Глава 6: Скрытый Босс приобретает друга

За завтраком мы с Патриком обсуждали планы на день. Мы по-прежнему не решили, куда отправимся в нашем подобии свидания, и выбор места быстро стал главной темой разговора.

— Я покажу тебе моё секретное местечко, — заявила я. — Это похоже на один из тех пабов без вывески снаружи, но на самом деле там продают магические инструменты под прилавком.

— Почему бы нам не пойти в место потише? — предложил Патрик, сразу же отвергнув мой вариант.

Если он хочет место с низкой преступностью... аристократический квартал звучит неплохо, подумала я. Он находится в самом центре Королевской столицы, а усадьба Долкнесс совсем рядом — мы находимся прямо на её окраине.

По названию казалось, будто там одни дворянские особняки, но на самом деле там было много магазинов. Конечно, большинство из них были ресторанами для аристократов или магазинами дорогих товаров.

— Я не очень разбираюсь в аристократическом квартале, — сказала я медленно.

— Это вполне ожидаемо, — ответил Патрик.

Если честно, я избегала аристократический квартал во время прогулок по столице. Не могла сказать почему, но атмосфера там меня отталкивала — я чувствовала себя чужой.

Судя по всему, развлекаться там могли только настоящие дворянки вроде Элеоноры.

Может, мы и начали бы обсуждать это дальше, но в этот момент дверь распахнулась, и вбежала Рита. Она была так взволнована, что и постучать забыла.

— У вас посетитель, — выкрикнула она. — Она вот-вот появится!

Только один человек мог так явиться без приглашения в усадьбу Долкнесс, — подумала я с внутренним вздохом. — Это единственная дворянка, которая поступает настолько неподобающе своему статусу.

Свою правоту я убедилась, когда двери снова распахнулись, и в нашу столовую ворвалась та, о ком я подумала.

— Я пришла в гости! — воскликнула она, весь её голос был полон энергии. — Я думала, что вы здесь, если приду пораньше! Видимо, я не ошиблась!

Я думала, что после вчерашнего разговора с Рональдом Элеонора будет потише, но её лицо сияло от радости. Похоже, я слишком долго забывала о её существовании.

Я обратилась к Патрику за помощью.

「Даже прогоняй её сейчас», — мысленно посоветовала я, посылая Патрику самый умоляющий взгляд.

С вздохом Патрик сдался.

— Леди Элеонора, — мягко сказал он, — сегодня у Юмиэллы и меня есть планы на совместный выход. Буду признателен, если вы...

— Что?! У тебя свидание, Юмиэлла?! Почему тогда ты мне ничего не сказала?!

「Когда у меня была бы на это возможность, леди Элеонора? Пожалуйста, расскажи», — внутренне вздохнула я. — Но ладно, по крайней мере, мы её отшили. Я знала, что могу на Патрика рассчитывать. Ещё и назвала наше мероприятие свиданием. Хе-хе.

— Считай, что это официальное предупреждение, леди Элеонора, — сказала я нашей навязчивой гостье. — Почему бы нам не встретиться в другой раз?

— Конечно! Я бы ни за что не встала на пути любви! Но... куда вы двое направляетесь? Просто... мне интересно...

Она... краснеет, — подумала я с удивлением. — Как она может так краснеть из-за простой прогулки, когда без стеснения говорит про брак с принцем? А теперь я вся в замешательстве.

— Эм... мы просто хотели прогуляться по столице, — ответила я, придумывая на ходу, ведь мы с Патриком до сих пор не решили точное место.

— Вы идёте гулять? — задумчиво спросила Элеонора. — Мне нравятся прогулки на карете, но, пожалуй, пешая прогулка тоже хороша. Район вокруг церкви очень спокойный и красивый.

— Церковь? — переспросила я. — Никогда не была в церкви.

— Что?! — воскликнула Элеонора, действительно удивлённая.

Наверное, я просто никогда не считала нужным зайти, — подумала я. — Кажется, в Долкнессе тоже есть маленькая церковь, но я туда ни разу не заходила.

Самая распространённая религия в Вальшейне — поклонение богу света, известному как санонизм. Есть и другие религии, основанные на почитании богов четырёх основных стихий — огня, воды и так далее. Они не были строго монотеистическими, так что отсутствие моей веры в целом не проблема.

— Не могу поверить, что ты ни разу не была в церкви! — воскликнула Элеонора. — Это невероятно! — Она смотрела на меня и закрывала рот рукой.

— Неужели это так шокирует? — спросила я, поглядывая на неё подозрительно.

Обратилась к Патрику. Насколько я знала, он тоже не был религиозен, так что моё отсутствие визитов в церковь не должно было для него многое значить. Но, как выяснилось, он смотрел на меня с таким же изумлением.

— Ты правда ни разу не была в церкви? — спросил он, не веря.

Я кивнула.

— Нет, ни разу, — сомневаясь, ответила я. — Это плохо?

— Нет, просто...

— Да брось, — возмутилась я мысленно. — Когда у меня было время ходить в церковь? Что я там вообще могла делать?

— Просто у меня не было возможности ходить туда в детстве, да и идти со мной было некому, — добавила я, замечая их удивлённые лица.

Вслух это звучит довольно грустно, правда?

Вдруг Патрик схватил мою правую руку, а Элеонора — левую.

— Я пойду с тобой! — воскликнула Элеонора.

— Да, пойдём вместе, — согласился Патрик.

— Какая же я счастливая, что обо мне так заботятся, — подумала я. — Но... совсем не хочу идти в церковь бога света. И... мы уже не свидание, да?

◆◆◆

Через некоторое время мы втроём вышли из усадьбы Долкнесс на той самой карете, что привезла Элеонора, направляясь к церкви.

— Что-то меня смущает, — подумала я, сдерживая вздох, чтобы не выдавать своему унынию. — Мне идти в место, пропитанное санонизмом и силой бога света...

Меня особенно беспокоила мысль, что элемент света — моя слабость и враг, которого я обычно стараюсь избегать.

— Думаешь, со мной всё будет в порядке? — спросила я с тревогой. — Боюсь, что меня очистят и я исчезну.

— Тебе нечего бояться, — попыталась успокоить меня леди Элеонора. — Ведь там, где есть свет, есть и тьма... э-э... Вот так, сказал главный священник.

Ты меня запутала, леди Элеонора. И... «главный священник»? А я и не знала, что у вас кто-то такой есть. Судя по всему, важный человек.

— Ты часто ходишь в церковь, леди Элеонора? — спросила я.

Она кивнула. — Я не пропускаю ни одной недели! Знаю там всех.

— Никогда бы не подумала, что Элеонора такая религиозная, — удивилась я.

Теперь мой взгляд переключился на Патрика.

— Я был в церкви столичной только один раз, — признался он. — Но в Марке Эшбаттен ходил довольно часто.

— Почему перестал?

— Церковь в столице — главный центр санонизма, так что там слишком показушно, — объяснил Патрик. — Там какая-то атмосфера, из-за которой обычным людям неудобно — мне это не нравится.

— И мы направляемся туда? — подумала я с тревогой. — Кажется, у меня заболел живот...

В этот момент Элеонора радостно ткнула пальцем в окно кареты и сказала:

— Мы почти на месте. Кстати, несмотря на слова Патрика, в церковь может войти кто угодно.

Я выглянула в окно и изучала проходящие здания. Одно выглядело внушительно и величественно — слишком большое, чтобы полностью уместиться в оконной раме кареты.

— Ах да, я уже видела это здание издалека, — вспомнила я. — Вот она, церковь. Патрик прав — это место явно не для каждого.

Честно говоря, я тоже не хотела заходить, но Элеонора оставила мне мало выбора. Как только карета остановилась и мы вышли, она рванула к входу.

— Пошли, — окликнула она.

Я попыталась оказать хоть какое-то сопротивление, медленно следуя за ней. Обдумывала вариант, в котором они зайдут внутрь первыми, а я поверну домой, но Патрик помешал плану, оставаясь рядом.

«Перестань! — мысленно скомандовала я. — Не по-мужски замедляться и идти в ногу с девушкой. Настоящий джентльмен бы понял и ушёл вперёд».

В этот момент Патрик спросил:

— Что случилось, Юмиэлла? Разве тебе так не хочется войти?

— Ничего... — тихо ответила я. — Ты, наверное, тоже собираешься открыть мне дверь?

Он посмотрел на меня с удивлением.

