафеш настоящей любовью, пусть даже и на короткое время.

«Я его понимаю».

Когда я впервые увидела Эсадиена, моё сердце уже было забрано им.

- Я знаю, Господин.

- Да?

- Давайте будем друзьями?

- Да?

Ветер разнёс по округе его громкий вскрик, состоящий из длинного вопросительного «А-а-а-а-а». Если бы мы были на горе, определенно бы послышалось эхо.

- Моим ушам было неприятно, Теодор.

- Прошу прощения… но, что Вы сказали?

Я проигнорировала его вопрос, наклонив голову и улыбнувшись краешком губ.

- Возможно, будет лучше называть тебя просто Тео?

-…

Лицо Теодора не выражало ничего, но медленно возвращалось к его обычной улыбке. Озорной и красивый — вот каким был Теодор.

- Подождите, Вы сказали: «давайте быть друзьями», а потом, без ожидания моего ответа, тотчас же подтвердили?

- Тебе это не нравится?

- Ну, я не сказал, что мне это не по душе.

Да, вот как мы можем стать друзьями, Слуги поприветствовали нас, когда мы вошли, посмеиваясь, как непослушные подростки.

- Вы насладились прогулкой, Госпожа? Принц ожидает Вас в библиотеке.

- О, действительно?

Кажется, у Эсадиена вошло в привычку приходить без предупреждения. Мне было всё равно на это, в конце концов, я тоже не предупредила его и съездила в Императорский Дворец. Пока я пребывала в раздумьях, Теодор осторожно спросил.

- Возможно, будет лучше, если я уйду, верно?

- Почему ты так говоришь? Вы с Эсадиеном лучшие друзья.

- Даже если так, разве вы не хотите провести время вдвоём?

- Всё в порядке. Давай поспешим, нам сюда!

Теодор следовал за мной, выглядя немного неуклюже, пока я вела его без какого-либо плана. Пусть даже он и был сильным рыцарем, он, казалось, чувствовал себя мышкой, пока я тащила его следом за собой.

***

Причиной того, что Эсадиен так неожиданно появился в Главной Библиотеке, была возвращённая книжка. Прошлой ночью, когда он закончил её читать и пошёл спать, в его голове раздался голос Минуэллы:

- Я дам Вам книгу. Пожалуйста, обязательно верните её.

Он не мог выкинуть голос его из головы. Мысли о Минуэлле преследовала его во снах, на тренировках с мечом и даже во время завтрака.

Позже, он начал видеть её небесно-голубые глаза, смотрящие на него вблизи. Ему казалось, что в книге было какое-то магическое устройство, которое только Эсадиен не мог увидеть.

- Ха-а…

Слуга удивлённо посмотрел на Эсадиена, когда он выдохнул.

«С едой всё было в порядке, тогда чем Вы озадачены?»

Пусть он и обслуживал Принца долгое время, но это было впервые, когда он увидел его таким. Принц, казалось, вот-вот начнёт дрожать от нервозности.

Как слуга имперской семьи, он был аристократом, пусть даже и из небольшой дворянской семьи. Для него было обычным делом читать и писать.

Он взглянул на книгу, лежащую перед  Эсадиеном, которая, казалось, смотрела на него, словно пожирая его взглядом, но это была простая историческая книга.

«Пойманные Евнеи».

Судя по названию, история была о восходе Пресерийской Империи, так что тут не должно было быть проблем с книгой. Слуга сдался гадать и прямо спросил:

- Вы о чём-то задумались, Ваше Высочество?

-…Я понял.

После разглядывания книжки Эсадиен будто бы очнулся и стиснул губы. Разве он мог сказать, что все его мысли занимает Минуэлла?

Вопреки тому, что он думал поддерживать не романтичные отношения, с Минуэллой было действительно сложно иметь дело.

- Вы мне нравитесь, Ваше Высочество!

Её невинная улыбка и привязанность были сильнее, чем осадное оружие. Кто бы мог подумать, что стены, кропотливо возведённые за годы, не смогут защитить от откровенного признания в любви? Однако было кое-что, что сохраняло его рассудок до самого конца.

- Мой дорогой сын, я ненавижу тебя.

У его матери был любовник, которого она встретила, ещё когда была принцессой. Это было не минутное влечение, а полноценная настоящая любовь. Однако казалось, этот мужчина не был ей ровней. Когда она призналась, что беременна, он пропал.

Примерно в то же время его мать была изгнана из Дворца по приказу разгневанного Императора, узнавшего правду. Пускай она и не жила на улицах благодаря её дворянскому статусу, от шока, что её бросил её любимый, она стала безумной.

- Эсадиен, мой маленький ангел, без тебя моя жизнь была бы лучше.

Он ясно помнит те грустные дни, когда его бледная мать, лежащая на кровати, с трудом говорила.

- Он сказал, что любит меня.

И всё же, даже сейчас, Эсадиен не знает, кто его биологический отец.

- Мой Диен, если кто-то когда-либо признается тебе в любви.

Даже в её последние мгновения его мать говорила мягким голосом, напоминающим тёплое молоко.

- Запомни, что любовь исчезает быстрее, чем туман перед солнцем.

«Помни меня. Всегда…»

- Ваше Высочество?

- Ах.

Услышав голос слуги, Эсадиен осознанно моргнул. Его затуманенные глаза постепенно прояснились.

- Ваше Высочество, Вы устали? Вы не против успокаивающего чая? Я подготовил Вашу комнату ко сну.

Эсадиен тихо потряс головой. Он не думал, что сможет уснуть в таком состоянии.

- Подготовь экипаж.