— Могу открывать двери, когда угодно...

— Ну вот, Патрик, — бурчала я мысленно. — Ты совсем не понимаешь женщин. Ты всегда вынимаешь мне стулья, надеваешь куртку, когда холодно... Этого мало! Ах, как же я его люблю...

Пока мысли метались, мы медленно шли к церкви, и мой заботливый жених шёл рядом.

— Подожди! — вдруг поняла я. — Разве это не то, что делают на свадьбах? Но невеста должна идти после жениха... Мне нужно зайти раньше и показать, что это не свадебный обряд!

Я ускорила шаг и первой вошла в церковь. Внезапно...

— Ай! — вскрикнула я.

— Юмиэлла? Что случилось?

Лоб пульсировал — я врезалась во что-то. Обычно, если не смотрела и случайно задевала предметы, они ломались, а я не получала царапин. Но этот удар действительно больно задел.

Я протянула руку, но упёрлась в невидимую стену. Патрик повторил движение — его рука прошла насквозь. Он с удивлением махал в воздухе.

Тем временем Элеонора, устав ждать нас внутри, вышла и ворчала:

— Сколько можно ждать вас двоих? — спросила раздражённо, но, увидев, как я прикасаюсь к невидимой стене, удивлённо сказала: — Вау, ты отлично изображаешь мима, Юмиэлла!

— Я не мим, — поправила я.

С сомнением Элеонора коснулась места, где, по идее, была стена, но рука прошла свободно — ничего не было.

— Значит, это стена, через которую могу пройти только я, — подумала я. — Может, бог света меня отторгает... Ну и ладно! Бросаю вызов!

— Похоже, это стена, которую может пройти только Юмиэлла, — пробормотал вслух Патрик. — Интересно, есть ли в церкви магический инструмент, создающий барьер, или... Эй, что ты собираешься делать?

— Просто слегка ударю, — пожал плечами я.

Хотя я не знала, что за стена, у неё была физическая форма, раз я могла дотронуться. Значит, могу её пробить.

Я, Юмиэлла Долкнесс, не проиграю какой-то невидимой стене! Гордыня не позволит!

Сжав кулак, приняла боевую стойку. В этот момент из церкви выбежал молодой священник.

— П-пожалуйста, подождите! — крикнул он. — Барьер сейчас отключают!

Но было поздно — я уже в полную силу нанесла удар.

Мой кулак врезался в надёжный барьер, защищающий главную церковь санонизма Королевской столицы, и...

— Ай!

Я с ужасом смотрела на руку — её полностью остановил барьер. Стена слегка поскрипела при ударе, но не сдвинулась.

— Неужели я проиграла?!

Священник поспешил к нам.

— Барьер сейчас отключают, — сказал он. — После этого, графиня Долкнесс, вы сможете войти.

— Ну ладно, — подумала я. — Это не так уж сильный удар был. Если бы старалась, легко бы сломала такую преграду... Ну что ж, пора начать второй раунд.

Я закрыла глаза, собрав силы в правом кулаке.

— Кажется, пришло время для «Удара Юмиэллы», — пробормотала я.

Объясню: «Удар Юмиэллы» — мой фирменный прямой удар. В отличие от обычных, я могу не сдерживать силу — использовать все возможности, не думая о побочных эффектах.

Я чувствую поток маны внутри, — радостно подумала. — Круг силы такой большой, что даже энергия природы откликается! Поток магии от вращения мира заполняет меня... Настал мой час!

И всё же, прежде чем нанести следующий удар, почувствовала руку Патрика на плече.

— Барьер снят, Юмиэлла, — сообщил он с досадой на лице.

— Правда? — потянула я руку, но снова ощущала стену. — Он всё ещё здесь, — пожаловалась Патрику и тыкала в воздух.

— Подожди... Он исчез?

Патрик глубоко вздохнул с облегчением.

— Было близко, — пробормотал. — Похоже, вовремя отключили.

«Уйти с победой — нечестно!» — подумала я сердито. — Как ты смеешь исчезать после того, как выдержал мой удар!

— Перебей! Я хочу реванша!

— Ты упрямый... — Патрик покачал головой и улыбнулся. — Нет, стоило ожидать, что ты так сделаешь.

«Я не упрямый, ты козёл», — мысленно ответила я, сжимая глаза. — Никому не хочу казаться проигравшей! И из-за тебя я не смогла провести настоящий бой с барьером... Ты получишь «Удар Юмиэллы»!

Я сердито смотрела на Патрика, но со временем успокоилась. Понимала, что произвела плохое впечатление в церкви, пытаясь сломать их защиту. Хуже всего, что барьер меня остановил.

«Будут судить?» — щёлкнула у меня в голове. — Это нормально — взрываться от ярости, столкнувшись с крепким барьером! Надеюсь, простят...

Молодой священник поклонился мне.

— Вы, должно быть, графиня Долкнесс, — сказал он. — Кардинал ждёт вас, проходите.

«Точно ли мне можно войти, священник? — подумала я. — Эта стена казалась защитой от Юмиэллы...»

Но священник был спокоен и проводил нас внутрь. Витражи переливались под солнечными лучами. Хотя я знала, что это всего лишь творение рук человеческих, в пространстве витал дух святости.

— Вот так, это собор... — мелькнула мысль.

Священник не останавливался, провёл нас к задней комнате, где ждал мужчина около шестидесяти лет.

— Рад встрече, — сказал он. — Добро пожаловать в центральный собор Вальшейна, главный храм санонизма. Я — кардинал Джеральд.

— Приятно познакомиться, — ответила я, склонив голову. — Я — Юмиэлла Долкнесс.

Внутри царил хаос мыслей. Он явно важен, но насколько? Кардинал — самая высокая должность в церкви? Или таких несколько?

— Мне казалось, вы не очень любите церкви, графиня Долкнесс, — прервал мои мысли кардинал. — Я благодарен, что вы всё-таки пришли.

— О, вовсе нет. Просто... раньше не удавалось.

— Рад это слышать. Я волновался, когда вы отклоняли приглашения во время учёбы в академии.

— Извините? — я удивилась.

Я не помню, чтобы церковь что-то предлагала тогда... Может, я отказывалась, получая приглашения от одноклассников? Было бы нехорошо.

Кардинал повернулся к Элеоноре:

— Если я правильно помню, вы говорили, что графиня Долкнесс отказалась, да?

Элеонора кивнула.

— Да, великий священник, я приглашала её неоднократно...

— Что?! — я взглянула на Элеонору с сияющими глазами. — Это в первый раз, когда я слышу об этом.

Хотя Элеонора всё время пыталась меня затащить в церковь... Я просто избегала.

— Я много раз спрашивала, хочешь ли пойти со мной в выходные! — ответила Элеонора раздражённо.

Похоже, я была права...

Мы с кардиналом стояли в молчании, а Патрик с трудом сдерживал смех.

— Не думала, что это именно то, что ты имела в виду, — призналась я.

Кардинал вздохнул.

— Возможно, я выбрал не того, кому передать сообщение, — пробормотал он.

Элеонора выглядела полностью сбитой с толку.

— Думаю, это вина кардинала, — подумала я. — Никогда бы не доверила Элеоноре важное дело.

— На самом деле, есть причина, по которой я выбрал вас, Элеонора, — продолжил кардинал с нервной улыбкой и тёплым взглядом. — Санонисты не отделены от дворянской политики, и я бы не мог вызвать графиню силой. Но естественно, если графиня поедет с подругой из школы...

— Подругой? — переспросила я.

— Ах, понятно, — коротко ответила я, что многое говорит о наших отношениях. Его улыбка изменилась — стала горько-ироничной.

— Элеонора, друзья...

— Да, знаю! Если считаешь человека другом, он и станет твоим! Ты этому меня научил, великий священник!

— Прошу прощения, — обратился он ко мне. — Это моя вина.

— Ничего страшного, — ответила я. — Это прекрасное понимание дружбы, полное любви.

При мысли об этом, не могу считать кардинала виноватым. Наверное, упорство Элеоноры — часть её характера. По крайней мере, так я себя убеждаю. Если бы нет, я бы сошла с ума...

— Юмиэлла меня тоже любит, — заявила Элеонора. — Поэтому мы как сестры!

— Думаю, так выглядим для тебя, леди Элеонора... — попыталась ответить я, но сдалась.

Я взглянула на кардинала, который хотел что-то сказать, но из-за шума Элеоноры сосредоточиться было невозможно.

— Что же мне делать...

— Знаете, я бы хотела осмотреть собор, — пробормотал Патрик. — Леди Элеонора, не покажете мне окрестности?

— Конечно! Ты тоже, Юмиэлла!

Патрик улыбнулся.

— Похоже, Юмиэлла собирается поговорить с Его Святейшеством. Если не возражаете, я хотел бы, чтобы это были только мы двое.

На лице Элеоноры появилось румянце.

— О-ой! Думаю, вы замечательный, сэр Патрик, но у меня есть сэр Эдвин... А Юмиэлла...

Леди Элеонора, ты всё неправильно поняла. Патрик не заинтересован в тебе, это недоразумение...

Об этом ясно было по его лицу, но Элеонора, похоже, не заметила.

Пока Патрик покидал комнату, я подумала:

— Прости меня! Я не допущу, чтобы твоя жертва была напрасной!

Элеонора направилась к выходу, оглядываясь. Наконец сдалась и побежала догонять Патрика.

— Они ушли, — облегчённо выдохнула я.

— Да.

Кардинал и я кивнули друг другу — я видела усталость на его лице, он, наверное, видел такую же и у меня.

— По крайней мере, я знаю, что санонисты не считают меня еретичкой, — радостно подумала я. — Наверное, им стоит снизить охрану.

После паузы кардинал снова заговорил:

— Ну, на чём мы остановились?

Я взглянула на него с недоумением.

— Мы даже ещё не начали.

— Ах да, верно. Мне нужно понять, что делать с Элеонорой. Она хорошая, без сомнений, но... Ага. Мне не следовало говорить об этом. Хотел бы я сказать кое-что важное, графиня.

Похоже, настало время главной темы, — собрала я волю в кулак, нервно слушая.

— Я, как представитель санонизма, должен передать вам послание от нашей церкви, графиня Долкнесс. Церковь желает, чтобы вы знали: у неё нет намерения вам противостоять или пытаться обратить в нашу веру.

Я кивнула серьёзно, хотя внутри плясала от радости.

— Неужели этот человек бог?! — думала я. — Это лучше, чем я надеялась! И вот я думала, что когда-нибудь мне придётся бороться с богом света.

Но, несмотря на то, что мне понравилась мысль, что церковь не будет навязывать мне веру, у меня остались вопросы.

— Я полноценно пользуюсь тёмной магией, — сказала я кардиналу. — Вас это не беспокоит?

— Для нас это не проблема. Некоторые элементы лучше сочетаются друг с другом, однако никто не ставит их в иерархию. Есть Санон, бог света, а также... — кардинал взял себя в руки. — Вы слышали о Городе воды?

— Да, — ответила я. — Там есть храм бога воды.

— Правильно. Мы не имеем претензий к вам, так же как и к ним. Церковь санонизма не верит в преследование других вероисповеданий. Хотя имя бога тьмы забыто, мы по-прежнему уважаем его.

Я не особенно верила богу тьмы — по крайней мере, ничего не слышала о нём.

Один бог для воды, ветра, земли и огня у меня был, а бог тьмы для меня был пустотой.

— Потому что есть свет, есть и тьма. Потому что есть тьма, есть и свет, — с изяществом произнёс кардинал с улыбкой. — Мы считаем, что тьма необходима для существования нашего бога Санона. И потому, как редкая владелица тёмного элемента, я вас уважаю. Что я и сказал Элеоноре, когда попросил её привести вас сюда...

— Она ни слова не сказала мне.

— Так я и думал.

Кардинал и я вздохнули.

Наверное, Элеонора пыталась донести мне это в карете, — подумала я. Было бы неплохо, если бы ей получилось. Это действительно прекрасное послание, и я бы не была так закрыта, если бы услышала его раньше.

Успокоенная, я решилась перейти ко второй и последней моей проблеме — барьеру, который ранее не пустил меня в церковь.

— Я хотела бы узнать подробнее о барьере у входа, который меня остановил, — сказала я.

— Ах да, — кардинал кивнул. — Мне о нём сообщили. Прошу прощения, графиня Долкнесс. Этот барьер создаёт магический инструмент, передаваемый в церкви. Считается, он защищает от монстров. Только сегодня я узнал, что он блокирует тёмную магию.

— Барьер был очень крепким, — сказала я. — Думаю, даже монстр высокого класса тёмного типа не прорвался.

— Приятно слышать, — улыбнулся кардинал. — Раньше многие сомневались в его существовании, так как все проходили без проблем. Ваше подтверждение придаст ему престижа.

— Это заслуженно, — подумала я. — Я всё ещё хочу рематч... Я не смогла применить «Удар Юмиэллы»! Хотя, если ради этого рисковать репутацией и бросать вызов барьеру снова, могут утратить престиж. Надеюсь, кардинал меня простит.

Я задумалась, как бы получить разрешение на повторную попытку. Но до планирования не дошло — кардинал заговорил.

— Впредь будем благодарны, если будете предупреждать заранее о визитах, — сказал он. — Сегодня я смог отключить барьер, но так бывает не всегда.

Хм, — подумала я. — Судя по словам, барьер — один конкретный инструмент, который можно включать и отключать. Хотела бы я его на время одолжить... Но он откажет. Придётся намекнуть, как будто это для добра церкви.

План готов, я улыбнулась кардиналу. — Поняла. А как насчёт проверить прочность барьера?

◆◆◆

Через некоторое время я снова сидела в карете и грустно ворчала:

— Не могу поверить, что он убежал после поражения...

— Юмиэлла, — сказал Патрик с явным раздражением. — А если бы ты сломала магический инструмент вместе с барьером? Как бы ты загладила перед церковью?

Как и следовало ожидать, план устроить рематч провалился. Кардинал боялся, что инструмент сломается, словно Патрик.

— Этот инструмент — легендарный, — подумала я сердито. — Передаётся в церкви из поколения в поколение! Почему у кардинала нет к нему больше доверия... Вздохнула и решила пока отказаться.

Меня вырвал из мыслей громкий крик.

— Ааа! — завопила Элеонора.

— Что теперь?

— Т-это кольцо! — дрожащей рукой указала она на мою левую руку.

— Судя по реакции, она поражена, что ношу украшение, — подумала я.

— Это сюрприз от Патрика, — немного горделиво начала объяснять. — Мой жених — добрый человек, который дарит подарки без причины.

— Что? Это подарок-сюрприз?

— Да, правда!

Я повернулась к Патрику, но на его лице была глубочайшая недовольство.

— О, может, ему не нравится, когда я говорю о наших отношениях...?

— Она права, это был сюрприз, — пробубнил Патрик раздражённо и отвернулся.

— Что? Он ведёт себя как ребёнок...

Но казалось, Элеонора видит в его реакции что-то большее. Лицо её застыло, и она медленно спросила:

— Юмиэлла, можно задать тебе вопрос? Почему ты носишь кольцо на этом пальце?

Я посмотрела на неё в замешательстве.

— Это... просто так получилось. Патрик надел его именно на этот палец.

— О... о боже... — Элеонора закрыла рот руками, глаза наполнились слёзами.

А ведь кольца на разных пальцах имеют значение, — подумала я. — Обручальное кольцо надевают на... какой палец? Я никогда не интересовалась. Элеонора наверняка знает, надо спросить.

— Почему ты носишь кольцо на четвёртом пальце левой руки?

— Ну... — Элеонора замолчала, её лицо стало странным.

Странно. Обычно она любит обсуждать такие вещи. Почему в этот раз столь уклончива? И почему постоянно смотрит на Патрика с этими странными взглядами?

Патрик вздохнул раздражённо и всё ещё смотрел в окно.

— Леди Элеонора, я скажу ей сам. Так что лучше не говори ничего. Это моя вина, что не объяснил.

— Понятно.

Атмосфера в карете стала похожа на поминки. Я решила молчать и просто любоваться пальцем с кольцом Патрика.

— Наверное, не нужно знать, если Патрик всё расскажет, — подумала я. — Честно говоря, мне всё равно, что значит кольцо.

◆◆◆

Это был день после нашей прогулки в церковь, и мы с Патриком ожидали встречи с королём в одной из комнат Королевского дворца. Дворец был не только домом короля, но и местом расположения центральных институтов Вальшейна.

— У меня «утро волос»? — спросила я, проглаживая пальцами волосы.

Необходимо было следить за внешним видом — встретиться с Его Величеством в неряшливом виде было бы неуважительно.

— Мы собираемся на приём к Его Величеству, королю Вальшейна, и тебя беспокоит именно это? — Патрик закатил глаза.

Сегодня он выглядел иначе — одежда была более отполированной, чем обычно. Я же была в повседневном простом платье.

— Может, мне стоило надеть платье? — с сомнением спросила я.

— Наша аудитория не публичная, так что... — Патрик успокоил меня.

Я расслабилась. Проведение встречи без других аристократов было хорошей новостью. Его Величество был человеком величия, ему было всё равно, в платье я или нет. Честно говоря, это был просто предлог — я не хотела надевать пышное платье.

Приведя свой вид в порядок, я переключилась на оставшийся кусок торта, но едва успела начать, как кто-то постучал.

Я была занята едой, и Патрик пошёл открывать дверь — там вошёл принц Эдвин.

— Давно не виделись, леди Юмиэлла, Патрик.

Я проглотила ком, ответив:

— Рад вас видеть, ваше высочество.

— Услышал, что вы пришли во дворец. Похоже, ваше графство процветает.

Я кивнула:

— Да, спасибо.

Похоже, новости о выздоровлении графства Долкнесс дошли даже до принца. Прожив много времени в сельской местности, я порой забывала, что вокруг кипит политическая борьба.

— Как вы поживаете? Радикалы всё те же?

Принц поморщился:

— Всё хуже. Говорят, что с помощью герцога я легко смогу занять престол. Они хотят отобрать право наследования у моего брата и сами хотят трон. Они обсуждают это, будто мелкое дело. Утомляет.

Ничего из его слов меня не удивило, я всё ожидала. Но с ростом связей радикалов с соседним королевством дело могло кончиться плохо.

«Похоже, мирным путём не обойтись», — тяжело подумала я. — Нам стоит покинуть столицу, как только дела будут сделаны.

Патрик согласился с серьёзностью ситуации и спросил:

— Есть новости от герцога Хиллроуза?

Принц покачал головой:

— По нему пока ничего конкретного. Элеонора тоже старается избегать всех, так что хоть что-то положительное есть.

Принц слегка поклонился мне, словно благодарил за поведение Элеоноры, но я знала — это не только моя заслуга. Её отец, герцог, запретил ей видеться с принцем.

Я всё ещё не понимала, зачем герцог сделал такой запрет. Тем временем за дверью послышался шум бежавших людей.

Я приготовилась, но шум миновал комнату и затих.

— Утро было неспокойным, — вздохнул принц. — Украли магический инструмент, который создаёт барьер у церкви.

Патрик посмотрел на меня с таким удивлением, что даже звук его взгляда оставил после себя.

— Н-не я! — воскликнула я, скривившись.

Уф, это звучит ещё подозрительнее! Но, честно, я не крала! Может, и говорила, что хочу одолжить, но не могла такого сделать!

Патрик подозрительно глянул, увидев мою реакцию.

— Я же не могу зайти в церковь, — оправдалась я. — Не знаю, где хранят инструмент! Хотела решить проблему с барьером, а не красть...

Патрик расслабился, и я опустилась в кресло. Думаю, никто бы не заподозрил меня, если бы я не говорила много... Это только усугубляло подозрения.

Патрик повернулся к принцу и сказал:

— Расскажите нам подробнее. Мы вчера ходили в церковь.

— Правда? — удивился тот. — Кардинал проверяет инструмент дважды в день, утром и ночью. Вчерашняя вечерняя проверка показала, что инструмент исчез.

— Барьер был точно днём, — заверил Патрик. — Юмиэлле не смогла зайти из-за него.

— Барьер должен был защищать от монстров... — задумался принц. — Наверное, он реагирует на тёмную магию.

Принц посмотрел на меня с сочувствием, а я уже накручивала мысли.

Если украли инструмент между днём и ночью, а я узнала о барьере вчера днём... Доказательства обвиняют меня. Неужели я виновата? Может, подсознательно навредила...

— Не волнуйтесь, леди Юмиэлла, — улыбнулся принц, — я не думаю, что вы сделали это. Вы не тот человек, чтобы красть, и у вас не было мотива.

— Именно! Я думала о разрушении, но не о краже.

— Ты рассматривала разрушение? — удивился он.

— Да, — ответила я. — Однажды точно разрушу.

Знаю, что разрушать инструмент неправильно, — подумала я. — Но иногда приходится идти против правил, несмотря на осуждение. Это не страх и не сомнения, а убежденность.

По крайней мере, принц верил в мою невиновность, а вот Патрик...

Я бросила ему злой взгляд.

— Знай, я ни разу не говорил, что ты подозрительна, — спокойно ответил он.

— Но ты так подумал, да? — бурчала я. — Мне важнее инструмент, я хочу его разрушить.

— Патрик, уверены, что Юмиэлла не виновата? — спросил принц.

Я ахнула. Как он мог, принц? Кража такого — серьёзное преступление. Может, мне стоит помочь расследованию и доказать невиновность? И если найдётся инструмент — устрою реванш с барьером. Обязательно!

— Я тоже хочу искать инструмент! — заявила, проявив энтузиазм. — Как он выглядит? Есть ли у вас улики? И кто вчера заходил в церковь?

Принц с подозрением посмотрел, затем вздохнул.

— Ты явно хочешь его разрушить. Я бы предпочёл, чтобы не помогала.

— Ага, как я откажусь, — мысленно ответила я упрямо.

Выражение принца изменилось — он понял, насколько я решительна.

— Ваше высочество, — вмешался Патрик с раздражением, — скорее всего, Юмиэлла не причастна. Хотя кажется иначе, она плохо врёт.

Я положила руку на грудь.

— Патрик... — сказала тронутая.

Это ли доверие, которое строится между людьми?

— Как видите, Юмиэлла хочет только разрушить барьер. Если бы знала, где инструмент, уже действовала бы.

Принц кивнул.

— Патрик, я не фанат драк, и мне не нравится, что ты в меня не веришь. Мне просто надо доказать своё превосходство.

Разговор не давал мне покоя, но я смягчилась, когда Патрик убедил принца в моей невиновности и не стала спорить.

— Этот вор пришёл в худший момент, — пожаловалась я мысленно. — Обязательно заставлю его заплатить.

Тема сместилась к графству Долкнесс, и мы ещё долго говорили. Принц вскочил, сказав, что время.

— Информация о барьере пока секрет, не распространяйте.

— Поняла.

— Барьер не может навредить, он лишь защищает от монстров и тёмной магии, как у Юмиэллы. Зачем вору он был нужен, если в церкви много дорогих вещей? По-моему, не из-за денег...

Но долго думать о воре не пришлось — настало время встречи с королём.

◆◆◆

После проводов принца секретарь пригласил нас и вывел на верхний этаж, где был кабинет короля. Комната была переполнена бумагами, без украшений — очевидно, это место работы.

Король сидел один, сосредоточенно глядя на документы. Услышав нас, отложил и посмотрел внимательнее.

— Добрый день, леди Юмиэлла, Патрик. Извините, дел накопилось много.

— Мы слышали о барьере в церкви, — сказала я.

— Понятно, — с облегчением вздохнул он и пригласил сесть.

Мы коротко обменялись вежливостями и приступили к главному.

— Ваше Величество, — обратилась я с уважением, — пришли доложить о планах герцога Хиллроуза.

Король кивнул.

— Да, Рональд уже кратко рассказал. Хотел бы услышать подробнее от вас.

Я объяснила всё, как знали мы от виконта — о радикалах, заговоре и союзе с Лемлестой.

Тема казалась напряжённой, но король не изменил выражения. Видимо, Рональд не помешал донести им информацию. Если нет, то это было бы заметно.

После рассказа король задумался, словно вспоминая что-то забытое. Потом с тяжёлым вздохом говорил:

— Верно, только Хиллроуз знает, насколько Лемлеста вовлечена?

— Слышали от виконта Коттонесса. Герцог впервые участвует лично.

— Понятно... проблем быть не должно.

— Мне кажется, проблем очень много, — подумала я.

Но король, как и Рональд, не выражал тревоги. С моей точки зрения, ситуация серьёзная — всё королевство могло оказаться в центре конфликта. Я не собиралась оспаривать его решения, но чувствовала обеспокоенность.

— А как поживает Рональд? Я знаю, он сын герцога и ваш доверенный, но не боитесь, что он станет на сторону герцога?

— Это не проблема.

— А почему герцог отпустил сына?

— Ради него самого. Хиллроуз предвидел будущее.

Я нахмурилась. Это уже второй раз, когда упоминают способность герцога к предсказанию. Теперь, когда говорят и король, и Рональд, я жажду подробностей.

Как будто чувствовал это, король тихо добавил:

— Раньше Хиллроуз был моим лучшим другом. Он предвидел, что даже после решения проблемы с Владыкой Тьмы, в королевстве будет нестабильность.

— Если это так, то не понимаю, почему герой решил воспитывать сына отдельно, — возразила я.

— Мы разошлись, — признался король. — Теперь находимся по разные стороны. Он хотел оградить сына, и поэтому оставил его мне.

Голова закружилась. Значит, герцог идёт в бой с королём, зная о поражении? С привлечением другого королевства шансов избежать наказания нет.

— Что ж, — покачал головой король, прерывая разговор. — Не могу говорить дальше. Извините, обещал верность другу.

— Но хотя бы скажите, что хочет герцог? Чего пытается добиться?

— Герцог Хиллроуз... — вздохнул король. — Он возглавит свою фракцию и даже попросит помощь другого королевства, чтобы получить власть над Вальшейном. Всё просто. И я остановлю его, несмотря ни на что.

После этого я не стала задавать больше вопросов — на лице короля была боль от мысли о предательстве друга. Но разговор не закончился — вскоре он переключился на управление территориями.

— Как работа в роли лорда? — спросил меня. — Могу помочь, если есть трудности.

— Благодарю, но всё идёт гладко.

— Жаль, что не могу помочь.

Я понимала: король мог решить любые проблемы в Долкнессе мгновенно, но не хотела больше путать себя с королевской семьёй.

Я открыла это королю, и он улыбнулся с лёгкой насмешкой, почесал голову и тихо хихикнул.

Не слишком достойно, — подумала я. Может, он так расслабился, потому что мы вдвоём и не на публике.

— А, — сказал король, наклонившись вперёд. — Я слышал, ты ходила в Марк Эшбаттен. Маркграф добрый человек?

— Да, и Патрик и я получили его разрешение на официальную помолвку.

— Прекрасно, поздравляю, — счастливо улыбнулся король. Его взгляд задержался на моём кольце. — Не заметил раньше...

Похоже, он понял, что у нас отношения, учитывая подарок Патрика.

Патрик вздохнул. До этого он только поприветствовал короля, но теперь сказал:

— Ваше Величество, дело в том, что она не понимает, что это...

Король замолчал, затем повернулся ко мне.

— Леди Юмиэлла, что это за кольцо?

— А, это сюрприз от Патрика.

Выражение короля неожиданно изменилось.

Возможно, он не доволен моим ответом, — подумала я. Он не хотел знать, кто подарил кольцо, а хотел узнать его магические свойства!

— Это редкий магический инструмент, который хранит магическую энергию и служит страховкой, если у носителя заканчивается мана, — быстро объяснила я. — Магические камни тоже хранят энергию, но не превращаются в пригодную форму. Зелья маны кажутся достаточными, но их эффект срабатывает не сразу, и без них можно умереть. Ещё удивительно, что кольцо хранит элементы, которыми я не могу пользоваться...

— Юмиэлла, хватит, — перебил Патрик, схватив меня за плечо. — Ты мешаешь Его Величеству.

Я встрепенулась и посмотрела на короля. Он выглядел растерянным, словно хотел сказать «Боже мой».

— Ваша дотошность в бою поражает, — наконец сказал король, быстро заговорив, словно боясь забыть слова. — Быть увлечённым — не плохо. Я просто удивлён, что обычно спокойная леди Юмиэлла вдруг так заговорила.

Он думает, что я зануда, которая быстро говорит о своих увлечениях! Ваше Величество, я не такая!

Король несколько раз посмотрел на нас с Патриком, потом сказал:

— Хм. В добрый путь.

— Спасибо, — кивнул Патрик. — Я исправлю ситуацию при первой возможности.

Зачем он нам желает удачи? Думаю, это удача в подготовке к бою.

После короткого разговора о новом туристическом месте в Долкнессе и мелочах встреча с королём закончилась.

◆◆◆

Выйдя из кабинета, мы с Патриком прогулялись вокруг дворца. Я хотела поскорее уйти — боялась случайных встреч с надоедливыми аристократами.

Может, стоило направить кого-то с нами, чтобы избежать плохой судьбы, — подумала я. Тогда пришлось бы ехать в карете домой, а я не люблю их. Выходить пешком намного быстрее! Я смотрела на стену коридора и думала, смогу ли уйти через окно. Это было бы смелым ходом — ведь мы на верхнем этаже.

— Патрик, я пойду через окно, — сказала, поворачиваясь к стене.

— Там только окна... — глаза его сузились. — Эй, не надо.

— Не волнуйся, я чужие окна не разбью, — ответила я.

— Нет, это...

— Всё в порядке, Патрик! — мысленно заявила я. — Открою окно и выпрыгну.

Игнорируя попытки Патрика удержать меня, я распахнула окно и выпрыгнула. Снизу был сад с великолепными цветами. Я приземлилась довольно элегантно — в стойке с одной ногой вперёд, другой согнув колено, и одной рукой вперёд.

— Наверное, это плохо для колен... — подумала я. — Зато риск встретить нежеланных людей уменьшился.

Впереди раздался звук, я подняла голову и увидела кого-то в двух шагах.

— Какая удача избежать людей...

— Извините, — сказала я герцогу Хиллроузу, который смотрел на меня после падения с небес. — Я пойду, не обращайте внимания.

— Подожди, — позвал герцог. — Леди Юмиэлла? Не видел тебя с церемонии год назад.

Мой план уйти, пока он ошалел, провалился. Игнорировать его было бы невежливо.

Я кивнула, не поворачиваясь полностью.

— Да, это я. Спасибо за всё.

— Я ничего не делал. Ты сама победила Владыку Тьмы, графиня. Это была церемония в твою честь, не так ли?

Я внимательно посмотрела на герцога. Он не старел, но был враждебен. Его надменный взгляд будто осуждал окружающих. Впечатления о нём были нехорошие, я решила держаться подальше.

— Насколько помню, на той церемонии гостем чести был Его Светлость, — сказала я с хитрой улыбкой.

Не самый лучший ход провоцировать герцога на информацию о фракции второго принца, но мне было любопытно. Уйти сразу не хотелось.

— Слушай, — усмехнулся герцог. — Никто с чуть ли не средним умом не поверит, что принц был ключевым в борьбе с Владыкой Тьмы.

— Его Светлость — один из самых сильных бойцов королевства, — возразила я.

Герцог улыбнулся, будто ему весело.

— Ну-ну, принцу приятно признание сильнейшего в мире.

Я внутренне вздохнула. Наверное, пора.

— Думаю, так и есть, — сказала нейтрально. — Но пора идти.

Я попыталась пройти мимо, но герцог остановил.

— Подожди, — сказал он. — Есть вопрос.

Я могла пройти, но остановилась.

— Что? — спросила. — Я не стану твоим союзником.

Герцог фыркнул.

— Не нужно тебе торчать с этими дураками. Скажи, ты любишь эту страну или нет?

Я посмотрела с сомнением.

— Немного слишком он сваливает свою фракцию в дураки и называет их так, да? И зачем такой вопрос? Он спрашивает, люблю ли я страну! Неужели такой нелояльный человек интересуется моим патриотизмом?

Если честно, я не питала патриотических чувств к стране, включая Вальшейн, но решила ответить безопасно.

— Я аристократка королевства Вальшейн, — просто сказала я. — Естественно, я верна королевской семье.

Герцог вздохнул раздражённо.

— Нет-нет, — сказал. — Твои слова могут быть честными, но я спрашиваю про твою любовь к стране — к твоим землям и людям. Королевская семья и слабый король меня не интересуют.

Я была в шоке. Как он смеет звать короля слабаком в его же дворце?

Проверив, что рядом никого нет, я сжалась.

— Почему я должна бояться, а не он? — подумала. — Он сказал это.

Откинув страх, я ответила герцогу.

Как аристократка, я, наверное, должна любить страну и её жителей. Но патриотизм... я не понимаю, что это.

Давай уже отвечай, подстёгивала я себя, но слова не находились.

— Могу ли я сказать, что действительно люблю страну? Нет. Но я и не живу здесь ради себя.

Герцог увидел мою нерешительность.

— Позволь переформулировать. Представь, перед тобой голодающее село. Что сделаешь?

— Я не могу создать еду из ничего, поэтому...

— Нет, я спрашиваю, что предпримешь. К чему будешь стремиться?

— Очевидно, подумала бы, как решить проблему с продовольствием.

Я глядела на него с недоумением. Зачем спрашивать очевидное? Я и так знаю, что делать. Я сейчас помогаю таким селам, которые переходят на воровство из-за безразличия соседнего лорда!

— Понятно... — продолжил герцог злой улыбкой. — А что насчёт остальных голодающих в мире? Ты их не будешь помогать?

Я покачала головой.

— Некому помочь всех. Помогу тем, кому могу.

Я не богиня, чтобы всех спасти, но могу помочь тем, кто рядом, своей силой.

Но зачем герцогу вообще такие вопросы?

Я посмотрела на него и увидела, что его улыбка стала злее.

— Отлично, вижу, ты понимаешь свои пределы, — усмехнулся он. — Ты совсем не похожа на избалованную девчонку. Продолжай в том же духе.

— Я буду, — ответила я с непривычным чувством. — Мне пора.

Отойдя, я мысленно долго вспоминала взгляд герцога. Его злая улыбка контрастировала с дружелюбным Рональдом и открытой Элеонорой.

Как члены одной семьи могут так отличаться?

Всё, что говорил герцог, казалось бессмыслицей, и я устала. Я пошла, но через пару шагов герцог снова остановил.

— Подожди.

Я оглянулась.

— Что теперь?

— Надеюсь, ты станешь другом Элеоноры.

Он улыбнулся — но теперь доброй, как отец.

Не успела ответить, как герцог повернулся и ушёл. Я осталась одна в саду, где запах роз становился всё сильнее.

◆◆◆

На следующий вечер меня выдернули из усадьбы Долкнесс и отвезли в дом Хиллроузов. К моему величайшему неудовольствию, энергичная Элеонора как раз насильно втискивала меня в вечернее платье.

— Вот! Идеально, как я и думала!

Я скривилась, пусть и только внутренне.

— Но зачем мне платье? Я думала, мы просто поужинаем вместе.

— На вечеринку нормально приходить в платье! — ответила Элеонора.

「Вечеринка? Я-то думала, леди Элеонора пригласила меня на ужин! Когда мы решили идти на вечеринку?!」

Я поёжилась: двигаться в чёрном платье было неудобно. Крой был смелее привычного, одно плечо открыто. По правде, хотелось немедленно его снять. Но как бы ни вела себя обычно, всё же не дикарка, чтобы рвать одежду только потому, что она мешает.

Поэтому я лишь буркнула:

— Леди Элеонора, ты ни слова не говорила, что мы идём на вечеринку.

— Хм, правда? — она широко ухмыльнулась. — Но там же тоже можно поесть, почти то же самое!

Я вздохнула. Честно говоря, сама виновата. Эта же девушка однажды свела приглашение к кардиналу крупнейшей церкви Вальшейна к «Погуляем!»¹. Надо было ожидать подвоха и спросить подробности, а не мечтать, что удастся выведать что-нибудь о герцоге Хиллроузе.

Печально примирившись с судьбой, решила не сопротивляться. Не было сил даже обрадоваться предстоящему ужину, где бы он ни проходил — при банкетной подаче или по системе «шведского стола», вряд ли еда меня бы удовлетворила.

「Хорошая трапеза требует свободы во всём, и точка.」

Элеонора несколько раз оглядела меня сверху донизу и улыбнулась так широко, что, казалось, её губы больше растянуться не могут.

— Ты прекрасна! Чёрный тебе невероятно идёт, Юмиэлла!

— Вот как... спасибо.

Сердце даже оттаяло — слишком уж искренни были её слова. Её никогда не заботила давняя дискриминация чёрных волос в Вальшейне, и было видно, что она всерьёз считает, будто чёрное платье мне к лицу.

「Раз это так радует чистую душой девушку вроде леди Элеоноры, может, на этот раз и правда стоит сходить на вечеринку, — вздохнула я. — Хоть и терпеть такие мероприятия не могу.」

— Где будет проходить эта вечеринка? — спросила я.

— Здесь же! Праздник устраивает отец. Соберутся все члены его фракции.

Всё тепло в груди мигом обратилось в лёд. 「Леди Элеонора, ты тащишь меня на сбор радикалов?! Забираю слова обратно; никуда не хочу!」

Спустя пару минут Элеонора подвела меня к входу в бальный зал усадьбы Хиллроузов. Он оказался меньше, чем я ожидала, хотя это третий по величине зал в Вальшейне — после дворцового и академического. Меньше были лишь мои ожидания: помещение всё равно огромное, вряд ли у других аристократов найдётся что-то сравнимое.

От столов до дверных ручек — по одному виду ясно, что мебель и фурнитура дорогие. Всё до блеска отполировано, всё искрится приятным глазу лоском.

— Не нервничай, — громким шёпотом произнесла рядом Элеонора. — Я с тобой!

「Я не нервничаю, леди Элеонора, — устало подумала я. — Я вымотана.」

Мои мучения не закончились на платье. Мне заплели волосы, навели макияж, а сверху всучили туфли на каблуках, в которых ходить было невыносимо. Вся эта процедура выжала меня досуха.

「Как у леди Элеоноры ещё хватает энергии? Она же пережила то же, что и я! Хотя, может, привыкла — почти всегда, когда я её вижу, она при полном параде.」

— Герцог тоже будет на вечеринке? — спросила я. — Формально меня пригласили. Стоит хотя бы поздороваться.

— Отец не придёт, — ответила Элеонора с явным недоумением.

— Что? Разве не герцог меня приглашал?

— Это я тебя пригласила! Отец сказал, что могу привести столько друзей, сколько захочу.

「Значит, герцог, скорее всего, и не в курсе, что она позвала меня... Интересно, нормально ли это...」

Я выпытала подробности. Оказалось, сам герцог редко показывается на подобных сборах, которые радикалы проводят регулярно.

— Вести вечер буду я, — хвастливо сообщила Элеонора, и правда одетая ещё наряднее обычного. — Я же будущая жена сэра Эдвина; такие приготовления для меня пустяки.

Я кивнула.

— Справедливо. И что ты сделала для этого торжества?

— Утвердила идеи заместителя!

「То есть — ничего!」 — голова тут же заныла. Оставить планирование на леди Элеонору, а потом ещё и разгребать последствия — хуже, чем сделать всё самому.

Окинув взглядом зал, я насчитала около пятидесяти человек — главы радикальных домов и их родня. Поскольку о моём появлении никто не был предупреждён, прочие гости пришли в изумление при виде меня. Многие таращились то на меня, то на Элеонору, не зная, как реагировать. Однако один мужчина нарушил молчание и направился прямо к нам.

Внутренне я застонала. 「Зачем? Я пришла ради пёстрого стола с закусками, вон там! Беседовать с незнакомцами нет ни желания, ни интереса.」

— Благодарю за приглашение на сегодняшний вечер, леди Элеонора. Кажется, это моя первая встреча с юной леди рядом с вами.

Я бросила на него настороженный взгляд, пока Элеонора радостно представила:

— О, это моя подруга, Юмиэлла!

「Да брось, леди Элеонора, — закатив глаза, подумала я. — Он понял, кто я, с первой секунды по чёрным волосам. Какая уж тут «первая встреча». И что это за улыбка? Думает, очарователен, а выглядит странно и неприятно.」

Элеонора уже вдохнула, чтобы продолжить, но мужчина перебил её и обратился ко мне:

— Рад знакомству, графиня Долкнесс. Я — Арклтон, тоже в титуле графа.

— Взаимно, — сухо ответила я.

— Раз вы сегодня среди нас, верно ли понимать это как присоединение к стороне герцога?

— Неверно.

「Этого стоило ожидать с минуты, как прозвучало «вечеринка радикалов»,」 — неприятно сжалось в животе. Конечно, он расплылся в улыбке — решил, что я поддерживаю их замыслы. Будь так, план посадить принца Эдвина на трон стал бы непробиваемым. Вспомнился разговор с виконтом Коттонессом: тот тоже был уверен, будто я за радикалов. Откуда растут эти слухи?

Тем временем лицо графа Арклтона стало подозрительным.

— Тогда зачем вы здесь?

— Потому что... меня пригласила подруга, — ответила я, внутренне скривившись. — Другой причины нет.

— Так-так, — граф сгладил выражение. — Понимаю: вы пришли ради леди Элеоноры. Давайте остановимся на этом.

По довольной физиономии было видно — он решил, что уловил какой-то скрытый смысл, которого не было.

「Вот такие недоразумения всегда оборачиваются проблемами,」 — хотелось раздражённо поправить волосы. — 「Чую, это ещё аукнется.」

И в этот момент Элеонора сжала мою ладонь:

— Юмиэлла! Только что! Ты назвала меня подругой! Впервые!

— Знаю, — устало сказала я. — А теперь отпусти. Иди, тебе нужно всех поприветствовать, леди Элеонора. Всё-таки это вечер у Хиллроузов.

— Точно! Пойду!

И, сияя, она припустила к гостям.

「Так, один вопрос закрыт, — я немного расслабилась. — Теперь нужно ясно дать понять, что я не собираюсь вступать во фракцию герцога.」

Однако граф Арклтон тут же вернул меня к реальности. Он проводил Элеонору снисходительным взглядом и произнёс с приторной сладостью:

— Похоже, у вас тоже хватает забот. Эта юная леди, мягко говоря, не самая острая «стрела в колчане»². Хотя нам это на руку — ею легко управлять.

От того, как беззастенчиво он унижал Элеонору, во мне вспыхнул огонь. Раздражение накрыло мгновенно, я едва не сорвалась. Но... разве я самa не говорила о ней подобным тоном? Вот и сейчас я манипулировала ей, чтобы она ушла. Сильно ли это отличается от того, как эти люди раскручивают её на рывок к принцу Эдвину?

Я тяжело вздохнула. 「Держалась от леди Элеоноры подальше, потому что она дочь герцога, но... пора выстраивать нормальную дружбу.」

Однако сперва следовало разобраться с собеседником. Он продолжал разглагольствовать, не замечая моего молчания:

— В конце концов, именно второй принц достойнее всех стать королём. Рад видеть, что вы пришли к такому же выводу, графиня Долкнесс.

— Даже если бы это было так, Его Светлость сам ясно дал понять, что не желает этого, верно? Он прямо говорил, что не собирается наследовать трон.

Граф отмахнулся:

— Сказано из соображений репутации — в глубине души он хочет корону. Я был бы так себе слугой, если бы не понимал его чувств.

「Парень, ты совсем не так внимателен, как себе кажешься,」 — подумала я. Тип такой скользкий, что не поймёшь — верит ли себе или просто нацелился на второго принца из‑за отсутствия у того амбиций.

Что бы он ни думал, верности в нём не было ни на крупицу. Раз уже примеряет будущие должности — всё ясно. Рассчитывает как минимум на министра: когда «возьмут верх», людей королевской фракции заменят людьми герцога.

Лицо у меня похолодело; взгляд стал жёстким. Но граф не заметил и продолжал нараспев:

— К тому же Его Светлость победил Владыку Тьмы. Когда королевство в беде, истинный аристократ берётся за меч. Чем больше силы на твоей стороне, тем проще победа. Вы, графиня Долкнесс, это понимаете.

— В чём-то вы правы, — признала я.

Возразить с полной уверенностью не могла: слишком часто приходилось решать вопросы силой. Но он всё равно не прав. Пусть я невероятно сильна, из меня не выходит ни примерного аристократа, ни идеального лорда. Одна сила — не всё. Решено: ткнуть в уязвимое.

— Если «всё решает сила», — задумчиво сказала я, — тогда важнее всех тот, у кого выше уровень, верно? Давайте сравнимся. Каков ваш уровень?

Граф Арклтон ощутимо покраснел.

— Я... не очень силён в бою...

— Понимаю, — кивнула я. — Значит, и дальше будете оставаться мелким аристократишкой.

Румянец вспыхнул ярче.

— К-как вы смеете?! Я говорю о том, кто достоин трона! Вы хотите сказать, что существует аристократ, способный победить Его Светлость, второго принца, того самого, кто победил Владыку Тьмы?!

「Да, вот она я,」 — спокойно отметила я про себя. 「Ах да, и Владыку Тьмы свалила тоже я. Думала, ты хотя бы это знаешь, но, видимо, зря надеялась.」

Разговор исчерпан, подвела итог:

— Для начала — я. Если вы намерены править силой, держите меня в уме. Я не стану вам мешать, но если станете угрозой для тех, кто рядом со мной, тогда получите всё, на что я способна.

Красное лицо графа стало белым.

— Н-нет нужды... Я бы никогда не стал поступать так, чтобы вас задеть, графиня.

— Вот и отлично. Тогда я просто понаблюдаю издалека. Делайте как знаете.

Я развернулась и пошла через зал. Прочие аристократы, следившие за нашим обменом, расходились, освобождая путь.

Какая-то часть меня надеялась, что после этого ненавязчивого предупреждения радикалы поостынут, но было ясно — толку мало. Те, кто толкает второго принца, всё равно пойдут против короля и наследника. Моё заявление позиции не переломит ситуацию.

「Да и чёрт с ним, я сюда ужинать пришла,」 — подумала я. — 「Надо успеть поесть, пока бесплатно. Ладно уж, хотя бы попить.」

И тут я заметила Элеонору. Она разговаривала с несколькими девушками примерно нашего возраста; лица казались знакомыми.

「А, это те самые из Академии, что важничали, раз уж они из свиты леди Элеоноры.」

— Сейчас ваш шанс, — сказала одна. — Его Светлость станет королём, а вы — королевой, леди Элеонора... Разве не чудесно?

Элеонора переминалась с ноги на ногу:

— Но и отец, и Юмиэлла сказали, что мне стоит отступить...

— Да они просто грустят, что вы уходите в королевскую семью! Будут счастливы, если вы с принцем будете вместе.

— Правда? Но я...

「Ещё чуть-чуть — и передумает,」 — подумала я. — 「Не удивительно, коли сразу несколько знатных леди уговаривают.」

Они тоже это поняли; в улыбках заиграла победа.

— Вам остался один шаг до брака со вторым принцем, леди Элеонора, — хихикнула одна.

— Правда? Если у меня получится с сэром Эдвином, я...

Меня подташнило. В Академии Элеонора всегда была в центре толпы — и вот снова. Но... сколько из этих девушек по-настоящему за неё? Сколько раз думала, что мы противоположности, а вдруг она так же одинока, как когда-то я...

Вдруг всплыло лицо герцога Хиллроуза днём раньше. Не то неприятное выражение, а мягкая, тёплая улыбка, с которой он попросил меня присмотреть за Элеонорой.

Я мотнула головой, отгоняя нахлынувшие чувства. 「Нет, ты не в их игре, — напомнила себе. — Это твоё собственное решение — стать ближе к леди Элеоноре.」

Укрепившись в мысли, окликнула:

— Леди Элеонора! Не думаете, что иногда кричать ваше имя должна я?

— А? — Элеонора обернулась с удивлением. — Юмиэлла?

Не успев осознать, что делаю, шагнула вперёд, взяла её за руку и выдернула из круга. За спиной свита ошарашенно хлопала глазами, не понимая, что произошло.

Тянув Элеонору, я ускорилась до бега. Она даже не сопротивлялась, пока я выводила её из зала и вела по коридору.

— Постой! — запыхавшись, выдохнула она. — Куда мы?

— Не знаю, — отозвалась я. — Ещё не решила. В принципе, куда угодно — лишь бы поесть.

「Леди Элеонора, да что ж ты такая медленная? Сейчас запнешься, пытаясь поспевать за мной. Вот что значит твоя обувь на каблуках.」

План был ясен. Не дав возразить, я подхватила Элеонору на руки.

Щёки у Элеоноры порозовели.

— Ва-а! Н-нельзя так, Юмиэлла! Моё сердце принадлежит сэру Эдвину...

Я бросила на неё недоверчивый взгляд. 「Что за недоразумение, леди Элеонора? Смущаться из‑за того, что тебя несут на руках, как невесту³? Может, стоило взять «на спину»...」

С этими мыслями я вылетела из усадьбы и понеслась по улицам Королевской столицы.

「И мне самой тяжеловато в этих туфлях... Ладно, снять!」

Я на секунду остановилась, стянула каблуки и метнула их к обочине. И снова в бег — теперь босиком.

「Если найдётся камень, который решит сделать мне больно, пусть попробует!」

— Я и не знала, что ты такая решительная, Юмиэлла, — услышала голос Элеоноры.

— Думаю, у тебя с решительностью тоже всё в порядке, леди Элеонора, — фыркнула я. — Ладно, найдём место, где поесть!

Недолго думая, вынесла нас из центра аристократического квартала в сторону квартала простолюдинов. Городская панорама была темна, лишь редкие огни лавок и трактиров освещали улицы. Даже на этой ресторанной улице я бы не сказала, что светло.

Я остановилась и поставила Элеонору на землю у дверей элегантного ресторана — такого, куда обычно и не сунулась бы. Чудо, если нас вообще пустят.

— Это... похищение? — осторожно спросила Элеонора.

— Конечно нет, — покачала головой. — Мы просто ужинаем как подруги.

— Понимаю. Значит, вот что обычно делают подруги. Я не знала.

「А и правда ли это обычно?」 — задумалась я.

Друзей у меня немного, и уверенности не было. Решила промолчать.

「Хватит мяться — пора внутрь,」 — подумала я, ухватившись за ручку и распахнув дверь.

Внутри нас вежливо встретил официант. Кажется, наш вид его слегка смутил, но вида он не подал.

Нас быстро провели к столику у окна, и, устраиваясь, я огляделась. Теперь, когда виден интерьер, стало ясно: заведение куда роскошнее, чем думала. Для таких, как мы с Элеонорой, — ничего странного, но... никто из прочих гостей не был в вечернем платье. Да и босиком — тоже.

— Место чудесное! — довольно сказала Элеонора, когда рассмотрелась. — Мне всегда казалось, что такие простые заведения обладают особым шармом.

「Простые?」 — я ещё раз огляделась. 「Если это «простое», то что же тогда мои любимые лавочки?」

— Было очень вкусно! — сказала Элеонора, когда мы дотягивали по чашке чаю после ужина. — Я бы не сказала, что ингредиенты лучшие, но в блюдах много выдумки, и есть было весело!

— Согласна...

「Надо бы сказать что‑нибудь умное, будто у меня тонкий вкус... Эм... было... супер вкусно!」 — я вздохнула. — 「Да и не надо обсуждать еду.」

Я медленно отпила чай, откладывая момент ухода. В голове вертелся один вопрос: как будем платить?

Обычно у меня с собой достаточно денег, чтобы не думать об оплате даже в приличном месте. Но сейчас я была пуста. Деньги остались в усадьбе герцога — вместе с обычной одеждой.

「Вот почему платья — зло! Любая одежда без карманов — брак!」 — я покосилась на Элеонору. — 「Хотя, думаю, у неё с собой тоже ничего нет...」

Зато на её шее висело ожерелье с крупным камнем.

「Может, расплатиться им...？」

Почуяв мою тревогу, Элеонора спросила:

— Юмиэлла? Что случилось?

「Даже если заплатим ожерельем, ресторану потом только проблем добавим,」 — я всё ещё смотрела ей на грудь. — 「Но... у меня нет другого способа.」

Вдруг сбоку раздался знакомый голос:

— Чем вы занимаетесь?

— Патрик!

「Ура, мой кошелёк пришёл!⁴」

— Я так рада, что ты здесь, — искренне сказала я.

— Почему ты босиком? — с усталым видом спросил он. — Где твои туфли?

— Сняла, потому что мешали.

— Ты ребёнок?! Ладно, выбора нет...

Патрик тяжело вздохнул и внезапно подхватил меня на руки.

「Подожди, неловко! Может, «на спину» было бы лучше... Постой — нет, это была ложь. Прости.」

— Леди Элеонора, — ровно произнёс он, — и вы с нами. Карета из усадьбы герцога ждёт снаружи.

— Ах, вы такие милые! Я тоже хочу, чтобы сэр Эдвин... О нет! Сэр Эдвин превратился в Юмиэллу! Пожалуйста, выходи из моей головы!

Я хихикнула — похоже, я разрушила её мечты о том, чтобы нести её «как невесту». Патрик посмотрел так, будто спрашивал: «Ну и что ты опять устроила?»

Мы вышли на улицу, и Элеонора забралась в карету. Я поклонилась ей, но с рук Патрика выглядело это, конечно, странно. Меня это не смутило — я всё ещё гадала, кто организовал карету.

— Спасибо большое, — сказала Элеонора из окна. — Сегодня было весело!

— Рада слышать, — ответила я.

— Сводишь меня ещё куда‑нибудь, Юмиэлла?

Я задумалась на миг:

— Если будет случай, — согласилась я.

「Выбираться с ней изредка не так уж страшно, верно? Скажем... раз в четыре года.」

Проводив Элеонору, мы с Патриком отправились домой. Он меня так и не поставил, и я ехала на руках через весь город. Небо ещё было ночным, но лишь когда мы вошли в тихий район, стало комфортно приподнять голову от его груди и посмотреть на звёзды.

— Эй, Патрик.

— М?

— Кажется... я завела подругу.

Его глаза, прекрасные, как ночные звёзды, встретились с моими. Я уткнулась носом в его грудь.

— Понимаю, — мягко сказал он.

◆◆◆

На следующий день, после нашего бегства с вечеринки, я, как и планировала, собралась домой, в графство Долкнесс. Но едва была готова выезжать, Элеонора заглянула в усадьбу. Вцепилась в меня, почти плача.

「Это... уже было, не так ли?」

— Не могу поверить, что мы больше не увидимся! — причитала Элеонора. — Мне так грустно! Постой — я же могу поехать в графство Долкнесс и увидеть тебя, верно?

「Эй, не суйся ещё и в моё графство,」 — простонала я про себя. — 「Хотя... мы теперь подруги. Если редко — можно.」

— Конечно, только чуть-чуть подожди, ладно? — попросила я. — Скоро сама приглашу тебя в графство Долкнесс.

— Правда?! — взвизгнула Элеонора, подпрыгивая. — Пообещай — обязательно пообещай!

— Обещаю. И ещё... если здесь, в столице, станет опасно — приезжай ко мне. Я, по крайней мере, смогу дать тебе убежище.

— Если станет опасно?.. — переспросила она, наклонив голову.

「Судя по реакции, ей совсем ничего не говорят о мятеже,」 — подумала я. — 「Надеюсь, если что-то случится, она правда приедет. Ресурсов приютить одного человека у меня хватит.」

Вдруг поняла — это последний шанс узнать что‑нибудь об её отце. Вчера спросить не удалось — может, сегодня повезёт.

— В мире полно опасностей, — как можно непринуждённее перевела я разговор. — Отец тебе ничего не говорит о том, что ты часто куда‑то уезжаешь?

Элеонора кивнула:

— Часто предостерегает, — согласилась. — Мой отец слегка слишком опекает.

— Значит, очень тебя любит.

Элеонора довольно улыбнулась:

— О, но отец и эту страну тоже любит, знаешь? — сказала она, покачиваясь от счастья. — Да и порядок он любит! Говорил, что соберёт всё ненужное в одну кучу и избавится от него разом!

Если честно, меня мало волновало увлечение герцога минимализмом, да и «любовь к королевству» как-то с ним не вязалась. Возможно, он лгал дочери, но что‑то смущало. И всё же пользы от знания «домашних» привычек герцога немного.

Если не ошибаюсь, мать Элеоноры умерла, когда она была маленькой, а брат ушёл из дома, едва она всё стала понимать. По сути, её близкие — отец один.

— Ты, наверное, тоже сильно любишь отца, леди Элеонора.

— Да! Я очень люблю и отца, и брата!

— Понимаю... — пробормотала я.

「Что с ней будет, если герцог Хиллроуз правда поднимет мятеж... Рональд-то тих, а вот то, что Элеонора — Хиллроуз, знают все.」

Перед глазами вновь возникло лицо герцога, когда он попросил меня присмотреть за дочерью. 「Герцог Хиллроуз — патриот? Или изменник этой страны?」

||

¹ Let’s hang out! — разговорное упрощение серьёзного приглашения; здесь нарочитое снижение значимости визита к кардиналу ради шутки о легкомысленном характере Элеоноры.

² Not the sharpest knife in the drawer — английская идиома «не самый сообразительный», досл. «не самый острый нож в ящике».

³ Bridal style — устойчивое выражение «нести на руках, как невесту».

⁴ My wallet’s here! — комический приём: героиня называет жениха «кошельком», намекая, что он оплатит счёт.

||